Sub aliena sidera / Под чужими звёздами

      Наутро выяснилось, что часть вреда, причинённого патрульными, вполне возможно исправить собственными силами.        — Скрипит, но держится, — заметил Фер, сосед Лэнса, чинивший сломанные Джуруфом кресла, и покачал спинку широким плоским хвостом. Спинка действительно заскрипела, но не отвалилась.        — Здесь тоже чисто, — присоединилась Гуали, которая сметала щёточкой с щупальцами на конце осколки контейнеров. Теперь они были собраны в аккуратные пирамидки.        — Спасибо, — искренне поблагодарил Лэнс и добавил, обращаясь к луже густой розовато-оранжевой слизи на полу: — И тебе спасибо, Чуф.       Лужа смущённо булькнула в ответ и поползла к выходу, переливаясь изнутри всеми красками, которые успела собрать с пола. Полезно иметь чистильщика с Чарфуа [1] в друзьях.       Лэнс запустил руку в карман.        — У меня осталось несколько гаков…        — Побереги свои монетки, тебе нужнее, — отмахнулся Фер.        — Гуали?        — Я тоже не возьму. Тебе ещё инструменты чинить, — ответила катларианка.        — Тогда рассчитаюсь с новой прибыли, — твёрдо заявил Лэнс, ссыпая монетки обратно.        — Как скажешь, — прянул длинными ушами Фер.       Благодаря помощи соседей мастерская стала выглядеть лучше: кресла вернулись на места практически целыми, только одно перестало вращаться, осколки и пятна исчезли, сохранились все виды игл и почти все машинки, нашлась даже пара чудом не разбившихся контейнеров с пигментом. Мелкие порезы на руках Лэнса уже почти затянулись под действием целебной настойки. Всё было не так уж плохо.       За исключением одного.       Всю ночь Лэнс не мог сомкнуть глаз в ожидании знакомого тихого стука, хотя и понимал, что, скорее всего, больше никогда его не услышит. Неспроста Кит заговорил вчера о возвращении к повелителю, неспроста, как Лэнс теперь осознал, надел свои доспехи перед выходом — похоже, на этот раз он не собирался возвращаться. Возможно, он не планировал уходить так внезапно, но после всего, что Лэнс ему наговорил, такое решение не казалось удивительным.       Вот только Киту некуда идти. Даже если ему удалось отыскать новое убежище, его обнаружение — всего лишь вопрос времени. Не будь он таким гордым и упрямым…        — Ого, перестановочка! — раздался с порога новый, но очень узнаваемый голос. Худой долговязый Роло, космический торговец и контрабандист, отсалютовал всем присутствующим.        — Ладно, полного дома, Лэнс, — попрощалась Гуали и вместе с Фером протиснулась в дверь. Роло напротив, зашёл, внимательно оглядел мастерскую и присвистнул:        — Неплохо тебя потрепали. С имперцами повздорил?        — Немного.        — Инстинкт самосохранения на нуле.        — Был плохой день. Ты какими судьбами? — поинтересовался Лэнс. Роло был нечастым гостем на Катларисе, и его появление стало большим сюрпризом. Не то чтобы их связывала какая-то особенно крепкая дружба, но видеть знакомое лицо всё равно было приятно.        — Так ярмарка же, — пожал плечами гость. Лэнс понимающе шевельнул бровями. Такое событие грядёт, а у него из-за всей этой возни совсем вылетело из головы.        — Как дела у Наймы? — бросил он между делом.        — Я передам, что ты интересовался, — гаденько ухмыльнулся Роло. Татуировщик закатил глаза.        — Я больше не собираюсь с ней связываться.        — Это я тоже передам. Боюсь, ей не понравится.        — Хуже уж точно не будет.        — Да ладно, старик, не всё так плохо. — Приятель забросил длинную руку на плечи Лэнса. — Запчасти будешь заказывать? Могу подкинуть парочку, мне несложно.        — А подкинуть мне место в экипаже случайно не можешь?       Несмотря на легкомысленный тон вопроса, Роло тут же отдёрнул руку и отступил на шаг, качая головой.        — Э, нет, мне проблемы не нужны. Сам знаешь, мы с имперцами не воюем.        — А кто-то воюет, — тихо отозвался мастер, вспоминая красивое лицо в обрамлении чёрных волос. Где Кит может быть сейчас? Сумел ли отыскать надёжное укрытие? А вдруг его уже схватили?..        — Кто воюет, у того с головой беда, это же бесполезно, — развёл руками торговец. — Ну так что? Помочь тебе с доставкой?        — Нет, спасибо, я как-нибудь сам.       Явный холод в голосе приятеля заставил Роло недоумённо изломить бровь и отступить к дверям.        — Как скажешь. Заглядывай на ярмарку, может, по скидкам что присмотришь.        — Постараюсь.       Дверь захлопнулась. Лэнс устало провёл рукой по волосам. Дожил, грубит старым знакомым практически на ровном месте. Просто задело пренебрежение, с которым главный пройдоха галактики говорил о войне с Империей — он-то точно не стал бы рисковать собственной шкурой ради спасения кого бы то ни было, кроме себя самого. Да, затея действительно выглядела бесполезной, но ведь находились те, кто твёрдо верил в успех и не жалел собственной жизни ради мирного будущего Вселенной.       Кит…       «Опрометчиво, Лэандрис», — шепнул печальный голос в подсознании. Да, отец, опрометчиво, дальше некуда, но беспокоиться об этом уже поздно.       Вывеска над дверями загорелась болотно-зелёным — «ремонт». В принципе, пару клиентов с незатейливыми запросами можно было и принять, но дел предстояло так много, что Лэнс решил не тратить на это время. Накинув куртку, он запер мастерскую и отправился на ярмарку — расширенную и куда более красочную версию местного рынка.       Как ни старались галра прибрать к рукам и полностью контролировать завоёванные территории, запретить межпланетную торговлю они не могли по чисто экономическим причинам. Поэтому один раз в декафиб Катларис оживал и наполнялся красками, звуками и запахами других миров.       На ярмарку слетелись гости со всех окрестных галактик, с самыми разнообразными товарами, большая часть которых была на Катларисе совершенно бесполезна. Шум от голосов тысяч торговцев стоял невообразимый.        — Кубы олкари [2]! Берёшь пять — четвёртый в подарок!        — Шкура ледяного червя! Согреет даже в абсолютный ноль! [3]        — Цветы из сада Баку [4]!        — Удобрение из хексимита [5]! Шлем прилагается!        — Ручной агакер [6]! Здоровый послушный питомец, с радостью отгрызёт головы вашим врагам!       Впрочем, на ярмарке можно было купить или выменять и нужные товары, если знать, где искать. Лэнс обходил известные ему палатки, без стыда выпрашивая скидки, и чаще всего добивался желаемого — знакомых было много, и среди них попадались вполне порядочные личности. За две варги удалось добыть коробку новых карандашей, пару запчастей для машинок и колёсико для повреждённой тележки.       А вот пожилой унилу наотрез отказался продавать ему подшипники для кресла, хотя Лэнс предложил ему кучу выгодных вариантов для обмена: песню, обрывок верёвки, заколку… Вредного старика не соблазнил даже кусочек ногтя [7].        — Времена уже не те, — твердил он со скучающим видом. — Вот если бы у тебя был, допустим, портативный телудав [8] или пара лукситовых [9] пластин — они нынче в цене, — с тобой можно было бы иметь дело. А так проваливай.       Пришлось уйти ни с чем. И всё же квинтант не прошёл зря, уже есть с чем работать.       Вернувшись домой, Лэнс машинально поднёс кулак к двери собственной спальни, чтобы постучать по привычке, но вспомнил, что стучать больше не для кого, и сердце упало. Призрачная надежда на то, что Кит мог вернуться за время его отсутствия, рассеялась с первым же шагом за порог — в комнате всё осталось по-прежнему.       