Предел

Факелы медленно погасли, послышался звук шагов и шелест одежды. Собрание расходилось, а я продолжала стоять, вздрагивая от холодного снега. Он начал таять, и мне за воротник потекла струйка воды. Первокурсник, что был моим вторым конвоиром, зажёг люмос и подошёл ко мне. – Я провожу, – сказал он, протягивая мне мою волшебную палочку. Должно быть, я выронила её во время заклинания заморозки. – Здесь недалеко. И я послушно зашагала следом. Путь и впрямь оказался близким, потайной ход открылся на втором этаже. Слизеринец кивнул на прощание и ушёл, а я осталась в растерянности одна посреди коридора. Неизвестно, сколько бы я так простояла, если бы внутренний голос не привёл меня в чувство. «Переоденься!» «Чёртов снег!» – мысленно воскликнула я, и помчалась к лестнице, ведущей в библиотеку. «Эммм, до гостиной Пуффендуя было бы ближе», – заметил он. «Что? – не поняла я. – У меня там, – я указала рукой, – сумка, аптечка, одежда!» «Инстинкты», – вздохнул голос. «В смысле?» «Ты напугана и действуешь на инстинктах. Что я могу поделать, если чувствуешь себя в безопасности ты не в общей гостиной, а в библиотеке? – он задал риторический вопрос. – Шевелись, пока адреналин не закончился». Мне совершенно не хотелось идти к своим, мне хотелось побыть одной. А в гостиной пуффендуйцы пристали бы с расспросами и сочувствием. Я словно наяву увидела картинку, как Сью, Ханна, Эрни и другие ждут меня, сидя у камина в удобных креслах. Потягивают сливочное пиво и жарят на огне зефирки. Возможно, вместе со старостами. Я проглотила слюну – зефирки и прочие сухарики мы часто брали на Кухне Хогвартса. Она находилась в нашем крыле, от гостиной до неё было два шага. Но как же обидно терпеть побои, когда остальные ждут и жрут! Интуиция подсказывала, что Дору и Ника предупредили о событиях сегодняшнего вечера, но старосты почему-то не предупредили меня. Я разозлилась на своих одноклассников и ещё быстрее побежала в библиотеку. Одного взгляда в окно было достаточно, чтобы понять, что час отбоя пробил. Хранилище знаний конечно же, оказалось закрыто, и открывать двери алохоморой было бы верхом глупости. Но Джулиан Маковей – выпускник Ревенко и хорист, показал мне другой проход. Вороны жаждали знаний и помогали другим страждущим утолять её. Сумка так и висела на стуле, когда я вернулась в свой закуток. Моя форма и волосы окончательно промокли от растаявшего снега. Левой рукой я стягивала с себя свитер, а правой вытаскивала запасную одежду. Да, я не верила, что всё обойдётся разговором, поэтому последнюю неделю таскала в сумке сменку. Тяжело вздохула и достала зеркало. Никакого люмоса я в теперешнем состоянии бы не скастовала, но луна светила достаточно ярко. Я отважилась посмотреть на своё отражение. Всё лицо в ссадинах, левая щека опухла так, что глаз заплыл. – Красавица! – с горечью сказала я. «Ты – первая красавица Хога, и неважно, с какого конца!» – убеждённо произнёс внутренний голос. «А давай я дам тебе имя?» – предложила я. Самокритик затих. «Я буду называть тебя «Голос», как тебе?» «А разве я был кем-то другим?» «Пффф, – я улыбнулась и посмотрела в пространство, словно там кто-то был. – Ты был просто голос, а теперь ты – Голос». Голос усмехнулся. «Договорились». Я положила зеркало на стол. Ладони оказались расцарапаны, костяшки пальцев содраны. Кажется, на левой руке лопнул сосуд, и она постепенно разбухала. Раны на теле решила не рассматривать, чтобы ещё больше не расстраиваться. Они и так прекрасно чувствовались. «Где там была моя магловская аптечка?» – На магическую у меня не хватило финансов. «У тебя в аптечке активированный уголь, зачем он тебе?» «Там есть ещё перекись и бинты. Одной раны обработаю, другим волосы замотаю вместо полотенца! Нужно же их тоже как-то подсушить». Но пока я рылась в сумке в поисках аптечки, то обнаружила крохотный флакон с зельем. Я повернула его в руке и посмотрела сквозь стекло на лунный свет. Зелье засветилось лёгкой голубоватой дымкой. – Неужели сегодняшняя настойка? – поражённо прошептала я. – Но как? «Подложили, – объяснил Голос. – Кто – не знаю, но работа точно не твоих одноклассников. И посмотри на флакон: это хрусталь. Ученики пользуются стеклянными». «Но кто тогда? Кто-то из учителей? У них у всех хватит навыков приготовить малую исцеляющую. «Возможно, что это была Дора или Агата. Они обе хороши в зельях». «Не знаю. И та, и другая дали бы мне его при встрече» «Кто ещё может захотеть тебе помочь? Драко?» «Ну, он мог и достать где-нибудь, с