Наш второй шанс

Как правило, утреннюю почту всегда разносили в одно и то же время, с 5:35 утра. Так у жителей Уикхемптона, Халвергейта и Танстолла всегда была возможность получить свои письма, посылки и свежие газеты к завтраку. А, как известно, читать корреспонденцию за завтраком было таким же неотъемлемым ритуалом жителей туманного Альбиона, как и поглощение чая в пять часов. Да и у почтальона всегда была возможность вернуться домой к позднему завтраку, и как можно раньше выехать во Фриторп, где стояло одно из самых крупных местных почтовых отделений. Именно поэтому каждый день мистера Эдварда Пензора начинался с подъёма по будильнику ровно в 5:00, коротенькой зарядки - мистер Пензор никогда не пропускал утреннюю зарядку, ведь все газеты о здоровье и передачи по радио (в их семье были категорически против телевизора) в один голос утверждали, что зарядка - залог здоровья; бритья - на взгляд миссис Пензор, бородка, и, тем более, усы сильно его старили. Стакана молока - ещё один совет из выше означенных источников, выпуска их с женой коккер спаниеля во двор, дабы тот справил свою нужду, и работы, которая, естественно начиналась ровно в 5:30, и не минутой позже. Мистер Пензор был крайне пунктуальным человеком, он терпеть не мог, когда ему приходилось кого-то ждать, и ненавидел заставлять ждать других, так как всегда очень серьёзно воспринимал слова покойной матушки: "Пунктуальность - вежливость королей". Разумеется, на работу мистер Пензор добирался исключительно на велосипеде. Пф... какие ещё машины? Это для лентяев и больных, а мистер и миссис Пензор обладали исключительно отменным здоровьем. Тем утром мистер Пензор, как и абсолютно каждое утро, провёл свой утренний ритуал, заехал на станцию, где сгрузил в огромную мешковатую сумку всю новую почту, и поехал по своему обыкновенному маршруту. Его он тоже никогда не менял. Объехав весь Уикхемптон за 25 минут, он отправился в Халвергейт, однако... Как нам уже известно, ни Халвергейт, ни Танстолл в тот злополучный дождливый день так и не получили своей почты... Миссис Пензор заподозрила неладное, когда мистер Пензор так и не приехал на завтрак. А ведь он никогда за 32 года, ни разу (!) не пропускал своего завтрака! Разумеется, всегда была вероятность... да и к тому же такой дождь... В конце концов, всё бывает в первый раз. Он мог задержаться, или повредить колесо, или по какой-то причине сразу поехать на станцию... Но ведь в таком бы случае он наверняка позвонил бы. Увы, но мистер Пензор не явился и на обед. И даже на ужин... Весь вечер, тревожно постукивая спицами под звуки вечерней радиостанции, миссис Пензор сидела в гостиной, покачивалась в своём кресле, и неотрывно смотрела в окно. Ну вот сейчас... Вот уже совсем скоро... Вот ещё чуть-чуть... А часы тем временем уже отбили восемь. Вот и девять... А мистера Пензора всё нет и нет... Десять. Одиннадцать... Ну уж нет, он никогда и нигде так не задерживался. Дрожащей рукой миссис Пензор берёт телефон и звонит в участок. Но поднявший трубку констебль лишь отмахивается, говоря, что муж, вероятно, напился в каком-то пабе, потому и задержался, и советует ей подождать ещё. И миссис Пензор ждёт. А на утро звонит начальник почтового отделения. Мистер Пензор не явился вчера днём и не забрал утреннюю почту. Ещё через полчаса на пороге объявляется инспектор Лоуэр Гринского отделения со своим помощником, миссис Пензор даёт показания, ни на что уже, впрочем, не надеясь... Через полчаса между Уикхемптоном и Халвергейтом, недалеко от последнего обнаруживают в кювете брошенный велосипед и сумку, а через четыре часа, охотник-любитель мистер Фрост, со своим ирландским сеттером по кличке Уори, во время субботней охоты на зайцев в национально парке Бродсе, натыкается на тело почтальона. Когда полиция, во главе со всё тем же инспектором и констеблем приезжают на место преступление, судмедэксперт уже делает первые заключения: - Не вижу никаких следов насилия и самозащиты... - престарелый, седоволосый низкорослый мужичок, с небольшим пивным брюшком, обвислыми щеками и блестящей плешью на затылке, - Голова цела, шея тоже, руки чистые... ну, на сколько это возможно при такой погоде... Хмм... Умер от 16 до 20 часов назад. Возможно отравили. Пока больше ничего не могу сказать, всё остальное после вскрытия. Инспектор, тоже полноватый, но ещё далеко не такой пожилой мужчина, от тяжёлой работы заимевший уже приличные, глубокие морщины на лбу, задумчиво потирал подбородок осматривая покойного. - Одежда вообще... не сказать, что грязная. А велосипед обнаружен почти в десяти километрах от сюда. Что ж он бросил его, и топал пешком аж до сюда, чтобы умереть? - Действительно, очень странно. Никаких повреждений, и только эта гримаса ужаса на лице... - произнёс кто-то рядом. И констебли, и судмедэксперт обернулись, с удивлением уставившись на незнакомого, темноволосого мужчину со щетиной, в очках, и с едва заметным шрамом в виде молнии на лбу. - Вы ещё кто? Тут ведётся расследование, посторонним запрещено находиться на этой территории, - спокойно, но весьма требовательно произнёс констебль, ещё больше нахмурив брови, от чего морщины на его лбу стали ещё глубже. - Я не посторонний, - отозвался незнакомец, всё также не сводивший взгляда с покойника. Он не глядя достал из кармана чёрного плаща кожаную книжицу, раскрыл на абсолютно пустой странице, и сунул тому под нос, - Гарри Поттер, из Скотланд Ярда, - другую руку он тоже сунул в карман, из которого торчала длинная деревянная палочка, - Знакомый почерк, я бы хотел чуть позже взглянуть на результаты вскрытия, есть большая вероятность, что это наш клиент. У констебля, когда тот взглянул на книжицу, как-то резко расфокусировался взгляд и глаза скосились к переносице, он замычал что-то невразумительное, а когда Поттер спрятал книжецу в карман, пробубнел: - Н-да... всё верно. Да...