Демоны, что окружают нас

      

Joshua Bradford, Clayton Worbeck — Trapped

      Темный коридор наполнился низким скрипом дверных петель. Послышался щелчок выключателя, с которым небольшое помещение заполнилось холодным светом. На противоположной стене появился силуэт маленькой девочки.       Наруто прикрыла рот ладошкой, широко зевнула, переступая порог ванной. В следующую секунду она подошла к раковине, но тень со стены так и не пропала — лишь вытянулась до размеров взрослого человека.       Напевая под нос незатейливую мелодию, Наруто взяла небольшую подставку и опустила ее перед умывальником. С крючка сорвали зеленое махровое полотенце, которое затем перекинули через плечо. Девочка в какой раз вздохнула с грустью, когда взобралась на нужную для нее опору. Роста еще не хватает, чтобы дотянуться до зеркала — коротышкой себя чувствует.       Из крана хлынула горячая вода.       Девочка ойкнула, засовывая обожженный палец в рот. Про себя пожурила отца за такую неосмотрительность, после чего взяла свою щетку. На оранжевые щетинки выдавили немного пасты с апельсиновым вкусом и запахом — ее любимый и ненавистный Менмой, который обожает с клубникой.       Взгляд голубых глаз упал на щетку старшего брата.       Понурив голову, маленькая Узумаки приступила к монотонному и совершенно нелюбимому занятию. Водя щеткой по белоснежным молочным зубкам, она думала о Нагато. Ей не нравится, что он постоянно пропадает на миссиях, особенно в последнее время. Кажется, братик вскоре уподобится отцу и станет ночевать в штабе Анбу. Или, что хуже, потом займет пост Хокаге… У него есть все шансы, но она этого не хочет — пусть лучше уделяет внимание ей, а не каким-то чужим людям.       Наруто сплюнула взбившуюся пену и медленно подняла взгляд к зеркалу. Тут сердце пропустило удар, и детское тело пробил ледяной озноб.       В ванной внезапно замигала лампочка.       Дребезжащий свет упал на мертвецки бледное лицо незнакомки, которая неожиданно возникла в шаге от застывшего ребенка. Белые пряди волос, спутавшиеся и слипшиеся от запекшейся крови, сосульками спадали на изодранное в клочья кимоно. Фарфоровую кожу лица диагональю исполосовывало пять идеально ровных ран, тянущихся от левого виска и вплоть до подбородка, где висел лоскут отодранной кожи. На голове проглядывало множество проплешин кровоточащих, а вместо правой руки висел оборванный кусок рукава, откуда торчал кусок кости, обломанный и острый.       Наруто поежилась, ползя стеклянным взглядом по отражению того, что появилось прямо за ней. Глаза остановились на животе, где обнаружилась пробитая насквозь рана. Ткани кимоно в этом месте почернели, пропитываясь чем-то вязким, не кровью — сгустки темной жидкости тяжело стекали на пол и проедали босые ступни до костей, смешиваясь с густой кровью, источая мерзкий запах гниения.       Внезапно изо рта вырвалось ледяное облачко.       Глубоко вдохнув, Наруто подавилась тошнотворными зловониями. Легкие схлопнулись от разъедающего, омерзительного воздуха, и девочку пробил натужный кашель. Когда она вновь распахнула глаза, позади уже никого не обнаружилось. Девочка резко оглянулась, поводила перепуганным взглядом по ванной, выискивая хоть одно доказательство, что она секунду назад видела чудовище. Но ничего, ни крови с грязью на полу, ни сладковатого запаха разложившегося тела — ни единого намека о чужом присутствии.       Побледневшие губы дрогнули в нервной улыбке. Нужно поменьше читать с Менмой всякие страшилки.       — Н… на-ру… то…       Вдруг каждую клеточку пронзил немыслимой силы страх, когда на ухо нашептали сиплым, ломаным голосом. Зажмурившись до белых звездочек, Наруто заторможенно, со скрипом повернула голову обратно к зеркалу. Зажала пальцы в кулаки, в своих же мыслях причитая, что это всё видение — игра ее бурной фантазии.       