Кто сказал, что пламя только обжигает?

Подниматься ранним утром не хотелось до ужаса, словно на нас обоих положили огромный камень, и мы не могли его поднять, чтобы встать. Кёджуро лежал на боку и прижимал меня к себя, а я лежала к нему спиной и ощущала ею весь жар, исходящий от истребителя. Лицом Хашира уткнулся мне прямо в шею и монотонно дышал, опаляя её своим горячим дыханием и щекоча. Накопленная усталость дала о себе знать в виде ломоты по всему телу и болях в мышцах. У Кё сильно ныло почему-то плечо, из-за чего он не может лежать на правом боку. Когда он перевернулся на него, он сильно вскрикнул и тут же перевалился на спину, а затем на левый бок, держась за плечо. Я подскочила и стала осматривать, но никаких травм не нашла, мой беглый осмотр ничего не дал. Кё предположил, что просто ночью как-то неудачно улёгся на него. Вполне возможно, но лучше сходить к настоящему доктору, мало ли вывихнул, или нерв защемил. Мечник добросовестно пообещал мне сходить чуть попозже, я не стала настаивать на сию же минутном подъёме и отправке к врачу, так как видела, что он сильно устал. Высвободившись из объятий Хаширы, я перешла в положение сидя и собрала волосы в кривой и лохматый хвост, чтобы те перестали меня душить и щекотать в области спины. Кё наблюдал за мной с улыбкой и горящими безграничной любовью и верностью глазами. Вдохнув полной грудью, я потянулась и только после этого нагнулась к мечнику и поцеловала его несколько раз в лоб, а потом в губы. Ответный поцелуй последовал незамедлительно. — Поспи ещё немного, только с плечом осторожно, а я сейчас приготовлю завтрак и ванну. Я разбужу тебя, когда закончу. — мягко отстраняясь от мечника, я поправила халат и поднялась с постели, по пути убирая с глаз выпавшие пряди. — Хорошо… — согласился Кё и тихо зевнул. — Сильно болит? — его плечо меня тревожило, оно выглядело опухшим. Я коснулась его плеча лишь кончиками пальцев, но я уже почувствовала, как сильно уплотненно его плечо, и как оно гудит. Кёджуро поморщился, когда я хотела немного размять ему плечо. Моё желание ещё как-то прикасаться к его руке отпало напрочь тут же. Единственное, что я могла сделать, это нагнуться и поцеловать мечника в плечо. — Да как же ты так? — отлежать так невозможно. Это больше похоже на ушиб или вывих. — Кажется, я догадываюсь… Я вчера, когда бежал на собрание, как раз после того, как мы с тобой расстались, не мог сосредоточится на дороге. Всё думал, как ты? Я волновался и ну… шарахнулся плечом об дерево… — Хашира стыдливо отвёл взгляд и свёл брови домиком. Руками он подтянул к своему лицу одеяло и спрятал половину лица, тем самым ещё больше выказывая свой стыд. Я же смотрела на него и хотела хорошенько так отругать за проявленную невнимательность, которая повлекла травму, но, смотря на это пушистое сгорающие от стыда чудо, я смогла лишь выдохнуть: — Ох-х-х, ну что же мне с тобой делать? — берясь за лоб, озвучила я свой вопрос. Кё тихо ответил, чуть сильнее прячась под одеялом. — Прости… — я похлопала по одеялу в области его бедра, тем самым намекая на то, что переживать не нужно, и что я не злюсь. Кё вылез из укрытия. — Глупый ты совёнок, ну ничего, всё будет нормально, ушибленное плечо — это не смертельно. — ласково проведя рукой по больному плечу охотника, я встала на ноги и направилась в сторону двери, чтобы выйти из комнаты и заняться делами. — Химэ! — Кё внезапно окликнул меня, и я обернулась. — Мм-м, что такое? — истребитель мило улыбнулся и нежно произнёс: — Я тебя люблю, очень люблю! — его лицо тронул румянец. Моя душа тут же вспыхнула теплом, и я, вернувшись и осев на колени, нежно поцеловала его, слегка переваливая его с бока на спину. Отстранившись, я заключила его в свои объятья и потрепала по золотистым кучерявым волосам. Его пушистые и мягкие, как мех, волосы пахли шампунем с нотками персикового масла. От шеи, и в общем кожи, особо ощутимо пахло персиком, из-за чего хотелось его укусить, не сильно, конечно, но всё же… Кё усмехнулся и поморщился, когда я провела носом дорожку по его шее к ушку. — И я тебя люблю, мой дорогой, совёнок… — рукой я провела по его лицу и остановила прямо возле брови. Кёджуро молча следил за моими движениями, улыбаясь светлой улыбкой. Ему нравилось, когда я его глажу и ласкаю, ему после смерти мамы никто не давал столько любви, и поэтому он впитывает её всей душой и сердцем. Он