Последний воин императора

Северное побережье континента, дикие земли, которые не покорились Императору Ди, распахнули свои объятия для страшной силы — армии степных волков. Голодных, жестоких и озлобленных на Империю Даль. Во времена восшествия на трон Императора они трусливо бежали за стену, потому что не могли противостоять сокрушительному натиску. Их предводитель умер, так и не увидев отмщения, но его дело продолжил его сын Сульги, еще более кровожадный и жестокий, чем его отец. Побережье было, воистину, одним из самых красивых мест континента: недоступные красные и белые меловые утесы, острые скалы, живописные холмы и равнины, диковинные замшелые камни. Речушки расползались паутинкой по всей территории северной части континента. Но дыхание Северного моря было сурово ко всему окружающему. Его побережье было нетерпимо к слабым. Морские отливы и приливы на фоне изрезанного скалами берега не давали покоя обитателям этих земель: море отступало настолько, что с берега его не увидеть, а возвращающаяся приливная волна была стремительна и коварна. Десятки лет степные волки, отброшенные на эти земли, выживали в таких условиях, но ничто не могло длиться вечно. — Вождь, войска готовы! Молодой, крепкий альфа преклонил колено, сидя на берегу бушующего моря. Он сгреб в кулак горсть морского песка: — Я не забуду этот сырой запах моря, обжигающий кожу ветер и вкус родных земель, — Сульги закинул горсть песка себе в рот, прожевав немного, сплюнул на землю. — Выдвигаемся! — и альфа поднялся на ноги. На нем были надеты коричнево-серые штаны и рубаха. Шею закрывал воротник из меха, за спиной развевался черный плащ, а по всему телу были надеты металлические щитки с шипами. Вождь последний раз окинул взглядом суровое побережье и еще крепче сжал двуручный меч. Под бой сотен барабанов войско отправилось на юг.

***

Узкая каменистая дорога петляла серпантином по горному склону. Люди и повозки растянулись на десятки метров, они медленно шли в гору. Крепкие молодые мужчины шли самостоятельно или же ехали на лошадях, стариков, детей и раненых везли в повозках. В одной из таких повозок и проснулся Чимин. — Где я? — подскочил омега. — В повозке, — ответил Минсок, играя с кинжалом, который ему дал Намджун. — Куда мы едем? — Мы едем к стене через горы, — все так же беззаботно рассказал мальчик. — Через горы?! — воскликнул Чимин. «О нет, я крупно влип. Как же теперь я вернусь?!» — пронеслось у него в голове. — Как тебя зовут? — улыбнулся долгожданному собеседнику Минсок. — Чимин, а тебя? — омега потирал ноющее плечо. — А я Минсок — воин Императорской армии, — со всей присущей маленькому мальчику гордостью смело заявил он. — Ты? — усмехнулся Чимин. — С каких это пор в армию берут малявок? — Я не малявка! — разозлился волчонок. — Я воин! — Конечно-конечно, — вскинул руки кверху Чимин, показывая, что он сдается, но тут острая боль прокатилась волной по спине. Картины недавних событий встали перед глазами: его высекли и теперь на спине, наверное, живого места нет. — Ммм... — раздался стон боли. Чимина скрючило пополам. — Эй, что с тобой? — перепугался мальчик. Он отдернул ткань, служащую дверью в повозку и крикнул. — Он проснулся! — Не надо, не зови никого, — прокряхтел Чимин, но было поздно. — Минсок, подвинься, — попросил Тэхен, залезая в телегу. — Ну, что тут у нас? Чимин испугался, завидев воина в ханбоке с огромным мечом. — Не подходи ко мне! — Чимин успел перехватить кинжал из рук Минсока. — Уууу, а ты еще и кусаешься, — Тэхен с легкостью выхватил нож из ослабевших рук. — Лежи уже и не дергайся, мне надо осмотреть твою спину. — С чего бы вдруг императорскому воину помогать мне? — с