Прорываясь сквозь облака | BREAKING THROUGH THE CLOUDS

Деревянная рама между внутренним и наружным подоконником была заляпана жиром, все из-за копоти и остатков продуктов горения, накопившихся за долгие годы. Несколько размытых, кривых очертаний остались на черной от грязи поверхности. Отпечатки обуви. Янь Се высунулся наружу. После длительного, внимательного осмотра он, наконец, заметил остатки пожарной лестницы, упиравшейся в трубчатое здание. Янь Се жестом подозвал Цзян Тина, сказав ему подождать минутку, пока он сделает звонок. — Эй, старина Цинь. — Где ты сейчас находишься? — было очевидно, что в данный момент Цинь Чуань вел машину, так как на другом конце линии слышался невероятно громкий фоновый шум, — Мы закончили полный обыск в доме Фань Чжэнъюаня; объясню все подробности в бюро. Кстати, другая скрытая база находится в банном комплексе Ихун, расположенном в Южном округе. Информатор сказал, что ты так и не появился? — Я попросил Ма Сана отправится туда с несколькими нашими коллегами. Что-то не так? — Хах, — засмеялся Цинь Чуань, — Хорошо, значит, ты сам отказался от возможности встретиться со ста восьмьюдесятью «Юи Хатанами», так что теперь не сможешь винить своего старого братца за это. — Как можно… — когда Янь Се заметил краем глаза Цзян Тина, он внезапно понял, что ему нужно защити свой имидж, поэтому он быстро сменил тему, — А? Кто такая Юи Хатано? Почему, черт возьми, твои мысли такие грязные? Цинь Чуань: — …??? — Прекрати нести чушь, я на съемной квартире Ху Вэйшэна. Нам удалось обнаружить важную подсказку, так что заскакивай, если ты рядом, — не дав Цинь Чуаню ответить, Янь Се поспешно добавил: — Если больше нечего сказать, я бросаю трубку. Поторопись. Увидимся! Цзян Тин сделал фотографии отпечатков обуви, после чего оперся рукой о стену, намереваясь подняться по пожарной лестнице, которую они обнаружили прямо за окном. Однако план был сорван, когда на полпути его за плечи схватил Янь Се. Он упрекнул Цзян Тина: — О чем ты думал? Отойди-ка. Оттолкнув Цзян Тина за спину, Янь Се натянул перчатки, прежде чем вцепиться в оконную раму. Ворча, он быстрым движением выпрыгнул из окна и вцепился в пожарную лестницу без какой-либо защиты. Он поднял голову и посмотрел на крышу здания. — Блять! — Там что-то есть? — Этот чертов Ху — гений, — крикнул Янь Се, забираясь на крышу здания; затем он протянул руку, чтобы подтянуть Цзян Тина. Войлочный утеплитель на крыше уже был в край изуродован. Огромное количество мусора вроде брошенных строительных материалов и разбросанных повсюду поврежденных труб заполняло обширное пространство. Ржавые и покрытые пятнами металлические двери, расположенные по обеим сторонам крыши, уже давно были опечатаны. С одной стороны были расположены три самовольных постройки, сделанные из плитки, кирпича и оцинкованных металлических листов. От них доносилось жужжание работающего генератора. — Боже мой, какая жалость, что Ху Вэйшэн не учился на каменщика. Очень изобретательно с его стороны построить собственный небольшой дуплекс на крыше, — подойдя к лачуге, чтобы тщательно осмотреть все изнутри, Янь Се спросил: — Как ты додумался надавить на окно? И не смей говорить, что дело в интуиции. В тот вечер на крыше дул сильный ветер. Одной рукой вцепившись в куртку Янь Се, Цзян Тин прикрыл нос, приглушенно ответив: — Шестое чувство. — … — Янь Се не мог удержаться от желания прокомментировать: — Ты женщина? Цзян Тин промолчал. Когда Янь Се обернулся, чтобы встретиться с ним взглядом, то увидел, что его светлые веки замерзли до такой степени, что покраснели. Украдкой бросив на него еще несколько взглядов, Янь Се сказал: — Ладно уж, девушка с плаката полицейских органов. Почему бы тебе не подождать снаружи, пока я зайду и осмотрюсь? Среди трех лачуг, возведенных рядом друг с другом, Янь Се выбрал дальнюю слева. Он толкнул фанерную дверь, и она распахнулась. Поднявшаяся пыль тут же влетела в рот Янь Се, и он разразился кашлем. Только когда пыль более или менее осела, он смог наклониться, чтобы войти, освещая себе путь с помощью фонарика телефона. Пространство площадью четыре-пять квадратных метров было до предела забито различными предметами. Там даже человек мог