в такие моменты прям сияет от счастья. Притянув его за лицо, я легонько поцеловала его в губы и, чуть приподнявшись, в левый глаз, который он прикрыл, когда понял, что я удумала. — Щекотно, Химэ, ах-ах-ах! — мечник засмеялся, стоило мне провести пальцами по его ребрам. Мне не хотелось выпускать его из рук, хотелось тискать, целовать и обнимать. По утрам это пушистое чудо по необычному милое и забавное. — Ты слишком милый… — ткнув ему в кончик носа пальцем, сказала я. Кё скосил глаза на мой палец, поглядел на него своими широкими глазами, после чего вернул глаза на прежнее место и стал глядеть на меня. Улыбка стала шире, а лицо более алым. Подняв здоровую руку он завёл её за меня и потянул на себя, чтобы я легла ему на грудь. — Не уходи. Сделать дела ты всегда успеешь… — попросил он, прижимаясь ко мне и зарываясь лицом в мои волосы, а затем и прямо к шее, опаляя её своим дыханием и провоцируя этим у меня мурашки. Вдохнув и взвесив все «За» и «Против», я сдалась. — Ладно, солнце, уговорил, кстати, я тебе кое-что хочу подарить. — я вчера, пока ждала его, как раз закончила один из подарков. Тот самый камень, который я нашла в реке, но дарить просто красивый камень на веревочке — это как-то смешно, поэтому я с помощью своих рук и терпения выточила из него точную копию гарды клинка Кёджуро. — Мм? ЧТО ТАМ?! ЧТО ТАМ?! — оглушительный голос моего полу глухого охотника оглушил меня, и я с звоном в ушах упала с него на бок с очумевшими глазами. Кё приподнялся и уставился на меня удивлёнными глазами. — Тише-тише, оглушишь же меня… — большие глаза быстро похлопали длинными ресницами, пока их хозяин, видимо, догонял мною сказанное. — ПРОСТИ! Я ПРОСТО ПРИЯТНО УДИВЛЁН! — и опять двадцать пять. — Тише… — подняв руку, я мягко накрыла ею его рот. Он тихо захихикал. — Хи-хи-хи, прости. — убрав от его рта руку, я встала и, достав свою униформу, вытащила из нагрудного кармана подвеску на кожаном ремешке, также ручного плетения. Мне повезло, что мои руки растут откуда надо, чтобы делать такие штучки. — Ты моё чудо… Вот, я выточила это из цитрина. — протягивая подарок Кё, я наблюдала за его реакцией. Пламенные глаза заблестели, стоило им увидеть подарок. — Химэ, какая прелесть, он выглядит, как моя фамильная гарда… — с придыханием проговорил он, беря из моей руки украшение и поднося его к лицу поближе. Я молча наблюдала за ним. — Да, я как раз и брала её за основу… Тебе нравится? — несмело спросила я, так как от части немного нервничала по поводу того, правда ли ему нравится. Кё оторвался от украшения и взглянул мне в глаза. Губы охотника растянулись в мягкой и нежной улыбке, одной рукой он продолжал держать украшение, а другой протянул ко мне и притянул меня к себе, крепко обнимая. — Конечно, я в восторге, и камень красивый, спасибо, я буду носить его всегда… — Кёджуро просто сиял от радости и, как котёнок, ластился ко мне, целуя в висок и щеку. — Давай помогу. — высвободившись из ласковых объятий охотника, я взяла украшение за ремешок и завела два конца за крепкую шею мужчины, где и принялась завязывать плотный узелок. Кёджуро в это время придерживал свои волосы, чтобы они мне не мешали. — Ну как? — поинтересовался он, когда я закончила и убрала руки. Жёлтый камень смотрелся на сильной груди очень красиво. Солнечный камушек для моего милого Солнышка. — Как я и думала, он тебе идеально подходит. — я коснулась камня, а затем перевела руку на широкую грудь Хаширы. Мягкая кожа покрылась мурашками, стоило мне её лишь коснутся. — Спасибо, он мне очень нравится… — нежно прошептал Кёджуро, нагибаясь ко мне ближе и упираясь своим лбом в мой. Я поцеловала его в кончик носа. Хашира захихикал. — Я рада, хоть по мне и не видно, но я правда рада! — моя душа трепетала от радости. Мне хотелось улыбнутся как никогда, но я не смогла — моё лицо, как и всегда, оставалось каменным, без намёка на внутреннюю радость. Из-за этой мысли радость сменилось печалью, и эту эмоцию я уже проявила в реальности. Я скрючилась, опуская лицо так, чтобы Кё не видел моих глаз, которые начали слезится. Окончательно меня выдал шмыг носом. — Химэ, любимая, иди ко мне. — истребитель позвал меня к себе, вытягивая руки вперёд, я подняла голову и взглянула на него полными слёз глазами. Его улыбка и любящий взгляд немного утешили меня, и я упала ему прямо в руки, крепко обняв. После утренних нежностей мы