Ваш справочник по безнадёге

Иногда сама судьба выбирает нам место в жизни. Повсюду только и трепещут, радостно похлопывая по спине: «Всё в твоих руках! Не сдавайся!», продолжая давать советы для того или иного случая. Но ведь ты ещё даже не решил, чего лично хочешь, верно? Ты не можешь проложить дорогу в своё будущее, но почему-то ты обязан безостановочно идти вперёд. В таком случае, остаётся лишь сыграть в лотерею. Догадаетесь, кто вытянул жребий? — Кто-то открыл дверь в Академию, — Осаму вопросительно смотрит на Ринтаро, — разве все не должны быть в общежитии? — А мы исключение, да? — Суна отходит и щурится, пытаясь приглядеться, — Издалека никак не получается разглядеть. Никто не знает, какого исхода по итогу ждать, и мало кто вообще начинает как-то действовать, брать всё в свои руки. Мы продолжаем придумывать «идеальную» жизнь перед сном, игнорируя тот факт, что нынешняя могла бы быть идентична нашим мыслям. Всю жизнь лишь живём под сплошным напряжением того, что предпримет судьба, пока фотографии с вечерних прогулок за ручку, на которых все ярко, под слоями небрежно добавленных эффектов, появляются у нас в ленте социальных сетей. Мы смотрим на их улыбки до ушей, нас охватывает зависть. В голове «Да к чёрту вас всех!», но мы всё равно ставим этот блядский палец вверх, а затем комментируем. — Да постой же, — Осаму кладет парню руку на плечо и разворачивает к себе лицом, — ты не думаешь, что… И только в самые пугающие моменты нам приходит осознание, насколько важно было принимать решения самостоятельно в тот или иной момент. Мы понимаем, как тонка линия между жизнью и смертью, и надо радоваться каждому прожитому дню. Ведь факт того, что кто-то не может спасти самого себя, находясь рядом с вами, заставляет сомневаться в решениях, принятых самой судьбой. -…что кого-то убили? — он продолжал смотреть вдаль, в сторону Академии; бегающие глаза выдавали необыкновенное беспокойство, вслед за которым послышались крики боли. — Это, похоже, из той комнаты. Суна достаёт ключ из кармана и внимательно смотрит то на него, то на дверь. — Пошли. С невыразимой осторожностью он повернул ключ в замке, чтобы не вызвать ни малейшего звука — и через секунду дверь была открыта. Мы продолжаем погружать себя в мысли, думать о чём-то второстепенном. Делаем всё, что отнимет у нас чувство страха. — Господи… И это оказывается не так просто.

***

Осторожно, стараясь не наступать на капли крови на полу, Осаму зашёл в комнату и сел возле тела, уже догадываясь, как это воспримут остальные парни, топот которых отчётливо был слышен за пределами комнаты. Все остановились и начали недоумённо бросать взгляд в центр комнаты. Однако никто ничего не говорит, все только смотрят на труп пустыми глазами. Прозвучавшее под ухом объявление о классном суде даёт понять, что всё взаправду: тот, с кем они пару часов назад вместе изучали территорию, лежит прямо перед ними с перерезанным горлом.

Иваизуми Хаджиме. 18 лет. 179,3 см — 70,2 кг. Абсолютный фотограф. Статус: мёртв.

Какое-то мгновение они молча стоят, глядя друг на друга с недопониманием. Все боятся проворонить хоть слово. Кто-то действительно решился на такой отчаянный шаг, как убить человека. — Боже, вы же не хотите сказать… — Какого чёрта? — Прекратите этот гул, — Осаму кивает в сторону Ринтаро, и тот садится напротив трупа, — мы уже ничего не можем с этим поделать. Нам стоит начать расследование — так мы быстрее найдём виновного. — Ты хочешь сказать, что на полном серьёзе готов заниматься этим? — Ойкава переходит на крик, переводя взгляд с Осаму на Хаджиме. — А ты можешь предложить что-то другое? — боже, в голове у Куроо, но он решает обойтись без лишних комментариев, лишь прислоняя руку к подбородку и обращаясь к Ойкаве, — Мы ведь не можем оставить это всё проигнорированным. Разве ты не хочешь найти его убийцу? — он делает небольшую паузу, — Вот и я сомневаюсь, что ответ отрицательный. Мы все хотим. Дрожь постепенно покидает тело Тоору. Он едва ли собирается что-то предпринять, как его взгляд меняется, и он спрашивает: — Вы, двое, почему вас в общежитие не было? Вообще-то, по плану — чудесному плану Дайшо, который дал причину для Тетсуро ещё раз постебать его, мол «Да ты явно будешь первым убийцей», — никто не должен был покидать общежитие. Все хотели избежать каких-либо происшествий в позднее время, хотя Куроо и Бокуто, видимо, это ни капли не волновало. Безусловно, они планировали продолжить свои вечерние посиделки. Но не сейчас. — Это ваших рук дело. — Никак нет, — Суна прекрасно понимает, что они с Осаму являются главными подозреваемыми на данный момент, но в таком случае разрешать что-то спорами — не лучший вариант; необходимо было оставаться в здравом уме, — самим бы хотелось знать, кто это устроил. Он делает небольшую паузу и добавляет: — У нас была причина покинуть общежитие. Но сейчас не до обсуждения наших алиби, правда. Ойкава ненадолго задумывается и вновь собирается обратится к Ринтаро, но его перебивает Акааши: — Судя по всему, классного суда нам не избежать. Стоит приложить все усилия для поиска убийцы. Вы же помните правила? «Если на голосовании большинство выберет правильного человека, то тогда казнён будет только он. Но если вы ошибётесь, тогда мы казним всех, кроме самого убийцы.» — Точно.