с трудом развернуться. На шкафу, покрытом паутиной, громоздились разнообразные пластмассовые изделия и металлолом, а также оборудование, которое трудно было достать. Что-то даже было завернуто в полиэтилен, а что-то — в похожую на клочки белой простыни ткань. Янь Се уже понял, чего ожидать, как только увидел очертания оборудования. Он поспешно сделал более дюжины снимков, после чего снял ткань, покрытую слоями пыли, не заботясь о том, в каком ужасном состоянии она была. Колбы, реакторы, нагреватели и центрифуги… Янь Се сделал полшага назад. Среди леса паутины тайно хранилась куча оборудования для изготовления наркотиков! — …Вице-капитан Янь. Снаружи уже сгустились сумерки, и мимо хижин пронесся ночной ветер. Цзян Тин осмотрел окрестности крыши, прежде чем его взгляд остановился на обитой металлом лачуге, которая находилась чуть поодаль от него, из которой доносился звук генератора. Немного поколебавшись, он повторил: — Вице-капитан Янь? Из лачуги, в которую ушел Янь Се, раздавались шуршащие звуки. Он понятия не имел, что именно мужчина там делал. Прищурив глаза и еще немного поразмыслив, Цзян Тин, наконец, решил отправиться в обитую металлом лачугу первым. Окно ее было закрыто строительной пленкой. На двери висел железный замок, который позволял войти, стоило лишь потянуть за горизонтальную щеколду. В отличие от других помещений, эта лачуга была более пустой. В углу был установлен генератор, а на другом конце располагалась связка проводов электропитания, соединенных войлочной тканью, в половину его роста. Цзян Тин снова и снова надавливал на войлок. Убедившись, что предмет, находившийся под тканью, был каким-то кубовидным устройством, он с силой стянул ткань. Его действия подняли в воздух волну сухой, затхлой пыли, из-за чего Цзян Тин резко дернул головой в сторону, яростно кашляя какое-то время. Как он и ожидал, прямо из-под ткани показался крохотный холодильник с одной дверцей. По какой-то причине его пальцы слегка дрожали, когда он открывал дверцу холодильной камеры. Он увидел внутри множество различных бутылок и склянок. Большинство прозрачных мензурок и несколько непрозрачных бутылочек с лекарствами коричневого цвета, беспорядочно сваленных в кучу, были уже пусты. На дне стеклянных сосудов виднелись следы остатков содержимого разного цвета, а в некоторых стеклянных бутылках все еще хранились растворы. Однако, поскольку они не были запечатаны должным образом, в воздух поднялся резкий запах химикатов, распространившийся по всему помещению. В пазах внутренней стенки дверцы холодильника лежал плотно обернутый множеством слоев газеты сверток, который, казалось, был до краев чем-то заполнен. Сердце Цзян Тина бешено колотилось, а его лицо слегка скривилось, когда он осторожно убрал газету. Внутри был небольшой пакетик, внутри которого находился светло-голубой порошок. Цзян Тин уперся одним коленом в пол. Его зрачки мгновенно расширились, а затем сузились, когда он протянул руку, чтобы взять запечатанный пакетик, который был вдвое меньше его ладони. В правом нижнем углу он увидел приклеенную пожелтевшую этикетку, на которой уже выцветшими чернилами авторучки было выведено «Группа С, ящик 9, 7704». Когда Цзян Тин сосредоточил все свое внимание на этикетке, неясный холод, исходящий из холодильника, окутал все пространство. Под нависшей над ним тьмой его лицо сейчас приобрело мертвенно-белый оттенок. Обнаружение порошка полностью оправдывало его ожидания. Но почему? Почему эти слова? Как эта цепочка слов могла появиться здесь? Во мгновение ока из глубин его подсознания всплыл фрагмент воспоминаний. Это был просторный и темный заводской склад с бесчисленными количеством таких же пакетиков с порошком, сложенных вместе, напоминающих бледных голубых духов, дрейфующих в глубинах ада. Их упаковывали в ящики и запечатывали, после чего погружали в грузовик, по одному за раз. Вдалеке хлынул сильный ливень, и уличные фонари замерцали призрачной зеленой тенью. — Шесть миллионов, — заговорил кто-то позади него, смеясь. Мягкость его голоса звучала как слова любви дьявола, когда он произнес: — Видишь, как ценно счастье этого земного мира. На несколько секунд Цзян Тин почти потерял способность