Я не твоя игрушка, Цзинь Лин

I’m not your toy You stupid boy I’ll take you down now, I’ll make you watch me

Новость о том, что глава ордена Ланьлин Цзинь собирается жениться разлетелась буквально за несколько дней по всем кланам. И особенно, среди женщин. Об этой новости уже шептались все кому не лень, думая о том, какой же будет будущая невеста Цзинь Лина. Кто-то говорил, что Цзинь Лин изберёт для себя нежную девушку, желающую продолжить род. А кто-то, что он выберет строгую и нравственную девушку с характером лидера. Но мало кто знал, что молодой человек не желает обоих вариантов. Ведь у Цзинь Лина была одна тайна, которую приходилось держать в секрете уже долгое время. Чтобы найти истоки, нужно заглянуть на пару недель назад. Глава клана Цзинь справил свой двадцать первый день рождения. Для многих он уже стал настоящим мужчиной, готовым вести за собой клан. Но для Цзян Чена и Вэй Ина, он по прежнему оставался маленьким милым племянником. Цзинь Лин подрос в высоту, хоть, честно говоря, и немного. Но если взглянуть на его лицо, любой бы сказал, что парень знатно возмужал. Со своей должностью Цзинь Лин справлялся просто на отлично, решая множество вопросов сам. Он предпочитал не просить дядю о помощи, чтобы доказать, что он достоин носить звание главы клана. Однако вместе с похвалой, на юного господина посыпались расспросы о женитьбе. Многим не терпелось поскорее увидеть свадьбу Цзинь Лина и застать будущего приемника. Поначалу парень старался уходить от ответа. Но когда давление стало сильнее, Цзинь Лин заявил, что не желает женитьбы в ближайшие годы. Этот ответ мягко говоря, поразил многих. Ведь все привыкли, что юноши стремятся заполучить красавицу, что в будущем станет матерью его детей и прекрасной домохозяйкой и будет приносить счастье в дом мужчины. Но судя по всему, глава клана совсем не желал этого, и предпочёл оставаться одиночкой прямо как его дядя. После этих слов, Цзинь Лин стал ощущать ещё большее давление. Чуть ли не каждый день ему говорили о том, что он обязан жениться. Его начали пугать тем, что могут пойти плохие слухи, вплоть до того что Цзинь Лин является обрезанным рукавом. Эти аргументы можно сказать, окончательно добили молодого главу. Он всё ещё не поддерживал эту идею и держался из последних сил. С одной стороны, ему хотелось закрыть рты всем этим людям насильно. А с другой наконец жениться, чтобы рты были закрыты, но более мирным способом. Но последней каплей стало то, что пожаловал дядя, и сказал, что если Цзинь Лин не возьмётся сам, то Цзян Чен самостоятельно найдёт племяннику невесту в ЮнМэне. Цзинь Лин не хотел этого, но морально найти в себе силы чтобы ответить он не мог. Он понимал, что из-за этого у него будут проблемы, а точнее одна и большая. А как её решить, Цзинь Лин уже не знал. Новость о том, что Цзинь Лин ищет невесту, постепенно дошла и до клана ГуСу Лань. Первыми об этом узнали конечно же Лань Сичень, Лань Чжань и Вэй Ин. Вэй Усянь безумно был рад за племянника и не мог дождаться того дня, когда Цзинь Лин пожалует в ГуСу. Постепенно новость дошла до учеников и адептов. Кто-то никак не отреагировал, кто-то порадовался за главу клана. И только одному человеку было не до радости, а именно — Лань Сычжую. Лань Сычжуй и Цзинь Лин начали свои отношения в возрасте семнадцати лет. Было очень неловко, но в тоже время безумно приятно. Лань Юань просто пылал любовью к юному господину. Хоть и романтики от Цзинь Лина толком не дождешься, Лань Сычжуй всё равно любил его. Они скрывали свои отношения с самого начала, решив, что об этом никому знать не нужно. Да и к тому же, из-за этого могут быть проблемы. Сначала эта идея казалась хорошей обоим, но через пару лет Лань Сычжуя начало это раздражать. Он ненавидел тот факт, что не может элементарно взять любимого за руку даже при знакомых людях. Его раздражало то, что он слишком заботится о мнении окружающих. Лань Юань