Мэй

Мэй сидела в комнате, в которой в последнее время бывала чаще, чем в своей собственной. Через открытое окно она созерцала за приевшимся видом. Расположение всей мебели и даже мельчайших предметов она выучила наизусть, пока являлась сторонним наблюдателем решения очередных вопросов, связанных непосредственно с ней самой. Честно говоря, в её душе поселился неприятный ком. Мэй считала, что является обузой, она, сама того не ведая, создаёт проблемы двум мужчинам, которые по непонятной ей причине решают их и даже не злятся или жалуются. Из-за этого многие члены клана бросают на девушку презренные взгляды. Таких становится все больше. И это давит. — Ты сможешь показать нам этого мальчика? — Такао, стоявший рядом и до этого обсуждающий сегодняшнее событие с Кадзу, обратился к ученице.– Мэй? — Однако в ответ ничего не услышал. Девушка зациклилась на какой-то мелкой безделушке, погружённая глубоко в себя, переваривающая в своей голове последние дни. — Я могу уехать в провинцию к своему отцу.– Она по прежнему не обратила внимания на тихий, но строгий голос дзёнина, думая вслух. — Мэй.– Чуть более жёсткий и громкий голос Кадзу заставил её чуть вздрогнуть, выйти из некого транса и обратить, наконец, внимание. На девушку уставились две пары глаз. — Покажи нам этого мальчика. Майко молча кивнула, проходя мимо мужчин прямиком к двери, за которой поспешно скрылась.

***

Когда девушка проходила мимо дома лекаря и, по совместительству, своего временного пристанища, до её чуткого слуха донёсся обеспокоенный женский голос: — Как это все уже разошлись по домам? — Ну так это, всех детей отпустили ещё в обед. — Но Кэзу не вернулся. Чонган пожал плечами, копошась в потертом льняном мешке, переполненном различными свежими лечебными травами и цветами. Как только его взгляд упал на ужаснувшееся лицо матери мальчика, у него у самого сжалось сердце. — Может он пошёл гулять с кем-то? — Нет, не мог. — Присядь, дорогая.– Лекарь усадил женщину на скамью. Мэй поспешила к ней. — Извините, Вы не могли бы описать Вашего сына? — Кэзу? Да… Да, конечно.– Поначалу вся сущность женщины никак не хотела отвечать этой незнакомке, но, завидев за её спиной дзёнина, перевела на девушку взгляд, отвечая на интересующий её вопрос. Мэй, кажется, побледнела. Она поднялась, поблагодарив женщину, и не спеша отошла чуть в сторону. Взгляд её был хмур и крайне обеспокоен. Майко сжимала свои руки, заламывала пальцы, чтобы хоть как-то унять дрожь. — Это он. Почувствовав приближение мужчин и предвидев их вопросы, ответила сразу, поворачиваясь к ним лицом. — Что, если это из-за меня. Я подошла к нему, заговорила с ним. Эти люди могли подумать, что он проболтался и… — Тише.– Глава клана взял Мэй за руку и чуть сжал её, силясь успокоить. Эмоциональное состояние девушки было крайне шатким, и начавший дрожать голос только подтвердил это. От Мэй не скрылось то, что изначально и Кадзу ринулся к ней, но дзёнин его опередил. Синоби раздраженно выдохнул, стараясь сделать это максимально незаметно. Его взгляд упал на скреплённые руки пары, после чего он поторопился отвернуться, чтобы не видеть этого. Сама не ведая почему, Мэй почувствовала перед Кадзу вину. Она аккуратно, стараясь не делать резких движений, нежно высвободила свою ладонь, благодарно кивая наставнику. — Что бы ни случилось, твоей вины здесь нет. Девушка отвела взгляд от Такао, ища глаза Кадзу. Будто бы искала подтверждение слов. Будто бы только слова синоби окончательно решающие и верные. — На помощь! Кто-нибудь! Помогите! Откуда-то со спины послышались крики. Все сразу же ринулись на звук. Там, у реки в тени старых домов лежало маленькое тельце. Мальчик был покрыт многочисленными ссадинами, гематомами и уже запекшейся кровью. Мэй оцепенела от ужаса, не в силах сдвинуться с места. Она хотела помочь, но тело не слушалось. Девушка застыла в ступоре. Вот мать мальчика истошно кричит, стоя на коленях перед своим сыном. Вот её стараются оттащить от ребёнка. Успешно. Вот Чонган щупает пульс пострадавшего, что-то кричит местным мужчинам. Мир вокруг Мэй остановился. Звуки как-то померкли, будто бы шли из-под толщи воды. Мать ребёнка цепляется взглядом за чужачку. Поднимается на ноги и бежит к ней, крича какие-то проклятия. Но майко продолжает стоять, не шелохнувшись. Кто-то резко оттягивает её назад, а пара незнакомых ниндзя хватают вырывающуюся женщину за предплечья. Только сейчас Мэй заметила в её руках блеск крепко сжатой шпильки, пару секунд назад державшей волосы. Этот «кто-то» поспешно заводит майко в здание. Какая-то знакомая комната. Комната Кадзу. Синоби сажает девушку на деревянный стул. Кажется, он что-то говорит ей, но она по-прежнему не слышит. В комнату зашёл кто-то ещё. — Только не смей винить себя в этом! Знакомый строгий женский голос раздался прямо над головой. Азуми. Мэй холодно посмотрела на девушку, опуская влажный взгляд на пол. Звонкий хлопок обжег щеку, отрезвляя, но пробуждая воспоминания, которые не хотелось бы вспоминать. — Азуми! — Судя по голосу, Кадзу был зол. — Ей надо прийти в себя. — Есть ещё способы, помимо этого.– Мужчина сделал шаг к новоприбывшей. — Нет, она сделала все правильно. Две пары глаз метнулись к Мэй. — Он умер…– Майко хотела сказать что-то ещё, но её перебили. — Умер? — Синоби прервал последующий поток слов, прибавляя к своей интонации удивление.– Он жив.

