Ваш справочник по безнадёге

— Невероятное чувство, — Ойкава машинально снимает очки и протирает их краешком рукава, — очнулся в незнакомом месте и уже нашёл себе трудоёмкую работу. Стоящая вещь. — Сомневаюсь, что ты занимаешься чем-то трудоёмким. Из-за шкафа с книгами показался молодой парень с фотоаппаратом на шее и недовольно покосился в чужую сторону. Тот же хмурится в ответ. Стоит признать: он действительно мало чем помог. — Ты останавливаешься у абсолютно каждого зеркала и рассматриваешь себя, — взгляд студента скользит вниз, к полке возле парня, — осмотри, пожалуйста. Тот без лишних вопросов наклоняется к полке с книгами. — Мне, как модели, нужно следить за собой! В ответ же на него недоуменно смотрят. — Вдруг пересекусь с фотографом? Я обязан выглядеть подобающе, — он надул щёки, скрестил руки и прищурил глаза. Белая рубашка, заправленная в темные брюки со стрелками, очки в темной оправе, которые он часто поправлял для драматичности, серебряное кольцо на указательном пальце правой руки, а также бордовое пальто, накинутое сверху. Признаю он похож на модель. …или просто дождался скидок на Алиэкспрессе. — Ойкава, — немного помолчав, Иваизуми спрятал лицо в ладонях, а затем добавил, — я фотограф. Сейчас я не собираюсь тратить своё время. — Ива-чан! Мы едва знакомы, а ты уже придумал сто способов как меня унизить. Ойкава растерянно хлопал глазами, глядя снизу вверх на стоящего напротив парня, на лице которого спокойствие и умиротворение сменились твердо-нахмуренным строгим выражением. — Вот именно, что мы едва знакомы, а ты всё никак не прекращаешь звать меня «Ива-чан», Дурокава, — он выхватил у Тоору из рук книгу: то ли роман, то ли сборник детских сказок, и стукнул по голове, — меня зовут И-ваи-зу-ми. — Ай! Прислонив руку к затылку, он добавил: — А я Тоору Ойкава! Так что будем знакомы, — он высунул язык, вызвав ещё больше раздражения, но Хаджиме не подал виду, — дважды. Второй парень выглядел немного иначе: на нём красовались бежевые брюки в клетку и винтажная рубашка цвета мокрого асфальта с длинным шарфом на шее. — Вы закончили? — вдруг промолвил Акинори, всё это время стоявший в дверном проходе, — Нет, я, конечно, могу ещё подождать, особенно при нашем-то раскладе событий. Мне торопится некуда, — здесь вообще, думает, есть понятие времени? — О, Коноха, ты вовремя, — откликнулся Иваизуми и подошёл к нему, — я полностью осмотрел библиотеку… Ойкава перебивает его: — Мы! Мы осмотрели библиотеку. Несмотря на то, что Тоору в действительности смотрел в каждое зеркало, в какой-то момент (но мы его, конечно же, опустим) он приложил свои усилия для поисков любой информации: именно Ойкава смог заметить небольшие повреждения на шкафу, которые, по сравнению со всей новоиспечённой мебелью в Академии, вызвали наибольшее подозрение. И, всё же, прийти к чему-то большему, они не смогли. — Мы осмотрели библиотеку и не нашли здесь ничего, что могло бы хоть как-то нам помочь, — тяжело вздохнув, он спросил, — у тебя что? — К несчастью, соседние две комнаты были закрыты, — столовая, что странно, и ещё какая-то, без таблички. Вам стоит самим посмотреть. Натыкаться на ещё одни неприятности никому не хотелось. Мало того, что им так ничего и не объяснили, так ещё и сделали ответственными за изучение неведомой для них территории. Но не то что бы у них был какой-то выбор, верно? Ещё раз бросив взгляд на шкафы с книгами, парни вышли из кабинета и осмотрели коридор. Дверь в столовую также была идентична другим: деревянная, цвет очень напоминал беленый дуб. Неудивительно, что большее внимание было приковано к огромной фиолетовой двери, находящейся в конце коридора. — Ваши предположения? В ответ все лишь нахмурились и пожали плечами. — Эта единственная дверь, помимо входной, которая отличается ото всех, может это склад какой-то? — Как раз-таки склад тут, — Коноха немного отошёл и указал на одну из дверей в противоположной стороне коридора, — только попасть в него никак не получается. Ойкава потирает переносицу и неверяще щурится, а затем говорит: — Может закончим исследование, а? — Замечательный план, — прыскает Иваизуми. В комнате было отлично слышно каждое произнесённое слово: студенты распределяли обязанности между собой, попутно запоминая имена друг друга. Ну так, на всякий случай. Стоило им покинуть кабинет, как тело охватила дрожь, мысли спутались. Едва ли знакомый