Возможно, так даже лучше. Без прощания, без лишней неловкости, без слов, которые в любом случае не будут нужными и правильными. Отпустить и жить дальше. Жил же он как-то до этого без необходимости делить с кем-то пищу и постель. Как-нибудь справится, даже если взгляд то и дело обращается к сиротливо пустующему углу. В конце концов, он сам виноват: был слишком самонадеянным и беспечным, играл с огнём. Вот и доигрался.       Вечером вернулись патрульные. Уже с порога послышались обрывки их разговора:        — …из-под носа.        — …не ушёл бы от меня.        — В следующий раз…       «Не ушёл бы»? Хоть бы речь шла не о Ките! Или, по крайней мере, о Ките, который благополучно скрылся от преследования…        — А, выродок! — неизвестно чему обрадовался Джуруф, глядя на Лэнса, застывшего с каменным лицом посреди помещения. — Хорошо мы тебя проучили вчера? Усвоил урок?        — Усвоил, — покорно кивнул мастер. — Надеюсь, ты тоже усвоил, что громить лавки — не лучший выход, если вы хотите получать с них прибыль.       Ирония была слишком тонкой для Джуруфа, но он правильно уловил тон и нахмурился.        — Тебя не спросили!        — Быстро ты здесь прибрался, — протянул Морл с неодобрением и кивнул Брайгору. Молодой галра подступил к полупустым шкафам, то и дело оглядываясь на Лэнса. Тот отошёл в сторону и отстранённо наблюдал за тем, как патрульные снуют по разорённой ими же самими мастерской. Утешало одно: вряд ли они стали бы возиться с каким-то ремесленником, если бы Кита обнаружили — значит, есть шанс, что он ещё жив.       Повышенный интерес Морла к дальней стене неожиданно дал свои плоды.        — Что это? — Он присел на корточки и поддел когтем едва заметную щеколду. Впервые Лэнс всерьёз порадовался отсутствию Кита и признаков его пребывания, а спальню всё равно нашли бы рано или поздно, бояться он уже устал. Морл выпрямился и наставил меч на мастера. — Открывай.       Лэнс невозмутимо сдвинул панель и отступил, позволяя патрульным войти в его личные угодья.        — Это ещё что?! — возмутился Джуруф. — Потайная комната?!        — Это моя спальня.        — Но ты никогда не показывал её!        — А зачем? Очевидно же, что мне нужно где-то спать. Ты думал, я ночую в рабочих креслах? — процедил Лэнс с едва заметной насмешкой. Его спокойствие немного охладило пыл патрульных, но комнату они всё же обыскали. Ничего особенно ценного в ней не было, а тайники, хвала Древним, были скрыты более надёжно, так что на этот раз обошлось без разорения. И всё же галра и здесь нашли, чем поживиться.       Прямо на глазах у Лэнса Брайгор залез в футляр с мелочами и сцапал оттуда две пары серёжек. Спасибо, что не из ушей вытащил. Когда он протискивался мимо хозяина обратно в мастерскую, Лэнс чуть слышно шепнул:        — Я был о тебе лучшего мнения.       Брайгор презрительно скривился и сунул серёжки в карман плаща. Джуруф прихватил с собой плетёный пояс — в качестве трофея, не иначе, на нём даже вышивки не было. Морл не взял ничего, но перед уходом предупредил:        — Теперь будем заходить и сюда.        — На здоровье, — вяло отозвался Лэнс.       Оставшись в одиночестве, он мешком рухнул на кровать и закрыл лицо ладонями. Бессонная ночь, уборка, беготня по ярмарке, проблемы с имперцами, по выражению Роло… За что ему всё это? Сейчас бы забраться в капсулу, а после надеть чистую тунику и спокойно уснуть, ощущая рядом тепло большого сильного тела и слыша размеренное дыхание…       Прошёл всего один квинтант, а ему уже не хватает Кита. Как мало, оказывается, нужно, чтобы привыкнуть к чужому обществу: достаточно тихого, но всегда осязаемого присутствия, хрипловатого голоса, пронзительных глаз, мрачной улыбки, своеобразных шуток и робкой неуклюжей заботы. Достаточно просто быть рядом.       «По крайней мере, сейчас ты жив».       Да. Жив. Эта мысль утешала и помогала держаться на плаву, даже когда приходилось совсем туго. Лэнс научился выпутываться из любых ситуаций и продолжать свой путь благодаря упрямству и жажде жизни. Он пережил смерть родителей, голод, гонения и одиночество. Тут тоже как-нибудь справится.       Напряжение последних суток всё же дало о себе знать, и скоро Лэнс просто отключился, ни о чём не думая и не видя снов.       Следующим утром хлопоты продолжились. Выспаться не дал Брайгор с утренним обходом — Лэнс не удостоил его ни словом, ни взглядом, и от этого парню было явно не по себе, но он мужественно пытался напустить на себя грозный вид.       Затем Лэнс побродил по ярмарке в надежде найти ещё что-нибудь полезное для своей мастерской. Набор предложений не слишком радовал.        — Скорты-панталоны [10]! Все размеры!        — Рагу из стикеркапа [11], прямиком с Балмеры!        — Бесконечный пар [12]! Кому бесконечный пар? Подходите!        — Нанвиль, нанвиль, забродивший нанвиль!       Нанвиль?       Лэнс обернулся — высокий торговец с пятнами на лице как раз махал крохотной фляжкой. Не может быть. Настоящий нанвиль? Не то чтобы Лэнс интересовался выпивкой, но пройти мимо древнего альтеанского напитка было невозможно.        — И долго бродил? — с нарочито незаинтересованным видом спросил он, облокотившись на прилавок. Торговец просиял, довольный тем, что привлёк хоть чьё-то внимание.        — Пару тысяч декафибов точно! Рецепт ведь давно утрачен.        — И сколько просишь?        — Пятьдесят ВИГов.       Для настоящего нанвиля — буквально даром, но таких денег у Лэнса в любом случае не было.        — Пятьдесят? — хмыкнул он. — Неудивительно, что его до сих пор не купили. Да и откуда у тебя настоящий нанвиль…        — А ты понюхай! — Торговец скрутил пробку и сунул фляжку ему под нос.       Мозг тут же прострелило резким запахом. Отец всего однажды дал Лэнсу попробовать крепкий альтеанский напиток, но вкус и аромат запомнились на всю жизнь. Этот нанвиль был настоящим.       Однако Лэнс поморщился и покачал головой.        — Чем разбавлял? Своей мочой? Эта бурда и двадцати ВИГов не стоит.        — Тебе откуда знать? — оскорблённо прошипел продавец нанвиля, но заметно занервничал. Ему определённо хотелось поскорее сбыть товар с рук, а тут потенциальный покупатель ломается.       Лэнс перегнулся через прилавок и доверительно понизил голос:        — Слушай, мы оба знаем, что до нанвиля тут никому нет дела и у тебя его даже даром никто не возьмёт. Так что давай договоримся: ты даёшь мне флягу, а я даю тебе это. — Он вытащил из волос длинную блестящую заколку и покрутил её в пальцах. Губы торговца сжались в нитку.        — Это ведь даже не металл…        — Тогда сиди тут со своим нанвилем. Он взрывоопасен, кстати.       Продавец выругался и вырвал у покупателя заколку одной рукой, а другой перебросил ему фляжку. Лэнс ловко поймал её в воздухе и подмигнул.        — Благодарю.        — Иди отсюда, — буркнул торговец и отвернулся, выискивая в ящиках за спиной новый товар на продажу.       Последовав совету, Лэнс отошёл на несколько шагов, спрятался за плотным переливающимся навесом, открутил крышку фляги и вновь поднёс её к носу. Ну и дрянь, как это вообще можно пить? Иногда Лэнс просто не понимал своих достопочтенных предков. Правда, по утверждению отца, именно отвратный вкус и запах нанвиля служили лучшим лекарством от всех невзгод…       Перед глазами, будто призрак, мелькнуло хмурое, напряжённое лицо Кита. Лэнс поднял фляжку и резко опрокинул её в рот.       