***

Удивительно, но самым главным подозреваемым доверили обследовать труп. Что-что, а Суна, будучи патологоанатомом, точно в этом разберётся. Что можно сказать об Осаму, так то, что он не был тем типом людей, которые стремятся обзавестись новыми знакомыми, так что полноценных диалогов ни у кого с ним не было, но сейчас же можно заметить, что он более менее сработался с Ринтаро, поэтому он помогал ему исследовать тело. Остальные принялись рассматривать кабинет изнутри; кто-то обследовал территорию снаружи, в надежде здесь тоже найти какие-то зацепки. Самым интересным оказалось то, что никто не смог найти ничего, что могло бы быть орудием убийства: виновник постарался на славу. Правда, уборку в комнате он решил оставить на других. Очевидно, Иваизуми погиб от резкой потери крови, которая не доходит до мозга при перерезании артерии. В таком случае мозг очень быстро отключается без «подпитки». Кровь же на теле и вокруг была свежей, что говорит о том, что убийство было совершено буквально несколько минут назад, особенно если учитывать крик, после которого все и собрались. И всё же, вопросов остаётся много; расследование не окончено. Осаму прошарил карманы Хаджиме и нашёл в одном из них клочок бумаги. Раскрыв его он понял, что это записка, которая была адресована Хаджиме. — Будь добр, прочитай, — просит Суна, рассматривая тело дальше. «Иваизуми, ты, конечно, не поверишь, но я нашел кое-что! Не ори прежде времени, что кидаю тебе записки под дверь. И, всё же, в 21:50 в том кабинете, где мы нашли справочники. (Дверь открыта, я попросил Суну!) Ойкава.» Что вводит в ступор, ведь звать человека за десять минут до ночного времени, также настораживает, как и внезапное появление Осаму и Ринтаро на улице примерно в этот же период. Буквально пару минут назад Ойкава с недоверием смотрел в лица этих парней, но теперь же всё обернулось совершенно иначе. — Ойкава, — Осаму спокойно протягивает записку парню, — объяснишь? Парень начал вчитываться в текст, меняя эмоции после прочтения каждой строчки. — Это ещё что? — Нашёл у Хаджиме в кармане. — Можете мне не верить, — Ойкава отдаёт записку обратно, — но это не моих рук дело. Забавно видеть, что, теперь, когда всех троих в одинаковой мере можно подозревать в преступлении, между собой они начинают общаться совершенно спокойно, без малейших на то сомнений, словно они никак не причастны к этому. Хотя, кто их знает? — И, всё же, тут я поверю, — Суна поднимает голову, — никакого ключа я тебе не давал. Он всегда был при мне. — Я не про это, но спасибо, — Тоору хмурится, — я просто никогда не звал его Иваизуми. — Ох, допустим. Трудно было разглядеть что-то изнутри, пока покрытая пылью лампочка тускло освещала комнату. Каждый раз меняя направление, мимо дверей проходила другая половина парней — видимо, ни одной улики ещё не было найдено. Ойкава продолжает стоять внутри комнаты со скрещенными на груди руками, но не выходит, чтобы помочь, а молча пялится на патологоанатома. Суна это подмечает и резко поднимается, и Тоору инстинктивно делает шаг назад. Ринтаро косо на него смотрит, а затем переводит взгляд на пол. — Больше смысла рассматривать его тело нет, — он кивает головой в сторону кровавых следов, — а вот их есть. — Убийца был явно не из внимательных, даже следы не удосужился скрыть. Тендо пробегается глазами вдоль всех углов комнаты. — Признаться честно, траектория у него была необычная. Это правда. Следы вели в разные углы и резко обрывались, какие-то были спиралевидными, а другие вовсе размазаны. Понять, что конкретно произошло в этой комнате, сложно. — Следы от подошвы одной и той же обуви, — говорит Суна и принимается снимать обувь с Иваизуми. Он ставит кроссовок в одну из луж крови, а затем делает им пару отпечатков на сухих местах — но это сделал не он. Его следы отличаются. — Значит путешествие тут устроил всё же убийца. — Есть догадки, что использовалось в качестве оружия? — Акааши заходит в комнату, — На улице ничего так и не нашли. Но никто не успел вставить и слова, как в обсуждение вступает Дайшо, рядом с которым стоит уставший Кугури, по измученному виду которого можно сказать, что до всех этих похождений он успел увидеть не меньше десяти снов: — Не помню, чтобы мы натыкались на нечто подобное. Возможно, мы всё же упустили что-то из виду, когда были на складе. — Нужно отправить туда людей, — советует Гошики, потирая глаза, — и желательно несколько, дабы обойтись без ещё одного происшествия. Дайшо бегло осмотрел всех присутствующих, и остановил свой взгляд на двух парнях. — Кугури и Кенма, — кратко кивнул он, — мы направляемся в сторону склада, может, нам повезет, и на этот раз там будут какие-нибудь зацепки. — Тогда, я рассмотрю другие места на улице, — Сакуса оглядывает комнату и выходит вслед за парнями. Все провожают взглядом студентов и возвращаются к обсуждению, которое, между прочим, оборвал Акааши, и на данный момент, этот виновник торжества выполняет бóльшую часть работы на месте преступления. — Что если у Хаджиме было с собой что-то, чем его и убили? — интересуется Тетсуро. — Ты думаешь это возможно? — облокотившись на стол, на котором когда-то лежала коробка с планшетами, Тендо продолжает, — Ни каких опасных для жизни предметов быта я не помню. Разве что… — Необходимо обследовать его комнату. Тендо хватает за руку Гошики; Тсутому хлопает глазами, но когда оказывается за пределами комнаты начинает чуть ли не в ухо орать парню: «У тебя точно всё хорошо с головой?», и пытается вытянуть свою руку из крепкой хватки Тендо, но Сатори лишь делает довольное лицо и зовёт Яку. В ответ ему неодобрительно цокают, но в итоге Мориске идёт за ним. — Оставляю комнату на вас, — да все-все, он отпускает руку Гошики, и они скрываются за поворотом. Все возвращаются к дискуссии. Бокуто предлагает