да, конечно... А по какому делу, если не секрет? - Дело о серийном убийце. Это уже пятая волна нападений, и каждый раз в разных частях Англии. - А вы... оперативно... тут. - Такая работа. Ну что ж, всего хорошего, - и Гарри пожав руку ещё немного окосевшему констеблю, переступил через заграждение и скрылся за деревьями. Ему не надо было смотреть заключение эксперта, чтобы знать, они абсолютно ничего не найдут. Этот человек не был заколот, задушен, отравлен, или убит каким-либо иным магловским способом... Его убило непростительное заклятье. Спустя пару минут, Гарри Поттер уже стоял на Уикхэмптон-роуд - той самой дороге, ведущей от Уикхемптона к Халвергейту, по которой прошлым утром и ехал несчастный мистер Пензор. Его велосипед и сумку нашли неподалёку, всего в паре сотен ярдов отсюда... И как он раньше не подумал? Вернее... он ведь и не знал... но! Самый первый дом, который должен был попасться почтальону, был именно дом Корвуков. Вчера днём он оглядывал их детскую и сад, видел пару не стёртых отпечатков на клумбе, ведущих из дома. И тут ему подумалось... Во-первых, вопрос, как преступники попали в дом, остаётся открытым. Было абсолютно ясно, как они сбежали, но как попали - нет. И почему они не могли уйти тем же способом, что и пришли? Может ли быть такое, что он работает только в один конец? Во-вторых. Судя по "грязной" работе, складывается такое впечатление, что они очень спешили. Но почему? Насколько Гарри смог понять, судя из предыдущих дел, эти психопаты вовсе не идиоты и весьма тщательно планируют свои похищения, а на месте, не оставляют следов и тщательно подчищают хвосты. А это похищение выглядит так, словно они вспомнили, что им не хватает одного человека за полчаса до совершения преступления, вот они и побежали по окрестностям. И более того... Это уже в третьих... Гарри перевёл взгляд с дома Корвуков, на дорогу, и вновь на дом. С этого места, где он сейчас стоял, и где, судя из показаний жены, всегда проезжал мистер Пензор, открывался прекрасный вид именно на детскую. По всей видимости, мистер Пензор имел несчастье ранним утром увидеть похитителей, выволакивающих из окна маленького мальчика... он стал свидетелем, возможно хотел помешать... Гарри заметил на траве яму в форме велосипедного колеса, будто тут его припарковали очень резко. Земля то везде мягкая, и все следы, если их не затоптали, отлично видно. - И тут его убили... - заключил Гарри, выпрямившись. Чуть позже, когда маглы закончат со своим вскрытием, нужно будет послать кого-нибудь, скопировать их документы. Он хотел подшить это убийство к и без того толстой папке. В мозгу всё крутилась и крутилась, как пчела, назойливая мысль... что-то было не так. Именно с этим домом, с этим похищением... Он словно выбивался из общей картинки, но Гарри никак не мог понять чем именно, и почему. С тяжёлым вздохом, он сделал пометку в своём блокноте... в последнее время он заимел такую привычку, записывать обрывки мыслей в блокнот. Это не были нити воспоминаний или размышлений, которые требовалось слить в омут памяти, нет. Это были просто коротенькие, порой бессвязные фразы, вспышками выскакивающие у него в голове, и очень быстро исчезающие, поэтому, чтобы ничего не забыть, он оставлял себе пометки, а потом спустя пару дней перечитывал их в надежде, что что-нибудь да вспомнит, или найдёт что-то однородное, полезное. В середине дня, в аврорате как всегда очень шумно. Сегодня была пятница... Кажется, он пропустил собрание, ну и ладно... Усевшись за свой стол, он раскрыл оставленные вчера папки с их делом. Внутри лежали заявления родителей, подобные рассказы о похищениях, примечательно, что два из них были совершены в косом переулке, средь бела дня. Видать совсем страх потеряли... Проводилось несколько допросов и один подозреваемых был задержан. - Цицилия, а за что вы задержали некого... Соло Освуда? - У него не было алиби, он вхож в семью, имеет криминальное прошлое, хотя... там только продажа всякого мелкого хлама, типа "оберегов от сглаза" и прочего дерьма... Едва ли это он, но Стамфорд настоял на аресте, типо, хоть кого-то взяли... "Типо хоть кого-то взяли. Ндааа..." - подумал Гарри, и ему сразу вспомнился Стэн Шампайк. - А тебя кстати почему на собрании не было? Стамфорд едва ли не слюной первый ряд залил, разливаясь на твой счёт. Грозился понизить до уборщика, если опять пропустишь и задержишь отчётность. - Срочное дело требовало присутствия. - почёсывая карандашом затылок пробубнил Гарри, - появилась небольшая зацепка. Цицилия мигом оживилась и даже привстала с кресла, вытаращившись на Поттера: - Что-что?? - от волнения у неё даже голос сел. - Маглы сегодня утром обнаружили в лесу около того города труп почтальона. У маглов письма маглы разносят. - пояснил Гарри, - он пропал в то самое время, когда и последняя жертва, и... судя по всему, он стал свидетелем похищения. Его убили непростительным. Все признаки. У Гудвин пропал дар речи, и она грузно плюхнулась обратно в кресло. Был свидетель... и нет свидетеля. А вместо него, очередной труп. Хуже новостей и не придумаешь... - А... ты откуда вообще узнал? - У меня есть радио, которое удалось настроить на полицейскую частоту. После того как начались все эти похищения, я подумал, что кто-нибудь может сообщить полиции, типо, слишком любопытной соседки, или прохожего... ммм... есть основания. Но ничего такого не было. Зато, есть труп. Не сказать, что радости много, но... думаю, всё это не с проста. - Гарри вдруг вспомнилось, как на четвёртом курсе Дамблдор рассказал ему, что, в отличии от министерства, почитывает магловские газеты. В те времена, он связал приход Воландеморта с исчезновением некого маггловского садовника... и был абсолютно прав. Интересно, им что, стоит ожидать приход нового Воландеморта...?

