Пока ты не дашь своё согласие...

Путь домой был проведен в молчании. Гарри с утра ушёл по приглашению мадам и мсье Рове по рабочему вопросу, поэтому ранний выезд был отложен. Вернулся он угрюмым и задумчивым, поэтому Драко не решился начинать беседу. А ещё ему было над чем подумать. Полученное свободное время он потратил на прощание с Жови. Хотя встретиться с ним ещё раз хотел по другой причине. — Это уникальная вещь, мой дорогой Дрейк! Я таких не видел, наверное, никогда. И тот, кто подал идею, не менее талантлив, чем те, кто её воплощали… Вы, уверен, видели и руны, но самым ценным в этом артефакте являются, как ни удивительно, не они. Самым ценным является то, как вязь дополняет защиту вполне классическую, а камни сцепки создают мощное поле, делая хозяина этого украшения не просто богатым человеком, но и почти неуязвимым. Потому что каждое заклинание, что создаст владелец будет структурно укреплено магией браслета. Понимаете? Кто бы ни был ваш друг, которому сделают этот бесценный подарок — он счастливчик. Не только из-за самого факта, что его одаривают таким свадебным подношением, а из-за того, сколько любви и заботы вложено в создание этой вещи. Если бы вы задержались здесь ещё на какое-то время, я не упустил бы возможность изучить её с профессиональной точки зрения, но будьте уверены, то зерно, что вложено в идею этого чудесного артефакта, я буду использовать в своей работе. Драко задал ещё несколько вопросов, чтобы лучше понять, как работает подарок Гарри, и то, что он узнал, всего через несколько часов заставило его всерьёз задуматься над тем положением, в которое он попал. Потому что уже на пороге номера Поттер остановился и придержал Драко за локоть. — Надень браслет, Драко. Я сделал тебе предложение, и по всем твоим же правилам чистокровных родов, пока ты не дал мне ответ, должен принять подарок на помолвку. А я подожду, пока ты подумаешь хорошенько, придёшь в себя и станешь принимать решения так же мудро, как и твои предки. Малфой застыл, понимая, что должен выполнить эту просьбу, но не решаясь принять помолвку. — Надень браслет, — по словам, медленно и чётко произнёс Поттер, сузив глаза. Потом поднял руку, и артефакт снова возник перед ним, как и на приёме. Видимо, Гарри не афишировал то, что мог так легко использовать магию без палочки. А вот ему показывал. Но в эту секунду Драко это не тронуло, потому что Поттер осторожно, бережно взял его за руку и надел на него рабские кандалы. Оказавшись на Гриммо, Драко не знал, чего ждать от Гарри. И не желая мучиться догадками, как было в самом начале их общения, пересилил себя и спросил: — И как теперь? Я в твоей золотой клетке, Гарри, и я не знаю, где сегодня ты прикажешь мне ночевать… — недовольство Поттера теперь пряталось в его задумчивости и деловитости, но Малфой чувствовал, что Гарри его так и не понял, так и не услышал, что его отказ — это взвешенное решение. — Я и сам этого пока не знаю, Драко, но, пожалуйста, не надо слишком много думать. Давай дождёмся вечера. Хочешь поесть? То, что Поттер так просто продолжил общаться, как ни в чём ни бывало, и успокоило, и насторожило Драко. Он знал, что их «по-настоящему» закончилось, но сердце всё равно было в тисках ностальгии. Надо же. И суток не прошло, а он уже чувствовал потерю. Однако вечером его ждал не один — два сюрприза. Сначала они с Гарри принимали гостей. Точнее одного, но очень важного. Аврор Ритс докладывал Главе Аврората лично о том, что расследование почти завершено. Драко присутствовал лишь при окончании разговора, который длился подозрительно короткий промежуток времени, но аврор на службе не мог позволить себе более долгой беседы, даже со своим самым большим начальником. — Мы перепроверяем последние факты перед арестом. И я должен официально уведомить вас, что залог Главному Аврору Поттеру вернут уже в понедельник. С вас официально сняты подозрения. И поскольку потерпевшая не имеет никаких претензий и ей полностью компенсирован ущерб, я намерен поставить вопрос о полном снятии всех обвинений. Учитывая личность вашего поручителя, на все формальности не уйдёт больше пары часов. Однако ваше присутствие обязательно в Аврорате. Я уверен, что уже через неделю для вас, господин Малфой, это не весёлое приключение закончится. Я уже направил запрос в Мунго. Прошу меня простить, но мне пора. Он воспользовался камином в гостиной, а Драко так и продолжил сидеть в кресле, бешено соображая, что только что произошло. Его конечно обрадовал тот факт, что Гарри оказался прав, и он сможет вернуться к работе, но ему так и не озвучили имена тех, кто его подставил. И был ещё один момент, который его задел, какая-то тонкость, незначительная деталь, но он не успел уловить, какая, — Гарри позвал его, и Драко пришлось отвлечься. — Возьми, пожалуйста. Это тебе. На столике лежали бумаги, а Поттер протягивал ему что-то в