Sub aliena sidera / Под чужими звёздами

      Кит молчал. Не хмурил брови, не сжимал зубы, не испепелял ненавидящим взглядом — просто молчал, медленно поглощая завтрак. Голова была низко опущена, волнистые пряди волос частично скрывали лицо. После вчерашнего «хватит» он не произнёс ни единого слова.       Лэнс время от времени бросал на Кита косые взгляды и тоже молчал. Не потому, что боялся открыть рот, а потому что сероватая каша всякий раз вставала поперёк горла и мешала воспроизвести хоть один звук.       Он не чувствовал за собой вины. Стыд — да, и довольно ощутимый, но не вину. Он ведь не принуждал Кита ни к чему и остановился по первому требованию, а оно произошло далеко не сразу. Если бы Кит был категорически против, он бы пресёк любые поползновения в его сторону в первую же долю тика, но он этого не сделал. Он явно подпустил Лэнса слишком близко — и возможно, теперь жалел об этом.       Сам Лэнс пожалеть не мог, как ни старался. Слишком сладко сжималось сердце, слишком тепло становилось внутри от воспоминаний о прошлой ночи, чтобы жалеть хоть об одном действии. Единственное, что Лэнс абсолютно точно сделал неправильно, — слишком поторопился и упустил контроль над ситуацией.       Каша окончательно утратила вкус. Поморщившись, Лэнс отставил миску на пол, когда слуха коснулось сиплое:       — Как скоро ты сможешь закончить?       Глаза Кита были полны тревоги и беспросветной усталости — но теперь они хотя бы смотрели прямо на Лэнса. Уже лучше.       — Максимум, за пару сеансов, но если постараться, могу уложиться в один. А что? — осторожно отозвался мастер.       — Я должен вернуться к моему повелителю.       «Вернуться». Не то чтобы Лэнс хоть на миг допускал мысль, что Кит останется здесь навсегда, но всё же это простое слово заставило внутренности оледенеть. Украдкой сжав в кулак дрожащие пальцы, он сдержанно осведомился:       — Каким образом?       — Пока не знаю. Но стоит узнать как можно быстрее.       — Так не терпится от меня избавиться? — Лэнс нашёл в себе силы растянуть онемевшие губы в широкой, пускай и неискренней, улыбке.       — Нет, — неожиданно спокойно ответил Кит и выпрямился, нахмурив брови. — Я слишком долго подвергаю тебя опасности.       Не совсем тот ответ, который Лэнс ожидал услышать.       — Как ты уже мог заметить, я сам постоянно подвергаю себя опасности, это не проблема.       — Но моё присутствие…       — Не начинай. Ты мой должник, забыл? Хочешь слинять, не выплатив долг? Придержи газургов, так просто я тебя не отпущу, — хмыкнул мастер. Кит прищурился.       — Я всё ещё не знаю, чем отплатить.       Едва не ляпнув «натурой», Лэнс поджал губы и дёрнул плечом:       — Посмотрим. А что насчёт твоего повелителя? Ты не можешь связаться с ним и попросить помощи?       Тёмные глаза затуманились.       — Он далеко.       — Где именно?       — Последний раз это был квадрант Ва’Кар [1]. Сейчас не знаю.       — Да уж, предельно точные сведения. В любом случае, выбраться с Катлариса будет непросто. Сюда-то ты как попал?       — На крейсере. Спрятался в грузовом отсеке, а с орбиты спустился на борде [2].       — Неплохой способ, но в обратную сторону уже вряд ли сработает.       — Знаю.       — Но ведь можно же послать твоему повелителю какой-то сигнал, верно? — настаивал Лэнс. — Неужели у него нет своего секретного канала связи?       Кит задумался на тик, но всё же покачал головой:       — Нет.       — Напомни, почему ты так ему предан? — поморщился Лэнс.       — Он хочет установить мир в Империи. И он спас мне жизнь. — Голос Кита наполнился силой и глубиной. Он действительно без ума от своего драгоценного повелителя.       — Ах да, и правда, — скептически поморщился Лэнс, изо всех сил пытаясь игнорировать мерзкое ощущение пустоты в животе. — В таком случае, почему вы разошлись?       — Разделились. Я должен был выполнить миссию и вернуться к нему, но всё оказалось сложнее, и мы потеряли друг друга, — с сожалением ответил Кит.       — Тебя отправили на миссию совсем одного?       — Да. Обычно галра не жалуют полукровок и не доверяют им ответственных поручений, но мой повелитель не такой. Он выше предрассудков и всем даёт шанс проявить себя.       — Так он тоже галра? — приподнял брови Лэнс. Почему-то казалось, что загадочная персона с подобными характеристиками должна представлять нейтральную сторону.       На лице Кита возникло странное выражение.       — Не совсем, — монотонно проговорил он.       — Что это зна…       Договорить не дал шум за перегородкой. Кто-то колотил в дверь мастерской и, судя по настойчивости и силе ударов, не собирался долго ждать приглашения.       — Прячься! — выпалил Лэнс и метнулся за перегородку, не дожидаясь реакции. На ходу прошёлся пятернёй по волосам, распустил узел пояса так, словно в спешке забыл завязать его, и, открыв входную дверь, зевнул прямо в лицо Джуруфу.       — Ты? Какой сюрприз… А чего так ра-а-ано, детка?       Патрульный грозно навис над ним.       — Тебе какое дело, рано я или поздно? Ты обязан открывать в любое время!       — Конечно, просто я беспокоюсь о твоём режиме. Ты так много работаешь, вдруг ты перетрудился, всё напутал и решил провести вечерний обход сейчас…       — Когда захочу, тогда и проведу! Надо же проверить, здесь ты или слинял куда.       — Здесь, здесь, куда мне деться. А где Брайгор? — вытянул шею Лэнс, якобы высматривая новичка за спиной патрульного. Джуруф нахмурился.       — Зачем он тебе?       — Он милашка. Я бы позвал его на завтрак.       — Следи за языком, выродок! — рыкнул галра и повернулся к нему спиной — на очереди была следующая лавка. Стоило Лэнсу запереть дверь, как беззаботная улыбка тут же сползла с лица.       Плохо. Видимо, вместо одного обхода в день теперь будет два, а где два, там и три, и четыре, и сколько угодно. Такими темпами патрульные скоро поселятся у него в мастерской и рано или поздно обнаружат то, за чем так рьяно охотятся. И тогда…       «Я слишком долго подвергаю тебя опасности», — напомнил хрипловатый серьёзный голос в его мыслях.       «Заткнись», — посоветовал голосу Лэнс и тряхнул головой. Ещё есть немного времени. Они обязательно что-нибудь придумают. Должны придумать.       Он вернулся в комнату, задумчиво теребя концы развязанного пояса. Кит выглянул из-за потайной панели.        — Что случилось? Кто это был?        — Да так, сосед, — отвёл глаза Лэнс и затянул пояс тугим узлом. — На чём мы остановились? Ах да, на повелителе.        — Единственный выход — порт, но нужно найти способ скрыться от таможенников, — нахмурился Кит, вылезая из ниши. Доспехи едва не выпали следом, но он успел удержать их рукой.        — Но пока мы не закончим с метками, ты останешься здесь, верно?       Слишком много надежды в голосе, Лэнс, непростительно много. Кит перевёл блестящие глаза с доспехов на него. Трудно было сказать наверняка, уловил он эту надежду или нет. К счастью, последовал необходимый ответ:        — Останусь.        — Я буду хорошо себя вести, даю слово.       На этот раз намёк был слишком явным, даже шутливый тон не спас положение. Неуклюжее недоизвинение Кит принял молча, с поджатыми губами и скептическим прищуром «а-ты-умеешь-вести-себя-хорошо?», после чего отвернулся от сконфуженного Лэнса, перекинул распущенные волосы через плечо и принялся собирать их в косу. Выглядело это… интригующе.       Его пальцы ловко проталкивали толстые пряди в кольцо из более тонких через равные промежутки, благодаря чему коса напоминала ажурную цепь. Казалось, слабо затянутая конструкция вот-вот развалится, но она волшебным образом оставалась целой. Лэнс даже привстал от удивления.        — Как ты это делаешь?       Кит неуверенно выгнул бровь.        — Вот так?        — Нет, помедленнее! — Мастер соскочил с кровати и присел на корточки, жадно наблюдая за процессом. Лиловые пальцы замедлились, но дела это не исправило.       