***

Альбус Северус Поттер был весьма необычным ребёнком, по многим причинам. Одной из причин его необычности было то, что он являлся волшебником, самым настоящим, и жил, в самой настоящей волшебной семье, которая умела творить, самые настоящие чудеса. Его семья была очень большой, она состояла из мамы, папы, двух старших братьев, Тедди (он, правда, был их двоюродным братом, но все всегда считали его родным) и Джеймса, и младшей сестрёнки Лили. Их папа был очень знаменитым и уважаемым человеком, так всегда говорил дядя Рон (он был крестным отцом Джеймса) и все другие взрослые которые приходили к ним в дом. Они рассказывали, что папа спас их страну от страшного злодея, и Альбус раньше всегда представлял папу в сияющих доспехах, который летит на метле на огромного злодея, и посылает в него мощные проклятья, и тот берёт, и взрывается тысячами искр! Это всегда было так волшебно и героично... и сказочно... А мама, как спасённая принцесса поцеловала бы папу, когда он спустился на метле к её башне, и улетел бы с ней далеко-далеко... А потом они поженились, у них появилось много детей, и все они жили долго и счастливо... долго... и счастливо... долго... Ндаа... где-то на этом месте, обычно всегда сгорает плёнка со сказкой в старом проекторе. Ещё одна причина необычности мальчика Альбуса была в том, что он, несмотря на всю радость и сказочность окружавшую его, был дико несчастен, хоть и изо всех сил старался никому этого не показывать. И вы наверняка спросите "почему"? Иметь папу-героя, вовсе не так весело и интересно, как большинству из вас может показаться, потому что, герой он не только для вас лично, а и для всех-всех-всех, и эти все-все-все, постоянно хотели видеть, говорить, смотреть на папу-героя больше, чем все другие, а в данном конкретном случае под "другими", подразумевался именно Альбус. Практически каждый день папа рано вставал, быстро завтракал, слушая старенькое магловское радио, и уходил на работу, а Альбусу приходилось встать как можно раньше, чтобы хотя бы застать его за утренним кофе и успеть попрощаться, а приходил он так поздно, что чаще всего, все они уже спали... Даже в те дни, когда у папы выдавались выходные, всем нужно было его внимание, маме, потому что она мама, Лили, потому что она самая младшая, а ещё единственная девочка из них, Джеймсу, потому что он самый шумный, и если на него не обратят это самое внимание, он так или иначе заставит родителей это сделать (а это всегда очень плохо заканчивалось для Альбуса), а Альбусу... Он видел, как на папу вешаются аж трое галдящих тел, и впихиваться к ним, дёргать за ногу, лишь бы на него тоже посмотрели, казалось ему таким жалким... что проще было вернуться к себе, продолжить в сотый раз перечитывать одни и те же книги. Однажды их общий поход в кафе-мороженое обернулся тем, что возле их столика столпилось не менее половины посетителей Косой аллеи, они обступили столик, толкались, подняли шум, папе явно было весьма некомфортно среди них находится, но он не мог взять и прогнать их, а тем временем, эти люди едва не придавили их троих к столу. Это было так ужасно, что они не выбирались никуда вместе, ещё долгое время, пока мама не предложила сходить в маггловские заведения. Там было значительно тише. Мама... Несмотря на то, что она была всё время дома, каким-то магическим образом, у неё тоже постоянно не было времени, точнее, она так говорила. Махнув палочкой, она могла приготовить большой обед за полчаса и поиграть с ними, но вместо этого, она как правило, либо отправляла детей играть на улицу с другими мальчишками, либо выдавала книжки, игрушки, или просто мелкие поручения, чтоб занять их, а сама читала какие-то круты журналы для "состоятельных леди". Альбус не знал, что значит слово "состоятельные", и всё ломал голову над тем, где же все эти леди стоят, что о них даже пишут в журналах. В его воображении это был либо большой круг в центре города, обязательно обведённый красным канатиком, ведь как всем известно, всё что находилось за красным канатиком было очень важно, и его никогда нельзя было трогать, либо какой-то высокий дом, куда все эти леди слетаются и стоят на крыше, набившись как воробьи, вечно тесня и спихивая друг друга. Ну уж очень странные эти леди. И чего им всем дома не сидится? Ещё мама любила приглашать подруг. Нет, против её подруг Альбус ничего не имел, они были весьма весёлыми женщинами, только он не понимал и половины из того, что они говорили, а говорили они в основном о каких-то лестницах в карьеры (и зачем им в карьеры лезть по лестнице, если можно просто долететь?), вечно каких-то, не таких мужьях ("Эх... наверное хорошо будет зарабатывать тот, кто придумает "таких" мужей, и начнёт производить и продавать их в магазине. Тогда бы никому не пришло больше в голову жаловаться, ведь весь состав на коробке написан." - думал тогда мальчик) и о счетах в банках. Ещё раньше Альбус представлял, как все эти тётеньки пытаются запихнуть большие деревянные счёты в горлышко стеклянной банки, а они не проходят, поэтому они сначала уменьшают их, а потом начинают раздувать, уже в банке! Но потом, когда он спросил у бабушки, консервирует ли она счёты, так же как помидоры и джем, она объяснила что речь идёт совсем о других счётах и банках, и велела маме больше не говорить о таком при детях. После этого, ему, как и Джеймсу больше не разрешалось присутствовать на маминых встречах, из-за чего тот страшно на него