Тишина

Пепел сгоревшего дома. Сердце так сжато в тиски. Память подводит, и снова Не будет конца для тоски.

Ему было очень жарко. Тело совсем не слушалось, слишком перегретое, в голове рассыпались мысли, не позволяя сосредоточиться хотя бы на одной. В глаза словно бы насыпали песка, открыть их было неимоверно сложно. Но, подняв тяжелые веки, он ничего не увидел перед собой. Испугавшись, мальчик завертел головой, пытаясь понять, что же происходит и где он находится. Немного проморгавшись, он поморщился, его глаза привыкли к полумраку. Он лежал на мягкой постели. Рядом с кроватью стоял небольшой столик, на котором разместился кувшин с маленькой чашкой. Сама комната тоже не могла похвастаться большим размером и была обставлена крайне скудно. Мальчик тяжело сглотнул, в горле было сухо. В том кувшине могла быть вода? Ему ужасно хотелось пить. Чуть привстав на постели, он потянулся к столу. Ухватившись за ручку одной ладошкой, мальчик попытался приподнять кувшин, но тот оказался тяжелее, чем он думал. Тогда он подобрал под себя ноги, усевшись на них, и потянулся уже обеими руками. Крепко взявшись за ручку, он потянул. Его собственные руки страшно задрожали от приложенного усилия. Мальчик нахмурился, стараясь как можно аккуратнее приподнять тяжелый предмет. Когда у него уже начало получаться, дверь внезапно открылась. Мальчик испуганно вскрикнул и выпустил из рук кувшин с водой. Но тот не упал, и даже вода совсем не расплескалась. Кувшин придержала чья-то рука в белом рукаве. Он медленно поднял взгляд. Мужчина неотрывно смотрел на него. У него были очень светлые глаза и застывшее выражение лица. Длинные черные волосы были красиво уложены, а белые одежды выглядели очень дорого. На лбу у него была тонкая белая полоска ткани. Мужчина по-прежнему молчал, не сводя с мальчика взгляда, и тому стало не по себе. Он немного поерзал на своем месте и посмотрел на этого странного человека не поднимая головы. Облизнув сухие губы, мальчик подал голос, что звучал несколько хрипло: - А можно... можно мне, пожалуйста, немного воды? Очень пить хочется, - его внезапно одолела какая-то робость, казалось неправильным о чем-то просить этого красивого мужчину, тем более о таких пустяках. Но тот неожиданно кивнул и действительно налил ему воды в чашку. Обрадовавшись, мальчик воскликнул "спасибо!" и жадно припал к долгожданной воде. С одной порции он не напился, поэтому мужчина еще пару раз брал в руки кувшин. Когда жажда была утолена, мальчик с любопытством покосился на своего соседа. Тот выглядел крайне невозмутимо и собранно, но было до сих пор непонятно, почему он сюда пришел. Мальчик чуть прикусил губу, но отважился спросить: - А можете сказать, как вас зовут? Мужчина, казалось, удивился его вопросу. У него был немного растерянный вид, когда он кивнул и на этот раз подал голос: - Лань Ванцзи. Мальчик воодушевленно улыбнулся и хотел было что-то сказать, но умолк так и не проронив ни звука. Лань Ванцзи обеспокоенно сдвинул брови. Может ли быть... Эту догадку стоило проверить. Тихим, но твердым голосом он задал вопрос: - Скажи мне, ты что-нибудь помнишь? В ответ мальчик очень растерянно посмотрел на него. Помнит ли он? Он попытался заглянуть в память, но в ней гнездилась темнота с жаркими отголосками лихорадки. Нет, он совсем не помнит. - Я... нет, - он помотал головой, но в ней тут же яркой вспышкой взорвалась боль, поэтому он схватился за нее руками, сгорбившись на своем месте. - Не помню, совсем ничего... Почему? - он попытался сморгнуть