Корсак

      Спрятав лишнее снаряжение путь решено было продолжить. Мост сильно пострадал от времени, ржавые металлические опоры хоть и обросли свисающими струпьями ржи, но выглядели вполне крепко, чего не сказать было о бетонной его части. Замшелый бетон всюду был испорчен и крошился, а отдельные плиты уже шатались под ногами. Деревьев вокруг было достаточно много, но они были не такими плотными. Сразу за мостом отряд встретил полуразрушенный блокпост, он был пуст и давно не обитаем. Но впереди все застыли. Возле обочины пень подпирала нижняя часть человеческого тела, словно оторванная одним могучим ударом, тут же по дороге были разбросаны внутренности, поклевываемые настороженным вороньем. Идти вперед было очень опасно, из поста в бинокль было видно, как в трехстах метрах сидели не то волки, не то бродячие псы, явно дожидавшиеся, когда хищник крупнее насытится. - Корсак— Бля, надо разведать что там впереди. — Вольт— Я вот заметил, тут нет ни одного фазана, а в других местах их ведь полно, как и зайце. — Корсак— Я предлагаю вперед не идти. Стоит все же обойти. — Слышали? Что это за звук был? — Вольт— Это со стороны моста.       Все резко обернулись и выглянув через остатки насыпи посмотрели назад. Мост было уже не очень хорошо видно, но на его верхней ферме было что-то лишнее. Корсак достав свой бинокль глянул туда, и увидел, что на него смотрит огромное, но искаженное лицо, очень отдаленно напоминавшее человеческое, сидело оно по кошачьи, держась лапами, но больше ничего схожего с кошачьими там не было. Все тело было покрыто мускулами и небольшой седой шерстью, росшей на серых пластинах. Пластины словно доспех покрывали все тело, но издали этого нельзя было заметить. Это был дневной охотник или как его еще называли ходок, седой. Стоя на задних лапах существо могло достигать 3 метров. В мгновение оно прыгнуло вниз, но тут же перекувыркнувшись побежало вперед, прямо к ним. Мощные, не в меру мускулистые лапы были снабжены двумя рядами небольших костяных наростов и мощными когтями. С каждым ударом когтей о дорогу сверкали искры и все больше увеличивалась скорость.       Недолго думая бойцы открыли огонь из всего что было. Но лишь разъярённо отмахнувшись лапой тварь продолжала приближаться. Прыжок метров на пять создал панику в рядах и двое бойцов вышли за периметр. Несмотря на свой размер и кажущуюся легкость монстр двигался поразительно быстро. Выскочив им наперерез оно не обращало никакого внимания на выстрелы и накинулось на людей. Одного удара было достаточно для того, чтобы в сторону отскочила оторванная нога, вторую же жертву тварь схватила мощной, вытянутой вперед пастью и подрав лапами швырнула как куклу в глубокие заросли. Тут же оно ворвалось в оборонительную часть и разметав ящики с песком расправилось с еще тремя бойцами, кромсая их так что в разные стороны разлетались металлические и кевларовые плиты бронежилетов. — Корсак— Отходим по дороге! Бегом! — Да что это за тварь то такая!       Бежать прямо по дороге отстреливаясь было не лучшей идеей, но вариантов других не было, впереди виднелись брошенные прямо на дороге машины, стоящие колонной, словно собираясь вот-вот тронуться. Все они стояли перед ужасно ржавыми воротам с табличкой «Испытательный комплекс Восточного аграрного университета». Быстро прыгнув в метровую дренажную трубу можно было спастись, отстреливаясь на ходу остатки отряда один за другим плашмя ныряли в бетонный дренаж, на четверть он был залит грязью, а пахло там отвратительной смесью плесени и разложившегося трупа, который лежал тут же. Спасти удалось не всем, еще двоих командир не досчитался на выходе из трубы, видимо не успели добежать. Никто не видел, что они погибли, но и искать потерявшихся было невозможно.       