всем сравнить подошву, но Акааши отказывается от этой идеи, мол, обувь точно от кроссовок, а их носят почти все студенты, причем одинаковые модели, так что особо сузить круг поисков не выйдет. Котаро дуется, что его идеи снова не одобряют, на что Кейджи, несомненно, становится неловко, и он извиняется, а пока эта семейная ссора набирает обороты, Коноха бросает недоумённый взгляд в сторону пустого шкафа, возле которого больше всего следов, и хмыкает. — Следы в подобном месте очень подозрительны, —замечает он, — это может что-то значить. — Может, обычное совпадение, — выдаёт Ямагучи. — убийца мог запаниковать и оставить следы буквально по всей комнате. Акааши подходит к шкафу и предлагает парням отодвинуть его. — Дай мне, — Коноха встаёт рядом, а затем он сдвигает шкаф в другой угол. На удивление, он оказался легче, чем думал Акинори. И за ним оказывается потайная дверь. Вероятно, она скрывалась за обоями, и кто-то до них успел ей воспользоваться не один раз, так как куски бумаги были беспощадно сорваны. Боже, какое невежество. — Ладно, твоя взяла, — вздыхает Ямагучи и начинает рассматривать дверь. Акинори бросает взгляд на ручку и нажимает на неё. Дверь быстро поддаётся, а это, знаете ли, редкое явление в Академии. Парень толкает её, и по всей комнате раздаётся противный скрипучий звук. Стоило сделать шаг, и перед взором ребят открывается длинный коридор. Вот так неожиданность, кто же знал, что за столь непримечательной мебелью, как шкаф, может скрываться секретный проход. — Ебать, такими темпами мы и пляж здесь сможем найти, — Куроо коротко смеется, склоняя голову набок, — хотя, я бы не отказался. — Он правда тут есть? — изумленно таращится Бокуто. — Нет, Бокуто-сан, не воспринимайте шутки Куроо всерьёз, — говорит Акааши, всем своим видом показывая, что шутить он не намерен. — А кто сказал, что я шуч- — Куроо, замолкни, — Коноха даёт тому подзатыльник и первый проходит в коридор, — нам и шуток Тендо хватает. Едва ли Акинори заходит в коридор, как тут же наклоняется и берёт что-то в руки. Повернувшись, он начинает махать парням с неизвестной ему книгой в руке. — Может, кто почитать хочет? — Ха-ха, как смешно, — Куроо выхватывает книгу из рук и продолжает, — тебе далеко до нас с Тендо. Книга была в довольно-таки хорошем состоянии, словно только с магазинной полки. Она уже лежала открытой на одном из разворотов, и, пробежавшись по ней глазами, Тетсуро обнаружил нелепые попытки написать какое-то послание. — А, а, и. — Это новый уровень шуток? Я что-то пропустил за одну минуту? — Нет, Коноха, мой дорогой, здесь написано «А, а, и», — он разворачивает книгу к Акинори и даёт тому удостовериться в правдивости его слов. — Очевидно, что Иваизуми-сан или убийца держали эту книгу при себе, — Ямагучи хмурится, — только почему она здесь? Ойкава встревает в разговор: — Ответ на это, также говорит о том, как убийца сюда попал. — Ты о чём? — Вот об этом, — Суна достаёт ключ из кармана, — доступ к комнате был только у меня. Никто из студентов не просил меня одолжить их, так что у виновного должен был быть какой-то другой способ попасть сюда. Бьюсь об заклад, этот коридор ведёт куда-то в Академию. — Разве это не указывает на то, что убийцей был ты? — напоминает Ойкава. — Очевидно, если бы я был, то не приходил бы сюда первым. Я бы отнёсся к этому более аккуратнее, знаешь ли. — Да понял, понял я, — простонал рядом стоящий и закатил глаза к потолку, — давайте проверим, куда ведёт этот коридор. — Будет лучше, если половина останется в комнате. — Тогда мы и останемся, — кладет руки на пояс Бокуто и встаёт возле троих парней; Осаму и Ямагучи кивают головой в знак согласия, пока Ойкава стоит с открытым ртом. Четверо других парней покидают помещение, до того как он успел что-либо сказать. Коридор был примерно в рост студентам, так что наклоняться никому не приходилось. По всему периметру был разложен серый кафель, так что создавалось чувство, словно этот путь ведёт в лабораторию. Было бы странно, если бы это оказалось правдой. Не хватало ещё наткнутся на клетки с мутантами. В итоге парни дошли до другой двери в конце коридора, для открытия которой пришлось немного приложить физическую силу, а затем, перешагнув порог, они оказались в библиотеке. Возле двери был шкаф, который, судя по всему, и мешал открыть дверь, отчего был немного сдвинут — на нёём даже имелась небольшая царапина. Видимо, шкаф не раз сдвигали. — И, всё же, я ждал выход на пляж, — хнычет Куроо и поворачивается к Конохе. — Можешь устроить его тут, я посмотрю, — ухмыляется Акинори. — Я знал, что у тебя есть на меня плохие намерения. — Конечно есть, — говорит Акинори, а затем приподнимает бровь, — даже не сомневайся. Коноха собирается возвращаться обратно, как Куроо, еле сдерживая смех, предлагает ему пойти через главный вход, чтобы застать врасплох оставшихся на месте преступления парней. Парни покидают кабинет, и в нём моментально нависает тишина. — Неужели, — с облегчением вздыхает Суна. Акааши проходит вдоль других шкафов и замечает на полу что-то мелкое. Это нечто приятно поблёскивало от света лампочек в библиотеке, и, всё же, было сложно заметить его без вооружённого глаза. Подняв предмет и покрутив его в руках, парень убедился, что нашёл весьма занятную вещь. В руках Кейджи было небольшое лезвие — скорее всего от разобранной бритвы, — на котором были засохшие капли крови. Это свидетельствовало о том, что лежит оно тут давно. — Тут и думать не надо, — выдаёт Акааши, — это и было орудие убийства. — Скорее всего, убийца торопился и не заметил, как выронил его, пока выбегал из коридора. — Тогда, — Акааши делает небольшую паузу, — осталось лишь сделать одну вещь. Суна кивает в ответ; он явно понимает, о чём идет речь. — Необходимо изучить комнаты каждого, не только Иваизуми.