Левый глаз чуть разлепился, и в зеркале она увидела ту самую женщину, с белесыми пустотами заместо глаз. Рот раскрылся в немом крике, но в следующий момент на горле сомкнулись переломанные, ободранные до костей пальцы, которыми ребенка утянули в зазеркалье…       Наруто подорвалась с кровати и огорошено осмотрелась по сторонам. Пижамная футболка насквозь пропиталась холодным потом, пряди пшеничных волос прилипли к холодном лбу. Схватившись за горло, Узумаки облегченно выдохнула: это всего лишь ее кошмар, не более.       Спустя минуту лихорадочных мыслей блондинка рухнула обратно на подушку. В ушах гулким эхо отстукивало взбесившееся сердце, а тело содрогалось мелкой дрожью. Дрожащая рука на ощупь отыскала прикроватную лампу.       В детской раздался глухой щелчок выключателя.       С появлением света сердцебиение стало замедляться, пока внутри не воцарился утраченный покой. Наруто глубоко вдохнула и уже хотела прикрыть глаза, как вдруг услышала странное хрипение. Сглотнув, она осторожно покосилась в бок. Голубые глаза начали медленно расширяться, стекленея от животного ужаса: нос к носу с ней лежал кошмар из ванной.       — От… н… нак-ка… зани-ия… не… у-уйти… Наруто… Узу… маки.       С последним звуком чудовище напрыгнуло на девочку, придавливая ту в кровать своим телом. Единственная рука, и то переломанная во всех местах, с глухим треском пробила женскую грудь. Из горла вырвались булькающие звуки, а после Наруто подавилась своей же кровью. По подбородку и щекам, на грудь, кровать и волосы посыпалась горячая кровь. Все крики и мольбы спасти ее превратились в судорожное хрипение.       Потрескавшиеся губы чудовища сломались в зловещей ухмылке.       Запрокинув голову назад, она заклокотала нечеловеческим голосом, рукой давя сосредоточие жизни ребенка. Меж пальцев продавливалась плоть, всё больше вытекала кровь на белые простыни с ромашками. Детское тело свело конвульсиями, на губы проступила белая пена. Последнее, что зацепили мутнеющие глаза ребенка — стал красный огонек, пылающий во лбу чудовища. Затем сознание стремительно полетело в лапы забвения.       — Ты правда этого хочешь, Наруто?       — Они нам не оставили иного выбора… Или ты уже сомневаешься в моих решениях? Не ты ли мне всё время говорил, как жаждешь мести?       Во тьме, такой тягучей, плотной, сверкнула пара глаз. Кроваво-красные огоньки исчезли практически сразу, но вот вторые, фиолетовые, с рисунком в виде ряби на воде, Наруто встретила по возвращении в реальный мир.       — Хватит спать, букашка!       Внезапно над головой прорычали сердитым басом, и в ту же секунду Наруто окатило ледяной водой. Подскочив на кровати, она пораженно воззрилась на странного дядьку из своего подсознания. Кицунэ показательно протер ладони о свое хаори, накинутое поверх кимоно, затем прошел к окну и резко раздвинул плотные шторы бежевого оттенка. Девочка инстинктивно зажмурилась, когда ее спальню затопил ослепительный солнечный свет. Незаметно осмотрев себя с ног до головы, она внезапно поняла, что насквозь промокла, но это была далеко не вода.       — Всего лишь кошмар, — однако потом всё же глянула на кровать, неслышно выдыхая. Той женщины нет, это всего лишь очень странный сон… Вот только что она видела в конце, когда ее убили, вырвав сердце?       Наруто несколько раз проморгалась, и только тогда с ее глаз сошла странная рябь. В следующий момент прямо в лицо прилетела сменная одежда, со словами:       — Даю тебе десять минут на сборы, — пригрозил странный дядька, подходя к двери. — Не успеешь, накажу.       Когда последний пушистый хвост скрылся за дверью, девочка почесала затылок, пораженная увиденным. Откуда этот хвостатый тут взялся? И… куда он намылился?!       Тут ее словно током прошибло. Наруто вылетела в коридор и с ужасом увидела, как с лестницы выходит отец. Задумавшись о чем-то, мужчина преодолел не больше метра, а после резко замер. На его лице, спокойном, в меру озадаченном, отпечаталось глубочайшее смятение, и глаза преисполнились непередаваемым шоком. Младшая Узумаки втянула голову и мысленно пожелала странному дядьке удачи — ибо нехер ползать по дому самого Хокаге.       