не раз приводил в пример своих отцов, что наплевали на общественное мнение и женились. Но Цзинь Лин был непреклонен. Однако, о их отношениях знал кое кто. И этот кое-кто — Лань Цзиньи. Как лучший друг обоих, он просто не смог не заметить слишком близкие отношения между парнями. Эти случайные касания, говорящие взгляды и прочее. В один вечер парень решил серьёзно поговорить со своими друзьями, и узнав о том что они вместе, Лань Цзиньи обиделся, за то что парни ничего не рассказали ему. И как лучший друг, Лань Цзиньи, услышав новость о женитьбе Цзинь Лина, сразу же посмотрел на Лань Сычжуя. Сначала он стоял в шоке, слегка приоткрыв рот. А после его взгляд померк, и вокруг него будто всё стало серым. Но одновременно с этим, в его глазах можно было разглядеть такую злобу, будто его предали. Хотя по сути, так и есть. Как только Лань Сычжуй услышал новость, он из последних сил держался чтобы не заплакать прямо при людях. Его любимый человек женится, что он будет делать дальше? Парень не понимал, как вообще Цзинь Лин согласился на это и почему. Может он нашёл девушку, что намного лучше Сычжуя. А может его просто заставили. Да честно говоря, лучше бы заставили. Лань Юань не хотел думать о том, что Цзинь Лин решил женится потому что ему сказали что так нужно. Он собирался прояснить всё, когда глава клана Цзян пожалует со своим племянником в Облачные Глубины. А пока нужно держаться, хоть это и будет трудно. Сердце буквально разрывалось на куски, а в горле встал ком. Лань Сычжуй смотрел в пол, продолжая думать о этой чёртовой свадьбе. Он чувствовал, как глаза наполняются слезами и ничего не мог с ними сделать. И как только появилась возможность, парень быстрым шагом удалился в свою комнату. Конечно, Лань Цзиньи последовал за ним, но понял, что друг явно не желает никого видеть. И именно в эту минуту Цзиньи захотел треснуть Цзинь Лина по голове, может хоть мозги на место встанут. А тем временем в резиденции ордена Ланьлин Цзинь была самая настоящая суета. Цзинь Лину предлагали различных невест из разных кланов, но всем он вежливо отказывал, намереваясь оттянуть момент до того, пока он не встретит Лань Сычжуя. Эти «смотрины» длились целый день, и от них глава ордена чертовски устал, желая чтобы всё поскорее закончилось. Он, честно говоря, даже не смотрел на этих девушек. Ни одна из них не будет стоять наравне с его любимым. День подходил к своему концу. Небо становилось тёмным, как и всё вокруг. Источниками света были лишь уличные фонарики и свет из окон зданий. Все люди наконец ушли, и Цзинь Лин мог бы вздохнуть спокойно, если бы не пронзающий взгляд Цзян Чена. Глава клана Цзинь сел удобнее, подпирая голову ладонью и посмотрел на своего дядю. — В чём дело? — спросил Цзинь Лин, смотря на мужчину. Цзян Чен поднялся с места и недовольно посмотрел на племянника. Цзинь Лин больше всего ненавидел именно это выражение лица дяди, в котором было полно осуждения действий парня. Цзян Чен подошёл к племяннику, смотря тому прямо в глаза. — Ты на них даже не смотрел. Как ты собираешься выбирать? Или хочешь до конца своих дней просидеть вот так и просто рассматривая девушек? — начал свой расспрос Цзян Чен. Цзинь Лин закатил глаза и поднялся со своего места. Да лучше он просидит так до конца дней, периодически сбегая к Лань Сычжую. — Когда мы отправимся в ГуСу? — задал встречный вопрос Цзинь Лин. — Вы посмотрите, ему лишь бы с друзьями поиграть, — буркнул Цзян Чен, — завтра утром. Цзинь Лин мысленно успокоился и обрадовался тому, что сможет поговорить с Лань Сычжуем и всё объяснить ему. Вот только он не уверен, сможет ли парень понять его. В любом случае, нужно лишь дождаться утра. Завтра слишком волнительный день, и Цзинь Лин должен сохранить всю энергию для него. Парень пошёл к выходу, делая вид что зевает. — Я устал, спокойной ночи, — сказал Цзинь Лин, покидая зал. Цзян Чен посмотрел вслед парню, что-то фыркая себе