***

Троице пришлось перевернуть комнату Хаджиме вверх дном, дабы в тысячный раз убедиться, что в помещении ничего не пропало, а при себе он лишь держал записку от убийцы. Внезапно послышался стук в дверь. Ребята синхронно повернули головы на источник звука, встречая незваного гостя. — Вы закончили? — спрашивает Акааши, входя в комнату и взглядом исследуя обстановку. — Давно уже, — раздается с дальнего угла комнаты. Сгорбившись, Гошики расселся на кровати и держался руками за голову, пока рядом сидящий Тендо сидел в конвульсиях после им же рассказанной шутки, — а что? — Мы хотели изучить комнаты каждого, внезапно в номер наваливается Суна. Тсутому немного теряется, но решается уточнить:  — Это что-то по поводу убийства? — Нет, — говорит Сатори, — просто хотят в гости сходить. — Да, — бросил Акааши, — нужно удостовериться в кое-чём. Вы не против? В спальне нависает тишина, но её тут же прерывает Яку, который всё это время чиллил в ванной: — Разумеется. Только поторопитесь, — он показывает на настенные часы, — с минуты на минуту начнётся классный суд, — Яку подходит к парням, разворачивает их и толкает вперёд, поэтому Суна и Акааши быстро расходятся по комнатам, которые они распределили между собой ещё в тот момент, когда направлялись в общежитие. — Яку, ты теперь всегда будешь зависать в чужих ванных? — Господи, Тендо, ты когда начнёшь думать, перед тем как говорить? — закатывает глаза Гошики и хлопает Сатори по спине, — Удачи, — он улыбчиво покидает комнату, а в качестве фоновой музыки, как сопровождения персонажей в боевиках, ему включили оры Яку о том, какой Тендо наимилейший человек на всём свете. * Казалось, словно Акааши и Суна имеют особую связь — иначе никак не объяснить тот факт, что они без объяснений, буквально с полу слова поняли, что необходимо найти в номере. Времени объяснять кому-либо не было, поэтому обследование всего общежития пришлось взять им двоим, но их это ни капли не смущало: они знают, за чем пришли. А время уже перевалило за полночь. Все были уставшие, кто-то даже засыпал на ходу. Бокуто и Куроо взяли на себя роль «мамочек», успев подколоть Яку, что забрали его работу, но у того уже не было сил злиться, так что он просто махнул на них рукой и сел на ближайшую скамейку, дожидаясь объявления о сборе на классный суд. Да, неоспоримый факт: сейчас нужно было по максимуму изучить территорию, ведь даже маленькое пятно на стене могло стать главной уликой в непростом деле. Но мало кому хотелось снова проходить все круги ада, особенно, учитывая то, что территория уже давно была изучена вдоль и поперёк, так что единственными, кто действительно был погружен с головой в расследование по сей момент были Суна и Акааши, которые, кстати, всё ещё находились в общежитии, и также Ойкава с Кугури, до сих пор рассматривающие потайной коридор. — Не время дрыхнуть, поднимай свою задницу. — Ало, Куроо, ты чё толкаешься, — сидит ошарашенный Бокуто, но в эту же секунду поворачивается в другую сторону, — Акааши, — начал громко вопить он выходящему из общежития парню, — неужели! — Бокуто-сан, не орите посреди ночи, итак все недомогают. — Ещё одна мамочка нашлась, — Куроо встаёт со скамьи и смотрит по сторонам. И вновь студенты собрались вместе, но на этот раз на улице, неподалёку от места преступления. Оставалось только дожидаться начала другой доводящей до изнеможения хрени — классного суда. Но долго ждать не пришлось. — Итак, время расследования окончено. Просьба пройти всем к фиолетовой двери в конце коридора Академии, — слышалось через колонки, висящие на столбах рядом. Парни, тяжко вздохнув, переглянулись, а затем все зашли в Академию. Дойдя до необходимой двери, та быстро поддалась нажатию и перед ними открылось небольшое помещение, а в нём — лифт. Он был открыт: оставалось только зайти в него, что студенты и сделали. Кто бы мог подумать, что кто-то решится нарушить обещание и совершит преступление, из-за чего им всем прямо сейчас придётся столкнуться с классным судом. Никто не разговаривал — все были настроены серьёзно. Одна ошибка — и погибнут все. Нужно быть предельно осторожными и внимательными, делая выводы об убийце. Наконец, лифт остановился, и перед ними открылся вид на комнату, напоминающую настоящий зал суда. Для каждого студента было предназначено своё место в круге; среди шестнадцати свободных мест возле одного висела фотография Иваизуми, поверх которой чётко виднелся крест особого цвета, который напоминал настоящую человеческую кровь (к сожалению, розовая вышла из моды). — А вот и вы, — на стене висел монитор, на котором появился уже знакомый силуэт, — я до-о-олго вас ждал, — раздражающее протянул тот. — Ничего, любимый, больше ты не один, — наигранно улыбнулся Дайшо. Куроо собирается дать ему подзатыльник, мол, это я должен был сказать, но его останавливает Кенма: — Прекрати уже. — Прости, моя хорошая. Козуме закатывает глаза и тяжело вздыхает. Парни окидывают взглядом помещение, и всё же проходят на свои места в центре комнаты. «Неужели, такова наша