Пламя и угли

Флэймель с неудовольствием отметила, что кончики пальцев взмокли. В коридоре, полном тревожно перешептывающихся студентов, волей или неволей передавался общий мандраж. Селеста у стойки уже третий раз роняла посох, краснела и глупо хихикала, когда проверяющий водил вдоль ее тела ладонями, чтобы убедиться в отсутствии незарегистрированных артефактов. Наконец, это позорище кончилось, и однокурсница, путаясь в собственных ногах, исчезла за занавесью. Следующим к стойке не спешил подходить никто. Флэймель незаметно промокнула пальцы и окинула взглядом остальных. Она тоже предпочла бы подождать, пока кто-нибудь другой отправится составлять компанию Селесте. Но появившийся в дальнем конце коридора студент заставил ее резко передумать. — Флэймель. Огнегривая. — Вы имеете право взять с собой одно оружие и один магический артефакт, — заученно известил проверяющий. — В случае если оружие обладает магическими свойствами, оно считается и тем, и другим. Флэймель расстегнула перевязь и подала вместе с ножнами, чтобы он мог убедиться в отсутствии на них магии. Проверяющий так и сделал, для начала поводив пальцем по кожаным ремням и футляру, и лишь после этого вынул оружие целиком. — Рапира. Клинок обоюдоострый, сорок два дюйма, мифрил, — под ровную отчетливую диктовку вписало зачарованное перо в бланк под ее именем. — Косишь под Льва Его Величества? Не поздно ли спохватилась? — Отвали, Севис. Проверяющий бесстрастно зачехлил рапиру обратно и передвинул к краю стола. Флэймель подхватила оружие под рукоятью и повернулась спиной, стремясь поскорее закончить. Эльфу пришлось встать. — Ты размахнуться-то ей сумеешь? — издевательски усмехнулся Севис. Теперь она могла созерцать его самовлюбленную рожу во всем великолепии, как и «группу поддержки» из младших студенток, по обе стороны виснущих на алых рукавах роскошной мантии ученика высшей ступени. — Нет, покрасоваться взяла, — Флэймель ответила ему ядовитой улыбкой. — А ты сам заплетешься или для этого своих девочек притащил? — Умный маг знает, как справиться с подобной мелочью — папочка тебе не рассказывал? — он улыбнулся ей еще шире, младшекурсницы захихикали. — Он, кстати, будет среди почетных наблюдателей, ты знала? Чуткие пальцы проверяющего замерли на ее заколке в основании косы. — Они не запрещены, — проговорила Флэймель вполголоса. Севис заинтересованно выгнул бровь. — Не запрещены, — согласился проверяющий задумчиво и продиктовал: — Артефакт — тип «жертвенник», подвязка на двадцать рун… — А ты, вижу, большой поклонник моего отца? — она поспешила перевести внимание Севиса на другое. — Планирую попасть под его начало после выпуска, — нахально ответил тот. Его девочки дружно ахнули в восхищении. Проверяющий, по-прежнему не обращая на пикировку студентов никакого внимания, провел ладонями вдоль тела Флэймель, едва касаясь плотной ткани облегающего костюма. Еще через десяток секунд кожу перестало колоть сканирующими импульсами, а стул позади скрипнул под весом вернувшегося на него эльфа. Она обернулась и наклонилась для последней формальности — дохнуть на зеркальце, проявляющее наличие принятых стимуляторов. — Все в порядке. Дверь в конце коридора, — проверяющий махнул рукой на арку за алой газовой занавеской. Севис уже отошел от стола, очевидно не собираясь так быстро расставаться с приятной компанией своих поклонниц. Младшекурсницы как раз в этот момент что-то ему нашептывали, отчего гнусная улыбка без пяти минут лучшего выпускника цвела буйным цветом. — Знаешь, что Лев Кель’Таласа сказал бы, увидев тебя сейчас? — громко окликнула Флэймель, привлекая всеобщее внимание. И с чувством скопировала ледяной тон отца: — Не наступите себе на платье, юноша.