им холл за такое короткое время успел изменить свой внешний вид до неузнаваемости. Здесь уже было гораздо больше дверей, на которых, к счастью, уже не было табличек о том, какая по счёту эта комната. Спиралевидные коридоры сменились на более короткие и свободные, в которых запутаться уже было гораздо сложнее. — Погодите, мне стоит посетить окулиста или что? — вдруг выдал Куроо, — Тут же явно всё выглядело иначе. Сзади снова послышался шум, и на плазме, но уже без видеосопровождения добавили: — С нашими технологиями и не такое увидишь. Прошу насладиться моментом. — Одна история охуительнее другой. Насторожённо оглядываясь по сторонам, Кенма подошёл к окну и с любопытством начал смотреть в него. За недолгое время пребывания в кабинете, кроме нашей троицы, тут никто не появлялся. — Может быть мы что-то упустили? — спрашивает Ямагучи, — Разве мы не слишком быстро закончили исследование… — Нет, мы явно осмотрели всё необходимое. Неторопливым шагом Кенма подошёл к парням и сел за соседнюю парту. По нему было видно, что он хотел что-то сказать, что-то поддерживающее и ободряющее — никто и не сомневается, но Козуме лишь расстроенно посматривает в сторону окна, ощупывая рукава кофты. Когда через некоторое время кто-то щёлкает дверную ручку, Кенма вскидывает голову, вздрагивая от неожиданности, а потом с облегчением вздыхает. Сама Академия представляла собой здание из четырёх этажей, но доступ на второй этаж и, следовательно, на остальные, был закрыт, что сужало круг поисков. Помимо основного здания Академии, на улице можно было лицезреть пару других построек. Среди них можно было отличить полноценное общежитие и бассейн, остальные же были недостроены. Каждый, кому было положено изучить Академию снаружи, первым делом пытался найти выход с территории, но идя вдоль высокого забора, который постепенно переходил в прозрачный купол, выхода так никто и не нашёл. Ответ на вопрос: каким образом они сюда попали, — так и не нашелся. — Ну что там у тебя, Бокуто? — интересуется Тендо, а затем продолжает напевать «какую-то хрень». По словам Яку — это никак иначе не назвать. В какой-то момент он скрещивает руки на груди и скептически смотрит на Котаро: — Эм, Бокуто? — тупо переспрашивает он. Бокуто, не сейчас. — Жизнь такова и больше никакова… Ох, да ты серьезно? — Ты снова забыл, как завязывать шнурки? — Яку недоволен, и это вполне объяснимо: те без умолку несут хрень около часа. — Тут есть бассейн, — парень сел на ступеньки и обнял колени руками, — и что вы думаете? Он закрыт. — Всему своё время. Голос у Сатори почти сочувствующий, когда он пытается продолжить диалог о том, из-за чего им всем пришлось остановится, но его затыкают: — Господи, Тендо, и ты туда же,  — Яку скрестил руки на груди и, перед тем как пойти дальше, спросил, — вы делали то же самое возле прошлого здания, у вас вообще есть ограничения по времени в вашем «режиме эмо»? — Мы не истинные эмо. А он-то не в курсе. Парни обследовали территорию снаружи, но, убедившись в том, что единственное достроенное здание — бассейн — было закрыто, они направились в общежитие, дабы изучить его изнутри. Каждый в этой троице, найдя свою комнату, зашёл и осмотрел её. Не найдя в них ничего примечательного, они быстро их покинули и, обменявшись пара-тройкой слов, сошлись на том, что комнаты идентичны друг другу: кровать, шкаф, ванная и туалет — всё по классике. В шкафу половина полок пустовала, на остальных же — были одинаковые комплекты одежды. Раскошеливаться никто не собирался. А кому сейчас хочется себя напрягать? Необходимо было вернутся в Академию и доложить о нынешней обстановке, что заставило Яку в сотый раз за день сыграть роль матери и позвать на улицу своих детей, Бокуто и Тендо. Думаю, очевидно, что, вместо тотального осмотра комнаты, они успели опробовать свои кровати на комфортабельность. 