Я напишу тебя гризайлью

Не спеша поднимаясь на последний этаж, Дионису вспомнился случай, произошедший на середине недели. Он с друзьями в очередной раз совершал обход клубов, как обычно сопровождающийся крепкими напитками, легкими девушками и смехом. И в одном из заведений он снова встретил Ампела. Злой и раздраженный, подросток подбил друзей уехать в другое место. Так сильно злился он только однажды, да и то, отец быстро исправил свою оплошность. И у него были причины так вести себя. Ведь его учитель лизался с какой-то шлюхой! Рыжая стерва буквально висела на нем, чем Ампел с готовностью пользовался, вжимая ее в себя и тиская зад. Почему в этот раз Дионис отреагировал на это мерзкое зрелище так сильно, хотя он уже и видел нечто подобное, мальчик ответить затруднялся, да и не думал об этом, занятый больше мысленными проклятиями и оскорблениями в адрес Ампела и его развратной пассии. Придя домой, усталый и пьяный, Дионис схватился за карандаш и альбом, изливая чувства на бумагу, и полностью измучившись, лег спать только под утро. Увидев на следующий день, что же он там ночью начиркал, Дионис испытал смесь шока, страха и невероятного смущения. Ведь на месте вчерашней пары Ампела, была совсем не та девушка. Это даже была совсем не девушка. Узнав в хрупкой фигуре, страстно целующейся с учителем, себя, юноша застонал. Как он это рисовал, Дионис вспомнить не мог. Вот тебе и выверт подсознания! Но не только о рисунке пропали воспоминания. Пересматривая альбом, юноша заметил на руке какие-то странные полосы. Присмотревшись, он понял, что это неглубокие порезы, нанесенные чем-то острым. Дрожащими пальцами Дионис открыл ящик с канцелярией, где находились художественные принадлежности, и достал резак. Так и есть. Тонкая пленка крови покрывала лезвие ножа для бумаги. Характер нанесения ранок показывал, что сделаны они были намерено. Не имеющий склонностей к суициду юноша очень испугался и твердо пообещал себе больше не напиваться. Занятие прошло в тяжелой тишине, ну, или только Дионису так казалось. Когда Ампел пытался заговорить с ним на посторонние темы, тот отвечал односложно или просил не отвлекать его от работы. Холодная броня Диониса дала трещину лишь однажды. - Ты читал книгу? Мучительно покраснев, юноша постарался придать голосу безразличности: - Нет. - Что, не начинал даже? - разочаровано протянул Ампел. - Нет, - снова повторил юноша, радуясь, что его лица не видно из-за мольберта. Урок через неделю прошел точно также, даже этот разговор повторился. Ампел не понимал, что так расстроило и обидело мальчишку, заставляя замкнуться в себе. Припомнив последний урок, он так и не нашел каких-то провинностей со своей стороны, разве что книга. Но ведь Дионис утверждает, что не читал ее. Юноша продолжал писать натюрморт и через три занятия закончил его, но похвала Ампела не принесла никакой радости, он был слишком вымотан и расстроен. Он ругал себя за этот дурацкий бойкот, ведь ему хотелось разговаривать с мужчиной, и к тому же его снедало любопытство, удовлетворить которое он смог уже на следующем занятии. Поднимаясь на восьмой этаж в наконец-то заработавшем лифте, Дионис размышлял о некоторых привычках Ампела. Он то и дело отрывался от работы над натюрмортом и разглядывал его. Мужчина, будто почувствовав на себя взгляд, тут же заправлял выбившуюся черную прядь за ухо, или проводил пальцем по губам, будто в задумчивости, или, что было особенно часто, мял или переплетал пальцы. Если бы это был не мужчина, который к тому же его учитель, Дионис решил бы, что его мастерски соблазняют. Потому что все эти случайные жесты и прикосновения оказывали на него большое влияние, вызывая какие-то совсем уж неприличные