разозлился, поскольку мамины подруги частенько приносили очень вкусные сладости, а ему, Джеймсу, в особо хорошие дни, или за вверх остроумные шутки, могла даже перепасть монетка. Но чаще всего, когда папа уходил на работу, мама могла просто отправить их бабушке и уйти куда-то по своим делам, почти на целый день. Но вот в чём тут загвоздка... помимо них, у бабушки с дедушкой была ещё цееееелая куча внуков. А когда тебе даже в собственном доме со своими тесно, то в Норе, среди настоящего рыжего моря, можно было просто захлебнуться. Понятное дело, что ни о каком персональном внимании и речи быть не могло, ведь бабушка только и делала, что готовила, стирала, убирала, мыла и опять готовила, и опять... а дедушка, который недавно вышел на пенсию, окончательно тронулся на своих любимых маглах, и видел его Альбус разве что по праздникам, когда он вылезал из сарая, в коем кажется уже и спал... А однажды, когда бабушка отвела их домой и уложила спать, мамы ещё не было, и Альбус сидел на кровати и смотрел в окно, т.к. не мог уснуть, бессонницы его часто мучили. Тогда он увидел одну, очень странную вещь. Мама возвращалась домой, но не сама, а с каким-то незнакомцем, который был явно не папа. Время очень позднее, снаружи темень, только луна, да соседские окна освещали улицу, и Альбус не мог разглядеть его лица. А тот проводил маму до двери, они постояли тесно, поговорили, то ли обнялись, то ли поцеловались, и незнакомец ушёл. Альбус ничего не спрашивал у мамы, и никому не говорил об увиденном, но оно почему-то сильно его огорчило. Но что было самым худшим в его жизни, так это его старший брат - Джеймс... Альбус искренне подозревал, что с самого его рождения, Джеймс поклялся испоганить каждый день жизни Альбуса, иначе не видать ему светлого будущего. Никак по другому ненависть брата к себе, он просто не мог объяснить. Если хотя бы раз старший не толкнул его, или подставил подножку, или украл кусок бекона с его тарелки - считай день прошёл зря. Одно из любимейших развлечений Джеймса было рассказывать им с Лили страшилки, но если сестра, то ли потому что маленькая, то ли потому что просто девчёнка, и куклы ей нравились куда больше чем бубнёж Джеймса, не слушала и не воспринимала его всерьёз, то Альбус... Ооо... Каждую ночь, как только выключался в доме свет, его воображение рисовало ему во тьме просто ужасающие картины длинноруких монстров, кровожадных убийц, клыкастых вампиров и прочей нечести... Однажды Джеймс рассказал им байку о том, как маньяк прячется под кроватью, и если свесить руку или ногу во сне - он схватит и отрежет её! После этой истории Альбус год(!) боялся высунуть из под одеяла руку или ногу, даже когда было очень жарко, боялся протянуть руку до тумбочки, или даже встать ночью в туалет, ведь тогда убийца мог отрезать ему сразу две ноги! А всё потому, что его кровать, в отличии от других была на ножках, и под неё легко можно было пролезть даже взрослому, на что Джеймс не забыл ему указать! Это был самый худший год в его жизни... О прочих монстрах в шкафах и за окном, и говорить нечего... их был целый вагон, и у всех них была лишь одна цель - убить его, Альбуса, самым жестоким и болезненным из всех способов. Думаю не надо объяснять, что ночи - были для Альбуса Поттера самым ненавистным временем суток, и сны его были отнюдь не яркими и жизнерадостными... Однако, несмотря на всё это, больше всего Джеймс умудрился отравлять ему жизнь не сам, нет. Лучше всего у него удавалось это делать в компании... Дети по своей природе очень жестоки... И Альбусу довелось узнать эту простую истину слишком рано. Сам по себе Тедди, был ничего. Он был в целом милым, приветливым, немного вредным, и может быть чуточку высокомерным из-за своей необычно-крутой способности метаморфа, но это было нормально. Пока рядом с ним не рисовался Джеймс. И не смотря на то, что Тедди был значительно старше Джеймса, и должно быть умнее, это не меняло того факта, что Люпин каждый раз принимал сторону Джея и помогал ему во всех проказах и каверзах против Северуса. А когда у них ещё и появилась волшебная палочка... Альбус здраво рассудил, что окрестности Годриковой впадины, или деревни Оттери-Сент-Кэчпоул куда интереснее и безопаснее, чем посиделки дома. Кстати о Норе и Уизли. Думаю, вы уже догадались... Чем больше вокруг них водилось детей, тем больше Джеймс находил себе соратников. Он вообще обладал каким-то необычайным животным магнетизмом... Весёлый, спортивный, заводной, душа компании... в каждой дырке затычка... И если девочки ещё были поспокойнее, то мальчики могли легко поддержать Джеймса Сириуса Поттера в его очередной игре "попеняй Альбуса". При том что по отдельности, без своего заводилы, все эти кузены и кузины были вполне себе сносными... "Стадо тупоголовых троллей..." - тихо всхлипывал Альбус, когда его никто не видел и не слышал. Вы наверное спросите, в чём такая проблема, и почему просто не пожаловаться? А ни в чём. Пожаловаться то можно, и взрослые могут поверить и даже поругать обидчиков, но то, что потом на нём отыграются вдвойне - это факт. Наверное, у большинства из вас, в детстве, рано или поздно возникала такая мысль, что семья в которой вы живёте - не совсем ваша семья. Может вы смотрели на какую-нибудь очень добрую тётеньку, которая всегда тепло улыбалась вам в магазине, и клала чуть больше конфет, чем просили взрослые, не брав за это лишних денег, и вам думалось: а может это моя настоящая мама? Или весёлый сосед, который всегда разрешал играть вам с его собакой, и угощал яблоками со своего дерева, казался вам чуть большим отцом, чем ваш? Или та милая семейная пара напротив, у которых сын/дочь вашего возраста, и которые тоже, всегда так добры и приветливы