руке. — Что это? — Драко встал, но подходить не торопился. — Это мой подарок тебе. — А какой повод? Мои оковы всё ещё на мне, я принял твой помолвочный дар… — откуда взялось это противоречие, он и сам не осознавал, но что-то заставляло его настороженно воспринять эту новость. — Без повода… — Гарри стушевался, и Малфою стало неловко за своё поведение. Эта реакция Поттера дала понять, что делал он подарок из лучших намерений. — И что это? — он подошёл ближе. — Посмотри, — мужчина кивнул на столик и сделал аккуратное движение рукой. Что-то блеснуло в огне камина, и Малфой посмотрел на документы. Но суть их уловил не сразу. — Ты купил квартиру? — Я купил твою квартиру, Драко, — Гарри ещё сильнее смутился. Отвернулся. — Ты говорил мне как-то, что хотел бы её выкупить у хозяев, что это место тебе нравится… Мне хотелось сделать тебе приятное… Малфой не верил своим глазам, но Поттер держал в руках ключи, и имя в документах было его — Драко Малфоя. — Зачем? Если я всё равно живу здесь? Это… — уложить в голове весь поток хлынувших эмоций было сложно, а ещё, как бы он ни старался оставить вчерашнюю Францию в прошлом, он отвык держать дистанцию, держать лицо перед Поттером за эти две недели. И это не могло не дать свои плоды — он говорил сразу из головы, не обдумывая линию поведения. Поэтому реакция вышла глупой и невежливой, неполной, он не то хотел сказать, но Гарри не дал ему договорить. — Скоро ты вернёшься на службу, и я много работаю, и мне кажется, тебе было бы проще возвращаться туда после смены… — Гарри доходчиво объяснял свою логику, но потом что-то пошло не так, он мгновенно вышел из себя и рявкнул, — Да что тебе ещё надо, Малфой?! Я дарю тебе квартиру! Ты можешь её просто принять?! Драко ошарашенно уставился на Гарри, а потом закрылся и вежливо улыбнулся: — Спасибо, Гарри. Мне очень приятно, в чьей спальне мне ночевать сегодня? — какими бы добрыми ни были его намерения, Поттер всё так же пытался соблюдать условия контракта. Пусть и в более вольной трактовке его обязанностей в плане заботы. — В своей! — снова рявкнул Гарри и вышел из комнаты. Малфой остался, сминая в руках бумаги на жильё. Гарри не знал, как себя вести. Он хотел, чтобы всё вернулось, и стало как раньше. Но оказалось, что так не получится. А точнее, то, что получалось, было не тем, чего ему хотелось. И больше того! Ему хотелось поделиться прошедшим днём, пошутить о чём-то, лечь спать с Драко под боком, а потом позавтракать с ним, рассказывая о своих идеях или слушая мысли Малфоя. Другими словами, ему хотелось во Францию, в «Одиссею», разделить ужин с уже привычным Жови. Хотелось чувствовать себя так же, как тогда. Но с прибытием на Гриммо между ними с Драко разлилась тишина. Не та, что натянутой струной звенела, когда Малфой не принял его предложение. Да, Гарри было невозможно смириться с этим, но и Драко, несмотря на невозможный отказ, был полон. Невысказанным, но важным и цельным, чем-то эмоциональным и глубоким. Даже когда Поттер заставил Малфоя надеть браслет, тот не был таким, как здесь. Да, задумчивым, отстранённым, но не пустым. А вот оказавшись в его доме, он словно отдалился от Гарри. Отсюда и идея с квартирой. Поттер, конечно, помнил об их разговоре. Тогда Драко впервые был с ним таким… Обычным. И невзначай прозвучавшие мечты Гарри решил воплотить в реальность. Не так он хотел провести этот день. Не так. Он думал, что это будет их первый день помолвки. Что бы это ни значило. В его голове сложилась чёткая картина из скрытых намерений Малфоя, своих планов на жизнь, своего эмоционального состояния. И магический брак с Драко казался ему именно тем, что поможет упрочить те жизненные обстоятельства, в которых он оказался по собственной инициативе, но которые вылились в нечто новое, приятное, неожиданное, но сделавшее его жизнь лучше. Полнее. И каждый прожитый день этой жизни счастливее и ценнее, несмотря на белые пятна в некоторых моментах его восприятия. А вот отказ… Он не понимал его. И решал этот вопрос по-своему. Хотя мысль подарить Малфою мечту нашла приятный отклик в душе, именно поэтому он так сорвался — Драко был почти безразличен и дерзок, далёк от него так, как не был даже в первые дни их совместной жизни. И это делало Гарри больно. Это взбесило его неимоверно. Он категорически не узнавал себя. Метался между желаниями, и не мог найти в голове точку опоры. У него было ощущение, что он забыл о чём-то важном, или перепутал какие-то рычажки в своей голове, раз привычная модель поведения не срабатывает. В конце своих метаний он нашёл объяснение своему состоянию. Это всё Малфой. Он манипулирует им, играет с его головой, путает, пытаясь добиться… Чего-то. Дальше мысли не шли. Вроде он ничего такого не делал, зубки показывал, как обычно, но в нём всё равно что-то изменилось. И Поттер был не готов пока искать ответ на этот вопрос. Ему нужно было остыть.

