ПОСЛЕ ПОЛУНОЧИ

       Как сделать так, чтобы весь университет гудел от слухов, что между мной и Блэквудом что-то есть?! «Всё просто! Могу! Умею! Практикую!»        Однако ни слухи, ни мои попытки как-то реабилитироваться так и не помогли исправить ту злосчастную двойку в журнале. К моему списку несчастий лишь прибавилось химическое отравление, так опрометчиво полученное во время моей неудачной пересдачи. Всё это, вкупе с приближающимся концом семестра, заставило меня всерьёз задуматься над словами Стефани. Именно её натиск побудил к весьма решительным действиям, вынудив пересмотреть некоторые свои взгляды в отношении мужчин, в частности, насчёт одного, будоражащего фантазию преподавателя… Хорошенько подумав, я поняла, что терять мне уже точно нечего!        Длинная трель звонка раздалась в прихожей, застав меня врасплох. Я уже битый час вертелась перед большим зеркалом у себя в спальне, подбирая наряд для похода на дополнительные элективные курсы по химии, на которые мы со Стеф записались.        Однако выбрать нужную вещицу оказалось задачкой не из лёгких. Я мерила одно платье за другим, но всё было не то. Синее платье с узором в крупную клетку меня полнило, в чёрном я выглядела слишком мрачно, красное платье с глубоким вырезом декольте навевало ощущение легкодоступности. Я критически осмотрела себя в зеркало и устало выдохнула. «Собираюсь, словно на свидание…»        Звонок в дверь спустил меня на землю, напомнив о времени. На часах было ровно четыре, начало занятий в шесть, а я всё ещё растрёпана и даже толком не одета.        В дверь снова позвонили и я, набросив лёгкий шелковый халат, побежала открывать. На пороге стоял курьер, молодой рыжеволосый паренёк, от силы лет восемнадцати. В руках он держал прямоугольную посылку в коробке, обмотанную клейкой лентой с символикой фирмы доставки — белый парящий орёл на синем фоне. Такая же эмблема украшала спереди и кепку молодого человека. Я расписалась в документе, после чего, наконец, получила в руки свою долгожданную вещицу.        Уже в спальне я принялась быстро распаковывать посылку, разрезав плотную ленту ножницами, извлекла на свет содержимое. И то, что я увидела, однозначно, было выше всяких похвал.        Костюм состоял из двух отдельных вещей: короткое ярко-красное бархатное платье с чёрной кружевной оторочкой и длинный кожаный плащ с воротником стойкой. К костюму отдельным аксессуаром даже прилагался чёрный парик, однако, он был явно лишним, природа и так наградила меня длинной шевелюрой тёмного цвета. А вот находка в виде острых накладных клыков и красных контактных линз в самом углу коробки, были весьма приятным бонусом.       «Ну как тут устоять перед такой красотой и не померить?»       Однако времени было и так в обрез, поэтому лишь убедившись, что в службе доставки ничего не перепутали и прислали платье именно моего размера, я сложила всю атрибутику в нижний ящик комода.        На спокойный нюдовый макияж и причёску у меня ушёл почти целый час. Красота требует не столько жертв, сколько уйму затраченного времени. Покопавшись в гардеробе, я всё-таки нашла подходящее зелёное платье с лёгким силуэтом ниже колена и облегчённо выдохнула. К счастью, не всё так безнадёжно, как мне казалось. Я стояла перед зеркалом, глядя на себя во весь рост и понимала, что не напрасно провозилась так долго — созданный образ получился очень даже милым.        Однако пришедшая спустя пятнадцать минут Стефани, моего восторга не оценила.       — Сара, ты куда собралась в таком виде, в монастырь? — произнесла подруга, придирчиво рассматривая меня со всех сторон.       — А что не так?! — выдохнула я, невольно сокрушаясь о, похоже, зря потраченном времени.       — Ну, на твоём месте, я бы надела что-то более открытое, — задумчиво проговорила девушка, усердно копошась в моём шкафу. — Иначе ходить нам с тобой на дополнительные до скончания века, а у меня были ещё и другие планы… — добавила она, уверенно выуживая из гардероба максимально короткое платье из чёрного кружева с глубоким декольте, которое едва ли можно было назвать приличным.       — Стеф, ты чего, меня же в таком просто туда не пустят, — вымученно простонала я, предвидя дальнейшее развитие событий.       — Кто хочет исправить оценку, ты или я?! — всё продолжала гнуть свою линию подруга, тряся платьем прямо перед моим носом. — Так что, надевай!        Под пристальным бескомпромиссным взглядом Стефани приличное зелёное платье вернулось на вешалку, в то время как его место заняло вызывающее чёрное.       — Чего-то не хватает… — протянула девушка, критически разглядывая меня, после чего хмыкнув, достала из своей сумочки красную помаду.       — Вот теперь у Блэквуда точно не будет никакого шанса… — торжественно объявила она, аккуратно обводя мои губы красным стиком.       — Шанса сбежать? — на всякий случай уточнила я, давя в себе ироничную улыбку. — Тогда мне придётся обойтись без высоких каблуков.       — Нет, Сара, высокие каблуки — тоже неотъемлемая часть образа, — тут же пресекла Стеф на корню все мои робкие возражения. — Без них точно никуда!       — Я ведь с тобой, и поэтому шанса на побег у твоего химика точно не будет, даже не сомневайся, — подытожив девушка, заговорщически мне подмигнула. — Операция по охмурению неприступного Блэквуда начинается!       «О, святые элементы! Где же я в этой жизни свернула не туда?!»