под нос. Хотелось бы ему знать, что у его племянника на уме. Но похоже, это известно только ему одному. Мужчина решил, что ему тоже стоит отдохнуть перед завтрашним походом и отправился в комнату, всё не прекращая думать о странном поведении Цзинь Лина. Цзинь Лин долго не мог уснуть лежа на кровати и смотря в потолок. Кажется, завтрашний день обещал быть слишком волнительным. Он всё не мог собраться с мыслями, а его сердце бешено колотилось. А что, если Сычжуй себе не то надумает? Или что ещё похуже? Хотя, кажется, ничего хуже быть не может. Глава ордена был уверен, что в клане Лань уже все наслышаны о его свадьбе, и точно знает единственного, кому вовсе не радостно. Наверняка Лань Цзиньи хочет убить его сейчас. Цзинь Лин издал смешок через боль и посмотрел в окно. На небе сияли яркие ночные звёзды, дополняя большую луну. Парень смотрел на неё, думая о том что будет дальше. Сможет ли он сделать всё так, как ему хочется, или же придётся пройти через что-то. В голову лезло так много мыслей, что Цзинь Лин даже устал думать, постепенно засыпая под звуки ветра, шатающего листья. И Цзинь Лин не знает, что в это же самое время, где-то не спит ещё один человек, и думает о том же самом. Вот только, спать он совершенно не хочет. В его сердце засела лишь тревога и грусть. Но так же, возможно, где-то глубоко засел маленький огонёк надежды. Как только солнце поднялось над горизонтом, Цзинь Лин уже одевался, собираясь поскорее выйти на улицу. Он не хотел даже завтракать, сказав дяде, что его всё равно накормят в Облачных Глубинах. Выслушав слова дяди о том, что в ГуСу нет стоящей еды и ему даже жалко Вэй Ина, двое двинулись в путь. Глава клана Цзинь был весь на взводе, стоя на краю лодки. Он так вглядывался вдаль, будто от того что он смотрит, они быстрее приплывут в нужное им место. — Почему ты туда так торопишься? — задал вопрос Цзян Чен, смотря на слишком бодрого парня. Цзинь Лин посмотрел за спину, не находя слов, чтобы точно ответить. Правду рассказать дяде он не мог, поэтому ответил, что просто соскучился по этому месту. Цзян Чен ему не поверил это точно, но продолжать расспрашивать явно было бесполезно. Пытаться вытащить из Цзинь Лина правду, в последнее время, тоже самое что говорить со стеной. Прошло какое-то время, и главы кланов не были уверены, сколько именно. Они были почти на месте, и чем ближе они подплывали к земле, тем сильнее начинало биться сердце парня, тем сильнее он начинал переживать. В его груди поселилась такая тревога, что хотелось прямо сейчас развернуться и уйти. Но если бы он так сделал, то явно показал бы что слабак, и не может ответить за свои же действия. Обычно, каждый раз когда Цзян Чен прибывал вместе с Цзинь Лином, их выходили встречать Лань Сичень, Лань Чжань, Вэй Ин и Лань Цзиньи с Лань Сычжуем. Но когда лодка уже подплывала, Цзинь Лин увидел, что Лань Юаня нет вместе со всеми. Выражение на его лице моментально поменялось. И настроение испортилось ещё больше, когда он заметил, что Лань Цзиньи смотрит на него с неким презрением. Цзян Чен и Цзинь Лин вышли из лодки и начали здороваться со всеми встречающими. Цзинь Лин, быстро отделавшись от внимания Вэй Ина, быстро увёл Лань Цзиньи слегка в сторону.  — Где Лань Юань? — шёпотом спросил Цзинь Лин. Лань Цзиньи скрестил руки на груди и посмотрел в глаза Цзинь Лину. К слову иногда, когда Лань Цзиньи пытался казаться строгим или злобным, это выглядело довольно забавно, так как парень был невысокого роста. И если Лань Сычжуй и Цзинь Лин прибавили в росте, то Лань Цзиньи так и остался со своими сто семьдесят двумя сантиметрами. — А почему я должен тебе говорить? Хочешь ему сообщить о своей свадьбе? Не волнуйся, он знает, — говорил Лань Цзиньи. Эти слова приходились Цзинь Лину болезненными ударами по сердцу и спине. Он же понимал, что Лань Цзиньи не хочет, чтобы его другу было больно, но Цзинь Лину нужно с ним встретиться. — Если