Ты моя звезда, Хэви

Пока я ехал в клуб, я увидел дым. Чёрт возьми, дым прямо оттуда куда я еду! О нет... Ди! Он же там! Он точно там! Паника резко нахлынула на меня волной и, казалось, что я тут же утону, если ничего не сделаю. Я смутно помню, как выбегал из автобуса и бежал к горящему зданию. Вокруг уже собралась небольшая толпа, через них сложно пройти, но я просто хотел узнать где Ди. — Стоп, стоп... — меня кто-то остановил, — Куда так спешим? — я поднял голову и увидел офицера, не дающего мне пройти к клубу. — Я.. я, — мне было сложно собрать мысли в кучу, а от осознания того, что Ди может быть ещё там, я сильно запаниковал. — Парень, тебе стоит отойти подальше, наши люди уже работают, — он серьёзно посмотрел на меня. Только сейчас я заметил людей в специальной форме — пожарных. Они тушили пожар сильным потоком воды и огонь потихоньку начал погасать. — Мистер... Там.. мой брат... возможно, — он резко сменился в лице и спросил: — Как он выглядит? — Блондин.. в белой рубашке и.. джинсах, — я сильно запинался, мне было чертовски страшно, — Он.. он может быть внутри здания. — Входная дверь не поддаётся, но я сообщу об этом пожарным, — офицер всё ещё строго смотрел на меня, — Пожалуйста, отойди. — Нет! Он может быть там! — мне отчаянно хотелось попасть внутрь. Зачем? Я верил, что спасу его. И хоть здравый рассудок кричит мне: «Не подвергай себя опасности! Пожарные всё сделают!», я будто слышу крик о помощи. Мною двигал страх потерять Ди. «Твой героизм не нужен сейчас!» — сказал бы он, если бы был рядом... — Как тебя зовут? — Хэви... — Послушай, Хэви. Мы его спасём. Ты же сказал возможно. Значит он может быть и не в клубе, да? — Я почти уверен! — Хэви, успокойся. Ты уже сильно нам помог. Иди к полицейской машине, и если мы найдём человека, которого ты мне описал, я сообщу тебе. «Да... Не стоит мешать им» — согласился бы я. Мне пришлось кивнуть, потому что в горле пересохло, и отойти. Я ничего не могу сделать! Ничем не могу помочь! — Ох, как горит... — я почувствовал слабенький голос возле себя, — Ужас какой... — это была женщина лет сорока. Я взглянул на неё грустным взглядом, а она как-то по-матерински похлопала меня по плечу. — Да... — Там кто-то, кого ты знаешь, да? — Угу... — я не понимал почему из всех собравшихся людей она подошла ко мне... — Надеюсь этот человек найдёт выход, — она смотрела на огонь и, мне казалось, будто ей пришлось пережить тоже самое, что и мне сейчас... «Выход?» — Запасной выход... — прошептал я и резко вывернулся из полу-обьятий женщины, — Спасибо! — крикнул я на что услышал тихое: — За что же?.. Но времени отвечать не было. Я оббежал здание и нашёл дверь. Всё здание горит, а она нет! Огонь ещё не дошёл до неё. Дрожащими руками я пытаюсь открыть дверь, а она не поддаётся. Я дёргаю ручку со всей силы, и она туго открывается. Передо мной лежит Ди, так и не успевший открыть дверь. На нём множество ожогов, и от этого мне самому становится больно. Наплевав на опасность я быстро вхожу в проход и хватаю его за руки. Тело обожгло горячим воздухом, но огонь, кажется, не задел меня. Дым резко ударил в лицо, а по щекам полились слёзы то ли из-за горечи дыма, то ли... — Ди, только не умирай! Я здесь! Всё будет хорошо! — говорил я зачем-то, хоть и был уверен, что он меня не слышит. Я вытащил его на улицу, и тут же ко мне побежали врачи и пожарные. Первые отнесли Ди в машину скорой помощи, а вторые зашли внутрь и продолжили тушить пожар. Дальше всё было как в тумане: полиция, звонки, крики, скорая. Я сидел рядом с лежащим Ди в машине скорой помощи, и мои глаза неумолимо цеплялись за вспузырившиеся ожоги, обгоревшие кое-где волосы, почерневшую кровь изо рта. Как же ужасно он выглядел... Нет, он всегда красив, но сейчас на его лице застыло выражение обречённости. От одежды остались чёрные клочья, и меня передёрнуло, когда я подумал, что Ди тоже мог стать таким... Обгоревшим, ненужным... Словно чтобы убедиться, что это не так, я поглаживал его руку. Это всё нервы... Мне очень хотелось проснуться дома, в кровати и понять, что весь этот кошмар был просто сном. Но я не просыпался. Я лишь сидел и смотрел на безжизненное лицо Ди, который зачем-то решил пойти спасать меня... Я... Я не понимал как мне жить без него? Ещё даже не известно выжил ли он или нет. Эта мысль подкосила меня сильнее. Я сидел и пялился в одну точку, слегка покачиваясь на поворотах и думал что им двигало... Что произошло в клубе? Где Смит? Был ли кто-то из группы в задании? Знал ли кто-то из них о настоящих намерениях Смита?.. У меня слишком много вопросов, а сил слишком мало. Краем уха я услышал, как мне что-то говорит медсестра. Но я не успел ответить, так как провалился в беспокойный сон.