его-то возможностями». Я смотрела на флакон как на стопку галеонов в три раза большего размера. Затем откупорила его и сделала маску для лица. Для половины лица. Для эффекта нужно было выждать 20 минут. Пока ждала, решила всё же себя осмотреть. Колени и локти оказались содраны до крови, на плечах синяки. «Да-а-а-а», – только и подумала я. Обработала раны перекисью, забинтовала, чтобы не задевали об одежду, и быстро упаковали своё бренное тело в новую форму. Говорят, мастера способны предугадать события будущего, если они окажутся как-то связаны с их ремеслом. Спасибо, Мадам Малкин, вы – настоящий Мастер Одежды. Прошло полчаса. Я сняла бинты и пожалела, о своём решении сушить таким образом волосы. Нитки. Теперь из волос во все стороны торчала куча ниток. «Что б тебя!» – мысленно выругалась я, растрепала шевелюру и принялась перебирать отросшие с лета пряди. – Ауч! – прошипела, когда очередная белая нитка не пожелала выпутываться, и я дернула её сильнее. – Странно, по ощущениям, как будто вырываю собственные волосы, – я ещё раз подергала себя за прядь. – В самом деле, мои. Интересно, это я так от страха поседела? «А что с резервом?» – поинтересовался голос. Я задумалась. Резерв, ожидаемо, был пуст. Но. Теперь он ощущался по-другому. Раньше, чтобы колдовать, я словно черпала магию чайной ложкой из лужи на асфальте. Теперь вместо лужи у меня была, как бы это назвать, рюмочка. Магия из этого, скажем так, сосуда, зачерпывалась в разы удобнее, хотя там и помещались всё те же шесть чайных ложек. «Так, стоп. Сосуд!» – внезапная догадка охватила меня, и я вновь принялась рыться в сумке. – Артефакт, где-то здесь был простенький артефакт, – бормотала я, чуть ли не с головой зарывшись в сумку. В брошюру для маглорожденных встроили зачарованный лист, чтобы юный волшебник мог измерить свою силу. Всего-то и нужно было приложить к нему ладонь. Правда, лист после нескольких проверок приходил в негодность, но у меня ещё оставался рабочим. Увы, я не положила брошюру в сумку. «Не всё коту масленица, – заметил голос. – У тебя уже и так не сумка, а рояль в кустах». «Да к чёрту! – возразила я. – И вообще, я уже сама всё поняла!» – Единица! Единица-единица-единица! Да-а-а-а!!! – закричала я вслух. А потом принялась прыгать от счастья вокруг стола. Ещё бы: я – больше не сквиб! Этим вечером моя внутренняя магия прошла точку невозврата. И за это я была благодарна серебристо-зелёным. Пусть случайно, но они сделали мне большой подарок. «Ты сама его себе сделала, – заметил Голос. – Но с их помощью». – Да всё равно! Живее-е-е-е-ем!!! – я воздела руки к потолку и рассмеялась. Подождав, пока я успокоюсь, Голос заметил. «Всё-таки хорошо, что никто тебя не слышал». «Эм-м-м-м», – протянула я. «И свою белую прядь лучше спрячь. Ты – всё ещё очень слабый маг, Не время всем показывать стихию». – Как же мило он умел спускать меня с небес на землю. «Сначала сама выясню все, что смогу. Благо, прядь тонкая и не с края. Если закрепить заколкой, то не видно». Опухоль прошла, и даже резерв немного восстановился. Я наколдовала малое исцеляющее на кисти рук, расправила мантию и отправилась к своим. Когда я появилась в общей гостиной Пуффендуя, то увидела то, что предполагала. Просто картина маслом! Одноклассники сидели вокруг камина, ожидая моего появления, в комнате витал лёгкий аромат жареных гренок. Интересно, они мне немного оставили? Первой ко мне подлетела Сьюзен. С криком «вернулась!» она меня обняла. Боже, бедные мои плечи! Я открыла рот, чтобы ойкнуть, но… организм зевнул. «Даже сердиться на них уже неохота», – отметила я. – Сьюзи, остынь, человек устал, – сказала Ханна. – Вот блин! – девочка хлопнула себя по лбу. – Садись, конечно. Пуффендуйка проводила меня к креслу в кругу одноклассников. Все первогодки, несколько ребят постарше и оба старосты прижигали меня взглядами. «Ну вот, еще одна толпа любопытных на мою голову», – устало подумала я. – Рассказывай, как всё прошло? – спросил меня Ник. «Он что, серьёзно? Решил, что я вот так запросто возьму и всё расскажу? Нет, ну ладно, первый курс, но вы то, старосты, куда? Ах да, забыла! Я же, вроде как, тоже одиннадцатилетка». И, наверное, я должна была сейчас, после всего произошедшего, биться в дикой истерике. Да, это стресс – пройти через унижение толпой, ещё и в столь юном возрасте. Впрочем, не в юном – тоже. Возможно, если бы сквозь плач я поведала собравшимся всю правду, мне стало бы легче. Я бы точно получила море сочувствия и поддержки. Барсуки