Однако в следующий момент произошло нечто удивительное.       Сорвавшись с места, Минато пробежал через весь коридор, в упор не заметил проходящего мимо Кицунэ, после чего остановился в шаге от дочери. Та пораженно хмыкнула, выглядывая из-за отца. Неужели только она видит это чудо хвостатое?       «– У тебя осталось пять минут, букашка!» — вдруг голова содрогнулась от сурового рыка. Подпрыгнув, Наруто даже сама не поняла, как оказалась в ванной. С догонялками за дочерью Минато повременил, поскольку сейчас его озадачило совершенно иное, нежели странное поведение солнышка.       Мужчина закрыл дверь в ее спальню и невесомо провел кончиками пальцев по незаметным фуинам, вкладывая в них немного чакры. Но, к его ужасу, ни стена, ни пол — ни одна из поверхностей не полыхнула алым свечением. Казалось, что здесь никогда не было сдерживающих печатей, и мастера Фуиндзюцу не проделали колоссальную работу по защите его дома.       Сглотнув, Минато подошел к комнате Менмы и попробовал сделать то же самое. С первой же попытки он получил желанный результат — спальня сына защищена. Тогда спрашивается, кто снял мощные фуины со спальни Наруто? Нагато уже как второй день находится на миссии, а другим в деревне такое не под силу. Да и он бы почувствовал чужого в доме… Неужели Демон-Лис?       Дальнейшие размышления о странностях с печатями прервало появление дочери. Наруто, выскочив из ванной, уже одетая, причесанная и отчего-то взмыленная, впопыхах пожелала отцу доброго утра, после чего пулей понеслась вслед странному дядьке. Зачем его слушаться, она и сама не понимала — но подсознательно чувствовала, что самого Кицунэ злить не стоит… Учитывая его нескончаемое бухтение в голове.       Однако дальше первой ступеньки ей не позволил пройти Минато, который вовремя перехватил младшую дочь за шкирятник.       — И куда это ты собралась? — поинтересовался он, развернув Наруто к себе лицом и сурово заглянув в ее мечущиеся глаза.       — Как куда? — бойко начала и сразу же смолкла, когда не смогла найти объяснения своему странному поведению.       «– На тренировку, балда, — девочка вздрогнула, краем глаза приметив самого Кицунэ. Существо поднялось на второй этаж и, поравнявшись с Минато, с презрением покосился на суровое лицо человечишки. По детскому лицу пробежала тень замешательства: это у нее такие галлюцинации развиваются? — Чем раньше ты станешь шиноби, тем скорее мы оставим это захолустье…»       Наруто понятливо кивнула, переводя осознанный взгляд к отцу.       — Стану шиноби и уйду из… А зачем мне из деревни уходить? — нахмурившись, она уставилась в звериные глаза чудища, который говорит ей о таких немыслимых вещах. Как же она Коноху оставит? Тут же братик Нагато останется, отец, Менма…       — Я же просил Нагато не поднимать с тобой эту тему! — вдруг Минато процедил сквозь зубы, чем притянул к себе внимание Кицунэ. Тот попросил мелкую узнать, что же там владелец Риннегана должен был обсудить с ними. Мужчина на этот вопрос дочери тяжело выдохнул. — Ничего особенного, — сухо отрезал, продолжая с той же непривычной для себя суровостью, которой так хотелось осадить неугомонного и крайне глупого ребенка. Он же о ее благе печется, хочет своей принцессе хорошую жизнь, а не ту, что есть у цепных псов любой скрытой деревни. — Про статус шиноби даже думать забудь: большее, на что ты можешь рассчитывать — это карьера простого служащего, дипломата, хочешь политика. Я даже поддержу тебя, если ты решишь…       Наруто спустилась на одну ступень ниже.       — Это моя мечта, даттебайо, — глухо перебила его, затравленно смотря в холодные глаза отца. — Я всегда хотела быть похожей на братика… Ты… ты не можешь за меня решать!       Минато было порвался к дочери, но та отшатнулась от него, становясь еще дальше, дальше до мысли, что он теряет контроль над ситуацией, перестает понимать детей, своими же решениями настраивая тех против себя.       Нагато недоволен отцовской политикой в отношении Наруто.       