Я буду плакать и повторять.

Эта же ночь, 3:33. Эдди наконец проснулся. Ему было ужасно – в темноте, все еще проплывали отстатки сна. Подушка была мокрой от рыданий, а звуки ушли только частично. Неприятный звук от звонка все еще вибрировал в висках, после сна. Каспбрак перевернул подушку, и встал с кровати. Посмотрел на прикроватную тумбочку, и выпил успокоительное, которое там как всегда стояло, из-за того, что такие сны часто присутствовали у парня. Но сегодня он был настолько насыщенным...будто предвещал что-то. Будто предвещал неймоверный ужас, а может, и те события... Режущий слух, тот звук, не превращался. Эдвард замер на пару секунд, и понял, что кто-то правда звонит. Но кто мог звонить в такое время? Все его друзья спят...кроме Ричарда. – Ричи! - выкрикнул младший, и выскочил из комнаты, после чего побежал к телефону. Он, с дрожащими руками, поднял трубку, ожидая услышать голос Тозиера. Этот хрупкий, знакомый до мурашек голос, пронесся в голове у Каспбрака. Он мечтал, и был готов отдать все на свете, чтобы услышать родной голос. Убедиться, что его лучший друг жив. Что в его венах течёт кровь, в висках неприятно пульсирует, а сердце бьется. Не спеша, но бьётся. Оставляет в живых, давая надежду на лучшее. Да! Да, он услышал его. Сердце билось, в висках пульсировало, кровь текла в венах, а почти двадцать пустых Пластинок лежали на полу, в ванной... – Эдди...Эдди...Э... - Эдвард его прервал. Наконец, наконец он должен был сказать, что он ответил ему. Разрушить иллюзию, не зная о том, что происходит. – Ричи! Ричи! Я ответил тебе! Ричи, прошу, скажи что с тобой все хорошо! Ричи, это не сон, прошу тебя! Ричи... Послышалось дыхание, на другом конце провода. Прерывистое, но частое. Как будто...было слишком много. Слишком много. Да, он все же переупотребил. – Эдди, я...я... - послышались гудки. Сердце бешено колотилось у младшего. Эдвард понял, что-то не так. Ричи. Он побежал к двери, и открыл ее. Запыхаясь, он добежал до велосипеда, и сел на него. Он двигал босыми, в грязи, ногами на педалях, что есть мочи. Он старался успеть. Ветер завывал, пару деревьев шатнулись на своих местах, а листья разлетелись из кучек, в след за паникующим Эдди. Он ехал. Ехал. Да! Наконец, показался знакомый дом. Каспбрак будто слетел с велосипеда, и подбежал к двери. Она была заперта. Он нервно начал обходить дом, как заметил открытое настежь окно на кухню. Воспользовавшись этим, он залез в него, и побежал на второй этаж. Ноги болели, но ему было плевать. Он ничего не чувствовал, лишь захлëбывался в собственных слезах. Эдвард увидел дверь. Задыхаясь, он открыл ее, и ринулся к лежащему на полу, другу. Пол был в крови. Пластинки, штук двадцать, уже пустые, лежали тем. И лежал еле живой Ричард. – Ричи! Ричи! Ты слышишь меня?! Я тут, Ричи! Я с тобой! Ричи! Прошу, ответь что-то! Не молчи! Ричи... - он прильнул своими губами, к его. Холодным, и почти не живым. Ричард слегка открыл глаза, и взглянул на Эдди. Тот был в одной пижаме, босой, и слегка грязный. Лицо его было опухшим, слезы текли на холодную, голую кожу живота Тозиера. Оба, были безумно бледными, а Ричи так тем более. Его сердце билось все реже. Пульс еле пульсировал, удерживая на волоске от смерти. Послышался хриплый, слабый стон. Эдвард мгновенно поднял голову, на своего друга. – я люблю тебя, Эдди... – я тебя...и я тебя, Ричи! Ты слышишь? Ричи! РИЧИ! НЕТ! РИЧИ! СКАЖИ ЧТО-НИБУДЬ! НЕТ! Пульс был остановлен. Дыхания не было. Сердце больше не билось, а виски не вибрировали. Кровь не текла по венам, она остановило свое течение. Глаза у тела Ричарда были закрыты. Ричи умер. Его больше нет. Осталось лишь тело, оболочка. Душа ушла куда-то, куда-то туда. В неизведанное. И крики. Ветер кричал, капли дождя бились об крышу, окно, ловя ритм потери. – НЕЕЕТ! РИЧИ! НЕТ! ОЧНИСЬ, ПРОШУ ТЕБЯ! ЭТОГО НЕ ДОЛЖНО БЫЛО СЛУЧИТЬСЯ! НЕТ! ЭТО Я ВО ВСЕМ ВИНОВАТ! РИЧИ! РИЧИ! ТЫ ДОЛЖЕН ЖИТЬ, РИЧИ! Горячие слезы текли по щекам младшего, оставляя следы. В глазах пекло, и жизнь уже не имела никакого значения. Ричард был единственным, кто все еще заставлял Эдди жить. Жить, просыпаться, и не совершать суицид. Но теперь, никаких причин, чтобы не делать этого, не было. Немного успокоившись, Каспбрак нашел еще таблеток. После чего принял, все тридцать три штуки, и лег рядом со своей любовью, прижавшись. – все хорошо, я буду с тобой, Ричи...я буду с тобой...я не брошу тебя, потому что люблю тебя... Эдди закрыл глаза. Темнота поглотила его сознание, все расплылось. И вскоре, Каспбрак лежал так же неподвижно, как и Ричи. Закрыв глаза, и погрузившись в вечный сон. Они были вместе.