***

       Университет встретил нас тишиной. Мало, кто из учащихся засиживался здесь до вечера. Однако же мы были не из их числа, а вместе с нами ещё семь человек из параллельных групп.       — Я не буду снимать пальто! — твёрдо заявила я, стоило нам войти в учебную аудиторию. — Не думала, что тут будет ещё кто-то кроме нас…       — Сара, не дури! Всё пройдёт нормально, если ты отбросишь в сторону эти свои дурацкие, никому не нужные, комплексы, — продолжала тем временем упорствовать подруга, и мне пришлось уступить, явив общему взору свой более чем откровенный наряд. Идти на попятную всё равно было уже поздно…        Гордо прошествовав вдоль ряда, постукивая каблуками ботильонов по паркетному полу, мы заняли первую парту, прямо напротив стола химика.        Спустя пять минут Блэквуд появился из лаборантской. Поздоровавшись со всеми, он опустился за стол, невольно уперевшись в меня взглядом. Чуть округлившиеся ненадолго глаза преподавателя дали понять, что к такому его жизнь точно не готовила… Однако мужчина смог быстро взять себя в руки и уже буквально через секунду начал занятие.       — Не хочется забивать ваши головы информацией, которую вы завтра же забудете, — произнёс он, складывая руки домиком. — Поэтому спрашивайте, поговорим о том, что вас действительно интересует.       — Можно задавать любые вопросы? И вы на них ответите?       — Всё можно объяснить с точки зрения химии, Никсон, — тут же отозвался Блэквуд, отвечая на вопрос скептически настроенного паренька.       — А как же любовь? — подала голос стройная брюнетка с длинными тёмными волосами с дальней парты. — Ведь любовь — необъяснимое чувство.       — Любовь — это всего лишь биохимия, ничего более, — тут же парировал преподаватель. — Эстроген и тестостерон — основные типы гормонов, которые поддерживают чувство похоти и вожделения. Так что нет, Уокер, вы не правы.       — Но я имела в виду не похоть, — всё не унималась та. — А настоящую любовь.       — Вторая стадия — влечение. Фаза, когда человек действительно начинает чувствовать, так называемую любовь, — продолжил тем временем свои разъяснения Блэквуд, поднимаясь из-за преподавательского стола, теперь уже прохаживаясь вдоль первых парт. — И вот тут уже в дело вступают: адреналин, дофамин и серотонин.       — Вы удивитесь, Уокер, но разуму человека требуется в среднем до четырёх минут, чтобы определить испытываем ли мы влечение. Всё это биохимические процессы, не более, — подвёл он итог, подходя ближе и невольно задерживаясь взглядом на области моего декольте. 🎵Alexina — Silent Killer       «Сара, давай же, твой выход!»       Стараясь не упустить подходящий момент, я захлопала длинными ресницами, в то время как моя рука нащупала на столе карандаш. Я подняла его и медленно провела по ярким губам, игриво прикусив кончик.       «Мне показалось, или Блэквуд нервно сглотнул?»       Я не успела точно понять, потому как он, быстро развернувшись, направился в противоположную часть аудитории.       Теория Стефани подтвердилась и факта, что Блэквуд в первую очередь мужчина, никто не отменял. Теперь дело было за малым — остаться после электива, якобы под предлогом ещё одной пересдачи и соблазнить своего преподавателя химии. «О, Боги, что я творю?!» Если бы мне кто-то сказал об этом раньше, никогда в жизни не поверила.       Погруженная в свои мысли, я даже не заметила, как пролетели полтора часа и все стали расходиться.       — Ну, всё, дальше сама, — шепнула мне на ухо Стеф, быстро закидывая в сумку свои вещи.       — Мистер Блэквуд, я бы хотела остаться на пересдачу, — негромко произнесла я, вставая из-за парты и тем самым останавливая мужчину, который хотел уже было скрыться за дверью лаборантской, стоило всем покинуть аудиторию. Последней уходила Стеф, заговорщически мне подмигнув, подруга плотно закрыла за собой дверь, поспешно исчезая из поля зрения.       — О’Нил, вы уверены, что хотите этого именно сегодня? Вы точно готовы? — недоверчиво спросил химик, оборачиваясь и обводя мой стройный силуэт скептическим взором.       — Более чем! — ответила я, уверенно глядя ему в глаза.       — А вот я в этом не уверен… — тут же парировал Блэквуд, нехотя возвращаясь за свой стол.       — Хорошо, раз вы так решительно сегодня настроены… Напишите-ка на доске примеры межмолекулярных водородных связей и покончим с этим, — выдохнул он, нервно постукивая кончиками пальцев по столу и наблюдая за тем, как я модельной походкой медленно подхожу к доске, после чего развернувшись на каблуках, беру мел.       «Чёрт! Какие ещё водородные связи?! Откуда он только берёт такие вопросы?!»        Я стояла у доски, нервно кусая губы, и нерешительно теребя кусочек мела.       «Сара, на что ты готова пойти ради исправления оценки? Да и в оценке ли на самом деле дело?! Может быть, стоит копнуть поглубже… Давай начистоту, ты бы никогда не позволила уговорить себя на столь сомнительную авантюру, если бы сама этого не хотела. Настало время в этом признаться, хотя бы самой себе…»       Отступать было уже слишком поздно!        Коротко выдохнув, я собралась с духом и разжала пальцы, что удерживали мел.       — Боже, я такая неуклюжая… — ахнула я, начиная медленно нагибаться за упавшим кусочком, стоя к Блэквуду спиной. И спустя всего секунду отчётливо услышала, как мужчина позади меня рвано выдохнул. Ещё бы! Ведь сегодня я предпочла колготкам, свои лучшие кружевные чулки…       Схватив мел и так же медленно вернувшись в исходное положение, я бросила короткий взгляд через плечо и увидела, как преподаватель судорожно ослабляет узел на своём галстуке.       — О’Нил, думаю, на сегодня нам всё же лучше закончить… — подал, наконец, он голос, уткнувшись взглядом в журнал, сидя в неестественно напряжённой позе.       «Даже как-то обидно, ей-богу…»       Я повернулась, и уже было открыла рот, чтобы согласиться на его предложение, ибо наш учитель химии, кажется, ничем не прошибаемый терминатор, как внезапно ощутила, так не вовремя возникший, резкий приступ головокружения — остаточное явление после инцидента недельной давности.       Мои колени подогнулись, и я медленно начала оседать на пол, с явной целью хорошенько приложиться головой о твёрдый пол.       Так бы всё и произошло, если бы не молниеносная реакция Блэквуда, которому было уже не впервой ловить весьма шатких и припадочных девиц в свои крепкие объятия.        Я открыла глаза и увидела прямо перед собой его тёмный, полный желания и похоти взгляд, для которого были чужды барьеры и границы, который способен был проникнуть даже в самые дальние уголки черепной коробки, пробуждая и выуживая на свет все самые потаённые желания и порывы.        Его губы оказались совсем рядом и я, повинуясь сиюминутному зову, прильнула к ним, целуя, сладко покусывая и ощущая его сбивающееся дыхание на своей пылающей коже. Невидимый тумблер щёлкнул, отключая здравый рассудок. Блэквуд напористо ответил на мой поцелуй, властно сминая нежную мякоть, а его язык проник в мой рот, формируя внизу живота тугой, пульсирующий комок.        Я чувствовала, как руки преподавателя блуждают по моему телу, вырисовывая немыслимые узоры и крепко удерживая. После чего его ладони переместились на моей шее и ощутимо сжали её, так что я оказалась плотно прижата спиной к учебной доске и едва могла пошевелиться. Тугой комок желания лишь увеличивался с каждой новой секундой нашего безумства, заставляя меня прижиматься к нему всё сильнее, и срывая с моих губ рваные стоны.       — Нет… — неожиданно выдохнул Блэквуд, резко разрывая наш поцелуй, и из моего горла тут же вырвался разочарованный всхлип. — Вам действительно лучше уйти, О’Нил!       «Но как же так?!»        Мужчина быстро отстранился от меня и, развернувшись, покинул зал, скрываясь за дверью лаборантской. А я ещё долго не могла прийти в себя, хватая ртом воздух и прижимаясь спиной к доске, чтобы не упасть, потому как мои ноги предательски дрожали.