Жестокость - не любовь

В течении нескольких часов Линч и Джон просто сидели на подъёмном кране, ожидая, когда собаки уйдут. Но к несчастью животные и не думали куда-то уходить. Они всей стаей легли возле крана и принялись ждать, когда парни спустятся. Продолжаться так больше не могло. Оба уже начали голодать, да и пить хотелось. У Егора уже давно в голове сидела одна идея, но она была довольно безумной, поэтому он не решался о ней сообщить. Ситуация вынуждала, поэтому он всё-таки решился и сказал: — Слушай, у меня есть идея. Что если мы пройдём вдоль крана и спрыгнем там на крышу. Там не высоко, так что всё должно быть в порядке. — Ты спятил?! А если не допрыгнем?! — моментально ответил писатель. — Хочешь сказать, у тебя есть идея получше? — задал риторический вопрос журналист. — Ладно, попробуем. Но если мы умрём, я тебя на том свете придушу. — слегка раздражённо ответил Джон. Линч аккуратно пошёл вдоль по стреле* на полусогнутых коленях. Поверхность была довольно не устойчивой, вдобавок дул сильный ветер, поэтому Егор довольно сильно шатался и с трудом удерживал равновесие. Медленно, но верно, он шёл к концу стрелы*, постоянно переводя взгляд со своих ног вперёд и обратно. Журналист тяжело дышал, а с его лба медленно стекала капелька холодного пота. Всё-таки идти было довольно страшно. В конце концов Линч достиг нужной точки. Осталось прыгнуть. Он тяжело вздохнул, выпрямился и с громким кр ком прыгнул. Приземлился он на ноги, что выглядело, да и звучало, очень больно. Писатель разволновался, дёрнулся с места, в результате чего чуть упал, а после взволнованно крикнул: — Линч! Линч, ты как?! — Нормально, просто ноги отбил. Прыгай аккуратней. — спокойно ответил Егор, иногда шипя от боли. Джон с облегчением вздохнул. Он повторил подвиг журналиста и уже стоял рядом с ним, тщетно пытающимся выбить дверь на крышу (с крыши?). К тому времени уже начало темнеть. Дверь никак не поддавалась, поэтому не оставалось иного выбора, кроме как спуститься по дереву, удачно растущему возле дома, на чьей крыше находились парни. Как всегда первым пошёл Линч. Он аккуратно спускался по веткам, пока не достиг земли. Всё прошло на удивление удачно, поэтому писатель тоже спустился без происшествий. Но ведь не может всё быть так просто, верно? Парни услышали собачий лай, после чего увидели уже знакомую стаю псов, бегущую на них. Видимо, пока парни спускались, собаки успели обойти дом. Умные гады. Парням вновь повезло, ведь буквально рядом с ними был чёрный вход, в который они тут же забежали. Дверь никак не запиралась, поэтому парни побежали на следующий этаж и вбежали там в первую попавшуюся квартиру. Замок и тут был сломан, но на этот раз можно было заблокировать дверь чем-нибудь. Этим «чем-нибудь» оказался стул, первый попавшийся в руки Джону. Практически в ту же секунду, как писатель забаррикадировал дверь, псы начали ломиться в неё. Это продолжалось около 30 минут, все из которых парни просто стояли и пялились на дверь, боясь пошевелиться. Но неожиданно за дверью послышались выстрелы и жалобный скул, который почти тут же затих. После, начались сильные удары в дверь. Посильнее, чем были у псов. Это были безусловно человеческие удары. Не нужно быть гением, чтобы понять, что дверь не выдержит, поэтому парни быстро спрятались. Егор спрятался за креслом, что стояло в углу комнаты, а Джон напротив него - за комодом. Буквально через минуту дверь выбили. В комнату вошла та самая «наглая парочка» что, как и парни, изначально не стали бежать к кнопке, а от неё. У них при себе было много еды и хорошее оружие, поэтому пытаться вступать с ними в бой было бы нелогично. Поверхностно обыскав квартиру, они начали разговаривать. Первым диалог начал парень: — На этот раз нам попались менее тупые участники. Сколько бродим уже, а так никого и не нашли. — Нам главное найти тех двоих парней. Тогда дело пойдёт в гору. — ответила девушка. — Ты про близнецов? — Да нет же! Я про тех двоих, что побежали от кнопки. Один в свитере в цветочек, а второй в кожаной куртке. Есть три варианта, почему они так поступили: Первый - они просто не идиоты и догадались о подвохе. Второй - они что-то знают. Третий - они уже сталкивались с подобным. Какой бы из вариантов не был верен, всё сводится к тому, что они будут нам полезны. — Хах, согласен. После этого крайне необычного диалога они ещё раз прошлись