Кто сказал, что пламя только обжигает?

      Pov: Химэ. Деревенские пейзажи сменились обширными полями, раскидистыми лесами и горами, чьи пики устремлялись к небу. Одновременно родное окружение, а одновременно нет. Кёджуро шёл по левую сторону и так же, как и я, смотрел по сторонам, наслаждаясь видами нетронутой человеком природы. Ни городов, ни деревень и просто долгожданная тишина. От громких криков, смеха, голосов и обычного городского шума можно очень сильно устать морально. Я так вообще не могу к этому привыкнуть по причине того, что родилась и выросла на горе, где нет всего выше перечисленного в большом количестве. Мои младшие дурачатся и смеются, но стоит мне или бабушке шикнуть, как они становятся тише. В городе так не получится. Когда я в доме Кёджуро, я стараюсь меньше выходить. Мне не нравится находится на шумных улицах, я люблю тишину и домашнюю атмосферу спокойствия. Выходила я лишь по необходимости. На рынок я всегда ходила в сопровождении Кёджуро или Сейджуро. А бывало, что и с обоими сразу. Двигаясь по лесу огибая деревья, мы шли к горе, до которой ещё топать и топать. Радовало хотя бы то, что мы её вообще видели и понимали куда идти. До того как мы зашли в лес, Кёджуро болтал и травил шутки, при этом громко смеясь. Я молча слушала, держась за его руку. Мне не хотелось отпускать его тёплую руку. С самой деревни я даже не подумала, чтобы отстранится и идти нормально. В какой момент моя нога споткнулась о камень, по причине банальной невнимательности, и, ясен красен, резко подалась вперёд, и, если бы не Кёджуро, я бы точно разлеглась на земле. Упала-то я упала, но не на камни и корни, а на мягкую грудь охотника. Чуть привстав с мечника, я посмотрела в его лицо. Оно выражало беспокойство.  — Химэ, ты цела? Не ударилась? — спросил Кёджуро, приподнимаясь на локтях.  — Да, спасибо, ты как всегда вовремя. А ты сам как? Не отшиб спину? — прилёг на землю он достаточно резко. Это заставило меня начать волноваться, не хотелось бы, чтобы он ушиб спину из-за моей неуклюжести. Кё следил за мной с улыбкой, в принципе, как обычно. Мягкий взгляд с нежной улыбкой, как обычно, были на своих местах, и мне это очень нравилось в Кё. Его манера улыбаться и сохранять оптимистичный взгляд на жизнь одна из его прелестных черт.  — Я и больнее падал, моя дорогая. — он прильнул своим лицом к моему и потёрся о него щекой. Мягкая кожа приятно касалась моей и мне не хотелось прерывать это действо.  — Химэ, нужно вставать и идти, у нас нет времени отдыхать. — завёл свою привычную песенку Хашира, намереваясь встать и продолжить не близкий путь. Мне же было до жути лень вставать и идти дальше, у меня было бешеное желание просто вот так повалятся на тёплом теле охотника и немного передохнуть. Кёджуро понял, что вставать я не собираюсь, и поэтому, изогнув бровь дугой, стал глядеть на меня.  — Мы шли два дня, давай пару минут отдохнём. — припадая головой к его груди, я в наглую прикрыла глаза. Кёджуро поднял руку и провёл ею по моей голове от макушки до затылка.  — Нельзя! Эти пару минут могут стоять кому-то жизни! Если ты устала, я могу тебя понести. — его предложение я восприняла в штыки. Ещё он меня на спине не таскал.  — О нет, нет, нет! Я тяжёлая! Даже не думай этого делать! — моя реакция на такое, в его понимании, милое предложение удивила парня, и он удивлёнными глазками уставился на меня, хлопая длинными ресницами, как бабочка хлопает крыльями.  — Ну, во-первых, ты не тяжёлая, а во-вторых, как пожелаешь. Но, если вдруг что — ты говори мне, хорошо? — вернув на дежурное место улыбку, произнёс лежащий подомной охотник.  — Ты слишком заботливый, Кё. — его забота иногда переходит всякие границы. Хотя бы вспомнить недавний случай, когда он вывернул кисть и вместо того, чтобы попросить меня зафиксировать чем-нибудь или вообще что-то сделать, он принялся помогать мне, терпя боль в кисти. Он мешок с мукой отнять у меня пытался, но я быстро остановила его и хлопнула по лбу со словами «Руку ещё сильнее травмируешь, я сама справлюсь!».  — Всё для тебя, моя милая! Всё, пойдём нам нельзя медлить. Разберёмся с этим демоном и отдохнём. В следующем месяце я возьму отпуск, обещаю. — он трижды хотел взять отпуск, но возможности на такую роскошь нет. Демоны, суки, как сговорились, один за другим, как в сранной очереди!  — Ты говорил это в прошлый раз! — взгляд истребителя принял виноватый вид.  — Прости-прости, но не вышло, демоны стали слишком активными, и работы прибавилось. Поверь, я устал не меньше тебя, но делать нечего. — о чём я и говорила. Демоны распространились, как чума, а мы, как лекарство, следуем за ними и истребляем. Ренгоку делает в разы больше меня, но всегда скромно уменьшает свои заслуги. Моментами он выкладывается на полную, и, когда это происходит, он еле стоит на ногах. Я всегда оказываюсь рядом и уберегаю его от падения. Это единственное, что я могу сделать в такие моменты.  — Не убавляй свои заслуги. Ты работаешь намного больше меня, и моя усталость даже рядом с твоей не стоит, поэтому я и прошу тебя не торопится. — проводя рукой по мягкой щеке парня, сказала я.  — Моя ты заботливая девочка… — обнимая меня, проговорил Хашира, прижимаясь ко мне как можно плотнее.  — Хоть ход сбавь, иначе не встану и буду лежать на тебе до самого заката. — широкая бровь охотника изогнулась дугой, а другая, наоборот, опустилась к переносице. Улыбка была на прежнем месте, но растянулась до лисоподобной.  — С одной стороны это очень заманчивое предложение, но с другой, мы на работе. Хорошо, я тебя понял, не буду сильно торопится. — сдался он, поддавшись на моё условие. У меня душа затрепетала, как же я люблю этого милого совёнка. Мой маленькое, хорошенькое, миленькое солнышко!  — Люблю, когда ты слушаешь. — внутреннюю умилительную истерику я сдержала, так как вести себя, как маленькая девочка, увидевшая котёнка или щенка, уже не для моего возраста. Кёджуро, конечно, посмеётся, но мне будет стыдно.  — Ты же мне добра желаешь, разумеется, я тебя слушаю, милая. — Кё улыбнулся мягкой улыбкой, немного прикрыв глаза. Я понаблюдала за этим, после чего нагнулась над его лицом и поцеловала в губы лёгким поцелуем, при этом густо краснея, и моя смуглая кожа не помогла мне скрыть смущение. Кёджуро снова заморгала быстро глазами, и по его лицу растёкся пунцовый оттенок. Мне стало так стыдно, что ничего умного, кроме как влипнуть лицом в его грудь мне в голову не пришло. Дорога заняла у нас в целом полтора дня, и вот мы добрались до места назначение под громкое карканье наших ворон, которые, как мне показалось, так же, как и мы, сблизились. Забавно. Заметила это я в тот момент, когда я подняла голову к ветвям деревьев, вовремя минутного привала на обед и увидела, как чёрный ворон Кёджуро и моя белая сидят вплотную друг к другу, при это моя находилась под чёрным крылом. Я тихо привлекла внимание Кё, который точил клинок, и указала пальцем на наших ворон. Он взглянул на эту картину и, улыбнувшись, убрал клинок в ножны, сел рядом со мной и прижал меня к себе, прям как его ворон мою. На тот момент был уже вечер, и я немного начала подмерзать, так что объятья были как нельзя кстати. Потом я просто надела свой китель с рукавами и вскоре согрелась. Поиски демона велись с двух расположений, с земли и с воздуха. Я шла по земле, смотря по сторонам, держа перед собой клинок. Кёджуро же следил за всем с деревьев, скрываясь в их раскидистых ветвях. Сначала Кё хотел разделиться, но я настояла, что лучше этого не делать. Один раз мы уже разделились, тогда, в заброшенной деревне. Я не собака и не смогу найти его, если его снова куда-нибудь закопают или засунут. Кёджуро засмеялся, но увидев моё серьёзное лицо, быстро перестал смеяться. Кароче говоря, слежка продлилась не так долго, ведь неожиданно даже для меня, Кёджуро, крутясь в воздухе, как волчок, пролетел метров