Неуловимый

      Арсений работает с этим классом только второй день и запомнил немногих: Шастуна из-за его необычной фамилии; его друга — Димку, потому что Антон сам накануне упомянул имя парня; Матвиенко — из-за прикольной прически; и Оксану — она староста. Но ведь все еще впереди, он обязательно запомнит всех тех, у кого преподает.       После уроков Попов сидит у себя в кабинете и изучает личные дела своих подопечных. Больше всего его, конечно, интересует папка с именем «Антон Шастун». Потому, что, во-первых, мужчину насторожила реакция ученика на вопрос о звонке родителям, да и, в принципе, он еще первого сентября заметил необщительность и замкнутость подростка по отношению к одноклассникам; во-вторых, парень сдает историю, а это значит, что на протяжении года они будут контактировать на дополнительных, и он, как хороший учитель, хочет найти правильный подход к каждому ребенку. Учитывая тот факт, что этот предмет выбрали всего четыре человека из параллели одиннадцатых классов — тем более. Плюсом ко всему идет и недавний приступ.       Что ж, Шастун, поздравляем! Вы — первый, кто смог выделится в этом классе! (пусть и не самым хорошим способом.)       Вы спросите, почему же Арсений так печется по поводу истории, но не по поводу обществознания? Все просто. Он просто его не любит. Да, не любит предмет, который преподает. А что? У нас в России добрая половина учителей выполняет чисто механические задачи. Что касалось Попова, он, безусловно, считал данный предмет необходимым и важным, ведь без него никуда. Просто он считал его скучным и сухим. На вкус и цвет, на цвет и вкус, как говорится. А вот история — его страсть, любовь всей жизни. Будь такая возможность — женился бы на ней.       Но вернемся в кабинет, где сейчас сидит учитель. Просмотрев все папки, Арсений сделал несколько выводов:       1. Антон из небогатой семьи, и у него нет отца.       2. Учится Антон средненько.       3. Нужно выяснить причину такого поведения ученика, проследить за тем, чтобы тот сходил к врачу, и попытаться помочь. (Нет, конечно, он может этого не делать, это не входит в его обязанности. Но он же хороший преподаватель, которого волнует не только успеваемость школьников, ведь так?..)       4. Оказывается, половина родителей его учеников — успешные и богатые люди, занимающие почетные должности в немаленьких фирмах. Черт знает, что делать с этой информацией, если честно.        А еще он переписал номера всех учеников и их родителей к себе в телефонную книгу. Ну, это так, к слову.       Ох, чует его жопа, что этот малый весьма проблемный. Однако он ничего не может сделать со своими благородными порывами. Возможно, Попову просто нужно занять себя чем-то, кроме всех этих скучных бумажек, называемых документами, чтобы утихомирить своих тараканов, которые вопят о том, что «наша жизнь стала слишком скучной, найди развлечение».       По правде говоря, у него давно не было отношений. Родители живут в родном Омске своей жизнью, ни в чем не нуждаясь; все друзья в том же Омске. А здесь, в Питере, куда он переехал месяц назад, потому что жизнь в этом городе кажется куда перспективнее, ему даже не о ком беспокоится, кроме, разве что, рыбок в классном аквариуме. Все это время Попов был занят работой: сначала поиском, а потом и устройством на нее, посему знакомиться по клубам и приложениям для знакомств было некогда. Единственный, с кем получилось более менее сдружиться — Паша, учитель русского языка и литературы. Они были почти ровесниками, поэтому найти общий язык не составило труда.       Арсений мысленно добавляет в свои планы на завтра пункт «Расспросить коллег о Шастуне», убирается на рабочем столе и покидает кабинет, не забыв запереть его на ключ.

