Гонка по вертикали

«Мне нужно видеть тебя каждый день, Гарри…» — эта мысль первой возникла в голове Драко, эти слова чуть не сорвались с его губ. — Отъебись от меня, Поттер! — и без того напряжённые плечи закаменели, а голос звенел чисто и ярко. Праведным гневом. Отчаянным сопротивлением тому, что происходило внутри. «Я сдохнуть готов был за тебя… Чтобы ты жил…» — эти мысли тоже остались внутри. — Свалил нахуй с моей собственности! — он вырвался из рук Гарри и сделал широкий шаг по направлению к дому. Драко в этот вечер слышал в его голосе столько всего — и соблазн, и фальшь, и отчаяние, и интерес. Он понимал, что парень пришёл сюда не только из необходимости прояснить вопросы о своей семье и финансах. Он пришёл сюда к нему. И да, Малфой сам оставил ему путь к себе, и конечно знал, что когда-нибудь этот разговор состоится. О них. Разговор о том, что было между ними. Но не был готов к нему катастрофически. И когда Поттер предложил поговорить, начистоту, прямо, Драко избегал самой важной темы так долго, как мог. Но Гарри… Он ведь всегда умеет настоять на своём. Тонко, изящно, а иногда и топорно, но он добивается желаемого. И задай он тот самый вопрос ещё раз до его глупого предложения, Малфой бы ответил. Но эти вечные деньги… Он не совсем чётко понимал, что именно его так выбесило в этой фразе про найм. Но что он понимал конкретно и ясно, так это то, что купить себя он не позволит. И мешать работу с личным тоже, хоть и не было у него этого личного, наверное, никогда. Его злило то, что Поттер сам не хотел озвучивать своих намерений, оставляя на обозрение одни лишь мотивы, зато пытался залезть ему в душу и покопаться там с лупой. «Какая разница, что я хочу от тебя, Гарри, если ты пытаешься мной манипулировать?» — вот так он закончил бы эту беседу, продолжись она с той же искренностью, что начиналась. И тут Драко осенило… Что-то в словах Поттера было ложью. Он почувствовал, понял это, только не мог точно сказать, о чём же именно он солгал. Гарри схватил его за локоть, не давая отойти дальше. — Ну, нет, ты, ссыкло, на меня смотри!!! — он дёрнул сильнее, разворачивая мужчину на себя. — В глаза мне смотри, я сказал. И повтори. — Пошёл на хуй, Поттер! — выдавил Драко сквозь зубы. — Счёт за свои услуги и документы с пояснениями я пришлю на почту. Гарри отшатнулся. В глазах Дрейка была паника и злость. Парень развернулся и отошёл к столику, где всё ещё лежало кольцо Малфоев. Поднял его и снова бросил на стекло. А потом взялся за ремень своих брюк. Во второй раз за вечер расстегнул их и спустил до колен. Расставил ноги так широко, насколько позволял мягкий лён, опустился локтями на чуть прохладную поверхность и прогнулся в спине. — Так достаточно, или раздвинуть ноги шире? — он стянул с себя майку, отбросил её куда-то в траву, и снова улёгся на стол, теперь не только локтями, но и животом. Малфой сглотнул слюну и, не двигаясь с места, всё же спросил: — Что ты делаешь, Поттер? — Я принимаю твоё приглашение. Чего ТЫ ждёшь? Чтобы я попросил тебя? Драко сорвало с места. Его руки впечатало в талию Гарри, пальцы впились в нежную кожу на боках так, что остались лунки от ногтей. Он вжался своим пахом в его зад, царапая ягодицы болтом, а потом резко схватил за волосы, выравнивая торс, прижимая его спину к своей груди. — И ты позволишь мне трахнуть себя! Ты же сухой, Поттер, ты же не подставляешься ни под кого, ты ебёшь сам… И ты позволишь мне натянуть себя, да? Как позволил бы тому Нику, или Рику, или как там звали этот член, который тёк по твоей заднице? Ты думал, Гарри, что было бы, не вмешайся я тогда? Ты думал о том, как лежал бы утром, с тяжёлой головой и растраханной дыркой в его номере, и ненавидел бы себя за этот бред?! — Я стонал бы твоё имя, Дрейк, я кричал бы твоё имя под ним, — прошипел парень в ответ, пытаясь прижаться к нему ближе. Было больно, хватка