окончательно приняли бы меня в свой коллектив. Вот только зачем? Во-первых, я устала. Очень. А рассказывать правду пришлось бы долго. Во-вторых, я была рада, что стала полноценным магом. И слизеринцы, не смотря ни на что, мне в этом помогли. Мне совершенно не хотелось ни истерить, ни изливать кому-то душу. В третьих, личное, по-настоящему личное я не рассказывала никому. А то, что я пережила во время унижения, безусловно, было личным. – Да, по большому счёту, никак, – ответила я. – Как это? – удивился Эрни. – С тобой же должны были это… ну… –мальчик округлил глаза, типа «сама догадайся». – Поговорить? – продолжила я за него и слегка улыбнулась. – Ну так поговорили… – И? – не выдержала Тонкс. – Потребовали извиниться за свою заносчивость и больше так не делать. Я пообещала, что больше не буду. Как ты и советовала. –Ответ прозвучал речитативом, как будто рядовой докладывал о положении дел на фронте. Тоже в кино видела. – Тебя что, не избили? – спросила девочка по имени Аннита. Тоже тихая, милая и наивная. Но догадливая, по простоте душевной. Настала моя очередь округ лить глава. – А что, разве похоже? – спросила я, разводят руки в стороны. Меня осмотрели жадным взглядами, но, не найдя следов насилия, разочарованно признали; не похоже. – Мы просто поговорили, – продолжила я. Чего же ты тогда так долго? – Ханна задала разумный вопрос. – А… я дописывала сочинения, – выкрутилась я и, порывшись в сумке, показала народу исписанные пергаменты. Всё ещё в оранжевых пятнах. – Да ла-а-а-адно! – ахнула Сью. – Те самые пергаменты! – И не лень тебе было? – удивилась Ханна. – Ну как… задание же, надо делать… – неловко оправдалась я – Да ты у нас настоящий ботаник, – резюмировал Ник. – Так что там всё-таки было? – поинтересовалась Тонкс. – В самом начале в меня запустили какое то заклинание, но я отскочила. На том всё, – с самым честным видом соврала я, пожимая плечами. – Что за заклинание? – допытывалась староста девочек. – Э-э-э я не знаю… Мы такое не проходили, – улыбнулась я легкой улыбкой. – Кажется, из школы льда, но не могу точно сказать. – Для острастки, – прокомментировал Ник, – пугали. Тонкс задумчиво кивнула, потом спросила – Сколько их было? – Четверо, – «в самом начале», но этого я вслух не сказала. – Ну вот, видишь, всё обошлось, – Тонкс тепло мне улыбнулась, а я благодарность улыбнулась в ответ. За теплоту я и правда была признательна. Я уже собиралась идти спать, но тут снова влезла Аннита – Но почему тебя не тронули? Слизеринцы – они же ужасные! – Эмммм… не знаю. – На самом деле я просто не успела придумать ложь. – Она для них слишком слабая, – объяснила Ханна. – Видимо, какие-то остатки совести у змей имеются. Ох если бы. Совесть? Скорее, им это просто не интересно. «Хм, то есть, исходя из этой логики, меня били, потому что считали интересной? Не знаю, но больше мне такой чести не надо». Я взяла из вазочки две оставшиеся гренки и, зевнув, проглотила. – Обсуждать больше нечего, пора расходиться, – сказала Дора и поднялась с места. – В самом деле, – спохватился Ник, – все по комнатам! Не мне одной хотелось спать. Все словно ждали этой команды и шустро разбрелись по спальням. Дора меня задержала. – Признаться, я считала, что ты не сдержишься, и им придётся применить силу, – девушка внимательно на меня посмотрела. – Даже раздобыла ранозаживляющее зелье. «Значит, не Дора подкинула тебе флакон», – заметил Голос. Всё же правильно девушка считала, не зря она стала старостой. И она не верила в благополучный для меня исход. – Ты знаешь, на самом деле все было не совсем гладко, – староста медленно качнула головой и посмотрела на меня, ожидая продолжения. – Когда меня ввели в комнату, то толкнули. Я упала на пол и поцарапала ладони и коленку. А ещё, когда уворачивалась от заклинания, то врезалась в стену. Теперь на плече синяк. Но это всё ерунда, я самовылечусь за счёт резерва. Волшебница только вздохнула и велела показать ей руки. – Вот теперь похоже на правду, – сказала девушка после осмотра. На обеих руках у основания ладони виднелись царапины. Резерва хватило только, чтобы залечить внешнюю сторону кистей. Тонкс открыла пузырёк и нанесла зелье на ссадины. – У тебя и так маленький резерв, а нужно ещё и учиться, – пояснила она. – Коленку сама намажешь, а теперь спать, – староста вручила мне флакон. В комнате я нанесла зелье на левую сторону лица и висок, так как боль в этом месте возвращалась. Затем легла на кровать прямо в форме и заснула, едва коснувшись головой подушки.