***

В комнате ожидания студенческие настроения стали заметно ровнее. Здесь было значительно уютней, чем в голом коридоре перед столом въедливого проверяющего: мягкие кресла с плюшевой обивкой и драпировки спокойных синих цветов. Девчонки даже нашли заварку и быстро организовали чай с мироцветом для самых нервных. Зазвучали обычные бессодержательные разговоры, кто-то повторял заклинания, невидяще уставясь в стену, а кто-то — Севис, и тут не упустивший случая покрасоваться перед однокурсниками изяществом пасов и безупречной пластикой тела. Примерно через четверть часа, как в комнате собрались все, их начали вызывать к экзаменационной комиссии, фактически — определяющей их дальнейшую карьеру. Уходящим неискренне желали удачи. Чем хуже сдаст один, тем больше шансов у другого влезть на ступеньку выше. Ничего нового. Флэймель с ногами забралась в кресло подальше от остальных, развернув его сидением к стенке. Но даже так от нее не отстали. — Всем, в общем-то, известно, какого плана будут противники — ничего не менялось последние лет пятьсот, — небрежно говорил Севис. — Это магические формации. Их атаки лучше выдерживают арканные щиты, и они совершенно невосприимчивы к обычному оружию. Логично — ведь экзамен по боевой магии призван показать, насколько мы хороши в… боевой магии? — фыркнул он. — Так что я взял с собой только жезл. Флэймель даже через скрывшую ее от всех высокую спинку кресла чувствовала его насмешливый взгляд, а заодно и всех остальных, кто видел, что она пришла с рапирой. Этот выбор и самой Флэймель казался все глупее с каждой минутой. Почему она с ней пришла? Потому что терпеть не могла все остальное. — Севис Яркое Пламя! Прервавшее ее размышления объявление очередного сдающего заставило сердце споткнуться и тут же забиться чаще. Флэймель уже не в первый раз окинула цепким взглядом стену, перед которой сидела. Единственную стену, задрапированную знаменами Фалтриена и Кель’Таласа. И ей показалось — или одно из них шевельнулось? — …Спасибо, друзья. Встретимся вечером в «Золотой птице» — все, кто захочет узнать, как экзамен выглядел целиком… «Из-за этого тупицы внимание остальных сейчас переключится на меня», — зло подумала Флэймель, прислушиваясь, как он уходит. И осторожно выглянула из-за спинки. Сейчас взгляды сокурсников следовали за уверенными шагами «лучшего студента», на нее никто не обращал внимания. Воспользовавшись этим, Флэймель быстро отыскала подходящее незанятое никем кресло в дальнем углу и сосредоточилась на нем. Дверь захлопнулась. «…два…три…» — Так что… — Горим! Оказавшийся ближе всех к злополучному креслу студент аж подпрыгнул. Тут же засуетились остальные. Не то чтобы вспыхнувшая подушка была чем-то, с чем выпускники Фалтриена не справились бы. Флэймель глянула на них в последний раз и, оттолкнувшись от подлокотников, ринулась прямиком в темную неизвестность за приглашающе колыхнувшимся знаменем. В тот же миг протянутую вперед руку обхватили чужие пальцы. — Скорее, у нас всего две минуты!.. — раздался взволнованный шепот. Ее буквально тащили вперед. Флэймель не различала дороги, только маячащий впереди очень бледный шар-светлячок, который то и дело перекрывала долговязая фигура, бегущего первым эльфа. — Чары! Они вылетели в другой коридор, одновременно накидывая заклинание невидимости. Окружающее пространство выцвело до серого, контуры стен и предметов задвоились. Маскировка была недолговечна и ненадежна: их могли раскрыть как поисковым заклятьем — Флэймель знала это по опыту, — так и просто случайно столкнувшись нос к носу. Но, к счастью, учебные корпуса в экзаменационную пору стояли пустыми и не охранялись так, как закрытая секция музея… Миновав бесконечную череду дверей с вычурными именными табличками, двое нарушителей взбежали по винтовой лестнице. Действие чар заканчивалось, мир стремительно обретал четкость. — Сюда! — задыхаясь, ее проводник и сообщник пропустил Флэймель вперед и захлопнул дверь за ее спиной. Они оказались