***

      Думаете, Антон после того случая пошел домой? Ха. Конечно, нет. Он предпочел сидеть на скамейке в Димином дворе и курить свои дешевые сигареты, за что на него несколько раз ругались молодые мамочки или сварливые бабульки. Возвращаться в родную квартиру не хотелось. Непонятно, ушел ли этот амбал, в каком они там состоянии, как отреагирует мать на несвоевременное возвращение сына и далее по списку.       Единственное, чего сейчас хотелось — съехать. Неважно куда, хоть в общагу с оравой тараканов. Тяжело, если не можешь прийти, казалось бы, домой, не то, чтобы в любой момент, а даже когда тебе плохо (хоть физически, хоть морально). Антону просто хотелось иметь такое место, куда придешь, и тебя там будут любить, позаботятся, помогут в тяжелые моменты… Ну или хотя бы не будут считать лишним и чужим.       Парень, медленно поднося сигарету к губам, рассматривает камешек под ногами и думает. Думает о грядущих изменениях в виде поступления, экзаменах, о таком желанном переезде и своем здоровье. Последнее сейчас наиболее актуально. Он не хочет думать, что это что-то серьезное, придерживаясь правила «Осторожно! Мысли материальны!». Зато думает об Арсении Сергеевиче, который так заботливо помог справиться с кровотечением, да и в принципе пришел проведать его. Антон с грустью думает о том, что случись такое дома, максимум, что сделала бы мать — швырнула в него салфетки, чтобы тот, не дай Бог, не заляпал ничего.       Не желая ковырять старую болезненную рану, которая все никак не заживает, он снова мысленно возвращается к решению проблемы. «Что с этим делать?» Очевидно, пойти к врачу, но мы ведь не ищем легких путей. Ну, можно хотя бы немного приблизить свой образ жизни к здоровому. Помните, мы говорили про мне-все-равно-сколько-тебе-лет ларек? Думаете, Шастун там только сигареты покупает? Наивные. Разве подросток из такой семьи может не пить? Но раз друзей у него, кроме ЗОЖника Димы, нет, приходится пить дешевый алкоголь в одиночку. Он, конечно, не каждый день выпивает, но в минуты душевной невзгоды — почему бы и нет.       Ах, да. Думаю, вас интересует вопрос, откуда же у нашего героя деньги на всю эту прелесть? Ранее уже было сказано про шастуновские подработки. Так вот, ему все-таки удалось найти, так сказать, постоянное место работы. Он устроился работать курьером в местное кафе пару недель назад. А что, несложно и деньги есть.       Вернемся же к Антону на дворовой скамейке. Подумав свои тяжелые думы, Шастун пришел к выводу, что сходит к врачу, если совсем плохо станет, а сегодняшний приступ свалил на недосып, как и все предыдущие. К вашему сведению, в течение лета он падал в обмороки пять раз, и приписывал их все к усталости на работе, стрессу и тому же недосыпу. По счастливой случайности, все они происходили, когда парень был либо один дома, либо в своей комнате. Отчасти, он был прав, но всему свое время.       Антон достает из заднего кармана брюк потрепанный телефон, дабы посмотреть время. До конца уроков всего-то десять минут, а это значит, что в скором времени на горизонте замаячит Дима, и можно будет отсидеться до вечера у него. Шастун выбрасывает сигарету в ближайшее мусорное ведро, а в рот кидает пару пластинок мятной жвачки. Он рубится в какую-то бессмысленную игру на телефоне — одну из тех, которые настойчиво рекламирует Инстаграм. А такие игры рекламируют другие игры, ты скачиваешь их от нечего делать, а там еще реклама… И эта цепочка бесконечна.        Через полчаса у входа во двор появляется Позов. Тот сразу замечает знакомую сгорбленную фигуру на лавке и быстрым шагом идет в ее сторону.       — Эй, Шаст, ты чего тут? — задает он резонный вопрос. Антон тут же поднимает голову.       — О, привет. Тебя жду, — говорит он, выключая телефон и кладя его в карман.       — Расскажешь хоть, что произошло? Пиздец, я так пересрался, — выдыхает Дима, садясь рядом с другом. На самом деле, он чувствует запах табака, просто тактично об этом молчит. — Еще и Арсений Сергеевич ничего не говорит, кроме того, что ты домой пошел. А я уверен был, что ты этого не сделаешь. Думал все, как бы ты не свалился где-нибудь в подворотне, — он усмехается.       — Ну, я, короче, очнулся в медпункте, а там эта медсестра противная, — начинает Шастун. Медсестра, вообще-то, самая обычная, но Антона она почему-то бесила. — Она дала мне эту ватку вонючую понюхать, а потом приперся Сергеич. Сначала про звонок родителям спросил. Слава Богу, хоть звонить не стал. Матушка не обрадовалась бы тому, что ее разбудили так рано, еще и после пьянки, тем более из-за меня, — он ненадолго замолкает. — В итоге сказал, чтоб я домой дул. Я пошел за вещами, а в там, в раздевалке, у меня кровь носом пошла. Мы оба типа охуели. Потом салфеточки, все дела. И только после этого я свалил. Хрен знает, что со мной, короче.       — Пиздец, — выдает Позов. — Ты собираешься что-то с этим делать?       — Не знаю, возможно, — пожимает плечами Шаст. Дима на это неодобрительно качает головой, думая, что когда-нибудь придется тащить друга к врачу насильно.        — Пошли ко мне, — предлагает Поз.        — Я тоже хотел это предложить, — кивает Антон.       Они поднимаются и идут в сторону нужного подъезда.

