v.
28 июня 2020 г., 00:03
У Тэхена есть браслет, который он носит каждый день - тонкая коричневая кожа, обернутая замысловато вокруг изящного серебряного кулона.
Он стал почти частью Тэхена, и Чонгука это не беспокоит, за исключением того, что браслет был подарен ему его бывшим парнем. Тот, что был до Чонгука. Тот, кто переехал в Австралию, что и стало единственной причиной их разрыва, и когда Чонгук и Тэхен начали встречаться, когда они ходили в кафе и рестораны, официанты всегда спрашивали, где Минджун.
Поэтому, когда Тэхен не потрудился упомянуть, что Минджун вернулся в город, что Минджун - это тот человек, с которым он встретился за ужином, Чонгук должен знать о нем все. И ой как он не рад. Совсем.
Он молча стоит у кухонной стойки, и Хосок, который роется в холодильнике, наконец высовывает голову, нахмурив брови в замешательстве на Чонгука, переставшего шуметь. И все, что Чонгук вынужден слушать - это возбужденный смех Тэхена о том, что он снова видел Минжуна.
И Хосок начинает кое-то понимать, потому что он смотрит через дверной проем в гостиную, где находятся Чимин и Тэхен, а затем снова на неподвижную фигуру Чонгука, на автопилоте высыпающего чипсы из упаковки в миску.
– Разве ты не знал? – спрашивает он слегка растерянным голосом.
Чонгук на секунду замирает, потом ставит пустой пакет на место и берет миску, не отвечая Хосоку. Он не думает, что сможет.
Тэхен все еще говорит о Минджуне, когда Чонгук заходит в гостиную и ставит миску с чипсами на кофейный столик. И Чимин, и Тэхен сразу же тянутся за ними; стоящая на столе бутылка соджу почти пустая, и Чонгук пытается игнорировать весь шум в ушах и то, как сжимается его желудок, когда Тэхен говорит:
– Мы ходили в этот модный ресторан, и он знал парня, который владеет им! Я попробовал, и там действительно необычное вино, они дали нам классный шоколадный торт на десерт, но мы его разделили, потому что он был такой большой!
– Ух ты, – говорит Чимин, слегка покраснев от алкоголя. Он смотрит на Чонгука, который возвращается на кухню, потому что больше не намерен ничего слышать об этом Минджуне. – Я уже давно ничего не слышал о нем. Я удивлен, что Чонгук не был против того, чтобы ты с ним виделся.
Только вот Чонгук не то чтобы был против, он даже не знал.
– А, – пренебрежительно говорит Тэхен, неконтролируемые им руки выдают его опьянение. – Чонгуки все равно!
И Чонгук пытается… он правда пытается игнорировать это, но не может.
– Мне не все равно, – Чонгук говорит это так тихо, что Тэхен почти не слышит. Он издает лишь пьяный смех.
– Нет, все равно! – Тэхен все еще смеется, как будто это смешно, как будто Чонгук не чувствует, что каждое слово о Минджуне кажется ему сходным с царапаньем гвозде о доску. – Ты не говорил, что тебя это беспокоит до того, как я с ним поужинал!
Чонгук делает глубокий вдох, потому что это Тэхен, пьяный Тэхен, а он не может остановить водоворот раздражения и досады, зудящий под его кожей. Он чувствует предательство, такое крошечное, но такое сильное, что шепот его похож на насмешливый гул в затылке.
– Ты никогда не говорил мне, – произносит Чонгук так холодно, не в силах сдержать колкость в своем голосе, что улыбка сползает с лица Чимина, и он внезапно начинает чувствовать себя очень-очень неловко, застряв между неподвижной фигурой Чонгука у входа в кухню и Тэхеном, сидящим рядом с ним на диване.
– Ой, – говорит Тэхен, беззаботно хихикая. – Упс.