10/10. Тут без вопросов. Наконец, дойдя до входа в Академию, они заметили двое высоких, тёмноволосых парней, стоящих совсем неподалёку и бурно обсуждающих что-то. — Может быть, это чёрный вход? Тендо первым делом подошёл к ним, и, выглянув из-за плеч, с любопытством начал разглядывать дверь. Да, дверь. Не вам судить его. Сакуса вздёргивает брови и отходит назад на пару шагов: этот тип может хотя бы минуту контролировать свои действия без попыток обратить их в шутки? — Вы закончили? — Акааши обращается к единственной и неповторимой матери года — Яку. — Ага, — говорит он, — только кроме закрытых помещений и однотипных комнат в общежитии мы ничего не нашли. Без лишней серьёзности и легкомыслия; просто констатирует факт. Там и в самом деле ничего не было. Академия всё также пустовала изнутри и, нарушив умиротворённость своим приходом, парни направились в нужный кабинет. В голову лишь приходили мысли о том, как покинуть это место самым безболезненным способом, ведь никому не хотелось делать выбор: убивать или быть убитым, поэтому все пытались обыскать каждый уголок на территории, чтобы повысить свои шансы на спасение. Конечно, в ту минуту, когда им рассказали об убийствах, между парнями промелькнуло недоверие, ведь, несмотря на то что каждый может и выглядит более менее уравновешенным, разве у вас получится предугадать действие незнакомого вам человека? Будучи совершенно немощными, остаётся лишь вместе искать выход. К счастью, в знакомом кабинете уже собрались остальные, поэтому не было надобности ждать кого-то ещё. В этот раз, между собой общалось гораздо больше человек: они провели время вместе на протяжении нескольких часов; было бы удивительно, если бы те стояли молча. — Ну? Хотя бы кто-то что-нибудь полезное нашёл? — войдя в кабинет, Тендо сразу застал всех врасплох, громко заговорив. Ринтаро выуживает из кармана серебряный ключ, на стержне которого, поблёскивая, был изображён мелкий клевер. — Мы нашли ключ. После небольшой паузы, Ойкава решается добавить: — Трёхлистный, — хмыкает он и снова протирает очки, — удачи можно не ждать. Все изумленно таращатся на него. Знаете, в идеале, никому не хотелось бы слышать эти неуместные шутки, пока они находятся в Фукуродани. Думаю, заметно, что сейчас не совсем подходящее время, но, конечно, без исключений нам не обойтись. Куроо угарал наедине с Бокуто. — Вот это уже интересно, — из-за двери показался Яку, позади которого стоял Акааши, — снаружи есть закрытая дверь, возможно, это ещё один вход в академию. — Будет не очень, если мы не сходим и не проверим, подходит ли ключ. И то верно. Конечно, ничего не указывало на то, что ключ откроет им дверь, но все мы знаем, что так оно и работает в классических фильмах ужасов, в котором главные герои делают совершенно противоположные вещи от тех, которые стоило бы делать на их месте. Всё ещё в такие моменты кричат «Ты нахрена туда пошёл, тебе жизнь надоела?». Тут не поспоришь даже. Назовём это «Всемирное правило фильмов ужасов». Супер. Думаю, заметно, что ситуация идентична. Только у парней просто не было выбора, так что проверить информацию никому не помешает. — Кстати, — Тендо делает паузу и поворачивается к нашедшим ключ, — разве вы не говорили, что пришлось нелегко? Вы что, секретную миссию выполняли? Суна вяло думает и поворачивается на Гошики. Тот начинает объяснять. — Ну, в одном из обычных школьных кабинетов мы нашли пустые шкафчики для вещей, один из которых был закрыт на замок, а в другом лежала книга, — Тсутому пальцем указал на книгу, лежащую на парте рядом, — в ней была вырванная страница, номер которой мы попробовали ввести, как пароль от замка на закрытом шкафчике. Удивительно, но это сработало, и мы нашли ключ. Это было очевидно. — Не то чтобы было трудно, наоборот, просто было лень проявлять какую-то инициативу, — Ринтаро запустил пальцы в шевелюру и нервно ими пошевелил. — Плохой из тебя детектив бы вышел, Суна. Долго сидеть в кабинете никто не собирался (уж его-то изучить они успели вдоль и поперёк), поэтому все покинули его и направились в сторону выхода, чтобы опробовать это «всемирное правило фильмов ужасов» на себе. Не все сразу приметили эту дверь: она сливалась со зданием и, именно поэтому, в каком-то смысле, подходила под дизайн. Зато скамейка возле неё была более чем прекрасной. Пока студенты, нашедшие ключ и саму дверь, разбирались с ней, Бокуто и Тендо, прихватив на этот раз с собой Куроо, оценивали по десятибалльной шкале её удобство. Держу пари, в этот раз они все проголосовали 8/10. Минус один балл за то, что она двухместная, а второй за то, что Яку наорал на них, когда те её уронили. Дверная ручка щёлкнула и повернулась. Вместо коридора Академии перед парнями открылась небольшая комната в тёмно-синих тонах, посреди которой стоял стол с коробкой. Теперь вам стоит кое-что запомнить: если вы видите незнакомую вам коробку в каком-то незнакомом вам