реальность?» — проносится в голове. — Сейчас я обязан вам вновь рассказать правила, — продолжает силуэт, — на следующих судах, уверен, это уже будет неактуально, ведь вы поймёте всю суть сейчас. Итак, повторюсь: вашей задачей будет, используя все найденные вами улики, найти убийцу. Я вас никуда не тороплю — время не ограничено. Стоит отметить, что все выводы вы обязаны делать самостоятельно, то есть, просить какую-либо помощь у меня запрещено. По итогу классного суда будет проводиться голосование, прошу обратить внимание на электронное табло перед вами, — парни склонили головы вниз, — во время голосования у вас будет возможность выбрать любого из студентов, как запятнанного. Если же вы хорошо справились с расследованием, то безусловно сможете выследить убийцу, и затем его будет ждать казнь, — он делает небольшую паузу, — но учтите, если большинство голос будет отдано за невиновного человека, то тогда казнены будете вы все, кроме преступника. Желаю всем удачи! Монитор гаснет, но тут же в динамиках раздаётся голос: — Не переживайте, я буду вас слушать. В помещении вновь становится тихо, что неудивительно, ведь мало кто знает, с чего стоит начать суд. Потому что это, мать его, суд. Добро пожаловать в Академию Фукуродани. — Блять. — Пиздец. — Прекрасное начало. Куроо опирается руками на стойку и отвечает: — Лучше и не бывает, — хмурится Тетсуро, — так с чего начнём обсуждение? Просто так я стоять здесь не намерен. — Стоит обсудить сам труп Иваизуми. Насколько бы некомфортно вам не было, — Кугури оглядывает всех, — без этого нам дальше не продвинуться. — Думаю, нужно кратко изъяснить его причину смерти, — в дискуссию вступает Суна. Он смотрит по сторонам, и, убедившись, что все его слушают, говорит: — Будучи патологоанатомом, мне было поручено изучить его тело, — Ринтаро скрещивает руки на груди, — его мозг перестал функционировать, так как к нему перестала поступать кровь. Думаю, сцену преступления вы видели, и говорить о том, что он потерял много крови — нет смысла. — На нём были какие-то другие повреждения, помимо глубокого пореза на шее? — Совсем нет. Очевидно, убийца напал на него и сразу же убил, перерезав горло. — Тогда, — Дайшо задумчиво кладёт руку к подбородку, — вам не кажется странным местоположения тела? Студенты вопросительно смотрят на Сугуру. Тот закатывает глаза и продолжает: — Вы разве не заметили, что труп был совсем в другом месте? Если бы на него напали сразу же, как Хаджиме зашёл, то и упал бы он перед дверью. — Очевидно, драки в комнате не было, — Ойкава делает паузу, — его застали врасплох. — Вы не думали над тем, что убийца просто перетащил тело? — А в этом разве был смысл? — Всё равно это невозможно. Следы, а точнее их отсутствие, говорит об обратном, — Акааши приподнимает бровь, — Хаджиме убили, когда он стоял возле потайного коридора, после чего он упал, и его тело больше никто не трогал до нашего расследования. Причём, убийца ещё и ходил кругами в комнате после преступления. — Это звучит вполне логично, — Кенма присоединяется, — таким образом, он не хотел, чтобы мы нашли коридор. Куроо ухмыляется. — Но мы это сделали, ведь мы лучшие. — В точку, — соглашается Бокуто и медленно кивает, пока все остальные пристально смотрят на них; им не до шуток. — Бесспорно, убийца вошёл в комнату, а затем покинул её, используя только коридор, поэтому она осталась закрытой изнутри, — добавляет Яку. — Тогда он должен был придти в неё раньше Иваизуми. Коноха делает своё предположение, но все вопросительно на него смотрят, так и напрашиваясь на ответ. — Ну, он же должен был открыть комнату, чтобы Хаджиме вошёл в неё без ключа, который, кстати, — он кашляет, — был у Суны. — Возможно, убийца не стал закрывать коридор, отчего Иваизуми подошёл к нему, войдя в помещение, а после был убит. Это имело смысл, так как тело Иваизуми действительно лежало напротив потайной двери. Парень узнал об ещё одной тайне Академии — скрытой двери, правда, долго он не продержался. Только не говорите, что так будет со всеми. — Всё бы ничего, — в обсуждение вступает Ямагучи, — но как убийца смог задвинуть шкаф, если он использовал коридор для побега? — Господи, что только вам в голову не придёт, — Тендо закатывает глаза, — ну телепатией сдвинул, что непонятного? — Захлопни пасть. — Закончите свои семейные разборки потом, — слышал, Яку, мы с тобой теперь семья, — думаю, ответ проще, чем вы думаете: шкаф был не плотно прижат к стене, так что убийца, полагаю, прикрыл дверь, а затем пододвинул шкаф. Ойкава бросает взгляд на студентов и начинает осматривать каждого, пристально щуря глаза, но остановившись на Акинори, он продолжает: — Ты ведь тогда двигал шкаф? Насколько он был лёгким? — Достаточно, чтобы его мог спокойно сдвинуть кто угодно, даже слабый телом, — кивает Коноха. — Вот и я о чём, — Тоору скрещивает руки на груди, слегка подняв голову наверх; выглядит так, словно гордится своими рассуждениями, — думаю, вопрос исчерпан. Вокруг все с облегчением вздыхают, но спокойствие тут же улетучивается, когда