На мгновение воцаряется тишина, нарушаемая только задыхающимся смехом Тэхена, и он пьян, и, вероятно, именно поэтому он не может осознать, что что-то не так, что мягкое Тэхен... Чимина и сжатые челюсти Чонгука заслуживают его внимания. Чимин выглядит так, как будто ему больно сидеть между ними, но Чонгук рад, что Чимин здесь, потому что прямо сейчас он не хочет, чтобы Тэхен был рядом с ним.
– Что? – спрашивает Тэхен. – Чонгук не сумасшедший.
То, как он насмехается над этой ситуацией, словно Чонгук не имеет права расстраиваться из-за того, что Тэхен практически идет на свидание со своим бывшим парнем, заставляет вскипать возмущению внутри Чонгука, и внезапно он становится больше, чем просто злым. Он почти в ярости.
А потом Тэхен тянется к нему, потому что алкоголь всегда делает его еще более раскрепощенным, но Чонгук неподвижен, особенно когда он все еще видит браслет Минджуна на его запястьи, клеймя Тэхена, будто тот никогда не сможет полностью принадлежать Чонгуку. И в этом, на самом деле, суть самых кошмарных страхов Чонгука. Что Тэхен однажды встанет и уйдет от него, а Чонгук останется только с самыми уродливыми своими частями, что Тэхен, который потратил свое время, чтобы найти все хорошее в Чонгуке, решит, что он не стоит этого, что может найти кого-то получше, что Чонгук никогда не будет относиться к нему достаточно нежно.
Рука Тэхена обвивает его запястье, и Чонгук мгновенно напрягается, лицо застывает, глаза закрываются, тело не слушается, когда он тянет его за руку, и Чонгук стряхивает руку Тэхена с какой-то грубостью в его движениях, до этого еще незнакомой Тэхену. Он на долю секунды выглядит шокированным.
Чимин встает и в какой-то момент исчезает на кухне, и, хватая Хосока, убегает из квартиры, что Чонгук едва замечает, потому что чувствует, как что-то твердое и тяжелое давит ему в груди, мешая дышать.
Тэхен смотрит на него искоса и растерянно, может быть, поняв наконец, что что-то не так, говорит:
– Что с тобой?
– Это со мной что? – Чонгук холоден, недружелюбен и жесток, Тэхен редко, если вообще когда-либо, получал от него такое равнодушие в свой адрес . – Не знаю, может быть, я просто немного расстроен тем, что ты ужинал со своим бывшим парнем. Ничего не сказав об этом мне.
Выражение лица Тэхена проясняется, и он начинает выглядеть раздраженным и угрюмым, его голос становится капризным:
– И что?
– Ты не сказал мне, – говорит Чонгук.
– Я забыл, – Тэхен скрещивает руки на груди и раздраженно выпячивает подбородок.
На мгновение становится очень тихо, они смотрят друг на друга, и Чонгук не знает, выпалить ли ему все, что он думал по поводу Минджуна, или развернуться и уйти, оставив все загнивать, а затем пойти и встретиться с одним из своих бывших, чтобы Тэхен мог понять, что он чувствовал в тот момент. Может быть, он сможет ранить Тэхена так же сильно, как ранил его Тэхен.
Но он точно не может так поступить с ним, несмотря ни на что, даже когда Тэхен причиняет ему боль, как сейчас, после четырех лет их отношений.
– Ты все еще носишь его браслет, – внезапно говорит Чонгук, глядя на коричневую кожу.
– А? – удивляется Тэхен, тоже глядя на него сверху вниз. – Ну и что?
– Я ненавижу его, – немного яростно отвечает Чонгук, даже, наверное, слишком грубо, но зато честно. – Я чертовски ненавижу его. Когда я его вижу... словно... ты никогда не сможешь полностью быть моим, как будто ты связан чем-то с ним.
Тэхен выглядит шокированным и впервые за всю ночь трезвым.
– Но... ты никогда ничего мне не говорил раньше.
