Sub aliena sidera / Под чужими звёздами

      Отсутствие окон в спальне не позволяло встречать восход, но внутренний будильник всегда срабатывал точно, так что Лэнс и в этот раз поднялся вовремя, несмотря на недосып. После быстрого завтрака он открыл мастерскую и привалился плечом к косяку, окидывая взглядом узкую тихую улочку. Вид не радовал глаз — стены домов были выкрашены сплошь в унылые тусклые цвета, и только вывески магазинчиков да зеленоватое сияние утреннего Септа [1] добавляли пейзажу хоть какого-то разнообразия. В качестве дополнения Лэнс подсветил свою табличку малиновым, возвещая о том, что мастерская открыта для посетителей.       Хозяева лавок привычно прохаживались вдоль витрин в ожидании первых клиентов. Большую часть торговцев составляли местные — коренастые, длинноносые и степенные катларианцы, но хватало и представителей других народов, прибывших, подобно Лэнсу, ещё до оккупации и успевших открыть на Катларисе своё дело. Планета жила мелкой торговлей и принимала всех одинаково, не интересуясь происхождением и личной жизнью. Это, в частности, было одной из причин, побудивших Лэнса обосноваться именно здесь. Пусть Катларис не дом родной, но находиться у него в гостях довольно приятно, если не брать в расчёт галрийских военных.       Интересно, куда отправился вчерашний галра? Помогло ли ему изменение меток? Не то чтобы Лэнс переживал из-за этого, но происшествие было слишком необычным, чтобы так просто выкинуть его из головы. Нормальный имперский генерал ни за что не стал бы просить помощи тайком, да ещё и у какого-то альтеанского полукровки. Странно, что он вообще знает, как выглядят альтеане…       Под ноги прикатился первый клиент — чёрный комочек с красивыми молочно-белыми глазками в форме шестиугольников. Он был покрыт короткой шелковистой шерстью, но Лэнс уже знал, что животы у таких существ мягкие и гладкие, именно там они обычно просили сделать татуировку. Поначалу было сложно приноровиться к поверхности размером с ладонь, но с нынешним уровнем мастерства Лэнс мог с закрытыми глазами набить детализированный рисунок даже на булавочной головке.       В мастерской он устроил клиента в специальном маленьком кресле на длинной штанге. На этот раз заморачиваться с пигментом не пришлось — пришелец сам указал кончиком хвоста на красную краску, и Лэнс сразу приступил к работе. Неприятным открытием стала мелкая дрожь в пальцах, но он усилием воли заставил себя сосредоточиться. Даже самый пустячный заказ стоит выполнять на совесть, независимо от того, сколько удалось поспать.       Вскоре довольно пищащий пришелец укатился из мастерской, щеголяя новенькой алой татуировкой. Новые посетители не спешили радовать мастера своим присутствием и деньгами, так что Лэнс решил по-быстрому сбегать на рынок и пополнить запас продуктов. Переключив вывеску на синий — «перерыв, хозяина нет», — он прихватил корзину и вышел на улицу.       Начиналось самое комфортное из шести времён года на Катларисе: погода стояла сухая и в меру тёплая, без мерзких луж, в которых вечно вязнут ботинки. Лэнс быстро добрался до рынка и углубился в хитросплетения длинных прилавков и навесов. Новичком он пару раз терялся в них, но теперь выучил расположение нужных мест наизусть.       Галрийских патрульных сегодня было больше обычного. Они двигались группами по трое-четверо, переходили от прилавка к прилавку и периодически грубо останавливали прохожих — ничего не говорили, просто рассматривали и отпускали.        — Привет, Мар, — поздоровался Лэнс со знакомым торговцем и поставил корзину на край прилавка. — Мне как обычно. Не знаешь, по какому поводу у галра вечеринка?        — Говорят, к нам опасный преступник пожаловал, вот его и ищут, — мотнул круглой головой катларианец.       Перед мысленным взором сразу же мелькнуло напряжённое лицо вчерашнего галра. Лэнс протянул нарочито небрежным тоном:        — И что за преступник?        — Никто не знает.        — Его что, не объявили в розыск? Не пообещали награду?        — В том и дело, что нет. Видать, не обычный пират, раз они так всполошились. Да пусть сами за ним гоняются — пока не предложат за его голову хотя бы триста тысяч ВИГов [2], никто и носом не поведёт. — В подтверждение своих слов Мар презрительно качнул длинным грушевидным носом.       