с вами, никогда не ругают и не кричат на вас, в отличии от ваших "настоящих" родителей - может вас с тем ребёнком перепутали в роддоме, и это они ваши настоящие родители, а не те, с которыми вы живёте?... Да... Такие мысли могут появится рано или поздно, пока вы не взрослеете, и понимаете, что это всё полная чушь. Но Альбус Северус Поттер ещё не вырос. Ему было ещё только семь, хотя вот ещё чуть-чуть, и будет восемь, и эти мысли почти каждый день наполняли его голову. Он всё думал, и думал... что может там, где-то недалеко, живёт его настоящая семья. И что у них нет детей. И возможно они не знают, что у них где-то есть сын, и горюют, ведь так хотели ребёнка и не могут поделиться с ним своей любовью, вниманием и заботой... Ах... как бы это было замечательно, будь это так... А завтра наступал следующий день, точно такой же как и все предыдущие, и глубоко внутри, Альбус понимал, что он слишком похож на своего отца, чтобы не быть его сыном (хотя с матерью у них вообще ничего общего нет. Может всё таки, она не его мама?), и что нет никаких других родителей, и что ему так и придётся, всю жизнь, делить своих родителей со всем миром, терпеть своего ненавистного брата, его издёвки и насмешки, и быть самым незаметным, средним ребёнком в семье... Однако... сегодня всё должно было измениться! Ведь сегодня, у Альбуса, был День Рождения! Как и почти каждый ребенок на свете, Альбус Северус Поттер очень любил свой День Рождение. Ведь это был самый важный день в мире, пусть и только для него... Но в представлении каждого маленького ребёнка, а Альбус, несмотря на стукнувшие восемь, всё же оставался таковым, для всех его родных, в этот день он был самым важным в мире. Все его желания и прихоти должны были исполняться, еда должна была быть самой вкусной, и только та, которую он любит больше всего, и особенно... особенно подарки. Много-много, самых лучших и прекрасных подарков! Но именно на этот свой день рождение, Альбус возлагал особые надежды. Всё дело в том, что он уже третий год мечтал о домашнем питомце - шишуге. Существе, внешне неотличимым от Джек-Рассел-терьера, если не считать раздвоенного хвоста. Он бы назвал его Друг. И это был бы его первый, настоящий друг... Они бы вместе гуляли по окрестностям села, он бы научил Друга приносить палки, таскать соседские яблоки, и сгрызать игрушки Джеймса. А ещё, он бы стал его защищать, от других детей и брата, и Альбуса больше не стали бы обижать. Ведь собака (в данном случае шишуга), это не только устрашающе (ну и что что у неё всего 30 см в холке), но и авторитетно! В Годриковой впадине, только у одного мальчишки была его собственная собака - бигль по кличке Призрак, в большей степени потому, что его мать была заводчицей этой породы, и не было бы ребёнка, который бы не хотел с ним дружить. Ведь тогда Патрик, именно так звали того мальчика, позволял гладить Призрака и кормить его хлебом. Альбус всегда с такой завистью смотрел на них издалека... После долгих уговоров и клятвенных заверений, что он в одиночку сам сможет ухаживать за шишугой и следить, чтобы тот не рылся по мусорным бакам соседей, родители с неохотой согласились подарить ему щенка, при условии, что он весь год будет хорошо себя вести. И Альбус абсолютно честно старался изо всех сил. Он ни разу не закапризничал из-за отвратительного, колючего свитера бабушки, который его заставляли носить, не жаловался на ненавистную овсянку на воде, липкую и комкастую, и на слишком большую порцию овощей тоже, безприкословно выполнял всю порученную ему работу по дому и по саду, каждый день(!) застилал кровать, убирал все игрушки с пола и дважды, утром и вечером так тщательно чистил зубы, что щётки приходилось менять не через три, а через два месяца, помогал матери развлекать сестру, когда та была слишком занята своими подругами или делами и ни разу за весь год, ни разу(!) не пожаловался на Джеймса, лишь бы меньше тревожить родителей. И всё ради ЭТОГО дня. Если вы всегда были единственным ребёнком в семье, котором никогда не приходилось делить родителей с кем-то, и если у вас всегда было много... ну или хотя бы один друг, с которым вы были неразлучны, вам никогда не понять, какую неописуемую ценность представляла шишуга для Альбуса. Поэтому, нет ничего удивительно в том, что проснувшись ранним первоапрельским утром, первым делом, затаив дыхание Альбус нырнул под кровать - вдруг родители положили туда щенка?? Но ничего не нашёл, кроме сажи от петарды, подложенной Джеймсом несколько дней назад. Ну что ж, это было логично, щенок бы не стал дожидаться пока он проснётся и сгрыз бы половину вещей в комнате, пока он спал. "Значит внизу." - рассудил мальчик, и спрыгнув с кровати, на ходу натягивая тапочки, вылетел из комнаты и бросился на кухню. Джинни стояла за стойкой с журналом в одной руке и палочкой в другой, а в миске перед ней готовилось тесто для банановых оладьей (Альбус правда больше предпочёл бы блины с клиновым сиропом, но да ладно), Гарри же, немного очень мятый и сонный сидел за столом с большой кружкой кофе и опять слушал радио. "...