Выбрались мокрые и грязные бойцы прямо посреди поля кукурузы. И это было необычное явление. Осыпавшиеся кочаны валялись повсюду, но вместе с этим часть кустов цвела, а часть все еще вызревала. И это в то время как на улице был -1 градус, а еще недавно все устилал снег и морозы. Но кукуруза с этого поля не имела никаких, даже малейших признаков порчи. Также по непонятным причинам не последовал за ними и хищник, хотя перемахнуть полутораметровый ржавый забор ему было раз плюнуть. Поле было очень большим, иногда были видны следы диких кабанов, но по остальным признакам все было давно заброшено. Одинокий трактор медленно врастал в землю, брошенный прямо посреди поля. В дали виднелось несколько обветшалых построек. Длинные каменные здания были окружены зарослями кукурузы, притом, чем ближе к нему подходили бойцы, тем выше и крупнее были початки. А подойдя к нему почти вплотную, стало понятно, что на самом деле здание и вовсе двухэтажные. Очень не хотелось идти туда, особенно после того как отряд потерял уже 8 человек, но близилась ночь, а все были крайне уставшими. Погода резко ухудшалась, то и дело обдавая незадачливых туристов ледяным ветром и дождем со снегом.       Скрипнула ржавая петля двери. Комплекс уже довольно давно был заброшен, окна во многих проемах выбиты. От суровых зим и влаги повсюду свисали струпья старой краски и штукатурки. Еще до войны старые здания нуждались в серьезном ремонте, который так и не успели закончить. Здание не было сильно разграблено, но бардак был основательный. В коридорах первого этажа беспорядочно была разбросана мебель, какие-то медицинские агрегаты. Поднявшись на второй этаж они попали в большой просторный зал для конференций. Вокруг длинного овального стола стояли микрофоны, на потолке висел проектор и конечно же стояла просторная трибуна для выступлений. Тут решено было и переночевать. — Шпала— Вольт! Ты же головастый, не хочешь выступить? — Вольт— Боюсь много публики набежит. Не успею всем на вопросы отвечать. — Шпала— Пацанов жалко. Даже убитых не сможем забрать. — Корсак— Там и забирать нечего будет. — Шпала— Э не! Оно не жрет, по крайней мере сразу. Я помню еще, как только они появились, они целые деревни косили хуже чумы. И повсюду трупы… Они убивают ради убийства. — Странно что их нет у нас. — Шпала— А это и правда странно. Они словно привязаны к определенному кругу, в котором вырезают все живое, но за него и нос не высовывают. — А как же те что в бункере рассказывали? Их еще и разные виды? — Шпала— Точно никто не знает, все опираются на слухи. Надежнейшие источники: «Одна бабка сказала». — Корсак— Ладно, хватит. Мы не можем быть уверены, что здание полностью безопасно, надо немного осмотреться до темноты, проверить хотя бы наш этаж. На ночь никому не выходить на пролеты, поставьте там растяжки. — Сигнальные? — Корсак— Боевые лучше, тут друзей нет, опоздавших не будет.       Разбившись по парам парни начали прочесывать этаж. Нужно было опасаться сильного шума, да и от костра на ночь решили воздержаться. Слишком опасно было выдавать свою позицию. Проходя по длинным коридорам, они осматривали каждый кабинет, это было только одно крыло, видимо тут располагался учебный корпус, множество аудиторий и кабинетов, некоторые заставленные полками для рассады, цветочными горшками с землей. Ближе к соседнему зданию, несколько последних кабинетов были взломаны, это было интересно. Одна из дверей была двойной, из довольно прочной стали, кто-то долго и упорно взломал замки, явно делая это аккуратно. В закрытом кабинете стояло несколько нерабочих компьютеров, причем из них вытащили только жесткие диски, все же остальное не тронули. На полу валялось множество документов, папок, дисков и книг. Полки, отведенные под книги и папки занимали почти все помещение. Возле стола стояло мусорное ведро, набитое пеплом, запах гари и не размокший сильно пепел говорили, что кто-то сознательно наводил ревизию архива. — Вольт— Командир, тут муть какая-то. — Корсак— Что такое? — Вольт— Кто-то совсем недавно взломал эту дверь. — Корсак— Ну вскрыли да вскрыли. Что мало тут мародеров лазит. — Вольт— Но что ценного в каком-то мелком архиве? — Корсак— Могли подумать, что если дверь крепкая, то и хранится что-то ценное. А вот почему часть бумаг пожгли это уже интересно. — Вольт— Может я попробую поискать в записях информацию? — Корсак— Если хочешь, валяй. Хотя я думаю, что все самое интересное они забрали. А что не взяли то сожгли.       