***

Драко входил в здание Аврората со смешанными чувствами. Прежде всего потому, что делал он это через кабинет Главного Аврора. Гарри был где-то на службе, но через Кричера передал ему чёткие распоряжения не выходить сегодня из дома и воспользоваться этим способом перемещения. Глаза секретаря, приветствовавшего Малфоя, когда тот вышел из кабинета его начальника, были наполнены изумлением и сомнением. Однако вопрос Драко о том, где можно найти Ритса, расставил всё по своим местам. Стоя у кабинета, где его ждал аврор по его делу, Малфой немного мандражировал. Вспомнилось, как его арестовали, как он думал, что это конец, и настроение с хорошего скатилось в статус неопределённого и настороженного. Он не успел постучать — дверь открылась, и встреча с посетителем Ритса была крайне удивительной. Заместитель Главного Колдомедика Штерн собственной персоной. — Мне уже сообщили, что с вас снимают обвинение, мистер Малфой. Будто кто-то ещё сомневался, что с таким… — увидев, как преобразился Драко на этих словах, он попридержал пыл, — с такими знакомствами вас посадят. Конечно, таким положением и деньгами можно заткнуть рты кому угодно… Но смею напомнить вам, что вы всё ещё отстранены от службы. И я знаю, что вы помогали Виолетте в её вопросах, и это тоже не пройдёт незамеченным! Вы не имели права! И разбирательство по этому вопросу будет более, чем строгим! — Главное, чтобы это разбирательство было беспристрастным, — ответил Драко и кивнул, — доброго дня. Ритс огорчил его. Чтобы вернуться на службу нужно закрытое дело. Хотя бы переданное в суд. Поэтому он ещё минимум неделю будет дома. Но с него официально сняли ярлык подозреваемого в краже у мисс МакМарт. Правда, как Драко ни пытался выведать что-то о текущем положении дел в подробностях, ему это не удалось. Лишь в общих чертах, обтекаемыми фразами. Ничего конкретного. Вечером Поттер дома так и не появился, и Драко решил наведаться к Тиму. Для этого пришлось снова зайти к Гарри на работу, потому что из дома на улицу выйти он не мог. Мордредов контракт! А на его вестники Поттер не отвечал. Тот оказался в кабинете, злой и серьёзный, абсолютно сосредоточенный на бумагах, которые изучал чуть ли не с остервенением. — Ты решил исполнить своё обещание и посадить меня на цепь? Вчера я мог пойти только к маме в мэнор, сегодня только в Аврорат! Мне нужно в город! Или я теперь домашняя зверушка?! Поттер смотрел на него немного удивлённо и скептически. — Добрый вечер, Драко. Я не стал будить тебя сегодня, ты поздно вернулся от матери… Надеюсь, в этот раз она не сильно тебя огорчила своими предположениями на мой счёт, и цепочка с венеровым камнем ей понравилась. Он замолчал, ожидая, очевидно, нормального приветствия. Драко сдался спустя всего минуту. Если он хочет делать вид, что всё нормально, то что ещё Малфою остаётся, как не согласиться? — Добрый вечер, дорогой. — Драко обошёл стол и поцеловал его, будто и не было этой вспышки с его стороны, будто Гарри не игнорировал его весь вчерашний день. От этого простого касания на сердце потеплело. Малфой накрутил себя перед этой встречей. И пусть он не собирался лицемерить, но и ругаться он тоже не хотел. — Мама была в восторге от твоего подарка. Но в ещё более яркий восторг её привёл мой браслет. И наша возможная помолвка. Спасибо за заботу, Гарри. — Я рад. Ты говорил какие-то глупости, Драко. Ты должен быть дома, потому что здесь не безопасно! Я не хочу, чтобы у Фортескью тебе в сироп подлили что-то ещё. На этот раз это может быть не Слеза кикиморы, а нечто более фатальное. Малфой забыл об этом совершенно. К своему стыду, даже беседуя с матерью, он не упомянул о той неприятности, что с ним произошла. Но Гарри был прав — в Англии на него действительно могли