в волосах была стальная, но и это тоже возбуждало только сильнее. Вторая рука Малфоя, что не удерживала голову Гарри запрокинутой, прошлась по его груди вниз, к члену, но Драко не дотронулся до него. Он просунул руку между ними, нажимая подушечкой большого пальца на его анус. — Ты впустишь меня? Такой зажатый, такой тугой, тебе будет больно, Гарри, но не этого ли ты хочешь? — он надавил глубже, с усилием проталкиваясь сквозь звёздочку мышц. На полфаланги, не больше, но Поттеру уже было больно. Гарри хотел расслабиться, но не мог. — Я хочу быть с тобой, уёбок. Малфоя отбросило от Гарри, оставляя его, обнажённого, уязвимого, УЖЕ подставившегося, в одиночестве. — Идиот. Тебе пить вообще нельзя с таким отношением к своей заднице. Поттер и не думал менять своих планов. Он снова опустился на стол, сбросил к стопам брюки и, положив голову щекой на столешницу, нашёл глаза Драко. — Так вот, что ты думаешь? Что я делаю это спьяну? — Драко как под гипнозом наблюдал, как рука Гарри прошлась по его щеке, палец оказался во рту, а потом, мокрый от слюны, проскользил по губам. Поттер завёл руку за спину, слегка погладил свою поясницу с мягкими волосками у самого копчика, и пальцы утонули в складке между ягодицами. Малфой не видел, но знал, ЧТО Поттер делает. Движения кисти были однозначными, манящим, у Драко крыша ехала от этого ритма. Стон, который сам Гарри случайно допустил, совсем выбил Малфоя из колеи. Он не знал, что ему делать, как справиться со всеми мыслями, которые сейчас атаковали его мозг где-то за стеклом, потому что очевидными были только желание увидеть член Поттера и застрелиться. — Пара бокалов никогда не делали из меня овощ. Зато хронический недотрах очень ослабил мой мыслительный процесс, потому что я, — Гарри зашипел и закусил губу, зажмурился и чуть вывернул руку, — не могу понять, почему ты меня прогоняешь, Дрейк. Я не хочу уходить, я не хочу больше думать о тебе ночами, не зная, жив ли ты, ммм, — он плотно сжал губы и простонал глухо и отчаянно, открыл глаза и посмотрел прямо в глаза Драко, — я влюбился в тебя, ублюдок, и если ты не чувствуешь того же, если ты просто так влез в мою жизнь, и теперь ДЕЙСТВИТЕЛЬНО хочешь, чтобы я навсегда исчез, просто трахни меня — и попрощаемся. Поттер второй рукой чуть раздвинул ягодицы, и Малфой увидел, что тот растягивает себя уже тремя пальцами. Делает это совсем неумело, но глаза его, дьявол, его глаза… — Остановись! — хрип, а не просьба. Едва ли его можно понять, но Поттер отвечает. — Нет. Малфой подлетает к нему, берёт его за кисть и отводит в сторону, опускаясь на колени. Он проделывает то же, что делал Гарри пальцами, своим языком, лаская сразу глубоко и смело, массируя бёдра, спину, венеровы ямочки, и по его щекам катятся слёзы. Сам он себя считает психом в этот момент, но Поттер стонет, ему сейчас хорошо, и это затмевает все другие мысли. Драко помогает себе пальцами, когда видит, что Гарри достаточно расслабился, скользкий язык то и дело проходится по краям розоватого отверстия, но теперь у него есть возможность говорить. Немного, недолго, но на длинные фразы у него сейчас нет сил. Он стоит коленями на траве, делает римминг стопроцентному активу, слышит его стоны, и просит, тихонько просит: — Прикоснись к себе, сделай так, как ты любишь… Бёдра Гарри мелко трясутся, когда его ладонь обхватывает собственный член. Но этого мало, Драко гладит открытой ладонью вдоль его позвоночника, расслабляет мышцы, толкается языком глубже, но тут же дополняет его подушечками пальцев, щекочет, дразнит, сводит с ума. Поттер снова стонет, чуть приподнимается над столом, дрочит себе, запрокидывая голову, понимая, что скоро кончит. Рука, на которую он опирается, тоже дрожит, и Гарри удивляется, что Дрейк не трахает его пальцами, не делает глубокий массаж простаты, но делает более чем классический римминг, и сам