Каптёрщик

      Я вспомнил те верные голубые глазки и пошёл в дальний угол склада, прикрытый от постороннего взгляда длинным стеллажом с бельём. Там у меня из двух матрасов была оборудована лежанка с полушерстяным одеялом и подушкой без наволочки. Я улёгся на спину и заложил руки за голову, а спустя время мирно сопел.       Проснулся я через полтора часа (будильник на телефоне — штука классная) и понял, что пора собираться на обед. Одним из преимуществ моего складского положения было то, что я мог отдельно от отряда ходить в столовую. Благодарить за эту и множество других привилегий следовало Рюмского, который покрывал меня перед вожатой и за работу на складе освобождал от всяких нудных режимных мероприятий вроде линейки или зарядки.       Я потянулся, встал на ноги и, оправив форму, пошёл на выход. Перед тем как открыть дверь я оглядел себя в маленьком зеркальце, поправил причёску и неудовлетворённо цокнул, когда увидел пролежь у себя на щеке, после чего ушел со склада. Придя в уже опустевшую столовую, я поздоровался с поварихой, пышной женщиной лет двадцати пяти.       — А, старшина пожаловал, — сказала повариха, приходившаяся подругой Кальке. — Никак заработался.       Тут она явно насмехалась. Нет, ну серьёзно, лампочка загорелась. Видно, очень заметна была пролежь на щеке.       — Заработался, — ответил я. — Есть, что поесть?       — Для тебя всегда есть, — отошла она, а через минуту подала мне тарелку щей, а на второе — гречки с котлетой.       — А компот? — спросил я.       — Компот кончился, — ответила она.       — Да ладно вам, я же вижу, что в кастрюле остался.       Повариха обернулась на кастрюлю.       — Ишь ты какой пронырливый!       Забрав свой стакан, я понёс всё добро в угол столовой к окошку. Тут моё любимое место. Можно смотреть на раскинувший ветки явор, на качавшуюся под ветром листву и птичек, отвоёвывающих место на его вершине. Целый телевизор.       Покушав, я вышел из столовой и направился на склад. Следовало пересчитать бельё, которое я всё утро собирал по отрядам и к ужину отчитаться перед Рюмским. Работы тут было максимум на два часа, но я твёрдо решил растянуть этот процесс на четыре часа. Сегодня пересчитать, завтра — перевязать шпагатом, послезавтра — разложить по полочкам. И не надо смотреть на меня такими глазами, у верхушки оклад в рублях, а у меня — в сутках.       Между тем среди бегающих впереди детей я увидел Ульянку, про которую можно было сказать «Калька в свои четырнадцать». Тоже рыжие волосы только с двумя небрежными хвостами, тоже озорная мордашка. Стоило Ульянке увидеть меня, так она сразу же забыла про то, что делала до этого и побежала ко мне. Ну сейчас начнётся.       Я остановился, а когда меня и Ульяну разделяло всего пять метров, она тут же сделала три строевых шага, повернулась с небольшой задержкой ко мне лицом и, приняв строевую стойку, приложила руку к виску. Я тоже принял строевую стойку и приложил руку к виску.       — Товарищ ефрейтор, разрешите обратиться, рядовой Советова, — чётко произнесла Ульяна.       — Разрешаю, — позволил я.       Стоит отметить, что одета она была не в пионерскую форму, а в коротенькие шорты и красную футболку с надписью «СССР». Конечно, сама футболка была ей непростительно велика и висела мешком, но такой патриотизм не мог не умилять.       — Товарищ ефрейтор, как вам мой подход? — Ульянка убрала руку от виска.       — Неплохо, товарищ рядовой, неплохо, — похвалил я, опуская руку по шву. — Только вы всё время забываете, что строевой шаг делается не с пятки, а всей стопой.       Как уже мог догадаться читатель, строевая подготовка была у нас чем-то вроде игры, появившейся с вопроса Ульяны о моей военной форме. Говорить правду мне не хотелось, так что я сказал, что учусь на военного, а там слово за слово дошло и до строевой подготовки.       — Строевой шаг делается не так вот, а так, — я опустил ногу и тонкая подошва туфля издала хлопок. М-да, в берцах, конечно, эффектнее получилось бы, но что поделать. — Понимаете?       — Так точно!       — Хорошо. А теперь круууу-гом!       Ульянка отточенным движением выполнила команду.       — Шагооом… — сказал я. — Отставить! По команде «шагом» корпус тела подаётся вперёд. Шагоооом…       Ульянка подалась вперёд, и только после этого я дал команду «марш!». Ульяна немного притормозила, после чего ударяя стопами по асфальту, отошла на три метра.       — Уже лучше, — сказал я. — Занимайтесь по распорядку дня!       — Есть! — Приложила Ульяна руку к виску и убежала.       И всё-таки меня немного коробило это воинское приветствие, потому что по уставу его разрешено было отдавать только в головном уборе. Это очень напоминало одну анимешку, которую мне посоветовал посмотреть приятель, когда я был в отпуске. Вообще аниме я не смотрел, но приятель настоял, сказав, что в моём случае это будет очень актуально. И что я там увидел? Какая-то блондинка отдавала воинское приветствие без головного убора и не к виску, а ко лбу. Читатель может подумать, что я сейчас просто выпендриваюсь, но после четырнадцати месяцев службы мне было трудно просто принять это как данность. Конечно, я понимал, что это всего лишь мультик, да и вообще другой мир, но старшина внутри меня выписывал звонкий фейспалм.       С другой стороны, рвение Ульяны впечатляло. Можно с лёгкостью найти ребенка, который хочет с игрушечным автоматом носится по двору, но вряд ли этот же сорвиголова захочет учиться уставам или азам строевой, потому как это всё скучно и трудно.       Ульяна вернулась к своей игре, а я продолжил путь к складу.