***

— Если я скажу, мне отрежут язык! — Если ты скажешь, мы найдём их и они понесут наказание. Мэй перевела взгляд на перебинтованного мальчика, уже энергично общающегося со всеми, кто приходит его навестить. Так и не скажешь, что ещё два дня назад он был на грани смерти. Кадзу стоял рядом с девушкой, облокотившись спиной о стену. Уже битый час Такао пытается разговорить мальца, который сопротивляется что-либо говорить на эту тему. Тяжело выдохнув, майко последовала примеру синоби и тоже облокотилась о стену. Она краем глаза глянула на мужчину, стоявшего с прикрытыми веками. Когда очередные вопросы не дали свои плоды, Кадзу устало закатил глаза и расслабил свои конечности, давая им свободно свиснуть вниз. Их руки соприкоснулись. Он почувствовал небывалую легкость и нежность, граничившую с прохладой, а она теплоту и силу. Мэй почувствовала легкий жар в районе щек, чуть отодвигая свою руку. Синоби тихо усмехнулся, хитро глянув на майко, тем самым заставляя её смутиться ещё больше. — Больше никто не пострадает, если ты скажешь. Хотя бы намекни.– Такао все никак не собирался прекращать свой допрос.– Я обещаю. Было видно, что мальчик хотел сказать, но боялся. Он сжался, борясь с собой, но в итоге сдался. — Их много. — Сколько? — Не скажу. — Кэзу… — Не скажу, потому что не знаю. Это жители деревни, я знаю только нескольких человек, но их намного больше. Они хотят вытравить чужачку из деревни, потому что она принесёт несчастья и беды! Им не нравится, что она проводит много времени с господином Такао, они считают, что она хочет втереться к Вам в доверие, чтобы убить! — Но зачем мне это? — Майко на секунду прервала непрекращаемый поток слов мальчика. Тот замялся и каждый раз, когда приоткрывал рот, чтобы выдать новую мысль, закрывал его снова, не находя, что сказать. В конце концов он неоднозначно посмотрел на Мэй, со всей серьезностью выдав: — Значит есть зачем. Мне просто не говорят, потому что считают слишком маленьким. Девушка грустно ухмыльнулась, чуть поджимая губы и сдавливая челюсти.