С тем же успехом можно было нырнуть в кислоту. Внутренности опалило огнём, по телу прошла дрожь, слух и зрение исчезли на несколько тиков, зато когда вернулись, мир стал напоминать разноцветную карусель. Губы разъехались в улыбке, и Лэнс враскачку двинулся по дорожке, которую помнил куда менее извилистой.       Совсем другое дело. Грусть и усталость как рукой сняло, захотелось петь и прыгать до небес. Отец Лэнса — высокий, стройный, с длинными белоснежными волосами и ласковой улыбкой — помахал сыну рукой с другого конца улицы, и тот восторженно махнул в ответ. Только бы добраться до него, и дальше они пойдут вместе… И почему дорога такая длинная, словно они не приближаются, а отдаляются друг от друга? Плевать, можно доехать верхом на агакере, которого как раз ведут мимо. Лэнс попытался уцепиться за густую шерсть, но она утекла сквозь пальцы. Нахмурившись, он устремился следом за агакером, не собираясь отказываться от своей идеи.       Вдруг локоть обвили чьи-то щупальца. Лэнс попытался вырваться, но монстр не отпускал.        — Ты куда собрался?       Чей это голос? Такой знакомый…        — Кит? — с надеждой спросил Лэнс и тут же залепил собственный рот ладонью. Нельзя произносить его имя! Может услышать кто-то из патрульных, а это очень плохо.       Щупальца потащили его куда-то во тьму. Голова у Лэнса, конечно, работала так себе, но одно он знал совершенно точно — монстра послал за ним Кит. Кто же ещё?       — Почему ты ушёл? — выпалил Лэнс в темноту. — Скажи, почему?..       Тут колени подломились, и он ничком рухнул в чёрную вязкую жижу, сомкнувшуюся над головой.       Очнулся Лэнс под навесом в тёмной лавке, лёжа на выставленных в ряд ящиках. Космический пройдоха Роло водил какой-то пахучей тряпкой перед его лицом и довольно улыбнулся, когда Лэнс закашлялся.        — С добрым утром.        — Убери это.        — По какому поводу пьянка?       Лэнс попытался приподняться на локтях и тут же со стоном опустился обратно. Затылок нещадно ломило. Проклятый нанвиль… Подложив ладонь под голову, он нехотя отозвался:        — Сам понимаешь, мастерская разорена, денег мало, настроения никакого…        — Ещё и с дружком разбежался, да? — дёрнул уголком рта Роло, а когда Лэнс ошарашенно моргнул, добавил: — Ты вроде как меня другим именем назвал. А потом спросил, почему я ушёл.       В саднящий затылок воткнулась добрая сотня острых ледяных иголок.        — Это здесь ни при чём, — пробормотал Лэнс. Не хватало ещё, чтобы кто-то прознал о Ките. Он и без того был слишком неосторожен, назвав его имя на улице, Роло мог запомнить его и заподозрить неладное. Как бы не донёс патрульным…       Но Роло не выглядел сильно заинтересованным в сердечных делах приятеля — куда больше его привлекала зажатая в руке Лэнса фляга.        — Это что, нанвиль? Шик, он мне как раз для смазки деталей нужен. Давай обменяемся? Ты мне флягу, я тебе бесплатные запчасти. Идёт?        — Идёт. — Напиваться всё равно было не лучшим выходом, так что Лэнс отдал флягу без малейших сожалений.        — Сейчас всё будет в лучшем виде.       Подмигнув, Роло скрылся за пологом. На его месте тут же возник высокий стройный силуэт. Губы Лэнса дрогнули в невесёлой ухмылке. Ну конечно. Когда, как не сейчас, пока он валяется на грязных ящиках, морально разбитый и ещё не до конца протрезвевший.        — Привет, Найма.       Красивая инопланетянка с глазами, похожими на тёмные аметисты, склонила голову к плечу.        — Лэнс, — равнодушно произнесла она.        — Я.        — Не скажу, что рада тебя видеть.        — Ах, прошу прощения. Обчистила меня ты, а виноват в том, что у нас ничего не вышло, разумеется, я. Как твои дела?        — Получше, чем у тебя.        — Тут не поспоришь.       