Пока торговец наполнял корзину продуктами, Лэнс исподтишка взглянул на патрульных. Обычно они чувствовали себя вполне расслабленно в толпе и поглядывали вокруг с ленивым превосходством, но теперь были заметно собраннее. Выходит, появление загадочного «преступника» и впрямь большое событие.       Если они хотят поймать его самостоятельно, значит, пытаются что-то скрыть от местных. Например, бегство некого галрийского генерала? Да уж, новость о том, что не все галра поддерживают политику Империи, сильно ударит по её репутации. Занятно, занятно. Жаль, не расспросил вчерашнего «клиента» поподробнее.       За время отсутствия мастера никого так и не охватило безудержное желание обзавестись татуировкой, так что Лэнс неторопливо пообедал прямо за столом в мастерской, а после безразлично пялился в пространство до тех пор, пока с потолка не стекли последние лучи зелёного заката. Вот и очередной квинтант прошёл.       До прихода патрульных Лэнс как раз успел спрятать в тайники свой вчерашний заработок, и когда те стали обшаривать пустой шкаф, с честным видом разводил руками и клялся именем Императора Заркона, что не видел сегодня ни одного клиента (гаки [3], полученные утром от маленького пришельца, уже ушли на покупку еды).        — И правда пусто, — мрачно буркнул Джуруф, отступая от шкафа. — Смотри, посмеешь утаить хоть что-то…        — Я ещё в своём уме и хочу жить, — пожал плечами Лэнс.        — Правильно мыслишь, — усмехнулся патрульный.       Морл с задумчивым видом изучал рабочее кресло, хотя обычно он обыскивал мастерскую вместе с напарником. Наконец он задал вопрос:        — В последнее время ты замечал что-нибудь подозрительное?        — Что именно? — округлил глаза Лэнс. Облегчать Морлу задачу он не собирался.        — Новые лица. Странное поведение. Слухи.        — Не припомню… Соседи всё те же, клиенты тоже, ведут себя как обычно, новостей нет. А что?        — Не твоё дело! — резко отозвался Джуруф, и патрульные, не сговариваясь, развернулись к выходу.       Право, галра такие забавные, когда нервничают. Хотя вчерашний тоже нервничал, но выглядел при этом не забавно, а весьма внушительно. Даже… величественно. Должно быть, его разыскивают из зависти. А что? Высокий статус, эффектная внешность — рядовые галра и вполовину не так красивы, как он. Или у них совсем иные понятия о красоте?       Лэнс успел запереть дверь, прибраться в мастерской, насладиться циклом очистки, переодеться, поесть и лечь в постель, а мысли всё крутились вокруг таинственного галра в плаще. Катларис — крохотная планета, и если незнакомец не улетел, его наверняка уже обнаружили. Чего он вообще хотел добиться изменением меток? Неужели две лишних полоски на лице способны убедить солдат, что перед ними не тот, кого они ищут? Будь галра настолько глупы, они не завоевали бы половину Вселенной.       Как бы там ни было, не в правилах галра преследовать того, кто не представляет угрозы. Раз они ищут этого парня, значит, он опасен для них, действительно опасен, а помощи местных они не просят, боясь… чего? Огласки? Мятежа? Из этого логически следует вывод, что солдаты убьют любого, кто посмеет оказать малейшее содействие преступнику, — разумеется, если они узнают о факте содействия. А об этом они никак не узнают, так что Лэнсу ничего не грозит…       Тихий скрежет в дверь удалось услышать даже из комнаты.        — О Древние, ты серьёзно?! — выпалил он, обращаясь не то к незваному гостю, не то к самому себе, потому что вместо того, чтобы перевернуться на другой бок и уснуть, он зачем-то потащился в мастерскую и приблизился к двери.        — Кто там?        — Я, — ответил знакомый хриплый шёпот. Лицо Лэнса перекосило от нервной улыбки.        — Слышал, связываться с «Я» опасно, особенно с теми, кого ищут патрульные.        — Я принёс оплату.        — О, заманчиво. А её хватит, чтобы оплатить мои похороны?        — Да.       Лаконично. Мастер тяжело вздохнул и отомкнул замок.        — Ладно, уговорил.       Но едва высокая фигура в плаще шагнула за порог, татуировщик преградил ей путь рукой и потребовал:        — Показывай, что принёс.       На ладонь опустился шероховатый шарик размером с глазное яблоко. Его веса, фактуры и красноватого отблеска в темноте оказалось достаточно, чтобы опознать ликирскую жемчужину [4] — редкую в этих местах, а потому весьма дорогую вещицу.        — Откуда у тебя это? — поразился Лэнс. Такая жемчужина потянет на пару тысяч ВИГов, а это его средний заработок за пять-шесть квинтантов.        — Неважно. — Галра тряхнул головой под капюшоном. Опять торопится. — Нужно, чтобы ты продолжил работу.        — Продолжил?        — Есть ещё метки. Их тоже следует изменить.       Мастер задумчиво перекатил шарик на ладони. Каковы риски? Патрульные не вернутся до завтра. Клиент явно владеет навыками отличной маскировки, раз умудряется уже второй раз пробраться сюда незамеченным, следовательно, уйти тоже сможет по-тихому. Валюта при нём. Почему бы и нет?        — Будем считать, что ты оплатил… — Лэнс ещё раз взвесил жемчужину в руке. — …три сеанса. Включая самый первый.        — Ты обещал первый за счёт заведения.       Ух, какие мы дерзкие, прозвучало почти иронично. Лэнс притворно вздохнул.        — Надеялся, что ты забудешь, но так и быть. Идём.       Что и говорить, отличное завершение квинтанта. Подозрительный тип — скорее всего, разыскиваемый преступник, вдобавок ко всему, ещё и галра — вваливается в мастерскую посреди ночи уже второй раз, предлагает сомнительную работу, из-за которой невинный татуировщик вполне может лишиться головы, а татуировщику хоть бы что. Кивает, тискает в руке жемчужину и без колебаний ведёт клиента на новый сеанс.       В сознании эхом зазвучал спокойный и мудрый голос отца:       «Ты слишком любопытен, Лэандрис, в этом твоя слабость. Любопытство ведёт к опрометчивым поступкам, а опрометчивость может стоить жизни. Береги себя, сынок. Возможно, ты — последнее дитя Альтеи».       Старая рана под сердцем заныла с новой силой, и Лэнс слегка тряхнул головой, отгоняя горькие воспоминания. Он давно запретил себе сожаления и тоску о прошлом. Да, «последнее дитя Альтеи» едва ли могло считаться гордостью своих предков, но что выросло, то выросло. И любопытство — далеко не худшая его черта.       Повторно сотворив импровизированное кресло из футляра и тряпки, Лэнс обернулся к гостю. Татуировки на его лице смотрелись как родные. Мастерство не пропьёшь.        — Готовь свои метки, не стесняйся. Я пока за инструментами схожу.       Он вернулся в мастерскую за тележкой, прикатил её в спальню и недоумённо застыл: гость так и стоял возле футляра, даже не расстегнув плащ.        — Хм… Я вроде просил подготовиться? — неуверенно уточнил Лэнс.       Галра недобро зыркнул на него глазами, похожими на драгоценные камни.        — У меня метки на теле.        — Я догадался. И в чём проблема? Стесняешься? — Мысль показалась до того забавной, что Лэнс протянул умильным голоском, каким обычно разговаривают с младенцами: — Не стесняйся, детка, папочка не сделает бо-бо, он просто потыкает твои меточки иголочкой, это совсем не страшно.       Судя по виду, галра начал подозревать собеседника в слабоумии.        — Что с тобой? — процедил он сквозь зубы. Это добило окончательно.        — Знаешь, что? — разозлился Лэнс. — Либо мы делаем то, зачем ты здесь, либо выметайся из моего дома, капризный кусок газуржьего дерьма! [5] Я впустил тебя не для того, чтобы терпеть твои истерики! То трогать нельзя, то смотреть… Патрульные наверняка будут делать и то, и другое, причём, не самыми гуманными способами, так что хватит ломаться и тратить моё время зря!       Ромбовидные зрачки галра разрослись почти во всю радужку. Растерян? Удивлён? Какая разница, главное, что он наконец сбросил с плеч плащ. Щёлкнуло какое-то крепление на поясе генеральских доспехов — и нагрудник распался на две половины. Отдельно отстегнулись рукава.       Под бронёй обнаружился чехол из тонкой чёрной ткани, облегающей тело от шеи до талии и запястий, подобно второй коже. Ткань красиво переливалась на границах внушительных мускулов, но ещё более впечатляющий вид открылся, когда гость закатал рукав до самого плеча и продемонстрировал руку во всей красе. Сильная, натренированная, она была сплошь перевита выпуклыми линиями вен и тёмными полосами меток, доходивших почти до самого запястья. Красотища. Не то что разносортные татуировки Лэнса…       Мастер невольно потянулся к рельефному плечу, но вовремя вспомнил, что с прикосновениями лучше не перебарщивать, и отдёрнул пальцы.        — Я так понимаю, действуем по той же схеме?        — Да. — Галра тряхнул головой, и на плечо свесилась тяжёлая коса с растрёпанным кончиком. Лэнс никогда не жаловался на свои волосы, но они были и вполовину не так хороши, как эти густые чёрные локоны. Разве что блестели чуть лучше.       