A Rifling Matter

Солдат уставился прямо на Капитана Америку – тот был не в своей пестрой форме, но Солдат его узнал. Его челюсти сжались от того факта, что Капитан разговаривал с Тони, и дискомфорт того был очевиден. Солдат должен был бы пойти к нему на выручку, но в то же время… он не хотел, чтобы Капитан увидел его. Солдата раскроют, и он не знал, как босс отреагирует на то, что его телохранитель не так давно был убийцей Гидры. Он окаменел слишком надолго, превратившись почти в статую – настолько он был неподвижен, но затем Тони заглянул через плечо Капитана и его глаза расширились. Он толкнул локтем Роудса, который тоже выглядел напряженным. Солдат должен присоединиться к ним? Или уйти? Словно в ответ на его растерянность Роудс перенял инициативу в разговоре и, положив руку на плечи Капитана, почти насильно потянул его подальше. Как только Капитан наконец исчез из поля зрения, Солдат уже был тут как тут возле Тони. – Кто это был? – спросил он будто небрежно. – Ты не узнал? – нахмурился Тони. Солдат удержал пустое выражение лица, обходя Тони. – Нет. – Ага, верно, да. Думаю, Роуди будет при деле до конца вечера, так что как тебе идея утащить всю еду, которую можем, и свалить уже отсюда? Солдат пожал плечами. – Ладно. Тони осушил и свой бокал, и чужой – благо, Роуди было не до того. Солдат спустил это на тормозах, надеясь, что все будет в порядке, если уж ни один из напитков не являлся персиковым шнапсом. В лимузине между ними воцарилась тишина, да и Хэппи поднял разделяющее стекло. Глаза Тони казались такими пронзительными, что Солдат не удивился бы, если бы этот его взгляд оказался запатентованной Старк-технологией. Он хотел спросить, что произошло, но боялся, что не время и не место. Он решил подождать, и молчание безбожно тянулось до тех пор, пока они не вернулись в кухню Башни и Тони не достал посуду для украденных вкусностей. – Итак, – начал Тони, и Солдат замер, – ты взаправду не узнал парня, с которым я разговаривал? И никогда раньше его не видел? Солдат следил, чтобы его сердцебиение оставалось ровным, как его и учили когда-то. – А должен был? Он угроза? Что, если Солдат ошибся, когда спас жизнь Капитану? Что, если он навредит Тони? Но тот только покачал головой. – Единственная угроза для меня – это его горячность. Это был Стив или по-другому Капитан Америка. Они с Железным Человеком входят в состав Мстителей. Откровенно говоря, они вроде как знаменитые. Удивительно, что ты знал о Железном Человеке, а о нем – нет. Солдат мысленно выматерился. – Я узнавал о тебе и Железном Человеке, когда меня наняли. – Ну конечно, – согласился Тони. – Слушай, солдат, я буду откровенен – считай, что это у меня такая плохая привычка. Он не мог больше себя контролировать – его сердце уже выпрыгивало из груди. Капитан что-то сказал? Тайна Солдата раскрыта? Тони глубоко вздохнул. – Ты мне очень нравишься. Наверное, больше, чем любой другой из моих телохранителей, кроме Хэппи, потому что он Хэппи. Я доверял тебе сказать мне правду тогда, когда ты сам будешь готов, потому что считал, что у тебя уважительные причины. Но сейчас обстоятельства изменились. – Какие именно? – Стив говорил со мной, потому что, очевидно, Фьюри пытался связаться со мной не просто так. Он хочет, чтобы все Мстители жили вместе. Так они будут не только сплоченной командой, но еще и легкодоступными, когда потребуется. Солдат нахмурился, не понимая, как это его касается. – Значит, Железный Человек уходит? Тони сухо рассмеялся. – Нет, извини, жестоко разочарую тебя. Оказывается, самое лучшее место для них всех прямо здесь. Думаю, это жирный минус того, что