ты не скажешь, я найду его сам, — сказал Цзинь Лин, отвечая парню таким же пронзительным взглядом. Лань Цзиньи замешкался и вздохнул. С одной стороны он думал, что от встречи с Цзинь Лином другу станет лишь хуже, особенно если Цзинь Лин принесёт плохие новости. Но с другой, может что-то да изменится и всё будет как раньше. Парень думал об этом, пытаясь выбрать правильное решение. Он ведь не хотел терять хорошие отношения с обоими друзьями, но если сейчас всё не наладится, то Лань Сычжуй будет сидеть в уединении с разбитым сердцем, а Цзинь Лин женится и врят ли будет прибывать с ГуСу также часто. — Там же, где и обычно, — выдавил из себя Лань Цзиньи, отвернувшись. Цзинь Лин кивнул головой и побежал в нужное место. Этим местом была небольшая поляна возле водопада. В это место мало кто ходил, особенно вечером. Именно поэтому парни избрали это место идеальным. Поначалу, парни проводили время втроём, играясь и болтая. Но после Цзинь Лин и Лань Сычжуй предпочли оставаться наедине. И это, пожалуй, одни из самых ярких воспоминаний пары. Когда они ложились на влажную траву, наплевав на то, что одежда может испачкаться и смотрели на звёзды. Атмосферу таких моментов невозможно ни с чем сравнить и забыть. Парни помнили каждую секунду таких вечеров, это точно. Чего стоит вспомнить их первый поцелуй. Обы были неопытны и, кажется, слишком юны. За свою резкую настойчивость Лань Сычжуй получил по голове, ибо Цзинь Лин ужасно раскраснелся. Но постепенно даже эти поцелуи вошли в такую обыденность, что парни не могли без них обходиться. Цзинь Лин всё бежал до нужного места, поддаваясь различным воспоминаниям, связанных с этими местами. Каждое дерево, каждая дорога напоминала о чём-то. Вот большое одинокое дерево с прекрасными цветами. Именно под ним у парней было первое настоящее свидание. Цзинь Лин тогда, проявив инициативу подарил Лань Сычжую украшение для волос. Он не был уверен что парню оно понравится, но увидев счастливое его лицо все сомнения рассеялись. И Лань Сычжуй надевал это украшение на каждую встречу с Цзинь Лином, чувствуя себя безумно счастливым. Где-то рядом ещё одна полянка, там Лань Сычжуй подарил Цзинь Лину цветы. Они были такими красивыми, что Цзинь Лин ухаживал за этим букетом так тщательно, что они простояли у него очень долго. А ещё так много мест, где парни признавались друг другу в любви. Конечно, Цзинь Лину было сложнее говорить эти слова, и он предпочитал показывать свою любовь взглядами и прочими действиями. И Сычжуй улавливал всё, что пытался донести до него. Цзинь Лин обожал улыбку Лань Сычжуя. Она всегда была такой яркой и лучезарной, что даже снилась ему по ночам. Цзинь Лин был готов делать всё, лишь бы видеть её как можно чаще. Сычжуй же, любил вызывать смущение у своего парня. А его можно было вызвать просто внезапным поцелуем или другим любым внезапным действием. Бывало такое, что Цзинь Лин резко реагировал и мог случайно ударить Лань Сычжуя по носу или лбу, но тут же извинялся. А Сычжуй говорил, что извинения примет лишь в качестве поцелуя. Когда парням исполнилось по девятнадцать лет, Лань Сычжуй, кажется, стал более раскрепощённым. Цзинь Лин был уверен, что это всё чёртово воспитание его второго дяди Вэй Ина. И хоть поначалу Цзинь Лину было неловко от ещё большей настойчивости со стороны любимого, со временем он привык и ему даже стало нравится. Конечно, было слегка не до веселья, когда Лань Сычжуй первый раз затащил Цзинь Лина в постель. Было больно и неловко, но оба восприняли это как новый уровень отношений. На утро Цзинь Лин проклянал парня за то, что ему теперь больно ходить и говорил, что если об этом кто-то узнает, то он убьёт Лань Сычжуя собственноручно. Но Лань Юань, кажется, совсем не испугался. Тем временем, Цзинь Лин уже спускался к нужному месту. Сердце бешено колотилось, поднимая пульс и заставляя парня нервничать. Он уже знал, что будет говорить и как всё