Поттер от этого течёт. Когда он кончает, ему кажется, что он слышит, как Дрейк тихо признаётся ему в любви. Он не верит своим ушам, он вообще сейчас ни во что не верит, кроме этого момента, но когда гул в ушах стихает, он замирает от произнесённого благоговейно: — Я люблю тебя, Поттер. Когда он находит в себе силы обернуться, Драко во дворе нет. Поттер опрокидывает в себя остатки виски, стряхивает с правой ноги смятые брюки и решительно направляется в дом. Он огромный, тихий, светлый, и над камином висит семейный портрет. Драко и его родители. Поттер решает подумать об этом позже, и прислушивается. Его тянет наверх, и он не сопротивляется своему предчувствию. Хозяин дома находится за одной из дверей. Точнее, в ванной, в которую ведёт замысловатый вход из спальни. Не будь дверь едва прикрыта, а стекло с трещиной, Гарри никогда не догадался бы, что за ним есть ещё комната. Дрейк стоит под душем, его тело вызывает всё те же желания, может, чуть притупленные внезапным удовлетворением. За последние пару часов он кончил уже дважды. И понимает, что позволь ему Драко прикоснуться к себе, он смог бы нежить его долго, сильно и очень тщательно. Так, чтобы он без слов понимал, что Гарри просто сходит с ума по нему. Что он хочет узнать о нём всё, что он просто не может выбросить его из головы, из души, что он хочет лишить его всех мыслей, кроме одной — он любим, он под кожей, он нужен… В этот момент Малфой ударяет кулаком по стене, и пол окрашивает розовая вода. Одним движением открыв дверь с прозрачным стеклом, Гарри оказывается рядом, обхватывает его поверх рук, не давая повторить бездумный жест. — Малфой, стой, — парень шепчет ему на ухо, но тот напряжён, и глаза дикие, как у животного, загнанного в угол. Он берёт мочку в зубы, фиксирует и продолжает говорить на ухо, уже громче, но всё ещё интимно. — Дрейк, не нужно… Драко… — его руки теперь уже больше обнимают его, чем удерживают, — дыши со мной. Будь со мной сейчас, — Гарри говорит медленно, намеренно растягивая и вдох, и выдох. — Даже если не хочешь ничего потом, сейчас я просто с тобой, давай, откинься на меня, расслабься, и просто дыши со мной, — он аккуратно отнимает одну руку и бережно берёт в ладонь его кисть. Подносит под воду, смывая кровь со сбитых костяшек, потом подносит к губам, нежно целует, ломая вообще все правила их общения. Никаких уколов, никаких пикировок, только уверенные объятья и мягкие губы. — Не нужно сейчас принимать никаких решений, да? Просто тёплая вода, просто моя грудь, на которую можно опереться. Мы просто постоим минуту, да? Дыхание Драко выровнялось, он действительно расслабился и успокоился, откинул голову на плечо Гарри. Они были почти одного роста, и угол, под которым изогнулась его шея, был настолько провокационным, что Поттер едва сдержался, чтобы не впиться в неё губами. — Я прикоснусь к тебе, можно? Малфой выдохнул, и это звучало, как «да». Гарри поднёс к его шее руку и легонько провёл кончиками пальцев по яремной вене и кадыку, вернулся к нежной коже под челюстью. Драко сжал ладонь Поттера, которая всё ещё держала его израненную руку, и опустил на свой член. Без слов провёл по нему к основанию, сжал сильнее, так, что пальцы Гарри свело от этой хватки, и рвано простонал. Он сам дрочил себе, но ладонь парня так и не выпускал, голова всё так же лежала на плече Поттера, метаясь от ключицы до ската плеча, и Гарри понял, чего тому не хватает. Он сделал некоторое усилие, чтобы ослабить хватку вокруг его члена, и приблизив губы к самому уху, снова спросил: — Могу я тебя поцеловать? Дрейк так резко открыл глаза, что покачнулся от головокружения, и в них было столько жажды, что другого ответа не потребовалось. Мягко обхватив губами его губы, он очень медленно вложил свой язык в его приоткрытый рот, приласкал верхнее нёбо, обвёл его язык своим, просунул кончик между губой и