недоверием спросил Чимин. — Мы не отличаемся милосердием, но мы же не звери, да и это, скорее, вопрос не ко мне, а к капитану, — Тэхен кивнул в сторону от повозки. Там на коне сидел воин в красном, с длинными черными волосами. — Кто он? — успокоился немного Чимин и разрешил до себя дотронуться. — Чон Чонгук, капитан нашего отряда, — омега задрал рубаху парня и охнул. — Хорошо они над тобой поработали, — сказал Тэхён, глядя на красные полосы на спине омеги. — Это Чон Чонгук? — удивился Чимин. — Ты слышал о нем? — Мы живем за стеной, а не на краю мира, — огрызнулся Чимин. — Что это? — Это мазь из трав, которые помогут снять боль и затянуть раны, — Тэхен аккуратно смазывал спину омеги. — У тебя нежные руки, ты омега, да? — спросил Чимин, уже не так боясь и доверившись этому воину. — Догадливый. — Что делает омега в Императорской армии? — Что делает омега с выжженной меткой один в лесу? — ответил вопросом на вопрос омега. — Омегам, особенно таким, как я, — Чимин посмотрел на Минсока, — не просто живется, — чуть опустив глаза, ответил он. — Такая же история, — Тэхен закончил с ранами. — Вот и все, я принесу тебе поесть чуть позже. — Спасибо. — Тэхен! — омега улыбнулся и слез с повозки, успев выкрикнуть свое имя. Вскочив на своего коня, который шел рядом, Тэхен ускакал вперед к всадникам. Чимин так и глядел на воина в красном, изучая каждую деталь на его лице: — Чонгук, — прошептал он. Тэхен прискакал к краю обрыва, на котором стояли Чонгук и Хосок. Омега услышал лишь часть разговора. — Посмотри, — указывал Хосок вниз на серпантин, — они идут слишком медленно. Если на нас нападут, мы не сможем спастись. — Я тебе уже сказал, что мы их не бросим, — разозлился Чонгук. — У нас есть шанс, если мы заберем ребенка и поскачем, — попытался образумить друга Хосок. — И оставим их на растерзание зверям? Ты лучше меня знаешь, что это войско идет не завоевывать земли, а истреблять всех и всё на своем пути. Они идут мстить. — Значит, эти люди уже обречены! Зачем ты обрекаешь на смерть и нас?! — повысил голос Хосок. — Что и кому ты хочешь доказать?! — Я не знаю! — выпалил Чонгук. — Я не знаю, — сказал он чуть тише. — Но я не могу их бросить. — Капитан! — появился вдруг серый конь Тэхена. — Тот омега. — Что с ним? — отвлекся от разговора альфа. — Он очнулся, — при этих словах что-то ёкнуло внутри альфы. Они ехали уже несколько дней по горным склонам и извилистым тропам, уходящим в долины. Чимин немного окреп и мог уже сидеть, они болтали с Минсоком о всякой ерунде. Волчонок рассказал все, что знал о Чонгуке и его отряде. Периодически к ним наведывался Тэхен или Намджун, но Чонгука омега видел лишь вдалеке. — Ты меня избегаешь? — спросил как-то Чимин, когда в очередной раз наблюдал за Чонгуком, который осматривал всех проходящих мимо. — Я был занят, — ответил Чонгук, подведя коня чуть ближе. — Как ты себя чувствуешь? — Тэхен говорит, что жить буду, — ответил Чимин, пристально смотря на суровое лицо. — Зачем ты спас меня? Какое тебе дело? — омега задал провокационный вопрос, на который давно хотел узнать ответ. — Я не люблю людей, которые пользуются своей силой во зло. — Хмм, и это говорит Чон Чонгук, который убил сотни волков во имя Империи! — дерзко ответил Чимин, наблюдая за альфой и его реакцией. — Я не убиваю просто так, — нахмурил брови Чон, отчего его взгляд потемнел. — А, ну да, если Император Ди сказал, то появилась причина лишить кого-то жизни. Почему ты веришь ему? — А почему ты нет? — спросил альфа, глядя на хрупкого омежку, который чуть подпрыгивал, когда колесо тележки наезжало на камень. — Видишь те горы? — указал направление головой Чимин. — Со склона горы