все понимают, что они только начали суд, а значит все трудности ещё впереди. — Давайте обсудим книгу. — У нас здесь литературный клуб? — ухмыляется Тендо и толкает Яку локтем в бок, — Ну, помнишь, я рассказывал, как все литературные клубы заканчивают. Особенно в Доки До- — Ту, что лежала в коридоре? — Осаму смотрит прямо на Яку, который пытается игнорировать возгласы Тендо, что у него выходит успешно, и тот быстро затыкается. — Да, именно. — А что с ней не так? — спрашивает Бокуто, метая взглядом в разные стороны. — Помимо того, что она лежала в закрытом коридоре, в ней также были пометки ручкой, — Акааши повторяет, — если не ошибаюсь, то Куроо прочитал «А, а, и». К счастью, Куроо догадался взять с собой книгу, так что он протянул её Кейджи, и тот начал вчитываться в текст. Помимо трёх букв, между ними были небольшие пробелы, в которых можно было увидеть попытки написать подобие букв, но, видимо, нашего горе-писателя подвели чернила в ручке. — С чего бы кому-то писать алфавит, — недовольно цокает языком Тендо, — так ещё и в неправильно порядке. — Думаю, кто-то пытался оставить послание, — с уверенностью произносит Акааши, но тут же хмурится, засомневавшись в собственных догадках, — но мне всё же нужны ваши предположения, что же это могло бы значить. Куроо слегка наклоняет голову на бок и смотрит на Сугуру, в изумление приподнимая бровь. — Абсолютный азартный игрок. Всё с тобой ясно, Дайшо. — Не совсем, — сразу опровергает Акааши, — основываясь на оставленных следах, которые, к сожалению, сложно распознать, букв здесь гораздо меньше, но и на аббревиатуру это не похоже. Дайшо показывает язык, подобным жестом раздражая Тетсуро, на что тот лишь беззаботно пожимает плечами, мол: «Ну, прости, что захотел сделать тебя виноватым. Думаю, ты не обидишься». — Так просто расшифровать у нас не выйдет, — вздыхает Яку, — мы даже не имеем понятия, кто это написал. Факт того, что это рук убийцы, далёк от истины. Нельзя основываться только на том, что книга оказалась в коридоре. — Если мы обдумаем ситуацию так, словно надписи сделал Иваизуми, то с чего бы книге лежать в коридоре? — Должно быть, Хаджиме в какой-то момент был там тоже, — предлагает Кенма. — Что больше похоже на правду, — Кугури зачесывает волосы назад, лениво разглядывая Козуме, — это, заодно, может быть причиной того, почему тело находится возле двери. Во-первых, они обсуждают местоположение тела уже сотый раз, что заставляет кипеть мозги, потому что всем приходиться переделывать предполагаемый план убийства снова и снова, иначе придётся заново начинать суд, а, возможно, и расследование, что уж точно даст в голове сбой. Во-вторых, это никого не устраивает, и расследование заходит в тупик. — Ну? Ваши идеи? Все устремляют свой взгляд на Куроо пару секунд, а потом хмурятся. Здесь что-то не сходится, видимо, они упустили какую-то деталь. — Совсем никаких предложений? — с сожалением вздыхая, уточняет он. — Могу с уверенностью доложить, что убийцей является Кенма или Коноха, — бойко заявляет Тендо, на что получает скептический взгляд от Тетсуро. А вот Акинори и Козуме продолжают ленно рассматривать парня. — А они как к этому причастны? — интересуется он. — Они входили в твою группу, — тут же цепляется Дайшо, словно, он давно этого ждал, — а тем, кто с тобой хоть как-то сблизился, доверять опасно. Куроо цыкает себе под нос, а Тендо с уважением смотрит на Сугуро, и говорит: — Ладно, проехали. Гошики с сомнением наблюдает за парнями, судорожно подыскивая, что ответить. Его тело охватило волнение и паника, в то время как разум оставался ясным, как день. И на том спасибо. — Вы не думали над тем, что Иваизуми не использовал главный вход, а проник в кабинет через потайной коридор? — С чего такие выводы? — спрашивает Дайшо, и Кугури выглядит так, будто не знает, как ответить. — Разве это не очевидно? — резко выдаёт Тендо. Так, а ты давай не поддакивай. — Очевидно что? — Ну ты комнату вообще изучал? Сугуру недовольно косится на него. — Да. — Тогда должен понимать о чём я. — Не понимаю. — Так пойми, — почти раздраженно отвечает Сатори. — Вау, ты такой находчивый. Тендо показывает ему средний палец. — Я хотел сказать, — индифферентно продолжает Кугури, — что и место, где упало тело, и следы крови, и книга, — в комнате не было ни единого объекта, который был рядом с главной дверью. Если подумать, то теория о том, что никто из них не пользовался главным входом, не такая уж и глупая. — Ебать, то есть возможен шанс, что они ещё и паровозиком ходили? — Тендо вздёргивает брови. — Это имеет место быть. Куроо с сомнением цыкает: — И каким образом тогда всё обошлось? То есть, предположим, они оба знали о тайнике, тогда им, в любом случае, необходимо было придти в библиотеку, но разве кто-то из нас сможет это доказать? Осаму и Суна переглядываются и кивают друг другу. В голове всплывает их диалог за пару минут до убийства: они слышали, как кто-то вошёл в Академию через главный вход. — Да, мы можем. — Ох, точно, вы же у нас любители ночных свиданий, — Ойкава