нижним рядом зубов. Чувственно, неторопливо, снова нежно. Мужчина забился в его руках и кончил. Снова громко, снова удивляя себя такой реакцией. Сильные руки удержали его вертикально, Гарри переждал несколько десятков секунд его слабости и отпустил его губы. — Я не уйду, Дрейк, ты не хочешь этого. Мы поговорим, когда ты будешь готов. Но я не уйду теперь, даже если ты попросишь. По крайней мере, пока во всём не разберусь. И нет, я не о наследстве, не о загадочном рыцаре, не о прошлом. Я о нас. Гарри аккуратно отступил и оставил Малфоя в душе одного, позволяя прийти в себя. Сам он в наглую порылся в шкафу, нашёл шикарный шёлковый халат и, подумав, из верхнего ящика комода достал белье. Он ждал около часа — вечер расплылся неясными красками, затухающие угли в жаровне создавали сюр в тихом уголке природы, будто волшебник забыл стереть картину в воздухе, и теперь магия постепенно развеивалась. Он заварил себе кофе, решив больше не наращивать градус в крови, и думал. Думал о том, что решит Малфой. И как его переубедить. От нечего делать, он нацепил на свой безымянный палец малфоевское кольцо, и забыл об этом. Зато Дрейк напомнил, как только вышел из дома. — Мечтаешь? — В некотором роде… — ответил Гарри, но увидев, куда смотрит мужчина, смутился. Но кольцо снимать не стал, просто дополнил: — Думаю, об этом можно будет подумать через какое-то время. — Кофе? — Да, мне показалось это уместным. Не хочу засыпать, пока решается моё ближайшее будущее. Драко вздохнул: — Ты не передумал? — Я не буду заставлять тебя, вряд ли это вообще возможно. Но давай подведём определённую черту: я слышал, что ты сказал. И ты слышал меня тоже. Я пока не знаю, что с этим можно сделать, потому что вообще не понимал, не думал… О подобном. Мне казалось, что ты хочешь только нагнуть меня, выебать, и возможно, не один раз. Но не так… Это обескураживающие новости. Но ты… — Гарри как-то смутился того, что чуть не произнёс. И не хотел смущать Малфоя. Поэтому продолжил не так, как планировал. — Хочешь чего-нибудь? Кофе, или лучше чаю? Малфой мотнул головой и налил себе Джим Бим. Тёплый уже виски он раскатал по языку, сел рядом с Поттером и всем своим видом показал, что готов слушать его дальше, будто ему сказать было нечего. — Ты что-то узнал, Драко, так? Что-то, что заставило тебя сделать то, что ты сделал. Ты уже тогда действовал, исходя из своего отношения ко мне. И там, на острове, ты уберёг меня от глупой ошибки. Из ревности? — Дрейк снова отрицательно помотал головой. — Ладно. Хорошо. Самый главный вопрос у меня такой: что я сделал не так? Я не знал, как оставить тебя в моей жизни. Я думал, что случись между нами секс, ты просто выключишь меня из своего эфира, и всё… Я нашёл повод провести с тобой ещё время, и… — Кто я по-твоему? — Дрейк перебил его, услышав самое важное для себя, и готовясь услышать кое-что ещё. — Ты — наёмник. Ты — человек, который решает проблемы. О тебе говорят, как о лучшем частном детективе. Но что-то мне подсказывает, что это только часть правды. Малфой кивнул: — Я наёмник. Но меня нельзя купить. Только мои услуги. И услуги проститутки я не оказываю. А ты попытался меня купить. — Чем?! — не понял Гарри, но в душе отреагировал на это спокойно. Это была неправда. А значит, можно аргументировать и всё разрешить. — Процент от твоей выгоды. Это была бы конечно экстра дорогая покупка, но даже такой ценой я не продаюсь. Ты видишь, что у меня есть, и этого мне хватает. Более чем. Мне не нужен второй такой дом. И твой процент мне не нужен. Я хочу помочь тебе, потому что… — он запнулся, будто не знал, как выговорить что-то, но потом всё же продолжил: — люблю тебя? Это прозвучало вопросительно, но Гарри прекрасно понял, в чём была заминка. Кажется, Драко не говорил этого вслух. Он пару раз вдохнул и выдохнул, почти незаметно возвращая себе контроль над ситуацией. Ничего