месте, находясь с незнакомыми вам людьми, то знайте, первое и единственное, что вам необходимо сделать в такой момент, так это: — Тут какие-то планшеты, — Куроо обогнал впереди стоящих и открыл коробку. …открыть её. Пробежавшись глазами, словно исследуя содержимое коробки, Тетсуро добавил: — Шестнадцать, — он всё же отошёл от планшетов, дав возможность другим осмотреться. — Грех не предположить, что они предназначены для каждого из нас, — окинув взглядом комнату, Иваизуми мысленно всех посчитал, — число присутствующих совпадает с их количеством. В комнате, также как и в остальных, находился небольшой монитор, и именно когда мы решили вспомнить про него, он заработал, а на нём вновь показался уже знакомый нам силуэт: — Ну вот, а я собирался сам их вручить на ужине, чёрт с вами, — добавил он, — разъясню вам. Это электронные справочники, если быть проще — планшеты. Вы правильно поняли тот факт, что их столько же, как и вас, ведь каждый планшет создан в качестве вашего документа в Академии: карта территории, ваша личная информация и другое, — всё на них, так что советую их всегда держать при себе. Следует отметить, что на каждом из них на задней стороне есть ваше имя, так что вы их не спутаете. Поэтому они принялись их разобрать. — «Сугуро Дайшо»… — это мой, -…«Гошики Тсутому»… — а это я, — «Тендо Сат…». Опа, а вот и мой. Парни быстро распределили между собой планшеты, дважды убедившись, что каждый получил свой. — Конечно, на них информация будет регулярно обновляться, особенно после классных судов, — парни отвели взгляд от планшетов, с недопониманием начав смотреть на монитор. Что-что, а про классный суд им так и не сказали, — Ой, моя вина, я не упомянул ничего про них. Перед вами тоже извиняется человек, сказавший вам всем убивать друг друга? Не думаю. — Как я уже сказал, вам предстоит сделать выбор: убить или же быть убитым, — на экране вместо силуэта появилась анимация, которая изображала все то, что он описывал, — если кто-то погибнет, вам предстоит расследовать это убийство, а затем, используя полученные улики, выявить убийцу на классном суде. Если на голосовании большинство выберет правильного человека, то тогда казнён будет только он. Но если вы ошибётесь, тогда мы казним всех, кроме самого убийцы! Лёгкие правила, не находите? Несомненно. Особенно та часть про казнь. — Что будет с убийцей, если его одного не казнят, — на лице Осаму трудно было увидеть какую-то тревожность. Ладно. Он паниковал, тут без вариантов, но просто не так, как рядом стоящий Гошики с выпученными глазами. — Он будет свободен, и сможет покинуть Академию Фукуродани награждённым! — анимация закончилась, следом за ним на экране снова показался знакомый силуэт. — Понятно, — что тебе, блин, понятно, ты вообще слышал о чём там говорили? — перестань уже мне в ухо орать, Тсутому. Я просто не настроен так скептически, как ты. И не советую. — Суна прав, — Кенма, не отрывая взгляда от планшета, продолжил, — нам стоит меньше паниковать, тогда и убийств ждать не придётся. Шёпот в комнате затих, все присутствующие почувствовали к парню невольное уважение. Дело говорит. — Ты думаешь, что мы готовы убить кого-то? Куроо дружески положил руку на плечо Козуме, но тот аккуратно убрал её. — Откуда мне знать, вдруг среди вас Абсолютный Маньяк или ещё кто, в эту школу и не таких берут. — Тогда они себя быстро выдадут на классном суде, разве нет? Кенма задирает голову, несколько секунд смотрит непонимающим взглядом, а потом кивает: — И то верно. Студенты, которые были уверены друг в друге, благоразумно исследовали едва ли знакомую территорию, но сейчас даже между самыми общительными возникло ужасное чувство, сделав атмосферу более напряжённой. Пока будете вспоминать, рискнём предположить, что это чувство можно назвать смесью недоверия и раздражения. — Добавлю, что после каждого классного суда на планшете будет отображаться количество оставшихся в живых! — и с этими словами он оставил всех наедине с мыслями о том, что только что было озвучено. Вау. Уроки математики будут не напрасны. В голове не укладывалось, как что-либо из озвученного могло приключится именно с ними. Нет, как вообще такое могло прийти в голову людям. Никто не скажет слова утешения, сейчас не место и не время. Сердце тревожно забилось, но, всё же, и на миг мелькнула надежда. Надежда, что никто не соберётся и не убьёт тебя. Впервые