***

Этим же вечером начались сборы. Мэй, собрав все необходимое, заранее проверив все около пятнадцати раз, слонялась по дому, не зная, чем себя занять. Древесные полки были заполнены различными ёмкостями, начиная от склянок с мизинец, заканчивая баночками побольше. Все они были заполнены различными мазями, непонятными отварами и прочими жидкостями. На одной из таких полок стояли различные вкусно пахнущие мешочки: в них были различные засушенные травы. К одному из таких потянулась рука. Мэй принюхалась. Ей настолько понравился этот запах, что она даже прикрыла глаза, облокачиваясь о полку. — Можжевельник.– Сзади послышался старческий голос.– Кицунэ любят его. Тень улыбки отразилась на губах девушки. Она повернулась к хозяину дома. — Как он? — Мэй чуть кивнула в сторону лестницы, с которой Чонган спустился пару минут назад. — С ним все будет хорошо. У него организм молодой, сильный. Будет ещё бегать наперегонки со сверстниками. От этой новости майко полегчало. Несмотря на остальную гору проблем, которая так и норовила придавить её к земле, приятная новость придала сил. — Поди сходи к Кадзу. Он просил меня позвать тебя, если увижу. Помощь нужна твоя.– Чонган подошёл к полке, расставляя различные медицинские предметы, которые брал с собой наверх. На его лице воссияла добрая ухмылка. Мэй, которой до этого было невероятно скучно, набралась энтузиазма и энергии. Идти по темноте почему-то было не страшно, возможно, слишком опрометчиво, но тем не менее, она чувствовала себя… Спокойно. Даже малейший намёк на напряженность утих, когда девушка увидела в свете факелов Кадзу. Он стоял у широкого стола, заваленного различными вещами, прямо на улице. Майко не спеша подошла к мужчине. — Что ты здесь делаешь? Поздно же. — Чонган сказал, что ты искал меня, чтобы с чем-то помочь. Между ними воцарилось неловкое молчание. Хмурый Кадзу и серьезная Мэй. Осознание произошедшего пришло к ним одновременно. Синоби усмехнулся, продолжая заниматься своими делами, а Мэй смущенно отвела взгляд, виновато хмурясь. Теперь стало ясно, что за хитрая улыбка посетила лицо лекаря. — Что ж, иди сюда, помощница. Глазами бегло пробежавшись по содержимому, искал, чем же можно занять девушку. Вручив майко пустую флягу, посмотрел ей за спину, где находился колодец. Пока Мэй набирала воду, погрузилась в воспоминания, её лицо озарила улыбка, а сама она издала тихий смешок, привлекая внимание ниндзя. Тот выжидающе посмотрел на неё, приподнимая одну бровь. — Я просто вспомнила нашу первую встречу.– Закончив с «заданием», протянула мужчине заполненную флягу, покрытую редкими каплями воды.– Тогда я тоже должна была тебя напоить. Кадзу легко улыбнулся, принимая емкость из её рук. Вновь последовала тишина. Они оба не знали, о чем говорить. Хотя говорить было о чем. Возможно, неловкость, которая встала перед ними в последнее время, содействовала этому. А может, это обыкновенная усталость. Все были выжаты, и это сказывалось даже на такой деятельности, как общение. — Что это? — девушка указала на полу-надутый кожаный мешок. Всё же Мэй- гейша, и её основная работа не только танцевать и разливать чай, но и уметь поддержать, развить самый тупиковый разговор. Взяв предмет в руки, она почувствовала лёгкость. Он был полон, но пуст… — Это мешок с воздухом. — Мешок… С воздухом…? — Она решила на всякий случай переспросить. Кадзу усмехнулся. — Мешок с воздухом. — И чем же он полезен? — Он нужен для нахождения под водой. Последующие слова сами приходили на ум, а разговор пошёл, как по маслу. Мэй спрашивала Кадзу о различных приспособлениях, а тот ей отвечал. Её действительно интересовали все эти странные штуковины. Да и вообще хотелось бы больше узнать об этом ремесле. Взяв в руки сюрикен в форме цветка с четырьмя лепестками, очертила контур пальцем. Мэй на секунду вздрогнула, по телу пробежал лёгкий холодок. Всё-таки Кадзу берет это с собой не просто так. Он едет на работу, и он будет это использовать. Если понадобится, конечно. — Боишься? — От мужчины не скрылась дрожь Мэй, её плавно поменявшийся взгляд и затянувшееся молчание. — Тебя — нет.