***

Почему-то страх потерять Ди больше не тревожил меня. С ним всё будет хорошо. Он выживет... Я проснулся на больничной кушетке. В глазах рябило от солнечного света. Слишком ярко... Уже день? Сколько времени я спал? — Хэви? Как ты? — только сейчас я заметил маму с папой. Они были жутко уставшие. Я привстал на локти и огляделся, в надежде что это правда был сон, но надежды рухнули. Однако сейчас я чувствовал себя лучше. Намного лучше. — Я — нормально, — каким-то не своим голосом ответил я и тут же прибавил, — А Ди? Мама очень волновалась, что бывает редко. А папа хоть и выглядел спокойным, я всё же уловил его испуганный взгляд. Мда, потрепали мы им нервы... — В другой палате. Ещё не проснулся, — ответил отец. — Нам стоит идти домой, — сказала мама, — Нас к нему пока не могут пустить. Сильные ожоги и.. остальное, — она запнулась, — Мы рады, что ты в порядке! — А почему я.. тут? — Твой мозг был слишком перегружен и не мог отдохнуть, — продолжил папа, — В итоге лучшим вариантом было — заснуть и успокоиться во сне. И это даже хорошо. — Главное, что ты не получил никаких ожогов и ран. Это радует, — сказала мама. — Да... — очень уставшим голосом ответил я, вставая с кушетки, — Идёмте тогда. Родители переглянулись: видимо, думали, я отреагирую более эмоциональнее, но, кажется, все мои эмоции вмиг испарились. Я ничего не чувствовал. Я устал что-либо чувствовать... Мы вышли из палаты и нас тут же встретила молоденькая медсестра. На её бейджике было написано «Бэлла». Кажется, она ехала со мной в скорой помощи. — Вы уже уходите? Хорошо. С вами свяжутся, когда можно будет навестить Ди, — она немного запнулась, говоря его имя. Странно, что всем оно кажется странным, — Его состояние оставляет желать лучшего; он пробыл в здании 20-25 минут и получил серьёзные ожоги. Сейчас его осматривают, а позже начнётся лечение. Она посмотрела на меня с сожалением, а потом добавила: — Стоимость мы вам сообщим. — Извините... — вдруг сказал я, — А нашли ли в здании ещё кого-нибудь? Медсестра и родители удивлённо на меня уставились. — Да... — ответила она, — Нашли тело мужчины. Но личность ещё не установлена... — Смит. Его зовут Джорж Смит. — Вы знали его? Это же... — Да, он самый. Но Смит не такой, каким всё мы его знаем. Он был очень плохим человеком, — мрачно сказал я, — Он выжил? — Нет. Его завалило горящими обломками. Она странно посмотрела на меня, а я, без зазрения совести, внутри ликовал. Мне хотелось кричать на всю больницу, во весь голос, чтобы в аду было слышно, что я победил! Он это заслужил, подонок. Хоть внутренне у меня поднялось настроение, я не подал виду, лишь медленно кивнул. Медсестра вдруг сказала: — У вашего брата мы нашли диктофон. Кажется там записан диалог до того, как начался пожар, — я удивлённо посмотрел на неё, как и мама с папой, — Мы передали его полиции. — Хэви, — сказал отец, — Нам пора. Мы позже навестим Ди. Я кивнул, понимая, что дома нас ждёт серьёзный разговор. Они ведь ещё не знают, какую ошибку я совершил. Хотя внутреннее я понимал, что надо было сказать об этом сразу, но мои нервы не выдерживали в тот вечер, а рассудок заполонил туман. Мы наконец вышли из душной больницы, и меня сразу же охватил страх за Ди. Снова. Мне казалось, что я его бросаю, предаю... Родители тоже шли мрачными, я никогда не видел, чтобы мама была такой... Даже от улыбки, которая всегда красовалась на лице папы, ничего не осталось. Приехав домой, я конечно рассказал им о том, какую