дышать. Затем он резко закрыл глаза, сделав несколько глубоких вздохов, прежде чем снова открыть их. Это помогло ему подавить состояние шока, заморозив его под толстым слоем льда, известного как спокойствие. Он скомкал газету и бросил ее обратно в холодильную камеру, после чего встал и закрыл холодильник. Прикрыв его войлоком, он засунул маленький пакетик с голубым порошком в карман брюк. Именно в этот момент кто-то крепко сжал его запястье. — Вытащи, — раздался холодный голос Янь Се. Цзян Тин на мгновение застыл на месте. Рука в кармане не расслабилась ни на йоту, когда он медленно повернулся и произнес: — Вице-капитан Янь… — Отдай это мне, — глаза Янь Се были черными как смоль, — Не вынуждай меня делать это. Следующие несколько секунд казались чрезмерно долгими. Вскоре мышцы на руке Цзян Тина в конце концов расслабились, что позволило Янь Се вытащить его руку из кармана и схватить пакетик с голубым порошком. — Почему? Подняв подбородок, Цзян Тин отказался отвечать ему. Выудив свой мобильный телефон прямо перед глазами Цзян Тина, Янь Се нажал на цифры: 1, 1 и 0, прежде чем навести большой палец на кнопку вызова. Хотя Цзян Тин не мог видеть выражение лица Янь Се, так как спина мужчины загораживала оставшееся небольшое количество солнечного света, проникающего через открытую дверь, его голос был пронизан невероятным холодом, когда он сказал: — В последний раз спрашиваю, Цзян Тин. Если ты не ответишь мне сейчас, я отправлю тебя обратно в Гунчжоу сегодня вечером. — … — после долгой паузы Цзян Тин наконец приоткрыл губы, чтобы ответить, — Нет причины. Просто, возможно, дело в том, что я тоже принимаю наркотики? Внезапно, после недолгого молчания, когда в воздухе повисло напряжение, все тело Цзян Тина дернулось вперед, потому что Янь Се схватил его за воротник и тут же с силой вытащил его из лачуги. Это было сродни поднятию детеныша медведя одной рукой; Цзян Тин едва ли мог дышать, не то что говорить. На протяжении этой схватки Цзян Тин потерял счет тому, сколько предметов он, должно быть, опрокинул — даже случайно ударился о дверную раму на выходе, в результате чего куча цемента и песка градом обрушилась на их головы. Он пытался сопротивляться Янь Се, схватив его за руку, отчаянно желая высвободиться из его железной хватки, но безрезультатно. Как только они оказались снаружи, его резко толкнули вперед, из-за чего он едва ли не рухнул на пол после того как, пошатываясь, сделал несколько шагов. Цзян Тин сильно закашлялся. Он схватился рукой за горло, почти перестав дышать; его зрение время от времени затуманивалось. Ему удалось подняться на ноги только после короткого восстановления. — Ты… Красивое лицо Янь Се было полно гнева, когда он схватил Цзян Тин за подбородок одним быстрым движением. Он собирался ему что-то сказать, но внезапно поднял взгляд, и выражение его лица тут же побледнело. — Берегись! Прежде чем Цзян Тин успел среагировать, Янь Се уже толкнул его себе за спину. Среди этого хаоса он почувствовал, как сильный порыв ветра пронесся мимо его наружного уха. Резко обернувшись, он оказался встречен взглядами нескольких человек, появившихся из ниоткуда! Ситуация изменилась слишком быстро. Видимость была плохой, так как стоял рассвет, поэтому Цзян Тин не мог четко разглядеть людей перед собой. Он лишь заметил блестящее, сверкающее лезвие, в этот момент нацеленное прямо в него! Янь Се среагировал молниеносно. Он вскинул руку и с абсолютной точностью схватил мужчину за запястье. Он мгновенно атаковал, ударив мужчину локтем в грудь! БАМ! Получив удар, мужчина выронил лезвие, и оно упало на пол. Но кто бы мог ожидать, что, не издав ни стона боли, как только кончик лезвия коснулся пола, мужчина схватил рукоять другой рукой и взмахнул лезвием по горизонтали. Янь Се откинулся назад, спасая свою жизнь. Лезвие задело его нос, мелькнув прямо перед его лицом. Во мгновение ока Янь Се осознал, что этот человек был чрезвычайно профессионален, поэтому, даже не обернувшись, он закричал Цзян Тину: — Беги! Цзян Тин застыл как вкопанный. Мужчина схватил Янь Се за ногу, когда тот пытался нанести удар. Кончик лезвия почти задел его колено, но Янь Се пнул мужчину в грудь. Однако тело мужчины