по квартире, на этот раз обыскивая и обворовывая все ящики, после чего ушли. Было слышно, как они пошли в соседнюю квартиру, так как дверь там очень сильно скрипела. Парни дождались пока «наглая парочка» не ушла наверх, после чего с облегчением вздохнули и вылезли из укрытий. — Что делать будем? — спросил писатель. — М... Переждём. Они уйдут, а мы через час после них. — ответил журналист, пожав плечами. — С первым согласен, а с последним нет. Предлагаю поселиться в этом здании где-нибудь на верхнем этаже. Из-за того, что оно будет зачищено, оно будет защищено, ведь никому не будет нужно. (Джон прям реп читает)) — сказал Джон, сложив руки на груди. — Ладно, согласен. Отправимся искать еду и оружие завтра утром. — Замётано. После этого парни обыскали квартиру, на случай, если «наглая парочка» что-нибудь пропустила. К сожалению они оказались довольно внимательными и жадными, поэтому нигде и ничего не осталось. Парни принялись ждать, когда парочка наконец закончит со всем и уйдёт. Прошло около 15 минут и парни услышали приближающиеся шаги. Видимо, «наглая парочка» спускалась с верхнего этажа и направлялась к выходу. Парни еле успели спрятаться, поскольку слишком поздно среагировали. «Наглая парочка» это заметила, поэтому обыскала квартиру повторно. Один раз Линч решился выглянуть из-за кресла, чтобы проверить ушла ли парочка. Именно в этот момент девушка посмотрела на злосчастное кресло. Кажется, они с Егором встретились взглядом. Журналист быстро спрятался обратно, молясь чтобы она его не заметила. Девушка подошла к креслу и принялась пристально всматриваться в него. Она пялилась так секунд 20, после чего крикнула парню облегчающее «Идём дальше!» и ушла. Как только в доме воцарила гробовая тишина, парни вышли из укрытий. Они, как и собирались, пошли на самый верхний этаж. Ходить пешком по лестнице довольно сложно, поэтому парни, добравшись до верха, довольно сильно запыхались. Они решили, как только забаррикадируют квартиру, тут же лягут спать. На дворе была ночь, что являлась ещё одной причиной по которой стоило бы отправиться в постель. Парни подошли к первой попавшийся на глаза двери и, как всегда, первым пошёл Линч. Он взялся за дверную ручку, тяжело вздохнул (возможно даже помолился) и открыл дверь. Вернее, попытался открыть. Она была заперта. Егор несколько раз сильно дёрнул за ручку, после чего медленно отошёл от двери. Он вопросительно посмотрел на друга, но в ответ тот лишь пожал плечами. Вдруг, с той стороны двери послышался щелчок, характерный для открывающейся замочной скважины. Тут у обоих парней словно пульс остановился. Они будто перестали дышать, замерев в одной позе и не моргая пялясь на дверь. Та медленно открылась и оттуда словно пуля вылетела девушка крупного телосложения. Она набросилась на журналиста и повалила его на пол. В её руках был нож, которым она всеми силами пыталась проткнуть горло Линча. Он держал её за запястья, с трудом удерживая её руки так, чтобы лезвие находилось хотя бы в нескольких сантиметрах от шеи. Если Егор ослабит хватку хотя бы на секунду, то моментально попрощается с жизнью. Джон хотел было подбежать к журналисту, помочь ему, но вдруг услышал милый, тонкий женский голос, крикнувший: «Стоять!» Писатель поднял взгляд и увидел худую, низкую девушку, дрожащими руками, неуверенно держащую 9-мм пистолет Макарова*. Он не был уверен в том, что она выстрелит, но всё же послушался. Джон на шаг отошёл от Линча и полной девушки, сидящей на нём, и поднял руки. Писатель бросил краткий взгляд на друга, затем на девушку с пистолетом. Он был растерян, не знал что делать. За долю секунды в голове проносились тысячи мыслей и идей. Джон водил взглядом по всей комнате, но в один момент остановил его на девушке с пистолетом. Он бросился на девушку, а та, в свою очередь, попятилась назад. Писатель ловко выхватил пистолет из её рук, оттолкнув её саму плечом. Он быстро прицелился на нож, что вот-вот бы коснулся горла Егора. Джон быстро и уверенно нажал на курок, но ничего не произошло. Пистолет не заряжен. Девушка с грозным криком набросилась на писателя, запрыгнув на него и обхватив ногами талию, а руками горло. Джон потерял равновесие и упал, при этом упорно не выпуская оружие из рук. Девушка душила его, но писатель не мог сделать практически ничего. Он пытался отодвинуть её руки силой, но она оказалась довольно