этак десять за ровный строй высоких сосен и, врываясь в кромешную тьму, осветил окружение своим дыханием. Я же стояла и хлопала глазами. Мне всегда не давал покоя вопрос, как он так точно видит в темноте? Я вот дальше двух метров нихера не вижу, попутно спотыкаясь и сворачивая ноги. Оттуда, куда улетел Кё, раздались вопли, и началась настоящая пляска пламени. Используя дыхания, Ренгоку преследовал скачущего, аки белка, по деревьям демона, и тут я не понятно с чего решила, что этот хер сейчас помчится сюда. Спрятавшись за деревом, я стала ждать, и вот он голубчик прямо спиной ко мне приземлился, не выпуская из поля зрения гнавшегося за ним Кёджуро. Я сконцентрировала дыхание и атаковала со спины, но этот урод, видимо, почувствовал жопой, что я сзади, и сделал сальто назад. Понятно дело, я промахнулась. Демон вывернулся и одним точным ударом пришиб меня к земле и приземлился мне на спину, после чего схватил меня за волосы, накрутив их на кулак. Кёджуро тут же остановился, и я видела, как он испугался.  — Толпой на одного… Как некрасиво… — заговорил он, продолжая сидеть на моей спине. Острые когти впились в мои бока, тем самым удерживая меня от излишних телодвижений. Если я начну рыпаться, он порвёт меня.  — Слезь с меня, сукин сын! — заорала я, поворачивая голову так, чтобы видеть его мерзкую рожу.  — Ой-ой-ой, какие мы сердитые… Ты довольно смелая, раз оскорбляешь меня, когда мои когти рядом с твое аппетитной шейкой… — когтистая рука, тут же перебирая пальцами, переползла по моему плечу к шее и резко сжала, перекрывая мне воздух. Из моего горла начали доносится хрипящие звуки, а к глазам подступили слёзы. Да что же они все так любят меня душить? Какой это раз? Пятый?  — УБЕРИ ОТ НЕЁ СВОИ ЛАПЫ! — вдруг прямо над нами появился взбешённый Кёджуро с заведённым за спину клинком, от чьего лезвия исходило яркое пламя. Демон поспешил отскочить и для этого ему пришлось меня отпустить, но острые когти всё равно меня ранили в районе шеи и бока, от которого он толкнулся ногами, разрывая ткань формы в клочья. Основной удар приняла на себя форма, и мой бок не сильно пострадал. При других условиях я бы уже видела свои рёбра и органы с литрами крови.  — Воу! А я про тебя уже забыть успел… — голос демона был на удивление мягким и даже, можно сказать, приятным. Моментами он был даже мелодичным. Может, при человеческой жизни он был певцом или музыкантом?  — Только тронь её хоть раз, и, клянусь, твоя смерть не будет быстрой… — Кёджуро закрыл меня, вставая так, что я расположилась под его ногами. Любая атака демона не сможет меня достать при всём желании. Свирепа смотря на противника, Кё пригнулся ко мне, нависая грудью прямо над моей головой. Свободной рукой он прижал к моей шее платок и зажал рану. Демон, следя за нами, усмехнулся.  — Сладкая парочка, значит? Как мило. Давно я не убивал одного возлюбленного на глазах другого… — у меня холодок по спине прошёлся, а Ренгоку закрыл меня ещё сильнее, чтобы окончательно спрятать от Óни.  — Что? — его слова вызвали у меня целый шквал негодования. Демону явно понравился этот вопрос и моё лицо, если он его, конечно, видел. Он мог понять и по моей интонации, что я в ужасе.  — Я люблю видеть боль и ужас в глаза людей, чьих любимых я разрываю на части, бху-хи-хи-хи — он мерзко захихикал, прикрывая острый строй зубов. Все зубы в его пасти, как будто были заточены напильником.  — Монстр… Больное чудовище! Как можно получать удовольствие от чужой боли?! — закричала я, чуть приподнявшись на локте. Кё как стоял, так и стоял, следя за демоном. Лицо моего любимого, кстати, ничем не отличалось от моего, он был в не меньшем шоке от слов демона.  — Легко, милочка. В особенности, когда тебе всю жизнь причиняли боль и не думали о твоих чувствах… — так я и думала, что здесь где-то собака зарыта. У меня всегда возникают подозрения насчёт демонов, что они не от нехер делать становятся демонами. Просто до этого никто из демонов не заводил подобных тем.  — А чем ты сейчас лучше тех людей? Ты же превратился в монстра! — острозубый сменился в лице, от веселья ничего не осталось. Он стал очень серьёзным. Его очень задели мои слова.  — Не тебе меня судить, девчонка, и никому из вас, проклятых истребителей! Считаете себя героями? Вы ничем не лучше тех, кто довёл меня до того, кем я стал… Я пытался быть добрым со всеми, но все только и делали, что использовали меня и вытирали об меня ноги…Теперь моя очередь! — сверкнув глазами, он толкнулся ногами и нацелился на Кёджуро, выставляя вперёд руки с крючковатыми когтями вперёд. Голос принял рычащий и скрежетающий тон. Кё подождал удобного момента и двумя взмахами клинка отрубил сначала руки, а затем голову демону, чей разум застелила ярость.  — Химэ, пригнись! — тело демона было достаточно увесистым, плюс всё его тело было в острых шипах, поэтому Кё тоже пригнулся, накрывая меня собой. Тело, руки и голова разлетелись в разные стороны и начали растворятся.  — Будь ты проклят! — заорал демон перед тем как полностью исчезнуть. Тело ещё не полностью исчезло, а вот голова и руки уже развеялись по ветру. Кё приподнялся с меня и посмотрел по сторонам. Я же лежала под ним, зажимая рану на шее и не двигаясь.  — Химэ, милая, ты как?! — Кёджуро встал с меня и начал помогать мне встать. Два движения, и вот я уже на ногах, вплотную прижатая к телу охотника. Он начал меня осматривать, в особенности бок, спину и шею. Шея, кстати, перестала кровоточить, царапнул не так глубоко, как я подумала сначала.  — Я в порядке, это просто царапины. Ничего серьёзного. — и сейчас я серьёзно. На боку всего лишь красные припухшие царапины, на спине максимум будет синяк, про шею я сказала ранее.  — Точно? — не веря моим словам, Кёджуро продолжал меня оглядывать на наличие серьёзных травм.  — Да, не беспокойся. Он меня об землю больнее приложил. — и тут я не слукавила. Об землю он меня гораздо сильнее долбанул, и я ушиблась животом с грудью, но по сравнению с тем, что могло бы произойти, если бы этот колючий демон атаковал нас на полную, это вообще херня, а не ушибы. Убедившись, что со мной всё хорошо, Ренгоку выдохнул.  — Когда я прыгнул над деревьями, я увидел небольшой сарайчик. Можем передохнуть там. — как он только успел его разглядеть? Я вообще херею с этого парня. И демона увидел, и сарай какой-то! Он, блин, точно имеет совиное ночное зрение, а мне просто не говорит!  — Хорошо, пошли. — кивнула я, принимая его предложение насчёт сарая.  — Знаю, ты не одобришь, но я всё же возьму тебя на руки. Отказы не принимаются. — я и пикнуть не успела, как оказалась на руках Хаширы. Довольная лыба расплылась на лице слегка растрёпанного охотника. Из стоящих прядей выпало несколько прядок прямо ему на лоб. Он вообще весь как-то распушился, и что-то мне подсказывает, что это связанно с тем, что он рассвирепел, когда демон напал на меня. Его глаза тогда были в десять раз страшнее, чем у демона, и выглядел он намного опаснее.  — Ладно. — согласилась в очередной раз я.  — Нужно поторопится, иначе рискуем промокнуть… — он посмотрел на небо и чуть нахмурил брови. Причиной были дождевые тучи тёмно-серого цвета. И по ним было видно, что сейчас они конкретно польют лес и нас за одно. Прижав меня посильнее, Кё быстро рванул в сторону сарая, прыгая через камни и корни, при этом стараясь не свернуть себе ноги. Дождь всё-таки ливанул раньше, чем мы успели добраться до сарая, он оказался дальше, чем показалось изначально. Кёджуро промок до нитки, а я осталась сухой, ведь он укрыл меня своим хаори, и я не промокла. Скользя по грязи под гору, Кёджуро внимательно высматривал среди деревьев сарай. И вскоре он нашёл его. Подбежав к нему и отодвинув одной рукой дверь, мы оказались внутри. Сарай был не таким уж древним, только немного крыша протекала. Этот сарай внутри больше напоминал амбар, только поменьше и без второго