объяснить. Осталось только всё сказать, и дело с концом. Он шагнул на зелёную поляну, и сразу же увидел спину Лань Сычжуя. Тот сидел прямо как обычно и похоже, даже не заметил того, что сзади кто-то идёт. Или же заметил, но не хотел на него смотреть. Сделав глубокий вздох, Цзинь Лин двинулся вперёд. Его ноги ступали по траве, всё быстрее с каждой секундой. Несколько секунд и он стоял возле Лань Сычжуя, опустив взгляд на его лицо. Парень сидел на траве и смотрел вдаль. Конечно он знал, кто стоит рядом, но даже не пошевелился. — Слышал вы собираетесь жениться, глава клана Цзинь, — тихо произнёс Лань Сычжуй, опуская глаза на свои колени. Он произнёс эти слова через боль. Он не хотел плакать, не хотел кричать. Лань Сычжуй просто хотел понять почему. В груди парень ощущал жуткий дискомфорт, будто внутренности просто стягивало. Пальцами он теребил края одежды, ведь он жутко нервничал, на самом деле. — Я полагаю, это конец? — Лань Сычжуй посмотрел на стоящего рядом парня, подняв голову. Цзинь Лин стоял в шоке, слегка приоткрыв рот. Никакого конца он не желает, ни в коем случае. — От меня требуют брак, пойми, — сказал Цзинь Лин. Повисла пауза. Долгая и невыносимая. Мышцы на лице Лань Сычжуя напряглись, мешая появиться нервной улыбке. Полный абсурд. А самое главное, случилось так, как и предполагал Лань Сычжуй, — Цзинь Лин снова слушает людей и их чёртово мнение. Парень до последнего надеялся, что это не так, но какой же Цзинь Лин глупый. Лань Сычжуй чувствовал, будто его сердце пронзают иглами, доставляя неимоверную боль. — Мы просто будем дальше скрывать наши отношения. Лань Сычжуй резко поднялся с места, сдерживая себя чтобы не кричать. У него сдали нервы, именно в этот момент. Скрывать отношения уже четвертый год, это трудно и больно. У парня вырвался нервный смешок, и он тут же прикрыл рот рукавом. — Лань Юань, — Цзинь Лин подошёл ближе, увидев слёзы на глазах Лань Сычжуя, но тот сделал шаг назад. Лань Сычжуй никогда не думал, что дойдёт до этого. Он не думал, что когда-нибудь ему будет так больно. Сколько раз он пытался доказать Цзинь Лину, что неважно что подумают другие, что не нужно забывать про мечты из-за других. Но парень не слушал, никогда не слушал. Лань Сычжуй всегда принимал вспыльчивый характер Цзинь Лина, каждую его привычку. Но именно это он устал терпеть. — А что дальше? — сквозь смех и боль спросил Лань Сычжуй, — смотреть, как ты с другой женщиной? Смотреть как ты воспитываешь своего будущего ребёнка? Наблюдать за тем, как вы вместе? — Послушай… Цзинь Лин не думал, что всё дойдёт до этого. И ещё больше он не думал, что увидит Лань Сычжуя в таком состоянии. Он видит, что любимому человеку больно и плохо, и не понимает, какого чёрта он сам всё ещё не стоит в слезах. Да ему нужно падать в ноги Лань Сычжую и просить прощения. Но вместо этого он стоит и смотрит, как разбивает чужое сердце на осколки. — Я…Я не твоя игрушка, Цзинь Лин! — в глазах Лань Сычжуя была видно злость, — не твоя игрушка, ясно? Не смей играть с моими чувствами. Последние слова он проговорил из последних сил. На его висках и шее выступили вены, заставляющие Цзинь Лина стоять в ступоре. Он никогда до этого не видел Лань Сычжуя таким. Да в принципе он ни разу не видел злость на лице парня. Самое худшее, что приходилось видеть на лице Лань Сычжуя это наигранную обиду, да и только. — Лань Юань, я просто… — Не называй меня так больше, — на лице Лань Сычжуя появилось отвращение, — ты такой глупый, Цзинь Лин. После этих слов, Лань Сычжуй уже не смог сдержать целый поток горьких слёз. Парень, развернувшись, убежал куда подальше, оставляя Цзинь Лина одного. Он не хотел видеть никого, даже родителей. В эту самую минуту он ненавидел себя и Цзинь Лина. И не мог понять, кого больше. Его терпение кончилось, и Лань Сычжую очень бы хотелось, чтобы его чувства к главе клана Цзинь закончились также быстро. Но как можно за мгновения