сделку предлагал мне Смит. Теперь они поняли, что заставило Ди пойти в клуб. — Надо было рассказать вам сразу, но... — я начал было оправдаться, но меня тут же прижала к груди мама. — Мы так завертелись в работе, что забыли о детях. Хэви.. прости нас. Всё будет хорошо, — это было неожиданно, но я так давно не чувствовал её крепких объятий... Таких как раньше... — Если Ди всё предвидел, то он действительно мог записать их разговор на диктофон, чтобы были хоть какие-то шансы посадить его, — размышлял папа, — Он удивительно расчётлив. — И когда же он поправится? — спросил я, высвобождаясь из рук мамы. — Я не знаю, — это прозвучало очень болезненно и холодно. Папа так говорит, только если всё действительно плохо...

***

Дни проматывались, как плёнка; один и тот же сюжет. Без Ди стало пусто. Он дополнял меня, а без него мне было плохо. И не просто потому что его не было рядом. А потому что он снова и снова жертвовал собой ради меня. Он пошёл, чёрт возьми, к Смиту, ничего не сказав, просто потому что хотел защитить меня! Он просто ненормальный... Больше всего я хочу чтобы он просто был в порядке. Родители так же ходили на работу, но уже больше внимания уделяли мне. Я ходил в школу.. один. Вспоминая все наши быстрые поцелуи в раздевалках, туалете, прикосновения, от которых мурашки бежали по коже и томные взгляды... В школе знали, что произошло с Ди, и никто об этом не говорил со мной. Разве что я иногда улавливал шёпот что-то вроде: «Надеюсь он выживет», «Бедный Хэви, видели как он погрустнел?», «И как же Ди оказался в горящем здании?». Поначалу меня начали поддерживать, но эта показушная поддержка мне была не нужна, и это быстро поняли. Мне от этого было больнее. Арчи и Кира, с которыми я так давно не общался, всё равно пытались как-то отвлечь меня. Только им я смог рассказать настоящую правду... Как всё было на самом деле. Они молча слушали, а потом обняли меня безо всяких слов. Через неделю полиция сообщила о том диктофоне. На нём действительно был записан диалог Смита и Ди. Полицейский сказал, что слава Смита будет уничтожена, хоть он и умер. И это было хорошей новостью для нас. В интернете об этом начали писать и вскоре даже в школе меня начали расспрашивать об этом. И я говорил правду, чтобы все знали каким он был. Это как быстро появилось, так и быстро затихло. Больше я и думать о Смите не хотел. Это всё в прошлом. Через месяц нам наконец позвонили, сказали, что Ди как-то проснулся ночью, но сразу уснул. Мы сразу же поехали к нему, хоть и знали, что вряд ли он проснётся полностью. Кома — странная штука. Что вообще люди ощущают пока находятся в ней? В палату нас повела та же самая медсестра, с которой мы встречались месяц назад. — Я дежурила ночью и вдруг услышала какой-то тихий шум в его палате. Зашла и увидела его, смотрящего в окно. Он глянул на меня и снова заснул. Только... — она неуверенно сказала, — Мне показалось, что у него были красные глаза. Это, наверное, просто освещение, но не важно. Важно! Ещё как важно! Ли тоже жив! Но почему именно он был в тот момент в теле? — Нам можно к нему зайти? — спросила мама. — Да. Возможно разговоры с ним могут дать какой-то результат. Заходите, но не долго. — Спасибо, — ответил я. Мы зашли в палату. Я впервые за месяц увидел его! Да, сейчас он не такой, как прежде, но.. это лучшее, что произошло за это мучительное время. На нём было много ожогов, некоторые были перемотаны бинтами, а некоторые, самые маленькие, были