можно увидеть склоны соседних гор и долину далеко внизу, острые пики, до сих пор покрытые снегами. А вон там, далеко-далеко, синеет маленькое горное озерцо. Вокруг него цветут цветы: синие, белые и черные — невероятное зрелище, — глаза Чимина так и горели, стоило только вспомнить эти места. — С верхушки горы с шумом и грохотом несется поток горной реки. Вода в реке ледяная, лапы отморозить можно! Она такая пенистая, что кажется белой. На самом деле, в горной реке очень прозрачная вода, на вкус не передать. В этой речушке лежат камушки, вода их отполировала за много лет, и они стали почти прозрачными. Я все это знаю, потому что еще маленьким волчонком бегал по этим горам, — тут омега немного остановил свою пылкую речь и попытался чуть привстать, чтобы быть на уровне альфы. — Так объясни мне, как можно променять своего волка и свободу на службу Императору? Как?! Императору, который заставляет воинов служить ему и забыть себя настоящих, заставляет превратиться в бездушную куклу, которая по первому зову будет выполнять всё, стоит только сказать. А за лишний кусок мяса и мешочек золотых продаст семью, себя и целый мир!? — под конец своей речи омега не мог отвести взгляда от альфы. — Ты ничего не знаешь про меня и моих воинов! — Так расскажи мне! Расскажи! Может, там, откуда ты родом, все по-другому, — омега пристально смотрел на Чонгука, который молчал. — Аааа, ты не знаешь, откуда ты! — прищурил глаза Чимин. — Тогда как ты мог отдать свободу, если ты никогда и не был свободным? — омега уже задыхался, произнося свою речь, но Чонгук понимал, что парень прав и возразить ему было нечем. Он только и мог, что смотреть в эти глаза напротив, но так и не найдя слов оправдания. — Кушай хорошо и спи, тебе надо набираться сил, — альфа резко отвёл взгляд и ударил по бокам своего коня. Он умчался вперед, оставив Чимина наблюдать, как по ветру разлетается его красный ханбок. К вечеру отряд решил расположиться в низине для привала. Разместив лошадей и тележки в небольшом лесу, воины отправились на охоту. Кто-то ставил палатки и небольшие шатры для ночлега, кто-то кормил и выгуливал скот. На небольшой опушке леса кипела своя маленькая жизнь. — Намджуна, научи меня драться на мечах, — просил Минсок, размахивая ножом во все стороны. — Тише-тише, тебе рано еще, — смеялся Намджун, поглядывая на мальчонку. — Йааа, опять рано. Ездить на коне рано, меч рано, на охоту рано. Мне все рано! — надулся от обиды малыш. — Не переживай, подрастешь — обязательно научу, — потрепал его по голове альфа. — А пока у меня к тебе важное задание. — Какое?! — воодушевился Минсок. — Я иду на охоту, а ты пока пригляди тут за всем, ладно? — Да ну тебя, тоже мне задание, — и мальчик убрал руку со своей головы. — Пойду лучше нож наточу. Пока альфы охотились, чтобы раздобыть мяса на ужин, Минсок практиковал точные удары в дерево. — Кия, кия, — втыкал он нож в ствол. — Эй, мелкий, ты же из диких, ну-ка обратись, — к Минсоку подошли те самые двое стражников, что до этого пытали Чимина. — Отстаньте, — старался не реагировать на издевки мальчик. — Ну, давай, весело же будет, — один из стражников схватил мальца за шиворот и начал трясти, как щенка. — Ну-ка заво́й, как волк. Ауууу, — смеялись альфы. Минсок обернулся в волчонка, ведь это единственное средство защиты, которое он знал. Он скалился и кусался, но ничего не помогало, он никак не мог вырваться из крепкой хватки. — Отпусти его, — потребовал Чимин. Он все ещё был слаб, но оставаться в стороне — не в его стиле, особенно когда дело казалось ребёнка. — Уууу, смотрите-ка, кто тут, — облизнулся один из стражников, — наш старый знакомый. Мы с тобой в прошлый раз