совершить ещё одно нападение, только уже не ментальное, а вполне физическое. — Но я не могу быть взаперти всё время, Гарри. У меня есть работа, есть дела семьи… Мне нужно в город, дорогой, и ты можешь приставить ко мне своих ребят, если так беспокоишься о моей безопасности, но сидеть дома, как в тюрьме… Гарри подумал какое-то время, а потом всё же кивнул, только сказал не то, что Малфой ожидал. — Попроси меня об этом немного получше, Драко. Немного более вежливо и старательно… — Ты… — Драко даже не знал, что сказать на это. Он не совсем понимал, чего именно хочет Гарри — чтобы он поунижался и сказал «пожалуйста», или чтобы он попросил это в духе заключённого контракта. И то, и другое было неприятно, и то, и другое царапало душу своей грубостью и циничностью, и Малфой не стал уточнять, просто отключил эмоции, напомнив себе, что его «хозяин» выполняет свои обязанности по договору, заботится о нём и обеспечивает его. Более того, Драко подписал этот документ в надежде на справедливое расследование своего дела, и сегодня стало очевидно, что и это обещание Поттер выполнил. Он больше не подозреваемый. Год жизни за свободу… Сжав губы он снова вернулся к креслу Гарри, который повернулся к Малфою, чтобы видеть, как тот собрался его просить. И немало удивился, когда тот опустился на колени, протягивая руки на его ремень, и сказал смиренно и как-то пусто: — Гарри, позволь мне сегодня выйти из дома, пожалуйста, — он уже расстегнул пряжку и взялся за пуговицы и ширинку. — Я буду хорошим, послушным мальчиком, буду делать всё, что прикажет мне твоя охрана, буду примерным любовником сегодня ночью, пожалуйста, отпусти меня в Лондон, — член Поттера не мог не реагировать на действия Драко, хотя то, что он говорил, было каким-то… Раньше, даже до Франции, эти же слова звучали соблазнительно и вкрадчиво. Но не сейчас. Сейчас он звучал тихо и ровно. Неправильно. Но Гарри не успел подумать дольше. Драко сделал пробное движение рукой, а потом взял в рот. Он смотрел прямо перед собой, старательно втягивал щёки, сосал и перебирал яички, и сейчас как никогда был похож на шлюху на работе. Ничего личного, просто минет. И хотя для Поттера минет в исполнении Драко уже давно перестал быть не личным, тело, привыкшее к еженощным ласкам, принимало удовольствие. Несмотря на то, что в голове Гарри звенело не только от наслаждения, но и от противоречия. — Ты объяснишь мне дома, что это было. А сейчас иди, пока не очень поздно и ты ещё можешь успеть по своим делам, — Гарри кончил ему в рот, отдышался и оправил одежду, а Драко всё стоял на коленях, лишь вытерев слюну с подбородка. На Поттера он не смотрел. — Иди. Малфой послушно поднялся, взмахнул палочкой, приводя в порядок замятые на коленях брюки, и, так и не взглянув на своего любимого мужчину. В душе была пустота. — Главный Аврор Поттер велел передать, что ваша охрана ждёт вас в Атриуме, — сказал ему секретарь, когда Драко вышел за дверь и медленно прошёл мимо него к выходу из приемной. — Благодарю. Отделаться от этой охраны оказалось сложно как никогда. Те, кто наблюдал за ним раньше, были намного осторожнее и действительно не мешали Драко. Но эти больше походили на телохранителей. Он даже почти передумал, когда, наконец, возникла удобная возможность улизнуть. В голове была каша, сердце стучало как бешеное, и беседа с другом превратилась в необходимость. Он бродил по маггловскому Лондону добрый час, но ни в знакомой квартирке, ни на точках, где он раньше встречал мальчика по вызову, его не было. Разочарованный, Малфой уже оставил надежду его найти, с грустью осознавая, что потерял приятеля, видимо, навсегда, сжимая в руках теперь ненужный, полный маггловских денег толстый бумажник. И тут его осенило. Деньги… Ну конечно!