было невероятно сильным и крепким — он отшатнулся всего на несколько шагов, прежде чем тут же восстановить равновесие! Молниеносно мужчина пригнулся, чтобы уклониться от контратаки, схватил с земли пригоршню песка и бросил ее… Янь Се рефлекторно прикрыл ладонями глаза, но песок достиг их всего за долю секунды до этого, так что было уже слишком поздно. Мучительную боль сопровождала волна жара и холода, объявшая его бердо. Он понял, что его пронзили лезвием, но когда человек очень сосредоточен и охвачен приливом адреналина, он совершенно не чувствует боли. Вдобавок ко всему, Янь Се был необычайно бесстрашен. Даже не задумываясь о том, что может потерять много крови из-за слишком активных движений, он воспользовался возможностью поднять ногу и грубо выбил лезвие из рук мужчины. Нож закрутился, ударившись о поручень, и полетел с крыши. Поскольку запястье мужчины, державшего лезвие, было внезапно повреждено, некоторое время он почти бездвижно стонал. Но в итоге тон его голоса пропитался ледяным холодом. Можно было сказать, что это звучало скорее не как стоны боли, а как глумление. Звучание голоса мужчины помогло Янь Се определить его возраст. По его мнению, скорее всего, это был молодой человек. Но кто этот человек? И с какой целью он устроил засаду на полицию? Песок лишил Янь Се возможности ясно видеть. Во мгновение ока кто-то схватил его за руку и перекинул через плечо. Не было никаких сомнений в том, что этот мужчина — специалист по рукопашному бою, так как ему удалось идеально перебросить Янь Се, несмотря на его рост в 190 см. Однако боевые инстинкты, накопленные Янь Се за все эти годы, заставили его машинально схватить мужчину за шею в тот самый момент, когда он почти упал на пол. БАХ! Два громких звука рассекли воздух, когда оба одновременно рухнули на пол. Почти сразу они снова сцепились в схватке. Янь Се, слепой, как летучая мышь, отбился ото всех ударов, которые обрушились на него. Внезапно он почувствовал, как мужчина быстро обшаривает его брюки и что-то вытаскивает из заднего кармана. Наркотик! Нападавший некоторое время тихо посмеивался, крепко схватив Янь Се за горло, прежде чем с силой ударить его о перила. От налетевшего более чем восьмидесятикилограммового тела перила опасно заскрипели! Грубая сила, которую профессиональный убийца вложил в попытку задушить его, была нешуточной. Если бы сейчас на месте Янь Се был другой полицейский, он бы уже умер. Обеими руками Янь Се схватил мужчину за руку, которая душила его. Стиснув зубы, он попытался подавить сильную боль, охватившую его. — Ты… Это ты… тот, кто убил Фань Чжэнъюаня… А Цзе, не ожидавший, что его узнают, издал: — О? — а затем добавил: — Я не ожидал, что вы, копы, прибудете так скоро. Ты не должен был умереть. Вены на руке Янь Се вздулись от гнева. — Я думаю, тот, кто подохнет сейчас, блять… это ты! Все произошло во мгновение ока. Янь Се решительно собрал все свои силы и злобно ударил ногой по лодыжке мужчины, моментально положив конец противостоянию равных противников. А Цзе пошатнулся, почти упав, но благодаря преимуществу, которое у него было в связи с тем, что Янь Се не мог хорошо видеть, он быстро уклонился от атаки и ударил ногой так сильно, как только мог, затем развернулся, поднялся на ноги и схватил Янь Се за плечи. — … — А Цзе выругался себе под нос, прижимаясь к плечам Янь Се. Одним грубым движением он перебросил Янь Се через перила! ТРЕСК! В тот самый момент, когда металл деформировался, Янь Се, уже ухватившемуся за плечо и шею мужчины, нужно было лишь приложить достаточно усилий, чтобы перекинуть своего профессионального противника через плечо, и тот бы разбился насмерть, упав с такой высоты. Однако менее чем за долю секунды ржавые металлические перилла, выдерживающие удары ветра и дождя на протяжении многих лет, неожиданно изогнулись под их весом; весь ряд перилл накренился вперед, в сторону от крыши! Янь Се и А Цзе мгновенно потеряли опору! Ошарашенный Цзян Тин громко вскрикнул: — Янь…! Прежде чем он успел сделать хотя бы шаг вперед, к его затылку беззвучно подкрался и прижался холодный, тяжелый пистолет. В знакомом голосе послышался намек на усмешку, когда человек тихо протянул ему на ухо: — Замри.