сверлит взглядом парней и повторяет, — не забывайте, что вы всё ещё подозреваемые. — В принципе, как и все здесь присутствующие, не так ли? Ойкава прикусил язык. — Я продолжу, — спрашивает Суна, и ему кивают в ответ, — когда мы были на улице, буквально за пару минут до убийства кто-то из наших зашёл в Академию с главного входа. Тяжело сказать, кто это — тьма мешала. Следом за этим, последовал крик, — он делает напрягающую паузу, — наверняка, кто-то слышал. — Похоже, только я слышал, — резко выдаёт Кенма и ловит на себе недоуменные взгляды, — я спускался со второго этажа, — к сведению, общежитие было из двух этажей: по восемь комнат на этаж, — меня попросили набрать воды из кулера, который стоит возле входных дверей общежития. Конечно, я услышал крик, но он мне показался отдаленным. — Буквально сразу после крика мы все и собрались, — поправляет его Куроо. — Значит, убийца даже место преступления покинул моментально? — Ямагучи вопросительно изогнул бровь, — В промежуток между криком и вашим приходом. — Его бы сразу заметили, — отвечает Сакуса. Что логично: идя в общежитие из Академии, убийца попался бы очень быстро, ведь их разделяет лишь одна тропинка. — Мало того, что мы так и не поняли, как конкретно они оба туда попали, мы уже спешим перейти ко второму этапу: как убийца вышел. Тендо подносит руки к голове и изображает взрыв. По-другому это не объяснить — здесь реально мозг взрывается от всей информации, которую парни не только нашли за пару часов, но и обсуждают уже какое время. Конечно, все ждут конца классного суда, но и в это же время, никто не хочет казни. — Хорошо, давайте пока остановимся на том, как они проникли туда, — говорит Яку и ставит руки на стойку. — Вы уверены, что открывали только главный вход в Академию? — Акааши поворачивается к Осаму и Суне, а затем хмурится, — если вы были на улице достаточное время, тогда и Иваизуми, и его убийца проникли в комнату, используя только потайной коридор. Тут иначе никак, ведь до этого мы все вместе ушли в общежитие. Суна собирается ответить, но его прерывает Осаму: — Как только мы все зашли в общежитие, мы с ним решили проверить одну вещь, — он поворачивается к Ринтаро, а тот продолжает его речь. — Мы смотрели территорию за общежитием, если конкретнее, то узнавали: можно ли выйти из своей комнаты через окно как первого, так и второго этажа, — Суна делает небольшой вздох, и, не желая того, продолжает, — возвращаясь обратно, мы проходили мимо той самой двери, но увидели силуэт, заходящий в Академию, а после же услышали крик. — Значит, Хаджиме и виновник покинули Академию во время вашего прибытия на улице, — уточняет Коноха. — Несомненно. — И оба воспользовались тайным проходом. — Верно. — Если же основываться на том, что пометки в книге были сделаны Иваизуми, то тогда он вошёл в кабинет последний. На миг в зале все затихают, а затем Дайшо громко щёлкает пальцами и добавляет: — Чёрт, а ведь это логично. — Тогда, будет лучше, если мы выдвинем такую версию: Иваизуми до всего этого уже знал о существовании тайника, поэтому он, получив записку, пришёл в библиотеку, взял книгу и канцелярию с рабочего стола, на случай необходимости, а затем, пройдя через коридор, он увидел убийцу внутри комнаты, начал делать пометки, но из-за закончившихся чернил у него это не вышло, — Тендо хихикает над последней фразой и получает от Яку, — и он вышел в кабинет, чтобы уточнить у того самого человека, мол, что за штучки с записками, но оказывается убитым. — Грех не предположить, что в книге Иваизуми пытался написать имя убийцы. Акааши вновь открывает книгу и начинает смотреть пометки в ней. — Если придерживаться этой идеи, то виновник тот, у которого в имени и фамилии есть две буквы «а» и одна «и». — Тогда круг очень сужается, — Дайшо обводит всех взглядом и перечисляет, — Сакуса, Коноха, Ямагучи и ты, Акааши. — Выходит, что так. — Что же, выкладывайте свое алиби, — подал голос Гошики. — Сразу говорю, Акааши не может быть убийцей, — произносит Бокуто и скрещивает руки на груди, — мы с ним и с Куроо ждали Кенму в этот момент. — Да, так что с него убирайте свои подозрения, — заявляет Тетсуро. — Хорошо, допустим, но что насчёт вас троих? Дайшо обращается к другим трём подозреваемым. — Я никак к этому не причастен, — отмахивается Коноха, — я разговаривал с Ойкавой. Да, я ушёл потом к себе, но тут же к нам постучался Куроо, и мы все собрались. Я бы чисто физически не успел натворить дел. — Это так? — Тендо с сомнением смотрит на Тоору. — М-м-м, да, — отвечает тот, — с нами был Иваизуми, но он ушёл намного раньше. Кто знал, что всё так обойдётся. Если знали бы, тогда точно никто не покидал бы свою комнату. — Теперь только вы двое, — вновь обращается к парням Дайшо, но тем, видимо, совсем нечего ответить. Парни стоят с лицом «как же я устал» и смотрят друг на друга. Очевидно, оба были в своих комнатах, а доказать это ни у кого не выйдет, так что те тяжко вздыхают и Сакуса добавляет: — Если мы сейчас оба будем отнекиваться, никто нам всё равно не