в округлой комнате, практически полностью лишенной мебели — если не считать алый кристалл на вычурном золотом держателе. Транслокационная. — Если хоть кому-нибудь понадобится войти сюда, моей научной карьере… — Эта сфера? — нетерпеливо прервала его причитания Флэймель, взбежав на невысокую кафедру. В отличие от бледного взъерошенного лаборанта, приведшего ее сюда, она даже не запыхалась. — Подожди, нужно вместе… — он спешно провернул ключ и подскочил к ней. — Дай мне руку! Флэймель стоически всунула сжатый на рапире кулак в неприятную хватку холодных влажных пальцев и зажмурилась от алой вспышки. Ее словно дернули где-то в области солнечного сплетения, мир разок кувыркнулся, и от мгновенного переноса слегка замутило. Ощущение резко расширившегося после тесной башни пространства вызвало секундную дезориентацию, но уже в следующий момент Флэймель сообразила, где они. Это была астрономическая площадка — самая высокая точка Академии Фалтриена. — Сюда, — позвал лаборант. — Только у края ляг на пол — мало ли кто из зрителей решит на небо полюбоваться… Флэймель, обойдя грандиозную махину телескопа послушно распласталась рядом с ним и заглянула за край под чисто символическими веревочными поручнями. — Мы как раз вовремя, — объявил ее пособник торжественным шепотом. С такой высоты Севис казался букашкой. Рыжей букашкой, застывшей в центре очерченной рунной защитой площадки далеко под ними. Помимо рун место проведения экзамена ограждала ступенчато поднимающаяся стена. Как в амфитеатре, только ярусы ее были пустыми. Зрители расположились выше, на парящих трибунах — на безопасном расстоянии и с наилучшим углом обзора. Флэймель села, отодвинувшись чуть назад, и торопливо завозилась с застежками на вороте, освобождая треугольный вырез неглубокого декольте. — Ты же не пронесла запрещенку? — быстро спросил лаборант, украдкой поглядывая ей под руки. — Я что, совсем дура? — Селесту уже отправили на пересдачу. Там вторая проверка на допинг после экзамена. — Вот что она так дергалась… — Флэймель закатила глаза и вытащила за цепочку серебряный хронометр. Вслед за ним были извлечены сложенный гармошкой листочек и огрызок карандаша. — Началось. Она плюхнулась обратно, придавив листок локтем, чтобы не улетел, и нажала головку. — Он что, механический? — Арканный бы засекли. Слишком много лишних вопросов, — отмахнулась Флэймель и жадно уставилась на происходящее внизу. А там уже кипел бой. Слышно отсюда, конечно же, ничего не было, но в одном Севис действительно не ошибся — противники представляли из себя исключительно сгустки магии. Приглядевшись, Флэймель научилась замечать едва видимые на светлом фоне площадки розоватые пятна волшебных аберраций. Они возникали то здесь, то там, иногда вспыхивал от сгустка выпущенной энергии магический щит на Севисе. Тот в свою очередь отстреливался огненными шарами, практически не сходя с места. — Ну и использовал бы свой жезл… — пробормотала Флэймель, поглядывая на циферблат, чтобы сделать соответствующую пометку. — Просто бой на измор… — Это только начало. Смотри! Рыжая клякса дернулась. Флэймель не сразу поняла, что случилось — снова белое на белом. Скорее по ощущениям она догадалась: — Там кольцо льда? — Кольца. По всей площади. — Не может быть, чтоб по всей… Она отметила время, отняв несколько секунд упреждения, и быстро нарисовала рядом снежинку, потому что события внизу уже принимали стремительный оборот. Позади Севиса вспыхнуло. Затем вспыхнул сам Севис — ярко-оранжевым навстречу летящей на него лиловой змейке. — Куда-а… — прошипела Флэймель почти разочарованно — от лучшего студента она ожидала лучшего. — Это отсюда ты так говоришь, — лаборант фыркнул и заметил снисходительно: — Не старайся. Там десять ассистентов, змея всегда прилетает сзади. Она раздраженно перечеркнула схему, которую пыталась зарисовать, и уставилась вниз. Севис полыхал, как костер. Флэймель даже почудилось шипение тающего вокруг него льда. Он успел, успел выбраться