слезы от боли и поднял взгляд. Лань Ванцзи выглядел чему-то огорченным, хотя было сложно сказать наверняка. Он протянул руки и аккуратно уложил его обратно на постель. И действительно, прошло совсем ничего времени как он встал, но мальчик чувствовал уже такую усталость, словно целый день бегал не переставая. - Ты заболел. Сильно. У тебя был жар, тебя лихорадило. Он сонно моргнул и уставился на Лань Ванцзи. В голове крутится один очень важный вопрос: - А как... меня зовут? Мужчина замер. Он очень долго молчал, совершенно не двигаясь. У мальчика уже слипались глаза, но он упорно держал их открытыми, стараясь не заснуть. Казалось, из них двоих сейчас уснул именно мужчина, не закончив диалог. Но поверить в то, что можно спать в такой неудобной позе (с идеально ровной спиной), было решительно невозможно. Наконец тот заговорил: - Тебя зовут Лань Юань. Мальчик, нет - Лань Юань, замер. У них была одна фамилия? Могло ли быть так, что они были... родственниками? Если так подумать, то Лань Ванцзи сейчас пришел к нему первым, сообщил о болезни и выглядел расстроенным, когда понял, что Лань Юань ничего не помнит. А сейчас он укладывает его спать. Его руки аккуратно подталкивали одеяло, чтобы ребенок не замерз во сне. Тогда Лань Юань пришел к определенному выводу, который он поспешил озвучить, дабы подтвердить или опровергнуть свою догадку. - А вы... вы мой отец? Чужие руки замерли. Лань Юань посмотрел выше. Лицо у Лань Ванцзи сделалось очень сложным, было совершенно непонятно, что он об этом вообще думает. Энтузиазм Лань Юаня погас. Не стоило задавать такой вопрос. Ты был неправ, Лань Юань. Извинись сейчас же. Лань Ванцзи внимательно смотрел на выражение лица ребенка перед собой. Сначала оно было полно нетерпения, но, когда мужчина промолчал, радость на нем потухла, сменившись грустью, виной и разочарованием, какой-то неясной тоской, которую сам ребенок вряд ли осознавал. Мужчина задумался. Был ли этот ребенок для Вэй Ина..? В памяти мелькнули знакомые радостные лица. Звонкий смех юноши, радостная улыбка ребенка. Воспоминания причиняли боль, что, казалось, навечно поселилась у него в груди, прямо на сердце. Тоска терзала душу, вина мрачила разум. Реальность казалась пустой, выцветшей, несмотря на то, что все выглядело как обычно. Но он знал, что его уже нет. От этого знания жизнь превращалась в пытку. До тех пор, пока он не нашел этого ребенка... Ребенка Вэй Ина... Мальчик уже выглядел так, словно был готов расплакаться и просить прощения. Ванцзи принял решение. Он положил руку ребенку на голову, привлекая его внимание. - Да, я твой отец. И словно все застыло от этих слов. Внутри у него расползлось какое-то неясное тепло от осознания того, что он только что сказал. Лань Юань посмотрел на него широко открытыми от удивления глазами, блестящими от слез, а затем широко и ярко улыбнулся. Сердце Лань Ванцзи дрогнуло. Он не может ошибаться. Лань Юань, этот маленький ребенок, которому он только что назвался отцом, улыбался так же, как и Вэй Ин. У Второго Нефрита перехватило горло. Он сделает все, чтобы эта улыбка продолжала жить. Не допустив дрожи, он еще раз поправил одеяло. Лань Юань выглядел так, словно уже засыпает. Мужчина мягко погладил его по голове. Мальчик неосознанно потянулся за лаской, и Лань Ванцзи повторил движение. Уже проваливаясь в сон Лань Юань услышал, как отец говорит ему: - Спи, А-Юань. Имя гулко отозвалось внутри. И во сне ему виделось, как человек в черных одеждах радостно смеется и зовет его по имени.