яруса под сеновал. Сеновал тут был, и он был сухим и очень тёплым. Самое то после такой сырости и холода. Кёджуро усадил меня на сено, а сам, зачесав сырые волосы назад, осмотрел крышу и выбежал обратно на улицу. Он залез на крышу и принялся закрывать дырки ветками или чем-то ещё, чтобы вода не попадала внутрь. Стены местами были дырявыми, и тут уже я подняла свою жопу и принялась закрывать их найденными старыми досками. Слабая защита от ветра, но выбирать не приходится. Встряхнув хаори Кёджуро, я развесила его на перегородке бывшего когда-то загона и уселась обратно на сено. Кёджуро вернулся сырой до основания, но счастливый, как ребёнок, который назло родителям измерил все лужи своими ногами. Волосы, обычно стоящие, пригладились, а стоящие пряди упали на лоб полностью. Осело это сырое чудо напротив меня и сверкнуло белыми зубками. Не сдержавшись, я протянула руку и дёрнула паршивца за локон возле уха под болезненное «Ау-Ау-Ау!». Я фыркнула и принялась сгребать небольшой стог сена в кучку, чтобы развести костёр. Выложив камни кругом и уложив в него сено, чтобы огонь не разбежался, я подожгла спичку и кинула в сено. То начало издавать трескающий звук. И вот, немного подождав, сено разгорелось, и наше ложе осветил желтовато-оранжевый свет. Ренгоку в это время стоял за стогом сена позади меня и вытирался полотенцем, которое лежало у меня в сумке. Не знаю, что меня дёрнуло, но я слегка повернулась через плечо и увидела, что он стоит спиной ко мне. Видела я его лишь по бёдра, но тут и дураку понятно, что он полностью голый, вся его одежда лежала на сене, пока он вытирался. Кё почувствовал мой взгляд и так же, как и я, повернулся через плечо. Я думала он щас раскраснеется и возмутится моей наглости, но нет он улыбнулся, прикрывая глаза на кокетливый манер. В тихом омуте черти водятся, повторяю! — Мы уже, вроде, не чужие друг другу люди, так чего ты смотришь на меня тайком? — всё внутри подпрыгнуло к горлу, затем упало в пятки и только потом вернулось на место. Лицо стало горячим в один миг. — Прости, я… Я… Ох! Я не знаю, что я делаю… — накрывая лицо ладонями, я согнулась и припала головой к коленям. — Всё нормально, тебе можно на меня смотреть. Можешь не подглядывать исподтишка. Любуйся, если хочешь! — и откуда только такая наглость и раскованность взялась?! Его как будто подменили! Неужели он настолько повзрослел всего за год и пару месяцев? — Кто ты?! И куда ты дел моего скромного Кёджуро? — у меня в голове всплыл образ того скромного, краснеющего парнишки, что порой заикался при разговоре со мной, а сейчас передо мной абсолютно другой незнакомый мне человек. Кокетливый, немного нагловатый и пошлый. Про третья я вообще молчу. Где мой скромный совёнок?! — Ах-ах-ах-ах! Ты бы видела своё лицо! — вдруг закатилось ясно солнышко, широко улыбаясь и смеясь взахлёб. Мне же стало ещё хуже. Щас сгорю от стыда синим пламенем! — Ты там что, собрался до утра стоять? — я решила себя немного отвлечь, поэтому задала такой вопрос. Он уже вытерся, но продолжает стоять за сеном в чём мать родила. — Ну не голым же мне рядом с тобой сидеть. — вполне логично. — Твоё хаори подсохло, вот, держи. — потягивая ему уже почти сухое хаори вслепую, я нервно закусила губу. Рука охотника коснулась моих пальцев, но вместо хаори проскользнула по моей руке до самого локтя. Меня снова передёрнуло. — Эй, ну чего ты вся покраснела? Ты же видела меня голым. — мои глаза чуть мне под ноги не выпали. Резко повернув голову, я выпалила, светя красным хлебалом ярче чем огонь позади меня. — Когда это?! — Кёджуро усмехнулся. — В купальне. Забыла, что ли? — он специально напомнил мне ту ситуацию. Мне до сих пор не понятно, чем я, сука, думала, когда вела себя, как какая-то испорченная девка. Мало того, что голой сидела, так ещё и с него полотенце сдёрнула. Как я дошла до такого поведения?! — Чёрт… — тихо чертыхнулась я. — Химэ, послушай, то что тебя влечёт