из ловушки — и откатился, уходя от столкновения с потускневшим, но не разрушенным до конца конструктом. Флэймель постучала кончиком карандаша по губам и сделала еще одну пометку. Остатки льда таяли и испарялись от жара огненных атак, ухудшая и так не лучшую видимость. Впрочем, после еще десятка огненных шаров змей рассыпался. Ему хватило бы и двух-трех, просто большая часть не пришлась в цель. На краю площадки вспыхнула очередная аберрация. Флэймель не успела подумать, что сколько ж можно, как следом за ней заметила еще одну. И еще. В этот раз противники не дожидались, пока маг разделает их по одному, а возникли по периметру разом. — Десять, — сосчитала Флэймель, не забывая протоколировать бой. — Как неудобно… Севис наверняка подумал о том же. Судя по удвоившемуся количеству вспышек, он пустил в ход жезл, расстреливая аберрации с двух рук по кругу. Его пожар угас, перегруженный щит не выдерживал и лопался, требуя постоянного обновления. Момент, когда у него под ногой вспухло очередное что-то, Флэймель чудом не упустила. Она машинально глянула на время, еще думая, что это какое-то заклинание самого Севиса, но тот отпрыгнул и как-то слишком нервно заметался, беспорядочно лупя заклинаниями по оставшимся противникам. — Это… тоже аберрация? — нахмурилась Флэймель. — Почему оранжевая? — Подсказывать я не подписывался. Разве что… за отдельную плату? Флэймель на полный надежды взгляд лаборанта не ответила. Рыжая масса раздувалась, как кексы в печке. Севис, наконец, покончил с более мелкими целями и полностью переключился на нее. Но Флэймель не могла разглядеть, чтобы он наносил какой-то вред структуре. Наоборот, казалось, что с каждым шаром ее раздувает все больше. — Оно жрет чары… — Точно! — удивленно воскликнул лаборант, радуясь ее сообразительности, как собственному достижению. — Оно и мелких манаэлемов сожрало. Причем не думай играть на опережение — на самом деле, они появляются одновременно. — И что с ним делать? — протянула Флэймель, наблюдая, как Севис пятится от занимающей уже треть платформы аберрации. — Только один способ, но… ваш лучший студент упустил возможность и, похоже, уже не наверстает. Оранжевое пятно внизу вдруг ярко вспыхнуло и взорвалось. Даже на высоте они услышали довольно громкий хлопок. Флэймель отметила время и теперь пыталась найти в оседающих клубах арканы и пара своего однокурсника. — В ледяную глыбу ушел, — первым разглядел лаборант. — В общем-то, он хорош. Большинство срезалось на змее. Флэймель щелкнула часовой головкой. Экзамен для «лучшего студента» был окончен. — Я-то, надеюсь, не следующая? — спохватилась она. — Ты последняя. Я вытащил из жеребьевки твой бланк, а потом подсунул распорядителю, когда они уже начали. — Умница, — похвалила она рассеянно, пробегая глазами записи и добавляя необходимые пояснения. — Но вернуться лучше все равно побыстрее, пока мое отсутствие не заметили. Они перенеслись обратно в комнату транслокации. Дверь ждала их неотпертой, и пока напарник снова возился с ней, Флэймель затягивала обратно на все ремни свой стратегический вырез кофты. Лаборант справился, и она шагнула к выходу, но эльф мялся, не отходя с дороги. — Я сделал все, как договаривались, — пробормотал он. — Проведи меня сначала обратно. — Нет. Сначала твоя часть. Флэймель глубоко вздохнула, подкатывая глаза к потолку, и шагнула к нему вплотную. Лаборант побледнел еще больше и, подавшись вперед, зажмурился. Ей стало смешно — словно подросток-девственник. Подавив рвущееся хихиканье, Флэймель привстала на цыпочки и поцеловала его в губы — долго и горячо. Он замер и, казалось, боялся пошевелиться, пока она, закончив, не отстранилась. — Ладно, — скептически сказала Флэймель, оценив его остекленевший взгляд. — Дорогу найду сама. Спасибо за помощь. Она вложила в его безвольную руку ненужный больше хронометр и просто отодвинула в сторону. — Честное слово, Лантан, — пробормотала Флэймель, уже накидывая на себя невидимость, — лучше бы ты брал золотом.