Ближе к 3 часам расположив дозоры все спали на полу, подстелив под голову рюкзаки. Все сильно мерзли, но греться огнем было нельзя. Ночью мороз был уже под 5 градусов. Корсаку не спалось, подремав пару часов он увидел, что Вольт все еще сидит над большой стопкой журналов. Свеча себе динамо фонарем он с интересом перелистывал каждую страницу. — Корсак— Ты чего не спишь? — Вольт— Да что-то мне не спиться. Вот поднял стопку журналов инвентарного учета. — Корсак— И как, есть толк? — Вольт— Особо ничего интересно, всякие тяпки, мензурки, препараты. Но вот в одном журнале есть интересные записи, что прибыли разборные компактные теплицы, система полива и много явно дорогого оборудования. Но вот на следующей странице все описано как отправленным в распоряжение полковника, имя не читается. Замазано что ли… — Корсак— Это не удивительно. Неспроста тут эта дрянь повсюду.       Их разговор прервали хрипы в радиостанции, в динамике послышался приглушенный голос. От этих звуков начали просыпаться бойцы. — Помогите… Кто меня слышит… Прием… — Вольт— взяв рацию и пытаясь настроить качество связи- Вольт на проводе. Кто говорит? — Помогите мне… — Вольт— Ко это? Где ты находишься? Мы попробуем тебя вытянуть. — … пару непонятных хрипов- ранен, порван… Нога … Очень больно. Парни, выручите… умираю. Она тут, неподалеку… — Вольт— Прием. Где ты находишься? Слышишь меня? — Точно не знаю. Тут много зарослей, деревья… — Вольт— Оружие есть? Попробуй отползти, осмотреться. Не шуми только. — А, а. Болит… помираю. Автомат потерял. Меня приволокли сюда… Ай. О, а…       После пары хрипов и хруста связь прекратилась. Все понимали, ему было не помочь. А раздавшийся через мгновение нечеловеческий крик разрывал всю ночную тишину. От сна не осталось и кусочка. Все экстренно собирались. Корсак поднял всех. Пришлось идти в ночь, почти на ощупь, впопыхах даже забыли снять растяжку с верхнего пролета. Уже отойдя в поле кукурузы в оставленном позади здании раздался звук битого стекла. — Слышали? — Тихо! Как будто стекло разбили. — Может осколок от ветра выпал? — Ага, конечно… — Корсак— Да тихо вы. Автоматы наготове.       Только сделали они несколько шагов как в окне лестничной клетки вспыхнул огонек и за ним сразу хлопок, вперемешку с битым стеклом. — Пацаны, я же мину то забыл снять! — Корсак— смотря на медленно разгорающийся пожар- Может оно и к лучшему. — Вольт— Жалко…       Идти пришлось все утро, по старой дороге. То и дело опасаясь внезапной атаки из зарослей. Наконец они вышли к месту, обозначенному на карте. Огромному сад яблонь простирался на несколько километров. За деревьями давно не ухаживали, многие из них засохли, но не это привлекло их внимание. На обломанной ветке висел совсем недавно оставленный автомат. Осторожно проверив нет ли здесь ловушки, Один из бойцов снял его и осмотрев сказал: — Парни, это наших парней автомат, наверно кто-то из выживших тут. Вон и клеймо складское, выданка. Магазин полный. — Вольт— Скорее всего это оружие тех, кто пришел перед нами.       Продвигаясь в глубь, показались заброшенные теплицы, а рядом с ними множество баллонов жёлтого цвета с красным кругом. Их было огромное количество, сваленных в кучу и стоявших закрепленными в стройных рядах. В крайней к баллонам теплице было свежее пятно крови, мелкие клочки одежды и на этот раз обрывки костей, обглоданное человеческое бедро, а вокруг разбросаны пустые баллоны, стрелянные гильзы. Тут же нашелся рюкзак, но он был почти пуст, в нем лежал только сильно заштопанный свитер, несколько плотно упакованных папок и скетчбук. Все первые страницы блокнота были вырваны, потом шли рисунки, природа, какая то девушка с распущенными волосами, снова вырванный лист и огромное, нарисованное в спешке треугольное здание, похожее на цех или фабрику, с различными цистернами и емкостями. А дальше шли несвязные записи, какие-то имена и цифры, рисунок большой перчатки с лезвиями и сразу за рисунком кишок, выпавших из оторванного торса записка: «Если вы читаете этот лист, значит вы не нашли первую записку, а я скорее всего мертв. Документы в рюкзаке, у нас был приказ их собрать и вывести. Но знаешь… Пошли они нахуй, я был там! Это было так глупо, не стоило ни одной жизни, из тех миллионов душ которые были погублены. Нас осталось двое, мы вышли из облака. Но фильтр не выдержит больше. А «смеющиеся» уже рядом. Я вижу их через стекло. Совсем один. Коля застрелился. Его маска закончилась, не вынес. А скоро и моя. Есть шанс. Там за третьей теплицей стоит машина. Если вы пришли за нами, знайте. Они не выпускают тем же путем как вы пришли. Умные твари. Они уже слышат вас, и ждут на выходе. Так было с нами если я не успел, то бегите! И удачи.       