ко мне в подобном ключе, это не страшно. Это естественно. Меня тоже влечёт к тебе, стеснятся этого не нужно. Мы же люди, мужчина и женщина, для нас это в порядке вещей. Я понимаю твои переживания, для тебя испытывать подобное в новинку, как и для меня, я тоже раньше никого так не хотел, как тебя… Но уверяю тебя, я не прикоснусь к тебе до тех пор, пока ты сама этого не захочешь. — взгляд мечника напротив пробуждал во мне незнакомые ранее чувства. Его тёплая рука, его ласковый голос, чудесная улыбка и прекрасные глаза будоражили мою кровь. Чего греха таить и ходить вокруг да около. Бежать от очевидного глупо и бесполезно. Проведя рукой к его ладони, я несмело переплела наши пальцы и подняла глаза на ничего не понимающего Хаширу. Моя краснота на лице выдавала меня с потрохами. Ренгоку нагнулся ко мне поближе, перевалившись на половину через приятно пахнущий стог сена. Между нашими лицами было всего ничего. Хаори, кстати, каким-то незаметным для меня образом оказалось на его бёдрах. — Хочу… — прошептала я ему в самые губы, упираясь лбов в его, при этом плотно закрывая глаза. — Серьёзно? — моё внезапное согласие вогнало парня в ступор. — Угу… — это всё, что я смогла выдавить из себя. Если бы у людей мог пойти пар из ушей от стыда, он бы щас валил из моих, как из трубы поезда. — Химэ, нам некуда спешить, ты поду… — пока этот дурак не сбил весь настрой, я схватила его и притянула к себе, вовлекая в горячий поцелуй. Я прервала его во время слов, поэтому он замычал прямо в поцелуй. — Мм-м-м! Хм-м-м! — он продолжал мычать до самого окончания поцелуя, но разорвать поцелуй не торопился, поцелуй прервала я. — Болтун, не сбивай мне настрой, весь момент портишь! — взгляд растерянного мечника сменился на достаточно серьёзный. Крепкая рука поднялась к моему лицу и провела по щеке к скуле. Шершавая ладонь, уже ставшая родной, не вызывала у меня ничего, кроме приятных ощущений. От каждого его прикосновения моё тело трепетало, а по коже разбежались мурашки. — Значит, ты хочешь перейти эту грань? — тон голоса тоже поменялся на серьёзный. Эта граница не пустой звук для нас обоих, это уже полноценные отношения между девушкой и парнем, а не так, что поцеловались двадцать минут и разошлись. — Это меня немного пугает, но я готова… — стоило мне это договорить, как я оказалась на пушистом сене под разгорячённым охотником. Я уже и забыла, насколько он огромен по сравнению со мной. Воспоминания о наших поцелуях в доме Глицинии нахлынули волной. Именно тогда я впервые увидела Кё полуобнажённым. — Не бойся, я не сделаю тебе больно, дорогая. — его горячий шёпот на ухо заставил меня смутится ещё сильнее. Я нервно сглотнула и вцепилась в крепкие плечи истребителя, чтобы хоть немного унять дрожь. — А если я… — Если ты забеременеешь, я буду только рад. Это же будет наш малыш, и я буду любить его так же сильно, как и тебя. — Кёджуро даже такой исход не пугал, что очень поражало. Он готов ко всему и даже к тому, что у нас может появится ребёнок. — Ты слишком торопишь события! — у меня сердце к горло подпрыгнуло, а животе всё свело к едрени фени! — Просто убеждаю тебя в том, что ты можешь мне верить, Химэ. — пряча лицо за волосами, я отвернулась в сено, пока Кёджуро смеялся с моей реакции в голосину. Щас весь лес, сука, вокруг этой сраной хибары соберёшь! Вытянув руки, я схватила его за рот, дабы заглушить этот фонтан. — Я верю тебе, как никому… — сама нарвалась, а теперь мечусь, как воробей в лапах кошки. Бежать с корабля уже поздно. — Я люблю тебя, Химэ. Моя Химэ. — нагибаясь ко мне, он целует меня в ухо, затем в скулу, щёку, медленно переходя к губам, а затем к шее. Чуть прикусил и потянул. Осталось пятно. И так несколько раз, пока вся моя шея не была в красный горошек. — И я тебя люблю, Кёджуро… — вовлекая его в новый поцелуй, я старалась отвлечься от того, что моя униформа медленно сползает с тела. И от горячих рук, что легли на мою грудь.