страшного не произошло. Никто не умер от того, что Малфой сказал это слово вслух. Он любит Поттера. Тот знает об этом. И это не страшно. Это нормально. Любить кого-то нормально. И говорить об этом тоже нормально. — Я люблю тебя, и хочу помочь тебе, не надо пытаться швырнуть мне в лицо свои проценты. Я повторяю, у меня уже есть дом, есть счета в банке, есть даже небольшая яхта и в двойном экземпляре всё это мне ни к чему. — Ты повторяешь это, чтобы я понял, что ты доволен своей жизнью, только… Ты ведь не случайно… — тут Гарри озарило. — О какой сумме идет речь? — Дошло наконец… Гарри, если мы, — Драко запнулся за это «мы», но оно вырвалось легко и прозвучало правильно, — хотя бы реализуем твоё право первой подписи, то на один процент от твоей выгоды можно купить вот примерно такое поместье. Может, чуть меньше, учитывая нынешние рост цен на недвижимость в этом регионе, но не намного. — Что?! — Поттер подавился последним глотком кофе. Его глаза округлились. — Мне не нужны такие деньги! Я не хочу… — Нет, так нет. Я не намерен заставлять тебя. — Мне вполне хватит лавки Филча. Малфой пожал плечами. — Для меня всегда самым важным было найти и наказать Риддла. И ты сделал это для меня. Остальное меня не сильно волнует. — Как скажешь. Только ты пришёл сюда, чтобы я помог тебе с финансами, не так ли? Драко хитро улыбнулся, и Гарри поплыл под этим взглядом. — Я… — он отвёл глаза, чтобы вернуть себе способность думать, — я думал о фирме отца. Я смотрел на выписки, там ни о каких подобных деньгах речи не шло. — Ну конечно… А откуда в Поттериане такие деньги? Твоему отцу было сколько? Да, Гарри, ему не было двадцати пяти. Он пока занимался бизнесом своим, небольшим, личным, можно сказать. Гарри не ответил. Повисло тяжёлое молчание. Думал Поттер долго. Но когда до него дошло, он словно проснулся: — Что ты хочешь сказать? Что я… Что меня… Меня?! Но мне же уже двадцать пять… Драко сделал большой глоток, поморщился и отставил пустой бокал на стол. — Тот факт, что я забрал документы, немного спутал их карты, но позже, да, позже тебя тоже хотели убрать. Я видел свою… Коллегу… Ты уж прости, что свидание твоё сорвалось… — Эй, я гей, ты знаешь. Погоди… Ты про ту девчонку, что просила меня об услуге? Покрасоваться перед кем-то… Или что-то вроде этого? Рыженькая, маленькая такая… — Да, Гарри. Одна из Уизли. Её брат меня чуть не прикончил тогда, в августе. — Уизли… Они же были обвиняемыми, да? У кого-то из них был сердечный приступ? Драко захохотал. — Никогда в жизни не поверю, что Молли может словить инфаркт. У неё нет сердца. — Чёрт, Дрейк… Так это ты — мой ангел-хранитель, — серьёзно проговорил Гарри, а потом тоже улыбнулся. — Мой ангел… — Малфой смутился и покраснел. — Я никогда не думал даже, что смогу сказать о тебе «мой»… Теперь покраснел и Поттер. — Послушай… — начал Драко, но парень перебил его, резко поднимаясь и приближаясь к нему.  — Стоп, — перешагнул через кучку из своих брюк, чуть ослабил пояс халата и улыбнулся. А потом забрался на него верхом, вынуждая поставить обе ноги на землю. — Мы сейчас ничего не будем решать. Но я, — он поудобнее устроился на его коленях, — сейчас поцелую тебя, Драко. Он спокойно прикоснулся к его губам. Ласково. Медленно. Так, как никогда не мечтал его касаться. И то, что осталось невысказанным, он пытался выразить своими губами без слов. Что и мечтать не мог, что этот холодный закрытый блондин может чувствовать. Может гореть не только похотью, но и согревающим душу огнём. Драко едва отвечал на поцелуй. Он словно замер в моменте, позволяя себе наслаждаться. Он правда думал в какой-то момент, даже не единожды, что тот поцелуй на байке был их последним. И сейчас почти не верил в это тепло. — Я влюблён в тебя, Драко Малфой. И я хочу, чтобы ты знал. Я готов попробовать… И ты уже видел, на что я способен, ради достижения желаемого.