Лэнс рывком распустил волосы и попытался повторить движения, но как ни старался вникнуть в алгоритм действий, техника плетения оставалась для него загадкой, а пряди рассыпались прямо в руках.        — Квизнак, ничего не понимаю! — Он уже готов был бросить безнадёжную затею, но Кит перехватил конец косы, не давая ей окончательно расплестись. Большие тёплые ладони окутали ладони Лэнса подобно сверхчувствительному экзоскелету.        — Не так. Здесь должна быть петля.       Указательный палец согнулся под мягким давлением чужого пальца и наконец нашёл верное направление. Прядь волос нырнула в кольцо и затянулась мягким, но крепким узлом.        — Продень сюда, — продолжил обучение Кит и выполнил их общими пальцами следующее движение. — Теперь сюда. Вот, чувствуешь?       Последний раз Лэнса заплетал его отец. Теперь бережные прикосновения чужих пальцев к волосам воскрешали давно забытое чувство комфорта и защищённости. Иронично, учитывая обстоятельства.       Новоиспечённый наставник не на шутку увлёкся уроком, неосознанно придвигаясь всё ближе с каждым витком косы, а вот нерадивый ученик вместо усвоения материала только и делал, что восхищался ловкостью и осторожностью чужих рук, млел от тепла и фыркал, когда кончики волос щекотно задевали шею. Предельная сосредоточенность Кита была умилительна, так и тянуло чмокнуть его в нос. Интересно, он бы и детям своим заплетал волосы с таким же серьёзным лицом? Вообразив хмурого растрёпанного повстанца в окружении галдящей темноволосой малышни, Лэнс едва сдержал смех.       Кит поднял голову. В сверкающих лабиринтах его глаз легко было потеряться навсегда. Слишком близко. Стоит чуть податься вперёд, и соприкоснутся кончики носов, а затем и губы…        — Вроде того, — хрипло выдохнул Кит, выпуская конец косы, и отвернулся. Воздух с еле слышным шелестом покинул лёгкие Лэнса.        — Спасибо, — негромко поблагодарил он и провёл кончиками пальцев по воздушному плетению. Красота. — Жаль распускать, но наверное, мне не стоит появляться в мастерской в таком виде. Могут возникнуть вопросы.        — Наверное. — В голосе Кита послышалась досада. Расставаться с совместным творением не хотелось обоим.       Поразмыслив, Лэнс всё же нашёл решение: бережно скрутил косу в жгут, собрал в узел на затылке и закрепил заколкой. Взгляд Кита наполнился теплом.       А сердце Лэнса неожиданно гулко застучало о рёбра, и лёгкое головокружение на миг затуманило взор. Вскочив, мастер на ватных ногах попятился к выходу.        — Ну… пойду работать? — неуверенно пролепетал он, из последних сил растягивая губы в улыбке.        — Да, — откликнулся Кит, не сводя с него глаз.        — Тогда до обеда.        — Да.        — Надо будет тоже заплести тебя. Как-нибудь.        — Хорошо.       Прикрыв за собой дверь, Лэнс прислонился к ней спиной и тяжело вздохнул. Улыбка откровенно горчила на губах.       Давай, идиот, влюбись в этого лилового придурка, из-за которого тебя, на тикундочку, всё ещё вполне могут убить. Влюбись, а потом плачь ночами в подушку, потому что он всё равно улетит к своему любимому повелителю, а ты снова останешься один. Да и если задуматься, их ровным счётом ничего не связывало. Кит нашёл в доме Лэнса весьма удобное укрытие, а Лэнс не нашёл в Ките ничего, кроме одной жемчужины, лимит которой давно исчерпан, и повода для спонтанных эмоциональных выбросов.       Стали появляться первые клиенты. К счастью, опыт и умелые руки помогали перенести рисунок с эскиза и набить на кожу без участия мозга, так что ему вполне удавалось совмещать работу с напряжёнными раздумьями.       На данный момент возникало две проблемы: вылет с планеты и странное напряжение, искрившее в воздухе между ним и Китом после вчерашнего происшествия. Для решения первой проблемы недоставало переменных — хорошо бы для начала разведать обстановку в порту, возможно, найти слабые места в оцеплении. Вторую и проблемой-то, по сути, не назовёшь, но она волновала Лэнса не меньше, а то и немного больше первой.       