в жизни из головы не уходили мысли, подобно этой: «Я ещё не успел сделать многое другое, что поможет мне лучше узнать самого себя». Они, молча, смотрели друг на друга, с жутким страхом происходящего, и потом один из них разворачивается и осторожно идёт в обратную сторону. — Лучшее, что мы можем сделать, это разойтись, и обдумать всё самостоятельно, — Сугуро уже хотел выйти, но остановился и продолжил, — это не последняя наша встреча, так что не стоит сейчас переусердствовать. В точку. — Согласен, — говорит Куроо, и шёпотом добавляет, — что, если это лишь уловка, чтобы убедить нас последовать за тобой, и затем ты решишь нас разом прикончить. М-м, Дайшо? — Тетсуро ухмыльнулся одним уголком губ. — Да ну тебя, — Сугуро покачал головой и закатил глаза. И они направились в общежитие. Почти. — Ребят, а что с ключом-то делать? — резко выдал Ямагучи, ждущий недовольные взгляды на себе. — Не проще оставить его в комнате? — вскидывает бровь Тендо, — Тут кроме планшетов больше ничего и не было. — Ну, знаете, как это обычно работает: дверь захлопывается — жди беды. Вдруг нам придётся ещё раз сюда придти? Ещё как придётся. — Не хотелось бы, — улыбается Коноха и выходит за дверь. — Пусть Суна заберёт ключ, — вдруг предложил Куроо, — он же его нашёл. Тетсуро переводит взгляд на рядом стоящего и хмурится: — Или Гошики, разве они не в одной группе были? Гошики качает головой, бормоча под нос «Не-а, забудьте». И конечно все взгляды были устремлены на другого темноволосого парня. Суна хмурится. С чего это все сделали его ответственным? — Ладно, — тон у него успокаивающий, — выходите из комнаты. Заперев дверь, он положил ключ в карман свободных чёрных брюк. Все скрылись из виду, и Ринтаро в первый раз остался здесь один. На улице было свежо, и, судя по всему, уже доходил вечер. Сейчас важнее всего, было заставить всех прийти в себя, дабы никто не совершил ничего, что могло бы потянуть за собой какие-то последствия. Как ни посмотри, а наши главные паникёры, назовём их так, ушли по своим комнатам самые первые, дабы побыть наедине с мыслями. В такой момент каждому следовало поступить также, но были и те, кто решил уйти вместе с кем-то. Правильный поступок, не находите? Вот и я нет. Сколько бы времени парни не потратили сегодня на исследование, никто так и не нашёл хоть что-то, что могло бы помочь покинуть это место. Ринтаро этому не удивился, ведь если за этим всем действительно стоит большая группа людей, в первый день уж точно никого так просто не выпустят. Мало того, информация не на малость показалась подозрительной: до этого каждый год выпускался целый класс, о чём вещали буквально на всех информационных ресурсах — мы ведь говорим о самой Академии Фукуродани, так что неудивительно, что информацию, связанную с ней, можно было увидеть почти на каждом новостном канале. Конечно же, СМИ — не те, кому стоит доверять, но если бы вместо шестнадцати учеников, о которых говорилось в новостях, домой бы вернулось гораздо меньше, — их родственники устроили шумиху. Здесь сомнений нет. Эти мысли наводили на то, что за всем этим стоит уж точно не сама Академия. Да, во всём мире всегда творилось безумие, но если бы о такой системе обучения стало известно свыше — это никому бы не сошло с рук. Ну что же, они попытаются сделать всё, что в их силах. Достав из кармана электронный справочник, Суна принялся изучать информацию на нём — всё никак не доводилась возможность сделать это раньше. Включив его, на экране высветилось, конечно же, само название Академии. Странно было то, что прямиком за ним, последовала не сова, что было бы объяснимо, а клевер. Трёхлистный клевер. Удачи можно не ждать. На главном меню располагалось несколько иконок: «Карты», «Ученики», «Правила» и «Расписание». Пройдёмся по каждой. В Картах, к сожалению, ничего особого не нашлось. Всё то, что было недостроено или закрыто, было заштриховано. В то же время, всё, что можно было посетить, включая столовую, спокойно отображалось и было подписано. На карте, также, как и в жизни, нигде не было выхода с территории. Неплохо постарались. Нам не солгали, сказав про то, что у нас будет краткая информация про всех. Нажав на «Ученики», можно было увидеть краткое описание каждого из шестнадцати парней: имя, возраст, рост, вес, талант и статус.

Суна Ринтаро. 16 лет. 185,7 см — 73,2 кг. Абсолютный Патологоанатом. Статус: жив.