сержант, запрашиваю подкрепление на Ист-роуд..." - яростно говорил мужской голос. - Сделай тише, а лучше включи хотя бы музыку. - раздражённо бросила Джинни, не отрываясь от готовки. Гарри направил палочку на радио, и голос стал на половину тише. - Папа, папа!! - Альбус вихрем ворвался на кухню, подбегая к отцу и внимательно обшаривая взглядом всё вокруг. Ну где же?! - Оо! Кто это у нас? Именинник? - поймав ребёнка, Гарри тепло улыбнулся, усадив сына себе на колени и потрепав тому волосы, - сколько там тебе? Шесть, семь? - как бы забывчиво хмыкнул он, но Альбуса не проведёшь. - Восемь! - выкрикнул он, едва ли не прыгая от нетерпения. - Уже?? - театрально удивился отец, - а я и не заметил. - Альбус, садись за стол завтракать. - мать поставила тарелки на стол и вышла из кухни, очевидно чтобы разбудить остальных. Кажется, у неё было скверное настроение, неужели уже успели поссориться? И она не поздравила его... - Пап! - выдохнул мальчик, вновь уставившись на отца блестящими, полными надежды и предвкушения глазами. Ну же!! - Нда... - Гарри тем временем проводил жену неодобрительным взглядом, тяжело вздохнул, и тоже глянул на сына, - потерпи, всё будет после торта. Ты же знаешь. Немного приуныв, Альбус слез с отца и пересел на стул рядом. Пол минуты поковырял оладьи, а потом вновь просиял: - А давай поедем сегодня в Лондон, в парк аттракционов?? Я слышал как Билл, который на углу живёт, хвастался, что катался на новой и очень крутой горке! Только мы вдвоём, а?? - Эмм... - Гарри как-то резко замялся, взъерошив затылок, - давай ты попросишь об этом маму, хорошо, Ал? - улыбка моментально стекла с лица мальчика, и взгляд его посерел, - Мне нужно ненадолго заскочить на работу, а потом приходит Хогвартс-экспресс, приезжает Тедди, и другие, надо забрать их. - Он приезжает, в пять. - просто таки ледяным тоном произнёс Альбус, сжимая вилку в кулаке, - У меня сегодня День Рождение, а ты опять уходишь на работу?? И тебя не будет весь день?! - с каждым словом голос его повышался, а ноздри раздувались. Это его! Его день!! Его единственный день в году!! Как можно идти на работу именно сегодня!! - Когда у Лили был День рожденье ты никуда не ходил!! - Ал, - Гарри тоже нахмурился, и во взгляде у него читалось осуждение. Альбус никогда не позволял себе повышать голоса, и ему хотелось, чтобы так было и впредь, - тогда у меня был выходной. А сейчас я веду очень серьёзное и опасное дело, и я не могу взять выходной посреди рабочей недели на весь день. - спокойно и терпеливо пояснил он. Но от этого, Альбусу явно легче не стало. Мальчик яростно стиснул зубы, опустил голову и уставился в свою тарелку, раздавливая оладья, теперь уже с особой жестокостью. На кухню в этот момент забежала Лили, которая тут же вскарабкавшись на стул, чмокнула Ала в щёку, поздравив его с праздником и подарив открытку, состоящую из одних макарон да блёсток, и пожелав папе доброго утра, с радостью вгрызлась в оладьи - её любимые. А после неё зашёл сонный Джеймс, буркнувший что-то типо поздравления, и пожелания, чтобы Альбус не сломал себе сегодня ногу, плюхнулся напротив и игнорируя приборы, схватился за еду руками. Через полчаса Гарри собрался и ушёл на работу, и Альбус пустился упрашивать мать, чтобы она свела его в парк аттракционов. Джинни явно предпочитала никуда не ходить, у неё были какие-то планы на утро, но сын буквально вцепился ей в фартук и клянчил так жалобно, что она всё же согласилась, только вот... пошли они вовсе не в парк. На новый аттракцион была просто километровая очередь, и Джинни отказалась стоять два часа, поэтому повела детей в кино, на единственный мультик, который был про принцессу. Мальчики взвыли, Лили пищала от восторга. Джинни же наказала им, чтобы они смотрели за сестрой, а она вернётся и заберёт их, когда сеанс окончится. Альбус смотрел на экран, где расфуфыренная диснеевская принцесса пела свою мерзопакостную песенку, сжимал подлокотники кресла и просто мечтал, чтобы весь этот кинотеатр сгорел к чёртовой матери. Зато, после отвратительно сеанса в кино, им всем купили по рожку мороженного, и Альбус в первый раз за сегодня обрадовался. Узнав, что у него день рождение, пухленькая милая продавщица, положила ему один лишний шарик фисташкового мороженного - его любимого, и облизывая его, он был просто на седьмом небе от счастья. Пока случайный прохожий, перебегавший дорогу не налетел на него, и не выбил рожок у него из рук... Джеймс заржал, точно осёл. К сожалению, когда они вернулись к тележке, оказалось, что последний фисташковый рожок забрал какой-то другой мальчик, а брать какое-либо иное мороженное Альбус отказался. В Норе было многолюдно, в целом, как и всегда, и очень шумно, опять же, как и всегда. Миссис Уизли не вылезала с кухни, только лишь радушно поприветствовала дочь, обняла и поцеловала каждого ребёнка, и каждому выдала задание - найти и натереть до блеска приборы и посуду на всю семью. Хотя в представлении Альбуса, именинников не должны были нагружать работой, вслух он ничего не сказал, понуро отправившись выполнять работу. Джеймс не упустил возможности посмеяться над ним и в этот раз, и почему-то именно сейчас, у Альбуса кончилось терпение. - Заткнись, Джеймс!! Заткнись заткнись заткнись!! - выкрикнул он, и с яростью швырнул брату в лицо полотенцем, хотя очень хотел вместо этого кинуть тарелку... - когда родители подарят мне шишугу, я скормлю ей все твои вещи, понял! И тогда все будут дружить со мной, а не с тобой! И... И... - Кого?? Шишигу?? Тебе?? Ой не могу!! - от смеха Джеймс схватился за живот и согнулся, стуча рукой по столу. - Ты совсем идиот, если думаешь, что они купят тебе домашнее животное! А на шишугу вообще разрешение нужно. Поэтому радуйся, если тебе дадут хотя бы головастика! - и уже тише, так как мимо как раз проходил дядя Билл, со злобным оскалом произнёс, - пока я и её не спустил в унитаз. Бросив тарелку, которая тут же со звоном разбилась, Альбус с воем, с каким туземцы африканских племён охотились за своей дичью, бросился на Джеймса, молотя того руками и ногами везде где мог только дотянуться. Вот только он был слабее, меньше более чем на полголовы и легче брата, поэтому быстро оказался не на, а под ним, да и не прошло и минуты, как дядя Билл и дядя Перси растащили их в разные стороны. Когда стол уже был выставлен на улицу