ты миллиардер – у тебя самый большой дом, и все хотят войти. Сердце ухнуло куда-то в пятки, и Солдат оперся на кухонную стойку, чтоб не упасть. – Сюда? Все они? Тони кивнул. Солдат изо всех сил попытался взять себя в руки. – Защищать тебя будет труднее. – Наверное. Но и тебя защищать будет нелегко. – Меня? В каком смысле меня? – Послушай, солдат, если здесь расквартируется Капитан Америка, то вы рано или поздно столкнетесь, и что-то мне подсказывает, что тебе это не понравится. Так что, если ты хочешь, то я даю тебя шанс уйти в отставку и исчезнуть раньше, чем они все сюда заявятся. У Солдата пересохло во рту. – Зачем бы мне? Тони мягко улыбнулся. – Потому что я знаю, что тебя зовут не Джефферсон. – Как?.. – Ну я же гений, – напомнил ему Тони. – Мы как бы проверяем людей перед тем, как нанять. Мы всегда знали, что Джефферсон – фальшивое имя, но я видел тебя, разговаривал с тобой. Как бы я мог отказать тебе в новом начинании, если ты на самом деле этого хочешь. Солдат почувствовал себя странно. Его глаза жгло и щипало, и он не понимал, почему. – И… ты думаешь, ты знаешь мое настоящее имя? – Раньше не знал, – признал Тони. – Но когда ты собрался присоединиться к моей личной охране, я решил, что мне надо бы изучить проблему посерьезней. Естественно, как ты и догадываешься, толку было немного, но потом я рассмотрел твое лицо вблизи, и понял, что уже знаю тебя по старым фотографиям моего отца. Это дало зацепку, и мне удалось взломать файлы Гидры. – Ты… Солдат рухнул на барный стул, преданный своими ватными ногами. – Послушай, Баки… – НЕТ! Его хватка окаменела, стойка хрустнула и по мрамору разошлись трещины. Тони вздрогнул, и Солдат почувствовал себя виноватым, но куда больше – напуганным. – Не называй меня так, это больше не мое имя. Он почувствовал руку, зависшую над его плечом, не прикасаясь по-настоящему – как будто прося разрешения. Солдат слегка расслабился, и ладонь опустилась на него, и большой палец Тони начал растирать успокаивающие круги. – Все хорошо. Все в порядке. Слушай, я знаю, ты многое пережил, и я не могу представить, насколько это было сложно. Честно говоря, я и слова против не сказал бы, если ты решишь навсегда остаться Джефферсоном, но у тебя есть право выбирать, кем ты хочешь быть. – Не Джефферсоном. Тони стоял так близко к нему, что можно было почувствовать запах одеколона и слабый оттенок виски. Солдат хотел наклониться к нему, но только неподвижно замер. – Хорошо, а кем? – Я солдат, – сказал он. – Я просто хочу быть твоим солдатом. Щипание в глазах вернулось, и он почувствовал влажность на щеках. Он не был уверен, плакал ли он когда-либо раньше. Может, Баки Барнсу и случалось однажды. Рука Тони осталась на его плече. – Хорошо. Ты можешь быть моим солдатом столько ты сам этого хочешь. Ты можешь остаться. Пока это твой собственный выбор. Солдат не сводил взгляда со стойки, глядя на красивые цветные завитки, порушенные разошедшимися трещинами. – Я не умею выбирать. – У тебя просто давно не было практики. Солдат поднял глаза, чтобы посмотреть на Тони, и на лице того расцвела улыбка – такая застенчивая и куда ласковее, чем Солдат мог себе представить. – Спасибо. Лицо Тони залилось краской, и он пожал плечами. – Я вообще здесь ни при чем. Это ты решаешь. – Спасибо, – повторил он тверже, и Тони выглядел настолько расстроенным его благодарностью, что Солдат не сумел перебороть себя – он обвил Тони руками, притягивая к себе. Тони замер на пару секунд, но затем и сам прижался, уткнувшись лицом ему куда-то в шею. Солдат никогда раньше не обнимался. Но теперь хотел только одного – никогда не прекращать.