разлюбить того, кому отдавался всем душой и сердцем почти четыре года? Лань Цзиньи был бы не собой, если бы не пошёл следить за двумя парнями. Всё таки он знал, что эти двое ему всё равно ничего не расскажут, так что предпочёл увидеть всё самому. И он слышал почти каждое слово, сказанное парнями друг другу. Увидев убегающего прочь Лань Сычжуя он сразу всё понял. Всё кончилось ещё хуже, чем он думал. Но бежать за другом не стал, решив, что тому лучше побыть одному. Но и с Цзинь Лином, ему говорить так то, было не о чем. Цзинь Лин поджал губы, понимая, что он сотворил ужасную вещь. Разбить сердце человеку который тебя любит невзаимно — плохо. Разбить сердце человеку, с которым любовь взаимна, — ещё хуже. Как же сейчас хотелось сбежать от всех. От этих глупых людей, от дяди и просто остаться с одним лишь Лань Сычжуем. Это состояние можно описать так, будто ты стоишь, а сзади тебя множество рук и голосов. Эти руки обхватывают, затаскивают за собой, говоря, что с ними будет лучше. Они говорят, что если поступить, так, как говорят они, будет намного лучше. Но стоит ли верить этим голосам? Сдаться и пойти с ними, — легко. Но кто дал гарантии, что Цзинь Лин будет счастлив? А перед ним дорога, которая выглядит более, чем подозрительно. Она выглядит страшной, но её можно пройти с кем-то. С кем-то, кто поможет в трудной ситуации. Этот кто-то поможет, если Цзинь Лин упадёт, поможет если он собьётся в пути. Но тут, Цзинь Лин просто теряет этого кого-то и падаёт в объятия этих рук, по своей же глупости.

***

Лань Сычжуй забегает в комнату и падает на кровать. Ему больно и страшно. Он утыкается лицом в одеяло и плачет, сжимая одежду в зоне груди. Может со стороны показаться, что глупо взрослому парню так плакать из-за человека. Но Лань Сычжуй не мог себя сдерживать. Его сердце разбито, а Цзинь Лина он увидит только с какой-нибудь красавицей на свадебной церемонии. Руки парня трясутся, как и всё его тело. У него даже силы закончились, чтобы плакать, но он всё продолжал. Вдруг, дверь в комнату открылась. Лань Сычжуй резко подскочил, поворачивая голову на вход в комнату. На пороге стоял Вэй Ин, обеспокоенно смотря на сына. Он закрыл за собой дверь и подошёл к парню, вглядываясь с его лицо. — Что случилось, А-Юань? — Вэй Ин сел рядом с сыном, взяв его лицо в свои руки. Как и Цзинь Лин, он первый раз видел сына в таком состоянии. Лань Сычжуй поджимал губы, пытаясь сдержать жалкие всхлипы. Он доверял обоим родителям, но никогда не хотел показывать перед ними свою слабость. Но сейчас, он, кажется, был бессилен. Лань Юань обнял Вэй Ина, начиная рыдать тому в плечо. Вэй Усянь, немного удивившись, обнял сына, поглаживая того по спине. — Мне разбили сердце, папа, — сквозь слёзы сказал Лань Сычжуй. Он боялся, что Вэй Ин посчитает его глупым, но тот лишь сильнее обнял Лань Сычжуя, говоря тому слова поддержки. И тогда, Лань Сычжуй рассказал всё. О том, что давно с Цзинь Лином, о том, что произошло и о том, почему ему так больно. — Что ты будешь делать дальше? — спросил Вэй Ин, выслушав историю сына. Лань Сычжуй, немного успокоившись, пожал плечами. Он не знал, что будет дальше, и как в дальнейшем сложатся их отношения с Цзинь Лином. Знал только то, что не сможет забыть свои чувства очень, очень долго. Возможно он вспылил, и не стоило говорить тех слов Цзинь Лину. Но как тут не сорваться? Тем более, когда приходилось сдерживать себя столько лет. — Он ведь любит тебя, верно? — спросил Вэй Ин, поглаживая сына по волосам. Лань Сычжуй неуверенно кивнул, положив голову на плечо отцу. — Но я же не могу быть с ним, если у него будет жена, — вытерая слёзы сказал Лань Юань. — Тоже верно. Но если он тебя любит, он что нибудь придумает. Лань Сычжуй слабо улыбнулся, соглашаясь с папой. Конечно придумает, но извиняться ему придётся перед Сычжуем долго. А пока, Вэй Ин предложил сыну отдохнуть и обдумать всё. Всё таки, утро вечера мудренее.