мысли. Это напрягало. Ведь из этого получается, что либо учитель его соблазняет, либо Дионис сам все выдумал и выдает свои мечты за действительность. А что из этого хуже - еще разобраться надо. И стоит ли говорить, что все эти кокетливые знаки Дионис переносил на бумагу в дни перерывов между уроками?.. - Итак, с натюрмортом мы закончили, теперь будет кое-что интересное. Приготовь акварель, я сейчас вернусь. Дионис проводил уходящего мужчину взглядом и быстро посмотрел в угол. Послушав удаляющиеся шаги, Дионис чуть ли не бросился к креслу. После того как Ампел отдал ему книгу, все их занятия он рисовал в альбоме, подросток извелся весь, гадая, что же рисует его учитель, ведь он даже ни разу так и не видел его работы. Открыв альбом в середине, он пораженно уставился на бумагу. Все еще не веря глазам, он открыл наугад в другом месте, перелистнул, еще раз, и еще. Но везде видел только одно и то же - себя. Дионис даже и подумать не мог, что столь беззащитен, когда погружается в работу! Он всегда старался держать эмоции при себе, как и его отец, не давать воли чувствам и уж тем более выпускать их наружу. А тут... На набросках Ампела он был задумчивым или улыбающимся, расстроенным или грустным, часто усталым; были даже такие, где он неосознанно потирает ноющее плечо, или держится за затекшее от долго рисования запястье, или закусывает губы. - Ну и как тебе? Вздрогнув, Дионис разжал пальцы, и альбом полетел на пол. Быстро подняв рисунки, бледный мальчишка медленно повернулся к двери. Ампел расслабленно стоял, облокотившись о косяк и скрестив ноги, бровь, как обычно, ехидно приподнята, но плотно сжатые губы говорят о напряжении или даже злости. В руках он держал разноцветный букет пышных цветов. - Здорово, - ощущая во рту неприятную сухость, сказал подросток. Отлипнув от косяка, Ампел опустил букет цветами на пол и плавно двинулся к Дионису. Встав напротив, взялся за альбом, собираясь забрать. - Я прочитал книгу, - выпалил Дионис, не отдавая рисунки. - Да? - Ампел был удивлен, вот такого поворота он никак не ожидал. - И как тебе? - Мне... понравилось, - выдавил юноша с придыханием. Ампел выпустил альбом из пальцев и провел по пылающим скулам парня, едва касаясь кожи. Дионис судорожно вздохнул и прикрыл глаза. Он знал, что сейчас будет. Мужчина склонился к нему и легонько провел языком по сухим губам, Дионис приоткрыл рот, выдохнув. Альбом снова выпал из рук. Ампел скользнул внутрь в осторожном поцелуе, и, взяв руку парня, переместил ее себе на затылок, стянул ленту с волос. Дионис тут же вцепился в рассыпавшуюся по плечам мужчины черноту волос, неуверенно отвечая на поцелуй. Но стоило руке мужчины, гладящей спину парня, скользнуть ниже, как тот резко пришел в себя и разорвал поцелуй, оттолкнув Ампела и одновременно отступив на шаг. - Нет, - хрипло сказал Дионис, - это неправильно. Мужчина поднял бровь: - Но ведь тебе понравилось. Парень отвел взгляд. - Да, понравилось. Но это ничего не значит. Это неправильно! Ампел поднял букет, вдохнул аромат цветов и, хитро глядя на Диониса, улыбнулся: - Ну и что? Неужели ты всегда соблюдаешь правила? На это парню нечего было ответить. Он ни то чтобы нарушал правила, он их просто не замечал. Какие правила? Он молод и у него есть деньги, а значит, можно делать все, что захочется. Но это... это казалось уже слишком. Раздраженно передернув плечами, он прошел мимо мужчины, так и стоящего напротив с букетом цветов, и ушел. - Эй, ты в порядке? - спросил Антерос, с интересом поглядывая на мальчика. Тот вздохнул: - Да. Занятий сегодня не будет, поехали... домой. И уставившись за окно пустым взглядом, он так и не заметил, как странная улыбка мелькнула на губах водителя.