Понедельник.

Когда Эмма остановилась у дома на следующей неделе, она заметила черный мерседес, отъезжающий от особняка Мэра. Она отгоняла тревожные мысли, продолжая свой путь к дому. Зайдя внутрь, она уже по привычке сделала две кружки кофе. Кинув быстрый взгляд на окно и не увидев во дворе Регину, она отправилась в кабинет, прихватив кофе. В кабинете ее тоже не оказалось, и Эмма начала немного беспокоиться. - Регина? – крикнула шериф в пустоту и склонила голову, прислушиваясь к ответу. Вопреки ожиданиям ответа не последовало. Слегка нахмурившись, блондинка решила подняться наверх, все еще держа по кружке в каждой руке. «Только бы не пролить на ковер» - подумала она. Брюнетка никогда не ела и не пила за пределами кухни и, случись что, она будет знать, кому отрубить голову за порчу ее безупречного ковра. Открыв дверь в комнату Мэра, Эмма увидела ее полулежащей на дальней стороне кровати. Шериф бросилась к ней, ставя обе кружки на прикроватный столик – никакого серебряного подноса в этот раз, игры закончились. - Регина? Регина, что случилось? – она положила свою руку на лоб брюнетки, про себя отмечая, что ее кожа была немного липкая на ощупь. - Перестаньте трогать меня, мисс Свон, - ответила Мэр без особого энтузиазма, пытаясь убрать руку со своего лица. – Что Вы здесь делаете? Блондинка встала на колени возле кровати, искорки веселья отразились в ее глазах. – Сегодня понедельник, - сказала она, будто это был ответ на все вопросы. Регина закатила глаза. – Я прекрасно знаю, какой сегодня день, мисс Свон, но я звонила в ваш офис и просила, чтобы кто-то другой пришел меня проверить сегодня. И что Ваше присутствие не требуется. - Регина, позволь мне позвонить врачу - ты выглядишь ужасно. – Эмма встала, доставая телефон из кармана. Брюнетка лишь махнула рукой. – В этом нет необходимости. Доктор Вэйл был здесь только что – Вы, должно быть, видели его у дома. – Регина посмотрела на Эмму. – Перестаньте глазеть на меня так. Это просто кишечный вирус. Смотрите, - она указала на тумбочку, - Вот лекарства, которые поставят меня на ноги. И хватит здесь маячить. - Могу я что-нибудь для тебя сделать? – голос блондинки был абсолютно искренен. Мэр закрыла глаза, слегка закусив губу, она обдумывала прозвучавший вопрос. – Вы могли бы остаться сегодня на ужин. К тому же Генри нравится Ваша компания, и я не уверена, что смогу что-то приготовить. Шериф посмотрела на Регину, на ее прикрытые глаза и беспечные черты лица. Эмма легонько коснулась плеча женщины, привлекая ее внимание. - Конечно, – ответила шериф. – Я буду здесь в шесть. Брюнетка лишь кивнула и снова закрыла глаза, когда Эмма, взяв в руки кофе, устроилась у подножия кровати. Ничто не нарушало тишину, за исключением мерного дыхания Регины, пока блондинка сидела с теплой кружкой в руках, потягивая горячую жидкость; тепло разливалось по всему ее телу, разгоняя холод, собравшийся в области позвоночника. Допив кофе, шериф окинула взглядом уже спящую брюнетку и взяла нетронутую кружку со столика. Ее любопытство взяло верх, когда она подошла к тумбочке, где стояли лекарства, и была сбита с толку названиям, которые там увидела. Это был явно не кишечный вирус. Тихо вздохнув, она вышла из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь. ***** Взяв запасной ключ из-под коврика, Эмма вошла в дом. Не мешкая ни секунды, она направилась сразу в комнату Регины. Не было никакого смысла проверять задний двор, гостиную или кабинет. Когда она открыла дверь и вошла в спальню, то на мгновение замерла: брюнетка сидела за столиком и что-то вновь писала в своей кожаной книге. Это было так… обычно, что блондинка невольно подумала: а что, если она ошиблась, что, если это все был сон, что, если… Так много ‘если’ и так мало надежды. Шериф увидела, как Мэр, слегка повернув голову, посмотрела в зеркало, поймав взгляд серых глаз. Знакомый блеск в глазах, к которому Эмма привыкла за последние два года, и тень улыбки, проскользнувшая по лицу брюнетки, окрасили ее черты. - Мисс Свон, - начала Регина, - И как это понимать? Утро понедельника, а Вы здесь без моего кофе? Эта колкость была словно бальзам на душу, и от радости у блондинки навернулись слезы; горло сдавило, и она отчаянно боролась с собой, чтобы ее голос оставался прежним. Она надеялась выдержать этот час и не рассыпаться миллионами осколков прямо на этом безупречном ковре. - Когда ты собиралась рассказать мне? – спросила Эмма, руки которой были плотно сжаты в кулаки, а ногти больно впивались в ладони, но она не обращала на это внимания. - Я и не собиралась. Эмме показалось, что весь воздух внезапно испарился из комнаты; будто кукловод, дергающий ее за ниточки, вдруг перерезал их, она чувствовала себя марионеткой, с которой жестоко играли. Блондинка рухнула на пол, борясь с подступающей тошнотой, стараясь не вдыхать, как ей казалось, последний оставшийся в комнате воздух, стараясь не верить в молчаливое подтверждение своих догадок. Шериф не поняла, как она поднялась с пола, как оказалась на кровати в сжимающих ее сильных руках Регины. Стоило ей закрыть глаза, и она могла представить, что нежные прикосновения к ее волосам были не просто успокаивающими, в них было нечто большее; что сильные руки, обнимающие ее сейчас, будут обнимать ее всю жизнь. Блондинка крепче зажмурила глаза, будто это могло отгородить ее от всего плохого в этом мире; казалось, что если она не будет ничего видеть, то все это будет нереально, и этого никогда не произойдет. - Мисс Свон, - услышала она голос, прорвавшийся сквозь темноту. – Мисс Свон, пожалуйста. Эмма открыла глаза и увидела сияющее солнце сквозь приоткрытое окно, про себя удивляясь, почему сейчас не идет дождь. Шериф приподнялась на кровати, не зная, сколько времени она пробыла в своем спасительном забытье, надеясь, что не особо долго. Она снова попыталась спрятать подальше слезы, наворачивающиеся на глаза, и дрожь, пронзающую все ее тело. - А Генри… - Эмма не смогла закончить вопрос. Брюнетка покачала головой. – Нет, и я бы хотела, чтобы все так и оставалось. - Мы можем что-нибудь сделать? – спросила блондинка, проклиная себя за надломившийся голос. - Нет, - послышался простой ответ. Одно маленькое слово, один маленький звук. - Но у тебя же есть магия. В сказках магия всегда была могущественна, она могла совершать невозможное. - Все не так просто. – Голос был ровным и полным… смирения. Эмма до боли закусила губу, сжав простыню так сильно, что казалось, она ее сейчас порвет. Ее голос был едва различим в повисшей тишине, когда она спросила: - Как долго? - Мисс Свон, - голос Регины был низким, успокаивающим. - Как долго? – снова спросила блондинка, все ее тело напряглось. - Достаточно долго, - услышала она в ответ.