не закончили. — Отпусти ребенка! — уверенным голосом повторил Чимин, понимая, что никаких шансов у него против них нет, однако пасовать было нельзя. Перекинуться в волка — верная смерть, он все еще хромал и от каждого движения кожа на спине как будто нитками расходилась. — Или ты глухой?! — Какие мы смелые. Иди сюда, крошка, я люблю таких хорошеньких. Стражник наступал на Чимина, замахнулся для удара, но омега успел увернуться. Еще удар — и снова мимо. Чимин был мелкий и юркий, в маневренности эта туша с мышцами ему явно уступала. — Ублюдок! Я достану тебя, северная мразь, — стражник вновь попытался ударить Чимина, чтобы схватить его, но и опять ничего не получилось. — Что ты танцуешь с ним, вали его, пока никого нет, — подсказал второй стражник, который продолжал держать на вытянутой руке вырывающегося Минсока. — Паскуда, я сдеру твою синюю шкуру и буду использовать ее как лучший ковер! — альфа кинул песок Чимину в глаза, всего на секунду ослепив его, — и его горло сжали толстые волосатые пальцы. — Вот ты и попался! — альфа с такой легкостью оторвал Чимина от земли и ударил затылком о ствол дерева, что омега тут же рухнул мешком на землю, закашливаясь от нехватки воздуха. — Тебе конец, псина, — стражник схватил Чимина за ногу и потащил на себя. — Ааааа, твою мать, — закричал стражник, хватаясь уже за свою конечность: в этот момент ему в голень вонзился короткий нож. — Псина тут только одна, — с презрением заметил Юнги, спрыгивая с лошади. Он неспеша подошел к корчащемуся от боли стражнику. — Говнюк, моя нога! — орал альфа на земле. Второй стражник кинул Минсока на землю и тут же схватился за меч. Малыш скуля прижался к Чимину. — Трое на одного? — посмотрел Юнги на подоспевших дружков его жертвы. — Позовите ещё парочку — и будет честный бой, — нагло издевался над стражниками альфа. Завязался бой. Чимин только пришел в себя и едва успевал отмечать, как на землю то и дело падали стражники Дэхви. — Что тут происходит? — выполз из шатра и сам Дэхви. — Как ты смеешь нападать на моих людей, защищая это? — указал на Минсока и Чимина альфа. — Еще шаг, и вам не сносить головы, — предупредил Юнги, закрывая своим телом беспомощных Чимина и Минсока. — Ты мне угрожаешь?! Это возмутительно! — разошелся, как напыщенный индюк, Дэхви. — Да я, да тебя розгами надо бить! — Рискни здоровьем, — и Юнги вновь атаковал нападающих на него стражников, пока не услышал голос позади себя. — Прекратить! — это был Чонгук и его отряд, что вернулись с охоты. — Прекрасно, ваш командир здесь, сейчас вы получите десять плетей за дерзкое нападение на человека знатного рода! — почти пищал от возмущения Дэхви. — Ваш воин напал на меня и моих людей! Его следует высечь за дерзость! — Не правда! Это ложь, это они на нас напали, — выбежал вперед и стал кричать Минсок, пока Намджун не перехватил его рукой. — Юнги, — произнес одно лишь слово капитан. — Они решили позабавиться с Минсоком и Чимином из-за их происхождения, — с отвращением дал отчет Юнги, в нем кипела буря эмоций. — Уведите их в телегу, — кивнул Чонгук. — Юнги, ты можешь идти. — Что?! Это возмутительно, — хотел было сделать шаг Дэхви, но острие меча альфы остановило его. — Если кто-то из присутствующих здесь пострадает из-за метки или цвета шерсти, вы об этом горько пожалеете. — Это измена! Я сообщу Императору, и вас повесят! — исходил слюной престарелый альфа. — Любой человек имеет право на жизнь с первого вдоха. Они не сделали ничего, чтобы такие, как вы, распоряжались их жизнями. Если вас что-то не устраивает, то вы можете продолжить путь без нашего сопровождения! — почти прорычал Чонгук, глядя в маленькие бегающие глазки напротив.