и полностью накрыт, а праздничный ужин приготовлен и вынесен, у дому подъехал старенький голубой фордик, из которого вывалились Рон, Гарри, Чарли, Виктуар, Луи и Доминик, Роксана, Люси и конечно Тедди, все с чемоданами, с дороги, а потому очень голодные. Все расселись за столом, Гарри с удивлением уставился на фингал у одного сына и разбитую губу у другого, но никто толком ему ничего не успел объяснить, поскольку миссис Уизли вышла из дома левитируя перед собой огромный, трёхъярусный шоколадный торт. Альбус аж со стула подскочил от волнения. - А можно, мне загадать три желания?? - задыхаясь от волнения выпалил он. - Конечно, милый! - радостно отозвалась миссис Уизли, обнимая наконец таки вылезшего из своей каморки мистера Уизли. - хоть десять! Но десять желаний Альбусу было не нужно. У него было только три, но зато самых особенных. Задув самый свечи на верхушке, под громкие аплодисменты, он мысленно пожелал, чтобы Джеймс таки получил по заслугам, даже если и месть будет не его руками. Со вторым рядом задутых свечей, Альбус сильно-сильно зажмурился, и очень громко, мысленно произнёс: Хочу Друга!!! А с третьим ярусом... Впрочем, это желание было самым личным и самым заветным для нашего юного именинника, поэтому... Я его умолчу. Всё семейство радостно загудело, захлопало, когда мальчик задул последние свечи, и Гарри торжественно отрезал самый красивый кусок, конечно же с верхнего яруса, и поставил его перед Альбусом. Но тот даже думать не мог о еде. - А можно, сейчас открыть подарки?? Подарки, вернее один конкретный подарок, весь день не выходили у него из головы. И пусть он сегодня немного проштрафился, но ведь сегодня его День рождения, и ему просто должны были простить этот маленький проступок. Всё семейство тем временем уже расселось на своим места и начало наполнять свои тарелки. Гарри переглянулся с Джинни, и с Молли, и миссис Уизли сказала, что раз такое дело, то почему бы и нет. Гарри перевёл взгляд на преисполненного счастьем сына, улыбнулся, достал палочку и махнул. Из под навеса к столу двинулась вереница подарков. От миссис и мистера Уизли были длинный вязаный красно-золотой шарф и... Кажется, маглы называли такую штуковину степлером. - Если её сдавить, она накрепко сцепит две, три и больше бумаг, и даже ткань! - восхищённо выдохнул мистер Уизли, под крайне неодобрительным взглядом жены, и Альбус заметил у него на рукаве несколько таких скрепок. От Билла с Флёр ему досталась очень крутая и красивая куртка, совершенно несравнимая с отвратительным шарфом. Кожаная, чёрная, на молнии, с заклёпками, с карманами. Альбус представил, как будет щеголять в такой по городку, вместе со своей шишугой, и каждый мальчишка будет смотреть ему вслед с завистью! Вон, Джеймс уже глазами пожирает! Именинник от всего сердца поблагодарил дядю Билла и тётю Флёр. Чарли и гражданская жена Никки (миссис Уизли смотрела на красивую брюнетку с явным неудовольствием), подарили ему маленький мешочек из драконьей кожи для самых нужных вещей, в который, при большом желании можно было влезть двум Альбусам, и если сильно потесниться, даже третьего впихнули бы. Этот подарок отлично дополнял куртку и был невероятно полезен, хоть пока он и не представлял, чтобы мог туда положить. Перси и Андреа, разумеется, подарили ему книгу "Психология лидера. Как добиться успеха." автор Антонио Менегетти. Чего ещё ждать от дяди Перси? Альбус не был уверен что хоть когда-нибудь её откроет, он не был большим фанатом заумных толстых книг, но всё равно поблагодарил. А вот подарок от дяди Джорджа и Анджелины был просто замечательным - кусучая дверная ручка! Если в комнату пытался проникнуть кто-то без разрешения хозяина, она кусала ему пальцы! Альбус был в восторге, а вот Гарри с Джинни обменялись недовольными взглядами. Дело в том, что Альбус не раз жаловался Джорджу на старшего брата, особенно на шутку с петардой, и тот пообещал, что поможет ему с этой проблемой. От дяди Рона и тёти Гермионы, Альбус получил чернильницу и набор разноцветных перьев. Несмотря на цвет чернил, перо писало только тем цветом, каким было само. А от крёстного Невилла и Ханны был очень необычный цветок, напоминающий перевёрнутую бутылку. Невилл объяснил что это очень редкое, и очень красиво цветущее растение, и что его цветки надо собирать и засушивать, т.к. они являются ингредиентом для разного рода сложных зелий. Странный подарок для восьмилетнего мальчика, но крёстный... в целом он был не совсем нормальный, и если этот фикус не будет вонять, Альбус вполне может вытерпеть его соседство в своей спальне. И вот теперь самое главное. - А это от меня! Смотри не подавись! - неожиданно плюхнул перед ним коробку брат, и очаровательно осклабился. Альбус посмотрел на него и его "подарок" с недоверием и опасением. Вдруг оттуда сейчас что-нибудь выпрыгнет и укусит/ужалит/ударит его? Коробка была самая обычная, коричневая, перевязанная верёвкой. Очевидно, Гарри подумал о том же, поскольку встал. - Я надеюсь, ты не сунул туда какой-нибудь дряни? - он очень строго взглянул на притихшего Джеймса и пододвинул себе "подарок". Тот сразу перестал лыбиться. - Может не за столом? - отозвалась Джинни из-за его спины. Гарри отошёл на пару шагов, развязал верёвку и под прицелом множества глаз открыл коробку. В тот же миг, всё вокруг окутала тьма, кто-то закричал, начал ругаться, а Альбус вдруг почувствовал, как чья-то рука скользнула рядом с его, и тут... - Ааааааааа!!! Через минуту тьма рассеялась. Это был порошок мгновенной тьмы, и Джордж засосал его в пустую банку из под грибов. В руках у Гарри осталась коробка, на дне которой лежали пять карточек из шоколадных лягушек. Самые частопопадаемые, а потому ненужные