упёртой, поэтому сжимала руки только сильнее. Со стороны журналиста послышался короткий, но довольно громкий и пронзительный вскрик. Джон перевёл взгляд на Линча и увидел, что нож уже пронзал его горло на несколько миллиметров. Кровь тоненькими струйками потекла из раны, стекая по шее на пол. Писатель понял что нет времени жалеть кого-то. Понял, что у них нет выбора «просто уйти». Придётся нанести девушкам какой-то вред. Он не собирался убивать их, но решил вырубить. Джон прижал подбородок к груди, тем самым подняв голову, после чего быстро откинул её назад. Позади послышался хруст и тихий крик. Он сломал девушке нос. Боль отвлекла её на мгновение, но этого хватило писателю, чтобы вырваться из её цепких рук. Он сильно ударил девушке в висок своим локтем, от чего она потеряла сознание. Джон быстро поднялся и подбежал к крупной девушке. Он ударил её в шею рукоятью пистолета, от чего она тут же потеряла сознание и мёртвым грузом упала на уже выдохшегося Егора. Журналист тяжело и прерывисто дышал, жмурясь и часто моргая. Он пытался отодвинуть от себя девушку, но из-за сильной усталости у него это не выходило. Писатель помог ему, отодвинув девушку и подняв с пола. — Ты как? — взволнованно спросил Джон, тяжело дыша. Ответ последовал не сразу. Линч осмотрел девушек, лежащих без сознания на полу, заглянул в квартиру, из которой они вышли, и только потом ответил: — В порядке... — С его лица не сходила эмоция шока. Глаза вечно открытые, прерывистое дыхание. Он явно никак не мог смериться с тем, что буквально минуту назад чуть не лишился жизни. Это было странно, ведь Егор довольно часто смотрел смерти прямо в глаза и чувствовал её дыханье за спиной. Вероятно, он был удивлён не своей почти наставшей смерти, а поведением девушек. Тем, как они отважно и решительно шли к своей цели - выбраться живыми. Журналист помотал головой, отгоняя лишние мысли. Он вошёл в квартиру, подошёл к окну, что было по какой-то причине открыто, и выглянул наружу. На улице было довольно светло, не смотря на ночь, но это заслуга исключительно звёзд и луны. Ни один из фонарей не работал. Позади послышались звуки, характерные для заряжания пистолета. Линч обернулся и увидел как писатель заряжает пистолет. Он внимательно осмотрел оружие, после чего сказал: — Они не зарядили его. Видимо, не знали как. Но зато патроны нашли и мы теперь не с голой задницей. Я ещё нашёл кухонный нож, зажигалку и немного тушёнки. — Отлично. Поедим и ляжем? — Егор отошёл от окна и перевёл всё своё внимание на друга. — Поедим и ляжем. — с улыбкой ответил Джон. Вдруг, за дверью послышались выстрелы. Браслеты парней завибрировали, показывая два изображения. Это были фотографии тех девушек. Над обеими надпись гласила «Погибла», а вот под фотографиями надписи отличались. Под фотографией худой и низкой девушки было написано «Эмили Баркен», а под фотографией крупной и высокой «Эшли Вильямс». Сразу после выстрелов в комнату вошла «наглая парочка». Девушка показательно дунула на пистолет, после чего высокомерно произнесла: — Присоединяйтесь к нам, если не хотите повторить их учесть. — В ответ ничего не было сказано. Парни молча стояли на своих местах, ошарашено пялясь на «наглую парочку». Это продлилось около 5 секунд, после чего в голову журналиста пришла идея. Он сжал руки в кулак, изменил взгляд с «ошарашенного» на «недовольный» и сквозь зубы процедил: — Этому не бывать! — после этих слов он ринулся к открытому окну и без доли сомнения выпрыгнул. Из-за «Эпикинонии» писателя потянуло следом за Линчем и он, без возможности сопротивляться, выпал в окно. Полёт длился менее одной секунды, но казалось, что он длился вечность. Парни упали в грузовик наполненный мешками с мукой. Они пробили собой тент, и оказались среди мешков, покрытые мукой. Егор очухался первым. Он поднялся в положение «сидя» и убрал волосы с глаз. Журналист почувствовал, что на его руке кто-то ползёт. Он посмотрел на свою ладонь, но там никого не оказалось. После он перевернул руку тыльной стороной к себе и увидел паука примерно 10-20 миллиметров в длину. Паук был чёрный, на брюшке красные пятна с белым окаймлением вокруг каждого пятна. Линч уже было хотел скинуть насекомое с руки, но его остановил Джон. Писатель схватил Егора за руку, на которой и сидел паук, притянул к себе, после чего произнёс взволнованным голосом: — О господи, Линч! Это каракурт*...