На прошлой ярмарке Найма была куда приветливее. Улыбалась, хихикала, льнула к Лэнсу и даже почти добилась от него поцелуя, но внезапно опустевший карман здорово отрезвил мастера и надолго отбил охоту флиртовать хоть с кем-нибудь. До Кита, само собой.       Посчитав долг гостеприимства исполненным, Найма с достоинством удалилась, а у Лэнса наконец получилось привести тело в вертикальное положение. К тому моменту и Роло вернулся с ящиком запчастей.        — Всё, что смог достать, — заверил он, вручая ящик приятелю. — Сам дойдёшь или проводить?        — Как-нибудь справлюсь, спасибо. — Пошатываясь, Лэнс двинулся к выходу. Ноги ещё заплетались, но не до такой степени, чтобы упасть посреди дороги.        — Тебе спасибо. Не унывай, — отсалютовал фляжкой на прощание Роло.       Легко сказать. На улице этому совету ещё удавалось следовать — движение и остатки нанвиля разгоняли кровь, — но стоило Лэнсу затворить за собой дверь мастерской, как в груди начало давить с новой силой. Всё выбивало из колеи: остаточная головная боль и сухость в горле, непривычное расположение кресел, полуразобранные механизмы, пустота на полках, пустота за перегородкой…        — Хватит! — приказал он себе вслух и уселся за стол — чинить тату-машинки. Даже на обед отвлекаться не стал, похрустел злаковыми пирамидками прямо в мастерской.       Патрульные заглянули уже после отбоя и обшарили всё, включая комнату, но поскольку там ничего не изменилось, надолго они, хвала Древним, не задержались.       Из гигиенической капсулы Лэнс переполз прямиком на кровать и рухнул ничком в той половине, на которой обычно спал Кит. Его запах, естественно, уже выветрился, но так Лэнс чувствовал себя чуточку менее одиноким.       Может, Кит уже сумел выбраться с планеты на корабле кого-нибудь из гостей ярмарки? Было бы здорово. До квадранта Ва’Кар отсюда добраться непросто, но у него наверняка получится. Он найдёт своего повелителя, займётся подготовкой восстания и, возможно, хотя бы изредка будет вспоминать странного полукровку с Катлариса, который так опрометчиво впустил его в свой дом, а заодно и в свою душу.       Лэнс хмыкнул в подушку, потешаясь над собственной сентиментальностью. Даже Кит хохотал бы до колик, если бы узнал… хотя, скорее всего, он уже знал. Знал — и всё равно ушёл.       Подтянув колени к груди, Лэнс обхватил их руками и сжался в плотный клубок в попытке выдавить из-под рёбер тяжёлый ком. Незаметно для себя он провалился в поверхностную тревожную дрёму.       Разбудил его странный звук откуда-то из мастерской. Странный звук, похожий на… царапанье в дверь?       Лэнса буквально сдуло с кровати. Через пару тиков он уже вжался во входную дверь, ощущая, как поверхность вибрирует от тихого стука. Сердце подкатило к горлу и застучало там крохотным металлическим шариком.       Невозможно. Просто невозможно. Или всё-таки…        — Лэнс?       Кажется, это первый раз, когда Кит назвал его по имени?       «Не открывай», — мелькнула в голове шальная мысль, до того абсурдная, что Лэнс моментально отбросил её и отомкнул замок.       Всё как в первый раз: ночь, тишина, тёмная высокая фигура в плаще. Только теперь она не бросилась вперёд, а медленно, почти боязливо переступила порог.        — Можно? — шёпотом уточнил Кит.        — Ты уже вошёл, — так же тихо откликнулся Лэнс.       И снова — путь через мастерскую, в полном молчании. Прислушиваясь к практически бесшумным шагам за спиной, Лэнс не мог понять, что он чувствует. То ли это дежавю, то ли обида, то ли страх дать волю радости, то ли всё это вместе.        — Патрульные нашли комнату, — решил предупредить он, закрывая за ними дверь в спальню. — Теперь они обыскивают её, когда приходят.        — Я знаю, — невозмутимо ответил Кит и стянул с головы капюшон с маской. Над его левой бровью красовалась свежая царапина, ткань плаща посерела от пыли, на плече виднелось влажное пятно. Прошедшие два квинтанта явно дались ему нелегко.       В его правой руке был зажат небольшой свёрток. Развернув его, Кит вытянул длинную нитку прозрачно-голубых камней. У Лэнса перехватило дыхание.        — Балмерские кристаллы [13]?! Откуда?..        — Выменял.        — Древние, на что?!        — Неважно. Возьми. — Кит протянул ожерелье ему, но Лэнс оттолкнул его руку.        — Издеваешься? Ни за что!        — Ты заслужил. Я возвращаю долг.        — Для оплаты долга хватит и половины. И если ты не возьмёшь вторую на нужды восстания, я выкину всё в канаву.       Угроза прозвучала весьма убедительно. Даже такие мелкие кристаллы стоили баснословных денег, и совесть не позволяла Лэнсу присвоить такое богатство себе целиком.        — Хорошо, — кивнул Кит и неожиданно замешкался, теребя свёрток в руках. Его голос понизился. — И ещё… Не знаю, как на вкус, пытался вспомнить по твоим описаниям… На вид должно быть похоже.       Он отогнул другой уголок ткани. Кристаллы оказались не единственным подарком к примирению. Лэнс осторожно заглянул в свёрток и не поверил собственным глазам.       Пористый сероватый кружок, сложенный пополам. Внутри — чьи-то мелкие красные клешни, чахлый зелёный листок, пластинки клубня мастю [14] и ещё какого-то овоща. Всё пропитано желтоватым соком. Отдалённо вся эта конструкция действительно напоминала… тако.       Странный звук, вырвавшийся из горла Лэнса, явно не решил, чем он хочет быть — смехом, плачем или криком. Пористая лепёшка пружинила в пальцах, сок вытекал наружу холодными струйками. Держа кулинарный шедевр на весу, Лэнс медленно опустился на кровать спиной к Киту и откусил. За первым странным звуком последовал второй, ещё громче.       Кровать просела под тяжестью галрийских доспехов.        — Ну как?        — Это самый омерзительный тако во всей Вселенной, — всхлипнул Лэнс и запихнул в рот чуть ли не половину лепёшки.        — До слёз? — догадался Кит.        — Да. Ничего хуже в жизни не пробовал.       Тако и правда был ужасным, но Лэнс давился начинкой вперемешку со слезами до тех пор, пока не съел всё до последней крошки. Пальцы склеивались от липкого сока, нездоровая пища провалилась в желудок единым комком. Какое потрясающее чувство.       Лэнс украдкой вытер мокрые глаза запястьем и спросил обыденным тоном, не поворачивая головы:       — Как тебе ярмарка?       — Громко. Зато проще затеряться в толпе.       — Тебя не видели?       — Я вовремя скрылся. Не все торговцы запирают свои палатки.        — Я думал, ты ушёл насовсем.        — Ты же сказал, что не отпустишь меня. А ещё что я идиот.        — Ты и есть идиот, — согласился Лэнс, закрыл глаза и откинулся назад.       Затылок уютно лёг в изгиб чужого плеча, спина прижалась к жёсткому нагруднику доспехов. Правой рукой Кит робко приобнял его поперёк груди и получил в ответ бережное поглаживание по запястью.       Так хорошо. Так правильно. Будто все проблемы чудесным образом решились сами собой. Даже если это не так, плевать. Кит рядом — пока это всё, о чём Лэнсу хотелось думать.       Наклонив голову, он прижался щекой к чужой ладони, лежащей на его плече. Вдруг сквозь сомкнутые веки стало пробиваться бледное золотистое сияние. Лэнс выпрямился и застыл в недоумении.       Мягкий свет струился между пластинками доспехов, словно лавовые потоки. Кит отпрянул от Лэнса, и они оба потрясённо уставились на броню. Лэнс зачарованно провёл пальцами по нагруднику, покрытому сверкающей вязью.        — Что это? Тоже что-то вроде меток?       Узкие зрачки Кита пылали золотом, но взгляд больше не согревал.        — Это не метки, — глухо произнёс он. — Мой повелитель зовёт меня.