Если бы дело было только в физическом влечении, он бы справился с ним проверенным способом, но Лэнс уже догадался, что всё далеко не так просто. Страсть не заставит таять от каждого взгляда, не вызовет улыбку при одном воспоминании о другом человеке…       Может, поговорить с Китом напрямую? Они уже не дети и вполне способны выслушать друг друга. Да и Кит тоже чувствует их связь, он должен понять… а что, собственно? «Знаешь, ты мне очень нравишься. Меня тянет к тебе, и в какой-то момент мне начало казаться, что это взаимно. Но так как это всё равно ни к чему не приведёт, давай просто забудем. Что ты хочешь на ужин?» Сложно представить себе нечто более глупое и бессмысленное.       Значит, наилучшим решением будет оставить всё как есть. Ни о чём не задумываться. Не предполагать, не строить планов. Вокруг и так хватает скользких дорожек, не стоит по доброй воле ступать на новую. Пусть всё идёт своим чередом до логического завершения. Хоть какого-нибудь.       Обед впервые прошёл в полной тишине. Должно быть, Кит уловил настроение Лэнса, поэтому не стал донимать расспросами — только взглядом уточнил, всё ли в порядке. Лэнс поблагодарил его за участие улыбкой, прежде чем вернуться в мастерскую.       Явился на последний сеанс добродушный великан. Пока мастер завершал татуировку на его предплечье, он взахлёб рассказывал о каких-то своих родственниках и до грохота в стенах хохотал над понятными только ему шутками. После окончания работы клиент взглянул на собственную руку и провозгласил:        — ДА! ВСЁ КАК Я ХОТЕЛ!        — Наслаждайся, — хмыкнул Лэнс, спускаясь из-под потолка на верёвке.        — ТЫ НАСТОЯЩИЙ МАСТЕР!        — Я знаю.        — БЕРИ, ЗАСЛУЖИЛ! — На пол грохнулись целых семь валувианских слитков — богатство, которое даже во сне не могло присниться доброй половине катларианцев. В другое время это вызвало бы дичайший восторг, а сейчас — всего лишь улыбку удовлетворения. И когда Лэнс успел стать таким равнодушным к деньгам?        — Заходи ещё, — привычно попрощался мастер, и великан ушёл, гудя себе под нос какую-то песню.       Чтобы перевезти тележку с инструментами в другой угол, слитки пришлось отодвинуть ногой. Лэнс мельком взглянул на добычу. Этих средств хватило бы на небольшой корабль — или на подкуп кого-то из межгалактических торговцев, чтобы они согласились тайком вывезти Кита с планеты. Лэнс представил себе, как является к Киту со словами: «Я нашёл для тебя транспорт, собирайся»; как Кит радуется этому шансу, благодарит, возможно, даже целует его на прощание и… уходит. Нет, так себе картинка.       За спиной раздалось громкое шипение, и в мастерскую проскользнул гибкий бледно-жёлтый змей с планеты Пагтас [3]. Кожа у этих существ была невероятно нежной, так что работа с ней требовала ювелирной точности, но Лэнс уже брался за подобные заказы и знал, на что идёт.       Тончайшую иглу приходилось всё время держать на весу, чтобы не загонять её слишком глубоко под кожу, и под конец сеанса руки у мастера тряслись, как у пьяного. К счастью, даже в таком состоянии он умудрился не исцарапать кожу и не испортить рисунок. Клиент уполз, вполне удовлетворённый результатом, перед самым вечерним обходом.       Патрульные вломились в мастерскую даже раньше обычного, без стука, пока мастер отмывал руки в кислоте. Их опять было трое, включая Брайгора.        — И снова здравствуйте, — бесстрастно проговорил Лэнс.        — Не рад нас видеть? — хмыкнул Джуруф, и внезапно его квадратное лицо вытянулось. — А это что такое?       Лэнс обернулся в недоумении и забыл, как дышать. Прямо посреди помещения, на самом видном месте, высилась ослепительно сверкающая горка.       Он забыл спрятать слитки.       Конечности сковало льдом. Дурак, дурак, дурак, беспросветный идиот. Собственноручно подписал себе приговор.       Глаза Морла зловеще сузились.        — Откуда такое богатство?        — Оплата. Сеанса, — не своим голосом отозвался Лэнс.        — Оплата? Кто ты такой, чтобы требовать столько за свою жалкую работу? — Джуруф пересчитал слитки остриём меча и округлил глаза. — Семь штук?!        — Вместе с чаевыми.        — Чего?!       Колени Лэнса тряслись так сильно, что ноги могли подогнуться в любой момент. От лица отлила вся кровь, но он продолжал смотреть прямо в побелевшие от ярости тусклые глаза Джуруфа. Он прокололся, это факт. Уже поздно что-либо предпринимать.       Патрульный подлетел к Лэнсу, вцепился когтями в воротник и резко встряхнул.        — Ты что себе позволяешь, выродок?! Думаешь, ты заслужил эти деньги?! — Он выругался на своём языке, с силой оттолкнул мастера и крикнул напарникам: — Обыщите всё! Наверняка здесь есть что-то ещё!       Морл бросился к шкафу. Спустя мгновение за ним последовал и Брайгор. Джуруф в гневе рубанул мечом по спинке ближайшего кресла…       И воцарился хаос.       С полок сыпались вещи, грохотала, ломаясь, мебель, гремели дверцы шкафов, которые галра опустошали в поисках спрятанных сокровищ. Вероятно, этот шум был слышен даже на улице, но в ушах Лэнса стоял лишь стук его собственного сердца.       Всё нормально. Ничего страшного. Основные сбережения остались в тайниках. Всё они не заберут. Ничего страшного. Спокойно…        — А это что? — Морл потряс контейнер с пигментом, прислушиваясь к сухому стуку внутри.       Только не это.       Онемевшие губы едва шевельнулись, чтобы произнести:        — П-пигмент испортился. Краска сворачивается…       Контейнер полетел на пол и выстрелил сморщенным, потемневшим, но всё равно узнаваемым кусочком слитка, который Лэнс забыл переложить из временного убежища в постоянное. Один или два таких кусочка всегда оставались, если мастер отвлекался на что-то в процессе их транспортировки. Мелочь, почти не имеющая ценности.       А вот контейнеры, извлечённые из шкафа и разбитые все до единого, стоили в десятки раз больше.       Отлетевший осколок оцарапал запястье Лэнса, но он этого даже не заметил — его гипнотизировали лужи разлитой краски. В отличие от мастерской, превратившейся в захламлённый чулан, его сознание было совершенно пусто.        — Ты. Наглый ублюдок, — отчеканил Морл, приблизившись к застывшему, словно изваяние, мастеру. Патрульный излучал волны леденящей кровь ненависти, голос звучал ровно и отчётливо: — Ещё хоть раз посмеешь утаить что-то от нас — я лично выпущу тебе кишки.       Джуруф на его месте не упустил бы шанса ещё раз пройтись кулаком по физиономии Лэнса, но Морл до такого не опустился. Не сводя с жертвы презрительного взгляда, он обманчиво медленно отступил на два шага, а затем молниеносно вскинул ногу.       Даже пребывай Лэнс в меньшем ступоре, он вряд ли смог бы увернуться от стремительно летящей на него тележки.       От резкого удара перехватило дыхание. Под грохот инструментов и треск разбившихся контейнеров Лэнс растянулся на замызганном полу. Край тележки врезался в бедро, осколки впились в ладони, но он едва ощутил эту боль. Довольные голоса патрульных отдалились, потом и вовсе смолкли. Слитки, разумеется, исчезли вместе с ними. Лэнс остался один, окаменевший, оглушённый, среди разноцветных потёков и разбросанных повсюду механизмов.       Прямо перед носом валялась маленькая тату-машинка. Лэнс стиснул её трясущимися пальцами — корпус надсадно заскрипел. Сломана. И наверняка не она одна. Кресла, иглы, карандаши, совсем новые пигменты…       В груди разрастался тугой горячий ком, выдавливая лёгкие изнутри и перекрывая доступ кислороду. Спокойно, Лэнс. Дыши. Всё можно исправить. Как-нибудь. Ведь можно?       Упавшая тележка заскрежетала, отодвигаясь, а затем широкие ладони бережно подхватили Лэнса под локти.        — Больно? Встать можешь? — Ответа не последовало, но он и не требовался: Кит всё равно помог мастеру подняться на ноги и стиснул пальцами его плечи. — Что произошло?        — Что произошло? — хрипло повторил Лэнс, таращась на сломанную машинку. — Абсолютно ничего. Меня всего лишь разорили и лишили возможности работать на ближайший десяток квинтантов. Всё отлично. Всё…       Машинка выпала из руки и с жалобным звоном разлетелась на части. Резко, водопадом, хлынули слёзы. Размашисто вытерев лицо кулаком, перемазанным краской и кровью, Лэнс присел на корточки и попытался сгрести в кучу осколки контейнеров, но руки тряслись слишком сильно. Кит опустился рядом и рассеянно тронул остатки прозрачного корпуса.        — Это можно починить?        — Конечно, особенно пигменты прекрасно поддаются ремонту! — прошипел Лэнс. Теперь задрожали и губы. — Ты хоть представляешь, сколько они стоят?        — У тебя совсем не осталось денег?        — Древние, да при чём тут деньги?! — Мастер вскочил на ноги, задыхаясь от гнева и слёз. — Ты что, слепой?! Тут всё вдребезги! Чтобы восстановить мастерскую, нужна куча времени! Прикажешь умирать с голоду?       Кит выпрямился напротив него и отозвался с отвратительным хладнокровием:        — По крайней мере, ты жив.        — Вот это новость, аж сдохнуть хочется от счастья!        — Они могли убить тебя.        — Могли, да. А ты переживал за меня? Боялся остаться без няньки? Какой кошмар, — скривился Лэнс.        — Ты прекрасно знаешь, что всё не так. — Кит стиснул зубы и кулаки. Он тоже начинал закипать, но кого заботили сейчас его проблемы?        — Теперь уже без разницы. Полюбуйся, — кивнул Лэнс на окружающий их хаос. — И что прикажешь с этим делать? Начинать всё с нуля?       Блестящие глаза Кита ранеными зверьками заметались по помещению.        — Наверняка что-то можно исправить. Я помогу. Что-нибудь придумаем.        — Ты уже придумал. Как перевернуть мою жизнь вверх дном. — Лицо Лэнса свело судорогой. — Ты, твои дурацкие… всё… С самого начала… Я бы никогда не забыл убрать слитки, никогда… Но у меня вся голова забита одним тобой!       Кит отшатнулся. Зрачки расширились от удивления, затем сузились от гнева.        — То есть, это моя вина? — отчеканил он полушёпотом. В ответ у Лэнса вырвался крик:        — Я не знаю, чья это вина, ясно? Не знаю!       Тело больше не поддавалось контролю отчаявшегося разума. Кулаки с размаха врезались в грудь Кита — сгоряча Лэнс даже не обратил внимания на непривычный металлический лязг. Кит вновь сковал его запястья мёртвой хваткой, но Лэнс вывернулся, отпихнул его с дороги и налетел на стену с воплем:        — Квизнак, твою мать!       Лучше бы Джуруф снова разодрал ему лицо. Лучше бы Морл сам ударил его ногой, а не спускал бы одну жалкую тележку. Да лучше бы патрульные избили его все втроём. Но так как они в этот раз проявили жестокую снисходительность, Лэнсу приходилось самому бессмысленно молотить стену и стонать от отчаяния, сдирая костяшки пальцев о холодные плиты.       Казалось, это длилось целую вечность, но боль, гнев и разочарование неизбежно стекали вниз вместе разноцветными потёками. Обессилевший, Лэнс сполз на пол и уткнулся пылающим лбом в колени. Когда он наконец поднял голову, Кита рядом уже не было.       Вид мастерской вызывал тошноту. Уборка подождёт до утра, торопиться уже некуда. Кое-как поднявшись на ноги, Лэнс поплёлся в спальню с единственной мыслью — поскорее бы уснуть.       Он ожидал увидеть Кита, гневно сверкающего глазами, в его любимом углу, но комната пустовала.        — Хватит прятаться. Ложись спать, — устало бросил Лэнс, присев на кровать. Никто не отозвался. Только этих игр ему не хватало для полного счастья. — Кит, пожалуйста, прекращай.       Снова молчание. Может, он в гигиенической капсуле? В прошлый раз тоже туда сбежал.       Однако в капсуле Кита не обнаружилось. Лэнс даже не поленился проверить тайник в стене — пусто. Больше прятаться было попросту негде. Охваченный дурным предчувствием, он высунулся в тёмную мастерскую и позвал вполголоса:        — Кит?       Но понял, что Кита здесь нет, ещё до того, как заметил открытый замок.