оставлены без них. Его волосы выглядели растрёпанными, их давно никто не расчёсывал. Как мне сейчас хотелось их потрогать... Я, ни говоря ни слова, сел на стул, стоящий около кушетки. Мама и папа остались стоять. Он просто лежал. Было ощущение, что он давно умер, но пиканье медицинского оборудования говорило об обратном. Странно.. я так хотел его увидеть и вот.. теперь даже не знаю что делать. Я только сухо прошептал: — Всё будет хорошо... И мы приходили каждый день, следили за его состоянием, и каждый раз я шептал ему: «Всё будет хорошо». И я буквально видел, как его раны заживают! Правда! Как они бледнеют и затягиваются, и как же я был рад этому! Мама с папой не всегда ходили со мной, я часто ездил один и смотрел на него... Надеясь, что ещё чуть-чуть и он проснётся... Та медсестра всегда смотрела на меня через стекло, тоже будто наблюдала. Потом она отходила и скрывалась из виду. Я сидел с Ди, но время уже почти истекло, поэтому я собрался уходить. Перед уходом я всегда говорил: — Пока. Я ещё приду. Я опять же надеялся, он меня слышит. — Поsтой, — за спиной раздался хриплый голос. — Что?.. — я медленно обернулся, не веря, что это говорит он... — Прuвет, Хэвu. Я неотрывно смотрел блеклое лицо Ди, не произнося ни слова. Казалось, я увидел каждую вену, каждый сосуд, просвечивающийся под тонкой кожей. Красные глаза слишком выделялись на фоне этой серости и слишком тёмных кругов под глазами. Я... Я и не надеялся, что смогу поговорить с ним так быстро... — Ли... — тихим голосом произнёс я. — Я что, таkой страшный? Мог бы и подойтu, — иссохшие губы растянулись в подобии улыбки. Как он может в такой момент быть.. таким?! Но как же я был рад... — Ты.. ты.. — я не мог подобрать слова, — Зачем вы пошли туда?! — Затеm, чтобы прuподать этой тварu уроk. Кстатu, он уmер? — совершено обыденно говорил Ли. — Д.. да. — Наkонец-то... Пожuвёт в аду, таm еmу и mесто. — Что у вас там произошло?! — эмоции взяли надо мной верх, но я всё же постарался успокоиться. — Долгая uсторuя. Просто поговорuлu, потоm зданuе сгорело, Дu тоже сгоpел, еслu бы не я. — Ты можешь говорить конкретнее? — меня раздражала эта его манера речи. Как только Ди с ним уживался? — Где вообще Ди? Почему вместо него ты? Он резко переменился в голосе. — Он... Тут. Просто пытается восстановuться, — Ли сделал паузу, — Когда я владею телоm расходуеtcя большая часть энергuи, тело к тому же, становuтся нестабильным. А с этиmu ожогами органuзму ещё сложнее восстановuть силы. В горящеm зданuи я завладел телоm и дошёл до дверu, — он почти незаметно вздохнул, — Дu сейчас очень плохо. Я общаюсь с ниm, но иногда он просtо говорит неразборчивый бред. А это иногда невыносuмо, поэтому мне приходuтся сбегать. Я стараюсь не задержuваться тут. — Ох... — я взял его руку и сжал — не знаю зачем... Мне так захотелось поддержать его, — Ты идёшь на поправку. Уже скоро тебе станет лучше. — Спасuбо, что ходuшь, — я удивился, — Да, я слышу, kaк вы тут убuваетесь без Ди, — снова эта странная ухмылка. Но я знаю, что он просто хочет скрыть эмоции. — Я же не могу не ходить к нему.. к вам, — я поправился, — Но мне уже нужно идти. — Да, вреmя уже заkончилось. Поkа, Хэви, — его голос стал грустным. Неужели.. он скучает по мне? — Я приду. Ещё раз. И ещё. И всегда буду приходить, — почему-то на глазах появились слёзы. — Моё состоянuе на тебе плохо сkазывается. Идu уже. Он либо хочет остаться один, либо не хочет видеть мои слёзы, до которых сам довёл.