***

      Шастун возвращается домой ближе к девяти вечера, аккуратно открывая дверь и стараясь сильно не шуметь. Мама спокойно пьет чай за кухонным столом. Антон выдыхает, не замечая признаков пребывания в квартире еще кого-то, и, стягивая кроссовки, плетется в свою комнату. Он кидает рюкзак на его почетное место — в угол. Как только парень собирается начать переодеваться в домашнее, в комнату заглядывает уже знакомая всем нам женщина.       — Мне звонил твой классный руководитель, — ровно говорит она. «Твою налево, Арсений Сергеевич, я думал, мы договорились» — думает Шастун, а на деле лишь вопросительно смотрит на мать. — Ты серьезно упал в обморок и даже не собирался мне об этом рассказать? — на это юноша молчит и смотрит в пол, не понимая, что происходит. — Он сказал, что отправил тебя домой после второго урока. Где ты был все это время? — уже с укором говорит женщина.        — У Димы, — честно отвечает Антон.        — У Димы, — повторяет мама, хмыкая. — Вечно ты у своего Димы, а не дома, — фыркает она и уходит, закрыв за собой дверь.       Шастун так и остается стоять в ступоре посреди своей комнаты.

***

      На следующий день Арсений на перемене решает заскочить к Паше и расспросить-таки о Шастуне сначала его.       — Ну, слушай, Арс. Он такой закрытый, да, — начинает Добровольский. — Насколько я знаю, у него отец погиб… В четвертом классе, что ли, я тогда первый год здесь работал. Он, вроде, поэтому и закрылся. Весь преподавательский состав о нем говорил.       — А не знаешь, как он погиб? — уточняет Попов, опираясь поясницей на первую парту.       — В автомобильной аварии, — отвечает Паша.       — Понятно… — тянет Арсений, смотря в пол. — А в плане учебы как он? — после небольшой паузы говорит он, поднимая глаза на коллегу.       — Средне, не плохо и не хорошо, — хмыкает мужчина. — По моим предметам у него четверки, к нему претензий нет, — он пожимает плечами и смотрит на наручные часы. — Сейчас уже звонок будет, надо запускать этих спиногрызов. Как раз твои сейчас.       — Ладно, спасибо и на этом, — кивает Попов, поднимается и идет в сторону двери. — Залетайте, — махает он рукой в сторону кабинета, когда выходит из него, обращаясь к классу.       На повороте с лестницы он видит причину своего визита к Добровольскому в целости и сохранности в компании друга.       — Здравствуйте, — первым здоровается Позов.       — Здрасте, — повторяет Антон.       — Привет, — улыбается преподаватель обоим. — Ты как после вчерашнего? — спрашивает он уже непосредственно у Шастуна.       — Нормально, — кидает парень и идет дальше по коридору в сторону нужного кабинета, кивком зовя друга за собой. Он как-то по-детски обижен на учителя за то, что тот все-таки позвонил его маме, хоть ничего страшного и не случилось. А могло.       Арсений не понимает этого жеста, хотя и догадывается, в чем причина. Но он же хотел как лучше.