В таком же плане была распределена информация и о других. Дальше у нас идут «Правила». Прощу будет сказать, что это был школьный устав. Во-первых, «ночное время» — с 10 вечера до 7 утра. Некоторые места закрыты для посещения в это время, поэтому, пожалуйста, будьте осторожны. Во-вторых, спать в любом другом месте, кроме своей комнаты в общежитии, будет рассматриваться как спать в классе и соответственно наказываться. — Так и хотелось заснуть в библиотеке. В-третьих, предоставление своего электронного справочника другому студенту строго запрещено. В голове не укладывалось, для чего кому-то необходим чужой справочник, но если кто-то действительно так делал, то неудивительно, что теперь это прописано отдельным пунктом в уставе. В-четвёртых, попытки проникнуть в запертые комнаты строго запрещены. В-пятых, при необходимости могут быть добавлены дополнительные школьные правила. Также, здесь были отдельно прописаны правила по поводу классных судов, о которых парням уже доводилось слышать ранее, так что Суна лишь быстро пробежался глазами по ним, убедившись в том, что правила сходятся с теми, о которых говорил силуэт, когда они только получили справочники. Последнее, что осталось — это «Расписание». Здесь информации было гораздо меньше: в 9:00 завтрак, 13:00 — обед, а в 18:00 — ужин. Снизу была написана просьба не пропускать приёмы пищи. Заботливые однако. Ещё раз убедившись в том, что на улице и правда нет ещё какие-то не изученных зданий, Суна направился в общежитие, дабы уже там дождаться ужина, убрав справочник в карман. Да, исследование сегодня было неудачным: они всё ещё не сдвинулись с места. Но кто сказал, что оно уже закончено?

***

— Бумага. — Ножницы, я выиграл. — А что если у тебя нарисованные ножницы? — Бокуто хмурится. Куроо, вздохнув, кладет руки на пояс. — Логично, что тогда выиграет камень, — он начинает объяснять всё, зачем-то показывая на пальцах, — нарисованные ножницы — это помощник бумаги. Что не посмотришь, везде один супергерой против двух злодеев всегда выигрывает. Вот ты Наруто смотрел? — У них поехала крыша, — кивает сам себе Яку, — я догадывался, что не надо было им вместе садится за стол. За пятнадцать минут до ужина было сделано объявление, и пока все потихоньку собирались: кто-то принимал душ, кто-то вообще только очнулся после недолгого сна, Бокуто и Куроо первыми прибежали к столовой. Что неудивительно, так это то, что она была закрыта, почему они и решили поиграть в «Камень. Ножницы. Бумага», дабы убить время. Правда, ужин едва ли закончился, а они так и играют, но теперь уже за столом. Кстати о ужине. Парни долго противились тому, чтобы начать есть еду — кто знает, что в ней. Являясь самыми несносными, Бокуто и Куроо первые налетели на неё. Нет, они, бесспорно, тоже не доверяли этому месту, но вот кто сейчас не чувствует себя голодным? Будучи подопытными крысами, они первые попробовали еду и, к счастью, опровергнули все мнения о ней. Только из-за них студенты всё же нашли силы и сели за стол. — Яку, это называется непревзойдённостью, — Акинори укладывает руки на спинку сидения прямо позади Бокуто, — как бы то не было, нам нужно решать, что делать дальше. — Именно. Вы уже придумали план убийства? — Тендо, завались, а, — цыкает себе под нос Дайшо; не то чтобы он удивлён: Тендо — стендап-комик, они все такие. — А что, — Тендо понимает, что никто, кроме него с Тетсуро, не разрядит обстановку, — есть варианты? И, конечно, их нет. Активность Бокуто и Куроо более менее заставила всех убрать посторонние мысли на второй план (они хотя бы пару раз, но посмеялись), и всё же страх того, что кто-то собрался на полном серьёзе совершить преступление, не давал покоя. — Во избежание чьей-нибудь смерти, предлагаю всем сидеть в общежитии, — говорит Яку, параллельно наблюдая за Котаро и Тетсуро, которые то ли соревнуются в «Кто больше съест», то ли просто забывают прожевать еду, поэтому сидят с набитым ртом, — Хотя бы в ночное время. — Полностью поддерживаю, — в разговор вступает Акааши, — тут и споров не должно быть. С чем все сразу соглашаются. И после окончания ужина, потихоньку расходятся. — Акааши! Кенма! — Куроо окликает оставшихся в столовой парней, — пошлите в настолку сыграем. — Откуда она у тебя? — недоумевающе смотрит Акааши. — Так я ещё в начале дня нашёл её в одном из кабинетов. — Я пас, — говорят те в голос. — Нет, блин, подача, — Куроо вскидывает брови, — вы идёте и это не обсуждается. Нам надо четыре человека. Иначе будет не игра, а совет двух гениев, — несомненно, он говорит о себе и Бокуто, но тот видимо этого не понял, однако всё равно продолжает безостановочно кивать головой. Кенма открывает рот, но Куроо его опережает, махая рукой в сторону часов. — До ночного времени почти три часа, мы успеем. Возражать Тетсуро было трудной вещью. Ну посидят немного, сыграют, с ними ничего не случится — может им быстро наскучит, вот и вскоре разойдутся. — Ладно. Игра лежала в комнате Куроо, где тот, в свою очередь, уже успел поставить стол по центру и выложил содержимое коробки на него. Название никому не показалось знакомым, но правила были идентичны простым настольным играм, так что долго думать не пришлось. Удобно рассевшись вокруг стола, те принялись играть: Куроо и Бокуто активно