***

На улице стемнело, весь лагерь после горячего ужина погрузился в сон. Лишь дозорные несли свою вахту. В одном небольшом шатре все еще теплился небольшой огонек. — Почему они так жестоки? — спросил мальчик, лежа на подстилке. — Некоторые люди считают, что они лучше других из-за метки или цвета шерсти, но это неправда. Лучше или хуже ты, определяет вовсе не это, — Намджун потеплее укрыл волчонка. — А что тогда? — Твои поступки. Ты в ответе за то, что сделал или сказал. Старайся помогать слабым — и твоя душа будет чиста, — улыбнулся альфа. — Чимин помог мне сегодня. — Правда? — Да, он пытался защитить меня от того ублюдка, — поежился Минсок, пытаясь улечься поудобней. — Следи за словами! Я поблагодарю его завтра, сейчас уже поздняя ночь. Спи давай, — Намджун попытался встать, но маленькая рука схватила его запястье. — Намджуна… — Ну что еще? — вздохнул альфа. — Превращаться в волка плохо? — немного стесняясь, задал вопрос Минсок. — Почему ты спрашиваешь? — удивился Намджун. — Сегодня они хотели, чтобы я перекинулся в волка для потехи. Они смеялись и издевались надо мной, остальные просто смотрели и никто не заступился, — грустно рассказал малыш. — И ты поверил? — тяжело вздохнул альфа. — Каждый в этом мире пытается кого-то задеть и в чем-то превзойти. Многие считают, что так правильно. Они лишь тешили свое самолюбие, а сами в волков не превращаются, считая это диким и звериным. — Значит, это плохо? — уже почти со слезами спросил волчонок. — Нет, это не плохо, — пытался сразу успокоить его Намджун. — Запомни, Минсок-а, волк внутри тебя — это ты настоящий. Просто некоторые люди боятся самих себя и теряют связь со своим волком. Но нужно быть аккуратнее с незнакомыми людьми, — на последнем предложении альфа усмехнулся. — И да, ты прав, они те ещё ублюдки! Минсок рассмеялся и наконец прикрыл глаза, проваливаясь в сладкий сон. Лес растворился в сумраке и поплыл. Кусты и деревья сгуст­ками тьмы шевелились в вязкой тягучей мути. Вечер сменила ночь. Пора густых суме­рек и теней, пора ночных лесных происшествий. Из палатки украдкой вышел омега. Он ступал очень тихо и осторожно, чтобы остаться не замеченным. Он шел все дальше и дальше в глухой лес, пока его ноги не привели к кристально чистому лесному озеру. — Наконец-то, — прошептал Чимин, глядя на водную гладь. Он ступал босыми ногами по земле, не чувствуя холода. Подойдя совсем близко к воде, омега скинул с себя накидку, ощущая кожей ночную прохладу. — Ты за мной следишь, потому что извращенец или потому что боишься, что я сбегу, — спросил Чимин не оборачиваясь назад. За спиной послышался хруст веток. — Как ты узнал, что я тут? — спросил Юнги, глядя, как оголяется спина омеги перед ним. — Ты громко дышишь! — альфа усмехнулся. — Так зачем ты за мной следишь? — Какой ответ тебе больше нравится? — невозмутимо спросил Юнги, когда штаны омеги вслед за рубашкой отправились на землю, открывая невероятную картину. Тонкая бархатная кожа Чимина завораживала своей белизной в лунном свете. Миниатюрное тело, утонченные изгибы рук и узкая талия, длинные ноги и округлые ягодицы — он был идеально сложен, от омеги невозможно было отвести взгляд. На спине Чимина были видны красные полосы от ударов, но омега не стеснялся ни шрамов, ни своей наготы. Не обращая внимания на непрошенного зрителя, юноша шагнул в озеро. Шаг за шагом его тело скрывалось в воде. Юнги смотрел как зачарованный на происходящие перед ним. Вода должна быть невероятно холодной, как Чимин вообще зашел туда и плавает? Альфа наблюдал за каждым движением, пока омега не погрузился под воду с головой. Вынырнув, юноша как ни в чем ни бывало начал выходить, и если со спины он выглядел невероятно, то смотреть на его тело спереди, когда по нему стекали капли воды, и вовсе было сродни пытке. Омега вышел из озера и наклонился за своей одеждой, он обернулся плащом и направился в сторону замершего Юнги. — Значит, извращенец, — констатировал Чимин, вдыхая аромат морозной мяты. С рассветом лагерь снова собирался в путь, Чонгук проверял ремни на седле, когда с восточной стороны на коне прискакал Сокджин. — Капитан! — запыхавшись крикнул он. — Они здесь, нагонят нас к ночи! — Чёрт…