Сама Наруто хочет пойти самоубийственным путем шиноби, поломав собственную жизнь.       И пока только Менма молчит, испуганно наблюдая за ними из кухни, прижавшись к дверному косяку точно зашуганый котенок… Даже страх в его глазах похож на тот, что теплится в глазах детей, что в страхе смотрят на своих родителей.       — Я стану шиноби, то-сан, и превзойду тебя! — решительно воскликнула Наруто и пролетела мимо брата, заставив вздрогнуть и настороженно проводить взглядом до двери.       Ошеломленный услышанным, Минато не сразу смог прийти в себя, вернуть утраченное ощущение реальности, которая внезапно треснула, явив уставшему человеку всю глубину существования в роли отца-одиночки.       Создав двух клонов, одного из которых он отправил за дочерью, а второго оставил с сыном, мужчина шуншином перенесся в Резиденцию. На месте его сразу встретил один из Анбу, которого послали старейшины и Данзо. Как только в руки попал свиток с печатью Хирузена, Минато еще минуту разглядывал довольно странное послание.       Верхушка деревни просила о незапланированном собрании, и желательно срочно. Уже через час Хокаге сидел в переговорной, холодным взглядом осматривая лица тех, кто хоть как-то способен навредить Наруто. Пока на его стороне есть уважение и доверие жителей, а Нагато беспрекословно исполняет каждое его поручение, Минато не беспокоит проблема под именем «Данзо Шимура» и «советники». Но ведь и он не вечен…       — Минато, — Сарутоби пыхнул трубкой, держа всю ту же маску отрешенности и будто бы наивности. — Мы долго оттягивали этот момент, но пора бы решить один вопрос.       Хокаге перевел прищуренный взгляд к Кохару, когда та подхватила Третьего довольно мягким голосом.       — Обучение твоей дочери… Нашей Джинчурики.       — Ты ведь должен понимать, что она не сможет быть простым жителем, — продолжил сидевший напротив Хомура, пронзительно смотря в глаза не просто Хокаге, но и отца, на долю которого пала такая ответственность. — Если не закалить дух и тело Наруто, Девятихвостый подавит ее волю, и тогда мы уже ничего не сможем сделать, кроме как…       — Устранить опасность.       Минато опасно прищурился и хрустнул кулаками, когда с самого края стола донесся скрипучий голос Данзо. Давление Ки мгновенно подскочило до отметки, когда дышать становится труднее, а в голове пылает мысль, что и до рукоприкладства недалеко. Давно эти двое точат друг на друга зуб, да только ни один не может устранить второго.       — Узумаки поставили ей самый мощный…       — Видимо ты совсем не понимаешь, чем может закончиться твоя беспечность, — поморщился Данзо, не позволяя Хокаге договорить о совершенно нелепых вещах. — Или мне напомнить, почему Наруто Узумаки не похожа на других Джинчурики?       — Не стоит, — ответил Минато, и его сдержанный голос, стиснутые зубы и отведенный в сторону взгляд лишь позабавили Главу Корня. Но внешне он ничем не показал, что рад такой победе, хоть и незначительной. Младший ребенок Намикадзе опасен для окружающих, она является источником немыслимой силы, которую необходимо направить в нужное русло. Быть может у него получится переманить Наруто на свою сторону, дав ей всё, о чем так мечтает капризная девочка… Он сделает из нее идеальное оружие, поможет подавить Демона — а после направит уже свою пешку против любимого папочки. Инструменты и средства для этого есть. — Отдайте ее мне, и…       Сарутоби приоткрыл глаза и выдохнул табачный дым через ноздри, когда Минато резко вскочил. Стул с грохотом упал, а сам мужчина оперся о деревянную столешницу руками, затапливая переговорную тяжелой Ки.       — Я сам воспитаю свою дочь, — холодным взглядом обвел каждого, кто мыслит о том, чтобы забрать у него Наруто. Не позволит — самолично всех прикончит, и даже глазом не моргнет. Эта девочка досталась ему слишком дорогой ценой… — Как-нибудь без вашей помощи обойдусь.       — В тебе сейчас говорит отец, Минато, — Сарутоби сказал это с грустной улыбкой, еще лелея надежду на здравый рассудок своего приемника. Но тот остался глух, как и всегда. — Ты не сможешь быть беспристрастным в отношении Наруто. К тому же она…       — Хватит! — по переговорной прокатился сердитый крик, который резко сменился ледяным, пугающим завыванием. — Все свободны.       Минато развернулся на пятках и уже хотел направиться к двери, как вдруг со спины прилетело тихое:       — Ты не сможешь долго прятаться за спиной своего сына…       — Не смей мне угрожать, Данзо, — слегка повернув голову в сторону, Хокаге процедил сквозь зубы, сверкая злыми, похолодевшими глазами. — Если есть недовольные, будьте добры — выскажитесь.       В переговорной наступила тишина. Прошла минута, а советники так и остались молчаливы ко всему, что их так сильно не устраивает. Минато уже давно перестал руководствоваться холодным рассудком. Смерть жены сломала его, превратила когда-то сильного, решительного человека лишь в жалкое подобие себя прежнего. И на это больно смотреть. Больно видеть, как затухает человек, как он каждодневно сжирает себя изнутри, трясясь над собственной дочерью, которую надобно обучить. Ее место среди шиноби, ее судьба — защищать деревню и быть сосудом для чудовища… Даже если Наруто им стала не по собственной воле.       Когда-нибудь я тебя уничтожу, Данзо       Минато вышел из переговорной и шумно выдохнул. Но даже так Сарутоби и остальные правы: Наруто должна уметь себя защищать. Сам он не возьмется за ее обучение — не сможет, не способен навредить любимому солнышку. Тогда Нагато? Хотелось бы, но и этого не хочется допускать… А вдруг старший сын настроит дочь против него? Вдруг уведет из деревни?       Глупости, конечно, однако и такое возможно.       Хмыкнув, Минато быстро перенесся к себе в кабинет, и в следующий момент перед ним стояли те, кому он готов доверить своих детей. Ведь он вырастил этих людей, обучил их — и теперь они единственные, кто может стать для Наруто идеальными учителями.       

***

      Со злости пихнув камень ногой, Наруто заскочила в темный переулок, где можно было скрыться от ненавистных взглядов жителей, их шуганых движений и странных шепотков о том, что она — чудовище. Внутри всё клокотало от ярости, разрывало от желания сбежать из деревни к братику. Как отец вообще смел такое говорить ей?! «Ты станешь политиком…». Да пошла эта политика и всё сопутствующее к биджу под хвост! Она хочет сражаться, хочет стать достойной своего брата — и она обязательно добьется поставленной цели… С отцовской поддержкой либо без нее.       Вдруг в нос залез противный лисий мех. Девочка отмахнулась от хвоста и оглянулась на идущего позади дядьку.       — И чего ты ко мне прикопался, даттебайо?! — буркнула, затем прошла на оживленную улицу. Хаотичный людской поток сию же секунду замедлился, поэтому Наруто поспешила убежать обратно во тьму. — Какого черта вообще тащишься за мной? Кто ты? И почему ты здесь, а не в моем подсознании?       Мужчина тягостно вздохнул, взметнув усталый взгляд к хмурому небосводу. Видимо, будет дождь. Не хотелось бы мокнуть и мочить свой лоснящийся пушистый мех… Даже если это в принципе невозможно.       — У меня нет иного выбора, — кисло прошептал и с заминкой добавил, когда поймал непонимающий детский взгляд. И чем он так насолил самой судьбе? Нельзя было отправить к чуть более сообразительной девчонке? Эта какая-то далекая, что ли. — Я твой… страж, — и было это сказано так нехотя, будто бы он сам не верил в сказанное, что Узумаки резко затормозила и пораженно осмотрела странное нечто, пушистое.       — За что мне такое наказание, даттебайо? — сложила руки на груди, недовольная.       Брови Кицунэ сдвинулись к переносице, и в следующий момент детское тело оказалось оторвано от земли. Блондинка изумленно глянула на лисьи хвосты, которыми опутали ее тело, но затем в груди зародилось нехорошее предчувствие на грани страха, когда спиной она ощутила холодный камень стены.       Рыжеволосый медленно наклонился к ее лицу.       