соперничали, каждый раз подкалывая друг друга, если кто-то возвращался к старту, в то время как Акааши и Кенма спокойно передвигали фигурки, не проявляя особой инициативы. — Второй раз подряд, Акааши! — взявшись за голову, простонал Бокуто, — Перестань уже выигрывать! — Хорошо, Бокуто-сан. И он снова выигрывает. В конечном счёте: 3 победы Акааши и 3 у Кенмы, 1 победу забрал себе Куроо и 0 у Бокуто. — Завтра мы вас переиграем, — уверенно стоя, заявил Куроо. — Ладно-ладно, — сгорбившись и обхватив руками колени, Кенма уткнулся в них лицом, — время почти десять. — Намёк понят. Куроо отодвигает стол обратно, решив не убирать с него игру до завтрашнего вечера. Попрощавшись с Козуме и Кейджи, он уверенно даёт пять Бокуто, а затем закрывает за ними дверь. Только он и Бокуто в таком положении могли так сдружится, так ещё и заставить двух необщительных особ поиграть с ними в игру, пока все остальные боятся даже выйти из своей комнаты. У каждого свои тараканы в голове. К счастью, ночь прошла без происшествий, и после утреннего объявления на завтрак пришли все, так что в столовой уже не было такого напряжения, как вчера. Бокуто и Куроо также сидели вместе, но в этот раз разговор с ними пару раз поддержал Акааши, а Кенма то поддакивал на слова Тетсуро, то просто кивал головой. Главное, что хотя бы подавал признаки жизни. На другом конце стола Тендо внимательно слушал Гошики, рассказывающего интересные факты про динозавров, а затем сравнивал динозавров то с Дайшо, то с Яку, на что те кидали неодобрительные взгляды, но в какой-то момент они не сдержались и залились смехом. Вот тогда Тендо впервые удивился смеху людей. Стендап-комики такие странные люди. Остальные же спокойно наблюдали за происходящим; Кугури и Осаму делали пару предположений о том, как они сюда попали, временами поворачиваясь к Ринтаро за одобрением их теорий, но тот лишь тяжко вздыхал или говорил «Я не знаю», «Наверно». Закончив трапезу, началось свободное время, которым многие решили воспользоваться, дабы снова прошарить территорию. За ночь некоторые здания заметно изменились, но ни одно из них окончательно не было достроено. В самой Академии кто-то открыл склад. Интересно, да? Изнутри он был небольшим, но в нём можно было найти постельное бельё, полотенца, одноразовую посуду: всё было завалено коробками и пакетами. Кроме вышеперечисленных вещей, проводов, небольших аптечек (у каждого заранее находилась такая в комнате), бумаги и канцелярии, здесь больше ничего не было, так что они покинули склад меньше чем за полчаса.

***

— Достойно уважения, — говорит Куроо, вздыхая. — Разве? — Ойкава вновь принимается протирать очки и, избавившись от улыбки, тоже вздыхает. — Сам погляди, — Куроо хмурится, скрестив руки на груди. — Вы задрали уже, — Яку заходит в комнату и даёт подзатыльник обоим, — вам заняться нечем или что? — Мы просто оценивали! — стиснув зубы, Куроо повернулся на Яку. Яку издает стон: — Господи, за что мне всё это… — Так сколько баллов? — Бокуто всё ещё стоит возле зеркала, пытаясь разглядеть свой зад. Куроо пытается крикнуть «Все сто», пока Мориске выталкивает его и Ойкаву из комнаты, а Бокуто остаётся в размышлениях, потому что они договорились оценить по пятибалльной шкале. И это единственная интересная вещь, которая произошла сегодня. После того, как они осмотрели склад, все быстро разошлись, что неудивительно, хотя пару раз за день они успели так или иначе пересечься и завести короткий диалог. Вечером же Бокуто и Куроо снова вытащили Акааши и Кенму из номеров и заставили играть в ту же игру, что и вчера, но надолго её в этот раз не хватило, и всем наскучило. Кенма, едва ли собирался уйти первым, как, конечно же, во всех подростковых сериалах это бывает, Куроо предлагает поиграть в правду или действие. — Ты серьёзно? — Ещё как. Не секрет, что все уважающие себя люди чаще всего выбирают правду. Нет, конечно, если вами движет азарт, то выбирать действие — это поразительно. Мало того, я уважаю таких людей. Но сейчас, силы показать, что ты чего-то стоишь, были лишь у Бокуто, который во всю выполнял действия, покрикивая «Хэй-хэй-хэй». Не сомневаюсь, что кто-то ещё и считает его звездой. Позже он, всё же, просёк фишку и выбрал правду, но тогда его спросили о таланте. — Абсолютный Изобретатель, — он положил руки на пояс и принялся расхаживать по комнате широкими шагами, будто хотел измерить её длину. Не то, чтобы вопрос показался ему скучным, он просто ожидал большего. — Да ладно, — Куроо сидит с открытым ртом, — чел, я знал, что ты лучший, но не настолько же. Они переглядываются и жестикулируют, пытаясь изобразись крутую сцену из фильма, что скорее похоже на драматический момент в индийском фильме. Бокуто искренне не понимает, в чём разница, но покорно продолжает, пока параллельно с этим Кенма скользит спиной по стене и поворачивается к Акааши, а потом говорит: — Нам долго ещё тут сидеть? — Понятия не имею. И Кенма смотрит на них как на душевнобольных. Котаро подходит к столу и с улыбкой на лице присаживается. Ему, кажется, никогда не приходилось садиться с чувством большей неловкости. Куроо же аккуратно поднимает Козуме обратно, и просит Бокуто задавать следующий вопрос. — Неужели, — голосом «они правда это закончили» поражается Кенма.