поверит. — Остаётся только юзать другие улики, — цокает Тендо. — Больше нет вариантов, — говорит Тадаши и пожимает плечами. Казалось, будто все возможные улики уже обсудили, но Акааши вновь вступает в дискуссию; внезапный проблеск надежды засветился в его глазах. — Вы ведь понимаете, что мы ни разу не обсуждали орудие убийства? И тут ко всем приходит осознание. Точно, оружие. — Разве кто-то нашёл его? — спрашивает Кенма. По нему видно, что он не совсем хочет что-то обсуждать, а уж тем более если это преступление, но осознание того, насколько сейчас всё серьёзно, и каждое предположение может сыграть неимоверную роль в конце классного суда, заставляет поднапрячь мозги и вникнуть в суть всего обсуждения. — Мы ходили на склад, но и там ничего, — добавляет Кугури. — И что нам делать? Не дождавшись конца фразы, Суна скрещивает руки на груди и смотрит на Акааши. — Мы отыскали кое-что. — Чего молчали-то, — кривится Ойкава. — А вы и не спрашивали, — Суна пожимает печами с таким спокойным выражением лица, что, кажется, он совсем позабыл, что сейчас они расследуют убийство их знакомого. Но он, безусловно, всё осознаёт, и продолжает оставаться в разуме — это радует глаз. Тоору же скрипит зубами. — Когда мы смотрели потайной коридор, который, как оказалось, ведёт в библиотеку, мы ненадолго остались в ней. Куроо и Коноха быстро ушли, я и Суна немного обследовали библиотеку, — Акааши ловит на себе несколько вопросительных взглядов и продолжает, — оказалось, не зря. — На полу лежало маленькое лезвие, а следы крови на нём указывали, что это, безусловно, орудие убийства. — Откуда в Академии лезв… — хмурится Тендо, но тут же к нему приходит осознание, — а-а-а, понял-понял. — Вот-вот. — Погодите, вы о чём? — Гошики переводит взгляд с одного парня на другого, мысленно прося тех объяснить, почему они вдруг заговорили загадками, и почему они их не хотят пояснить. Но буквально сразу же его гримаса меняется на «А, понял, больше не пристаю к вам», и он понимающе кивает. Гошики изучал комнату Иваизуми вместе с Яку и Тендо, и у парней не раз возникали сомнения по поводу бритвы, но так как набор у Иваизуми был целым, никто не стал на этом акцентировать особое внимание. Пожалуй, можно оставить эти мысли на потом, когда окажется, что никто не нашёл орудие убийства. И не зря, так всё и произошло. — Бритва, — щёлкает пальцами Коноха, — очевидно. — У каждого в номере есть набор, — начинает Акааши, — убийца разобрал одну и воспользовался лезвием, как оружием. — Вы поэтому смотрели каждый номер в общежитии? — спрашивает Яку, — Господи. — Почему лезвие-то оказалось в библиотеке? Убийца выронил его? — Тендо давится резким хохотом, пытаясь зажать себе рот рукой, — Соболезную. Серьёзно, так тупо. Это было про Тендо, если что. — Хорошо, даже если так. Но как убийца не попался на глаза Суне и Осаму? — резко переходит на другую тему Гошики и все затихают. Вопрос, между прочим, хороший. Убийца, несмотря на то что был неаккуратен и потерял лезвие, всё же был неплох в прятках. Использовать главную дверь Академии, как выход, и остаться незамеченным — это надо уметь. — А вот поэтому наше исследование было не зря, — говорит Осаму, он воспользовался окнами. Слыхали: нынче окна перешли на новый уровень. Они стали дверьми. — То есть, ты хочешь сказать, что он вышел из Академии через окно, обошёл всё общежитие сзади, пока вы приближались к двери, — Сакуса скептически смотрит на парня, — а затем залез в свою комнату и вышел вместе со всеми? — Да, всё верно. — Бедняжка, устал бегать, наверно, — Сатори кладёт руку на грудь, — и врагу такого не пожелаю. — Чисто теоретически, он и есть твой враг. — Спасибо, Яку, мой дорогой, не знал, — улыбается Тендо. Яку, конечно, чудеснейшая персона, и в этом никто не сомневается. Будучи «мамочкой» компании, все ему спокойно доверяют моменты, когда кого-то нужно угомонить. Да и слышать благодарность в ответ тоже приятно. Вот только не от этого красноволосого монстра. — Значит, он тупо убил Иваизуми бритвой? — интересуется Дайшо. — Лезвием от бритвы, — поправляет его Акааши, — но, получается, что так. — Хорошо. Тогда остаётся лишь выбрать между Сакусой и Тадаши? Парни вновь оборачиваются на единственных подозреваемых, но в этот раз оба, хоть немного, но и паникуют. Смысла отнекиваться действительно нет — нужны весомые аргументы, а их, к несчастью, не имеет ни тот, ни другой. Вместо этого они выбрали попасть под прицел тринадцати ненужных взглядов. — Но Сакуса мизофоб, разве он бы пошёл на такое? — интересуется Гошики. — Даже при этом, мы не можем утверждать обратное. Сакуса пожимает плечами. — Акааши, — выдаёт Бокуто, — ну вы же с Суной изучали общежитие, должны были найти что-то. — И мы нашли. Суна резко отвечает и смотрит на Сакусу и Ямагучи. Те вроде смотрят и с надеждой в глазах, а вроде и с презрением: мало ли, он сейчас скажет, что они оба виноваты, или вообще сам признается, что убийца. Но Ринтаро поступает совершенно иначе. Он лишь вздыхает и опускает голову. — Я уверен, убийца — Ямагучи.