Сосредоточься, Лэнс, ты слишком много отвлекаешься на ерунду.       Рецепт пигмента нужного оттенка врезался в память без всяких записей, одной проблемой меньше. Самое время хорошенько продумать рисунок. Всматриваясь в хитросплетение фиолетовых линий, он не уставал поражаться естественному изяществу каждого изгиба. Здесь парой треугольников точно не отделаешься.       Вооружившись карандашом, он склонился над чужой рукой. Большие тёмные глаза по-прежнему следили за каждым его движением, но Лэнс едва замечал это — голова была занята другим.       Продолжить линию здесь. Чуть закруглить. Ещё немного. Вот так. Здесь можно соединить концы и сделать вытянутую петлю. Здесь острый угол. А здесь выходит почти идеальный полукруг, почему бы не завершить его? Можно будет пустить по краю лёгкую волну и вывести линию к локтю…       Он уже и забыл, когда последний раз доводилось использовать в работе смекалку и фантазию. Инопланетные клиенты обычно являлись с готовыми эскизами, имеющими значение только для них самих, а мастер тупо переносил рисунок на кожу, не пытаясь вникнуть в его смысл. В таких условиях ни о каком творчестве не было и речи. Теперь же у него не было никаких ограничений, кроме собственного художественного вкуса, и Лэнс работал с упоением, очарованный тем, как прихотливый узор меняется под его руками, оставаясь при этом столь же прекрасным и гармоничным.        — Да, детка, это будет нечто, — выдохнул он, не сдержавшись.        — Что это значит? — подозрительно прищурился галра, всё так же внимательно следивший за его работой.        — Что именно?        — Слово, которое ты повторяешь. «Детка».        — А… Не обращай внимания, — мотнул головой Лэнс и подправил карандашом линию на внутренней стороне предплечья. — Так говорил один чудак на маленькой планетке под названием Земля, ты вряд ли о ней слышал. Вот я и…       Лиловая рука неожиданно дёрнулась.        — Земля? Та, что вращается вокруг звезды под названием Солнце?       Лэнс вскинул голову и наткнулся на такой же ошарашенный взгляд.        — Ты знаешь о ней? — поразился мастер.        — Не уверен. — Гость казался взволнованным, насколько вообще может выглядеть взволнованным каменное лицо галра. — Галактика Возмездие-240?        — Эээ… Я думал, она называется Млечный Путь?        — На наших звёздных картах она обозначена как Возмездие-240. Влияние Империи ещё не распространилось на эту зону.        — И слава Древним. Так откуда ты о ней знаешь? — повторил свой вопрос Лэнс. Это просто не могло оказаться случайностью.        — Мой отец был родом оттуда.       Ну конечно. Как он раньше не догадался? Ни один из знакомых галра не мог похвастаться подобной формой лица, носы у них были плоские или наоборот заострённые, а челюсти тяжёлые и широкие. Кроме того, их мутные однотонные глаза производили гнетущее впечатление, тогда как у таинственного гостя имелись яркая радужка и зрачки. По правде говоря, взгляд у него был невероятно ясный и выразительный, почти как у землян. Или у альтеан.        — Что насчёт тебя? Ты бывал на Земле? — вырвал Лэнса из раздумий нетерпеливый голос.        — Я там родился и жил в детстве. Моя мама тоже оттуда… была.       От затылка по позвоночнику стёк ручеёк ледяных мурашек. Впервые пришлось произнести это вслух. Так странно. Усилием воли Лэнс натянул на лицо улыбку.       — Вот это совпадение, скажи? С ума сойти можно.       Тёмные зрачки впились в его лицо — почти осязаемо, и потому жутковато.        — И какая… — начал галра, но резко замолчал и тряхнул головой. — Неважно. Поторопись. У меня две руки.        — Да… — рассеянно отозвался Лэнс и на автомате схватился за машинку, но больше не замечал красоты фиолетовых линий, не контролировал собственные движения.       Сознание перенесло его в прошлое, на родную планету, где дневной свет был чистым и ярким, под ногами хрустел золотистый песок, а океан переливался всеми оттенками синего и зелёного; где мама пела песни на красивом языке и пекла его любимые лакомства, а отец каждый вечер смотрел на звёзды и говорил маленькому Лэнсу, что однажды непременно научит его прокладывать путь на просторах безграничной Вселенной. Учить пришлось гораздо скорее, чем он рассчитывал…       Лэнс смотрел на галрийские метки, а видел грозовые тучи, черничные кусты, острые плавники акул, выгоревшие на солнце старые автомобильные шины… А галра смотрел на его лицо и молчал.