*

— Скучно, — Бокуто ложится грудью на стол, вытягивая руки вперёд. И Безусловно Тетсуро его поддержал. — Мы столько сидим, а едва ли узнали друг о друге, — он задумался, приложив руку к подбородку, — так дело не пойдёт. Не игра, а хрень полная. — Так давайте не игр- — Нет мы будем, — Тетсуро кладёт одну руку на плечо соседа, а второй рукой потирает переносицу и хмурится, — Акааши. Куроо резко разворачивается к парню, и он сразу начинает жалеть, что настала его очередь выполнять задания, а тем более от Куроо, поэтому тяжко вздыхает и принимается слушать. — Да. — Правда или действие? — Правда. Разумеется. — Встречался бы с парнем?

***

Очевидно, Акааши не умер в панике из-за вопроса, как на его месте сделали бы многие, он лишь посмотрел в потолок и впервые сильно задумался во время игры. Это просто игра и просто вопрос. Никто не убьёт его за то, что он ответит правдой на просьбу не лгать. Логично. — Не то чтобы ответ был нет, я просто никогда не задумывался над этим, — он запустил руку в волосы и почесал затылок, видимо, он всё же не ожидал такого, — Возможно…? — Так просто, серьёзно, — бормочет Куроо, — А где же возгласы, крики, фырканье? Ты слишком уравновешенный для это игры, отсядь от Кенмы. Козуме с недопониманием посмотрел на Тетсуро и закатил глаза. — Акааши, твоя очередь, — тот едва ли собирался задать что-то безобидное, как Куроо его перебил, — только давай интересное. Что у него не совсем получается, и, как действие, он просит Кенму принести ему воды, на что Бокуто тянет «Ну Акааши». Куроо, наконец-то, складывает настольную игру обратно в упаковку, и садится к парням, похлопав по спине Бокуто, дав тому понять, что сейчас его очередь отвечать. И они дожидаются Кенму. Но он видимо возвращаться не собирался. — Он задерживается, — по внешнему виду может и не скажешь, но парней охватила паника. — Проверим его? — спрашивает Куроо. — Стоило бы. Они покидают комнату и видят, как Кенма покидает общежитие (но со стаканом в руке). — Кенма! — окликивают его, и быстро спускаются по лестнице, — Ты куда на ночь глядя? — Кто-то кричал, — сразу выдаёт тот. Кто-то, блять, кричал. — Так, это уже несмешно. — Нет, серьёзно. Я набирал воду, как вдруг услышал крик, — рукой, в которой он держал стакан, он указывает в сторону Академии, — я думаю, это оттуда. Выбора не было: парни сразу направились к чужим комнатами в общежитие резко стало шумно. Безостановочные постукивания в двери, топот, на заднем плане заиграло объявление, оповещающее о ночном времени, но никто не задавал лишних вопросов, все мигом выходили на улицу, и, собравшись возле входа, на месте не было троих. Пиздец, ну круто. И, всё же одного из них можно было развидеть недалеко от общежития — как раз возле той двери в комнату, где они нашли электронные справочники. Все направились туда, пытаясь бежать как можно скорее. Если кто-то и кричал, нужно было успеть добежать до него до того, как они все влипнут в нечто большее. Возле слегка приоткрытой двери стоял Суна, уверенно держа в руке ключ. Вокруг все стояли, тяжело дыша, утирая своими рукавами пот. В голове царил хаос, мысли путались, наскакивая одна на другую. Не хочется проводить никакого расследования, не хочется никакого классного суда. Суна открывает дверь, и все медленно заходят туда. Посреди комнаты сидел Осаму, и в этот же миг с громким звоном на пол падает ключ, который буквально пару секунд назад твёрдо держал Ринтаро. По всей территории раздаётся неприятная мелодия, а затем объявляют: — Тело было найдено! Теперь, когда пройдёт определённое время, начнётся классный суд.