В звериных кроваво-красных глазах с вытянутым зрачком сверкнул нехороший огонек, и с губ сорвался пугающий шепот:       — Букашка, советую запомнить раз и навсегда: мне ничего не стоит разорвать тебя на кусочки, убить всех, кого ты так любишь… Ведь ты — это я. И твоя слабая тушка принадлежит мне, — уголки рта чуть приподнялись, наполняясь недоброй ухмылкой. — Но так и быть, раз мы теперь в одной лодке, я отвечу на твои вопросы. Зовут меня Девятихвостый Демон-Лис, можно просто Кицунэ. Когда ты смогла попасть в подсознание, то создала двусторонний канал, поэтому я также могу находиться в твоем мире. Уйти не могу, как бы не пытался… Мы с тобой связаны уже не просто как биджу и сосуд. Наша связь…       — Нару-чан, ты зачем одна гуляешь?       Пара одновременно посмотрела на того, кто возник в конце переулка. Кицунэ неопределенно фыркнул, затем неожиданно для девочки испарился, рассыпавшись на множество частиц. Последним пропали глаза, те самые глаза, которые она видела в ночном кошмаре. За своими мыслями Наруто не сразу поняла, что перед ней стоит незнакомый человек.       Проморгавшись, она поморщилась то ли от неожиданности, то ли действительно испытала омерзение к страшной роже брюнета. Всю его левую сторону лица покрывали глубокие затянувшиеся шрамы.       Большего Узумаки разглядеть не успела, поскольку к ним подошли еще двое: улыбающаяся девушка с необычными полосами на щеках, фиолетовыми, и мужчина, у которого нижняя часть лица была скрыта за маской. Правый глаз он спрятал за опущенным протектором шиноби Листа, но даже это не мешало ему улыбаться — тем единственным видимым глазом.       — А если потеряешься? Или что случится? — продолжит жуткий брюнет, на что Наруто лишь похлопала глазами.       — Обито, ты ее только напугал… — цокнув, милая с виду шатенка оттолкнула мужчину и улыбкой ответила на разгоревшееся подозрение в голубых глазах. — Наруто, мы ученики твоего отца… И он попросил нас быть твоими наставниками.       — То-сан? — в неверии прошептала она, опуская огорошенный взгляд на свои пальцы. Так он решил… — И вы будете меня обучать? — на всякий случай уточнила, когда окинула взглядом довольно странную компанию. Но затем всё подозрение улетучилось, как только мужчина с пепельными волосами показал ей свиток с печатью Хокаге. Бегло изучив изданный указ о ее обучении, Наруто спрыгнула с мусорного бака, где и сидела всё это время, и завизжала, запрыгала на месте, восхваляя самого лучшего, самого доброго и любимого отца на всей планете.       Как только девочка успокоилась, что произошло не сразу — и далеко не через десять минут, — шатенка присела на корточки перед их подопечной и ласково представилась:       — Меня Рин зовут. Это Какаши, — пепельноволосый мужчина прикрыл глаз и махнул рукой, улыбаясь. Наруто в ответ лишь кивнула, затем покосилась на самого жуткого типа. Неужели отец обучал это чудо улыбающееся?       — Обито! — бодро представился тот, запуская руку в свои короткие черные волосы. — Предлагаю пойти в более приятное местечко. А то здесь как-то не особо хочется знакомиться и обсуждать предстоящий план тренировок.       Взяв Нохару за руку, девочка вышла с ними из темного, сырого переулка и вместе с ними пошла в ближайшее кафе. Теперь и настроение появилось, чтобы съесть парочку рамена: она как раз не завтракала, да и время обеденное уже давно прошло.       Когда перед ней поставили ароматную тарелку с любимой лапшой, Наруто взяла палочки и приступила к еде, параллельно слушая своих наставником. Говорили они много, порой смеялись друг над другом, улыбались, когда младший член их компании задавал до жути глупые вопросы. Но сама Наруто их практически не слушала. Ведь в голове она вела совсем иной разговор о… своей личности.       Она Джинчурики.       Она — сосуд, что сдерживает опасное чудовище.       Но… почему их связь не похожа ни на одну, что существует между биджу и Джинчурики? Что ей недоговаривает то-сан? И какие тайны скрывает сам Девятихвостый?