Читая это всех пробивала дрожь. И ведь правда, этот шелест. Он не такой как с утра. — Корсак— Уходим срочно. — Вольт— Обратно? — Корсак— Не думаю, что ему был резон врать. Хватай рюкзак. Глянем есть ли машина.       Проходя разбитые теплицы, под ногами хрустело битое стекло и листва. Все замерли на миг, но пустились бежать очень быстро. Со стороны входа послышался странный, но отчетливый смех, за ним еще, еще и еще, словно смех больного или смертельно раненого человека, он уже заходил с боков, трещали ветки и поросль. С криком буквально выдернули бежавшего с правого фланга бойца, его не было видно, лишь слышно его крики боли и ужаса. Наконец то враг перестал прятаться, их было невозможно посчитать, десяток, два, три. Высоты метр-полтора. Крепкие, уродливо-мускулистые лапы, тело было покрыто шерстью, кроме головы, небольшие уши, глаза так же, словно на тебя смотрел кабан, большие ноздри почти у лба плавно уходили в мощные надбровные дуги. И пасть… вытянутая, полная крупных, слегка заостренных зубов- вцепится, уже не вырваться. Охотились они стаей, бегали мельтеша, то и дело шныряя в кусты и обратно. Шквальным огнем из всего что есть ответили им люди, вот уже и показалась машина, это был неплохой армейский броневик ГАЗ Тигр. Отряд нес потери, выцепляя по одному бойцов просто разрывали на клочья. Отвлекшись на пустой магазин Корсак запнулся и упал на рюкзак, висевший на спине. Он на мгновение увидел их вожака, самого крупного. Он гордо стоял и словно давая команды издавал уродливый и громкий звук, сильно похожий на подавленный смех, слегка подрыгивая головой. На него разинув пасть бежал монстр, не успев перезарядить автомат он выхватил свой пистолет и два раза выстрелил ему прямо в голову. Хватанув его ногу тварь упала. Падали и другие, но все они поднимались, хромая, ковыляя пытались атаковать дальше. Весь магазин улетел в молоко, но добежать все же удалось… четверым. Хлопнув глухой металлической дверью все посыпались на сиденья. Снаружи бесновались хищные твари…       На посту уже начали переживать что еще одна группа погибла. Вечер снова покрывал грязные поля реденьким снежком. Где-то похрюкивали дикие свиньи, пережёвывая вырытые коренья. Но один рев, все нарастал, слышно было как подвывает зверь, только вот это был уже стальной зверь, с трудом пробираясь по заросшей и раскисшей дороге. Сказать, что Штурман был удивлен, это сильно приуменьшить. Прямо к одинокому бункеру подполз ужасно поцарапанный Тигр, досталось всему что не было крепко прикручено, с бампера свисали изодранные потроха, вся машина до верха была залита, забита сорванной травой и грязью. Из нее вышли трое таких же чумазых бойца, которые тащили на руках раненого. Это был Корсак. — Штурман— протянув руку Вольту- Рад что вы вернулись. — Вольт— Мы да, но все пацаны полегли там. — Штурман— А за остальных что то слышали? И что с вашим командиром? — Вольт— Остальных думаю можно не ждать.       Вольт медленно садится на лавку у стены. Скинув на пол автомат он посмотрел на собеседника. Он навряд ли поймет, что за мясорубка там была, даже пройдя не одно сражения, видя смерть, он понял, что был не готов к диким землям. — Вольт— С командиром ничего серьезного. Его случайно подстрелили, когда за машину сражались. Но пуля прошла по касательной, порвала ботинок, да ногу чуть коцнуло. — Штурман— Отдыхайте. Еду вам принесут, вам и так серьезно досталось.       Что можно сказать, это служба, никуда от этого не деться. Впереди был свой уголок, новые дни и новые битвы. А на сегодня с меня хватит. Именно об этом Вольт и подумал, после чего зашел в предложенную комнату и только лишь разувшись плюхнулся на койку.