Чонгук только пожимает плечами, ожида ответа от Тэхена, который бы успокоил его, избавил бы от четырехлетней неуверенности.
– Для меня он ничего не значит, – говорит Тэхен очень тихо, и его голос тоже немного дрожит, как будто вся суть их ссоры догоняет его и, наконец, обретает смысл. – Мне просто нравится браслет, он никогда ничего не значил. Я не держусь за Минджуна, клянусь, я обещаю, Чонгук, я... пожалуйста.
И, может быть, его умоляющий тон, или слезы в глазах Тэхена, или просто решимость самого Чонгука сломалась – он всегда слаб, когда речь заходит о Тэхене, – холод в выражении лица Чонгука тает, в грубой внешней оболочке образуется трещина, и Тэхен бросается на Чонгука.
Он едва отклоняется назад, когда ловит гибкое тело Тэхена, крепко обнимая его за талию, стесняясь чувства притяжения к этому парню, и Тэхен зарывается лицом ему где-то между шеей и плечом, заглушая свои жалкие маленькие рыдания, от которых у Чонгука щемит сердце.
И, несмотря на мгновенное успокоение от этих сильных рук, которые поднимаются, чтобы схватить Тэхена и прижать к себе, ему необходимо быть уверенным, поэтому он, всхлипывая, извиняется в шею Чонгука. Потому что это так странно для него, такое чуждое чувство, что Чонгук не поддается рукам Тэхена. Как будто стены, воздвигнутые Чонгуком между собой и остальным миром, вдруг тоже не пускают Тэхена. И все, о чем он может думать, это как Чонгук обратил на него свой холодный взгляд и безразличный голос, и как Чонгук даже не хотел, чтобы Тэхен прикасался к нему. Все стало таким же, каким было четыре года назад, когда они впервые встретились, Чонгук такой черствый, злой и бесчувственный, но даже тогда он никогда не вел себя так по отношению к Тэхену. Даже тогда Тэхен был для него другим.
Так что сейчас, четыре года спустя, когда Тэхен знает Чонгука как свои пять пальцев и знает, что Чонгук не стал бы так себя вести, если бы не был по-настоящему расстроен, ему становится больно.
И сам Тэхен стал причиной этому.
– Тэхен, – говорит Чонгук, его голос снова мягкий, нежный и успокаивающий, открывая ту сторону Чонгука, которую Тэхен никогда не собирался принимать как должное. – Все в порядке, успокойся. – Тэхен так обрадовался, услышав это, что не мог перестать плакать в шею Чонгука, крепко вцепившись руками в его рубашку и дрожа в его объятиях, едва держась на ногах. Причиной этого наполовину является алкоголь, заставляющий его нечетко чувствовать себя, а наполовину потому, что они никогда раньше не ссорились так, как сейчас, оставляя Тэхена эмоционально разбитым.
Когда Чонгук пытается отстраниться, Тэхен паникует и крепче прижимает к себе своего парня, и его собственная неуверенность ускользает в страхе. «Не отпускай меня!»
Чонгук на мгновение замирает, положив большие руки на плечи Тэхена, а потом опускает их вниз, чтобы обвиться вокруг худой фигуры, и Тэхен окутан теплом, безопасностью и любовью, и почему он не может перестать плакать?
– Мне очень жаль, – хрипло произносит Тэхен, голос его дрожит. – Я очень сожалею о том, что сказал, и о том, что сделал. Только... пожалуйста, не отпускай меня.
– И не отпущу, – говорит Чонгук, голос одновременно нежный и грубый, так или иначе, очень противоречивая смесь. Он обхватывает затылок Тэхена, успокаивающе проводя пальцами по беспорядочно покоящимся локонам. - Я тебя не отпущу.
– Обещаешь? – спрашивает Тэхен, голос у него тихий и неуверенный, его ноги ослабевают, и он остается в вертикальном положении только благодаря неподвижной фигуре Чонгука и его твердой хватке.
– Я обещаю.