карточки. А Джеймс прыгал, скулил, и махал рукой, пытаясь стряхнуть дверную ручку, вцепившуюся ему в пальцы стальными зубами. Кажется, он хотел украсть мешочек, но тот лежал не слева, а справа от руки Альбуса, а с лева как раз лежала ручка. За выходку Гарри оштрафовал сына на десерты на целую неделю. Но разве ж это хоть когда-то работало... - Ну, а теперь.... - Альбус смотрел на отца во все глаза когда тот подходил к столу, пряча его подарок за спиной. У него дрожали коленки, а сердце прыгало в груди. Он так долго этого ждал! Вот Гарри вынимает из-за спины, - Флейта! Наступила мёртвая тишина. По большей степени потому, что все видели, как медленно стекла улыбка с губ мальчика, как разом потух огонь в его глазах, как опустились плечи, и сам он, словно стал меньше, и как-то сере... Альбус смотрел на дудочку в коробке, но будто бы её не видел... Может это шутка? Может розыгрыш...? Флейта, если это конечно была она... выглядела просто омерзительно... вся кривая, косая, отверстия неровные, сделанные не в одной линии и с разным расстоянием друг от друга... видны следы ножа, которым её, судя по всему выризали... - Эту флейту, - тем временем продолжал Гарри, словно бы и не замечая выражения лица сына, - мне подарил мой первый лучший друг, на моё первое, настоящее рождество в Хогвартсе, - Альбус оторвал стеклянные глаза от флейты, и медленно воззрился на отца, - и тогда она сослужила мне хорошую службу. Она очень дорога для меня... и я надеюсь, что и тебе она, рано или поздно пригодится. - и он протянул коробку сыну. Но Альбус не шелохнулся. Он смотрел на отца так, словно впервые видел этого странного, незнакомого человека... Он дарил ему подарок... его первого лучшего друга... У него был его первый лучший друг. Сердце в последний раз тихо ухнуло, и упало куда-то вниз. Больше Альбус его не слышал... Он ничего не слышал, и кажется, никого не видел. Он только думал, что вместо своего первого лучшего друга, получил старую, уродливую, убогую, флейту, от первого лучшего друга своего отца. Кажется, родителям удалось переплюнуть Джеймса в этом году... - Фьююююююю~ Пух! - это Джордж свистом изобразил падение с огромной высоты, и разбивание, очевидно отцовского авторитета Гарри в глазах его сына. За что справедливо получил от жены затрещину. - Альбус, - позвал его Гарри, который всё ещё стоял с протянутой коробкой. До него уже начало доходить, что что-то не так. И тут, раздался хлопок. Все присутствующие обернулись. К Норе, по дороге приближался невысокий худой человек, с зализанными назад серыми, не смотря на весьма молодой возраст, волосам, с очками без оправы, в чёрной накидке до колен, с капюшоном, и эмблемой в виде "М" с волшебной палочкой, вышитой на груди. Гарри, да и Рон тоже, сразу узнали непрошенного гостя. Его звали Уильям Барнаби, и он состоял в отряде Гарри, весьма перспективный и одарённый молодой человек, только недавно окончивший стажировку. Однако, тут ему находиться не следовало от слова совсем. - Прошу прощения за столь внезапное вторжение, сэр, - отчеканил он, став по стойке смирно и отдав честь. Гарри от этого слегка передёргивало. Он аккуратно уложил подарок на край стола, и отошёл от семьи, подзывая за собой Барнаби. Тот последовал за ним, и когда они остановились на достаточном расстоянии, юноша с жаром начал свой доклад. Говорили они в пол голоса, и сидящие, за столом почти ничего не слышали, кроме коротких обрывков типо "нашли", "соседка", "чрезвычайное"... Гарри слушал почти не перебивая, и лицо у него было каменное, потом велел подождать его, и вернулся к столу. - Простите, но мне придётся покинуть вас пораньше. - Начинается... - протянул Джордж. - Гарри! - это воскликнула Джинни. Работа работой конечно, но уйти вот так, с дня рождения собственного ребёнка. - Что стряслось? - Рон тут же вскочил с места, под возмущённое Гермионеное "Рон!". - Кажется, наши кадры, убита нянечка и старший сын. Младшая дочь пропала. Есть свидетель. Я могу сам, Рон, тебе не обязательно. - О Мерлин! - выдохнула миссис Уизли, прикрыв рот руками. - какой ужас! - Не говори ерунды! - Рон уже выскочил из-за стола, приманивая из окна дома свою униформу, клюнул Гермиону в щёку и направился к Барнаби, прихватив по дороге кусок своего торта и две индюшиные ножки. Не на голодный же желудок идти воевать. - Прости, - извинился Гарри перед женой, но та лишь отвернулась. А Альбус посмотрел на родителя, как на самого большого предателя в мире. Он хотел кричать, орать, рыдать, надрываться, бить руками по столу и закатывать истерики на всю деревню! Он чувствовал себя так ужасно, так больно! Он чувствовал, что его предали, бросили! Он ребёнок. И ему было абсолютно плевать, что и где произошло с кем-то там, пусть их хоть дракон сожрёт! У него был день рождение! ЕГО!! День Рождение! Но... складывалось впечатление, что для родителей, он не имел никакого значения... Ни этот день. Ни он сам... Отец не желает проводить с ним время, его работа для него важнее его сына. Его матери тоже нет до него никакого дела, такое впечатление, что, кроме Лили, её вообще больше никто не интересует! Брат - гадкий, омерзительный ублюдок! И когда он попросил одну! Всего одну, важную для него вещь! Попросил у родителей друга, потому что так устал быть в одиночестве... Они словно издеваясь дарят ему эту уродскую флейту! Первый подарок, друга, которого у него никогда не будет!! Но он ничего из этого не сказал. Глаза его оставались сухими, ведь как бы громко он не плакал, толку от этого не было никакого. Он совершенно ничего не мог поделать... Альбус смотрел вслед уходящему отцу, как тот закрывает за собой калитку, как исчезает в вихре аппартации, и понимал... как сильно он его ненавидит.