всё-таки услышали свою совесть и встали. Я отправилась готовить, а Кёджуро в ванну. Пока я готовила, мои уши улавливали, как в дальней части дома плещется вода. Мне было тревожно за плечо Кё. Руку сильно высоко он не сможет поднять из-за боли. Приготовив не хитрый завтрак, я пошла прямо к купальне и перед самой дверью постучала. Получив разрешение войти, я открыла дверь и прошла в помещение, где располагается углубление с горячей водой. Кё сидел спиной ко мне и смотрел на меня через плечо. Его волосы были сырыми, видимо, он нырнул под воду с головой, чтобы намочить их. Закатав рукава, я сила за ним, опустив ноги в воду и притянув мечника к себе, стала намыливать ему волосы. Кё покорно опёрся на меня спиной и прикрыл блаженно глаза. Я водила по его голове мягкими массирующими движениями, и мои пальцы периодически натыкались на небольшие шрамы. Намылив волосы, я стала их тянуть в разные стороны, чтобы сделать какую-нибудь забавную причёску. Кё, слыша манипуляции со своими волосами, повернулся ко мне с удивлёнными глазками и похлопал ими. Мыло стекало по его лбу и стремилось прямо к глазам, я одним движением мокрой руки убрала мыло и, нагнувшись, поцеловала совёнка в лоб. На губах появился привкус мыла. Кёджуро наблюдал за мной с улыбкой, а потом улёгся мне на ноги, сложив под головой руки. Я не переживала по поводу того что промокну, я больше думала о том, чтобы Кё было хорошо. Мыльная вода заструилась по моим ногам, и я поняла, что пора смывать. — Кё, давай смоем мыло. — блондин поднял на меня голову, быстро кивнул и, отстранившись от меня, с громким криком погрузился под воду. — Хорошо! Я мигом! — после обширного всплеска, над поверхностью воды забурлили пузыри и мыльная пена. — С рукой осторожно! — крикнула я, испугавшись за его плечо. Совсем, бляха муха, о себе не думает, но что за гиперактивная сова? Кёджуро всплыл и отряхнулся, разбрызгивая воду в разные стороны, после чего подплыл ко мне с закрытыми густой чёлкой глазами. Но лыба была на месте. Вытянув руки вперёд, я ласково взяла его за лицо и мягкими движениями убрала чёлку с его красивых глаз. Глаза, как сияющие огоньки, глядели на меня, и я видела в них лишь любовь ко мне одной. Моё сердце трепетало, а душа ликовала от счастья. Какая же я была дура, когда хотела скрыть от него свои чувства. Хорошо, что я поддалась эмоциям и поцеловала его тогда, тем самым раскрыв себя. С самого начала, как только он открыл глаза после того, как я его принесла домой, я поняла, что он проникся ко мне тёплыми чувствами. Я столько раз сталкивалась с симпатией в свою сторону, что узнала этот блеск в глазах в ту же секунду. Просто тогда я всегда игнорировала мужчин, а с появление Кё я заметила за собой, что мне хочется быть с ним рядом с каждым разом всё дольше и дольше. Обнимать его, видеть его улыбку, ощущать его тепло, которым он меня всегда согревает, слышать его смех и даже его громкие вскрики, от которых мои уши звенят. Сейчас наши отношения уже далеко не простые, как начинались изначально. Я влюбилась в этого солнечного совёнка до такой степени, что уже просто не могу без него и одного вечера провести, моё сердце, душа и тело полностью принадлежат ему и больше никому и никогда не будут принадлежать. Я нашла свою любовь в этой жизни. — Химэ? Ты чего? — Кё поднял руку и коснулся моего лица горячей от воды рукой. — А? — вздрогнув, отозвалась я. — Я тебя зову, а ты молчишь. Задумалась? — склоняя голову к плечу и улыбаясь, поинтересовался Хашира. Я подняла руку и положила её поверх руки мечника. — Угу. — кивнула я. — О чём? Расскажешь? — он заинтересованно на меня смотрел и терпеливо ждал моего ответа. Погладив его по влажным волосам, я нагнулась к нему поближе и, смотря прямо ему в глаза, сказала: — О том, как мне с тобой повезло, солнце. — лицо охотника стало в миг красным, он отстранился и чуть съёжился. Ему стало неловко, до меня ему никто такого не говорил и для него подобное в новинку. Он краснеет даже когда я обращаюсь к нему на «Совёнок» или «Солнышко», он сразу смущается и отводит взгляд. — Ладно, давай закругляйся и выходи, а то завтрак остынет. Жду тебя в гостиной. — подманив его к себе пальцем и дождавшись, когда он снова приблизился, быстро поцеловала его. Кёджуро дёрнулся, но ответил на поцелуй с удовольствием. Отстранившись, я легонько тюкнула его по кончику носу и, вытащив ноги из воды, вышла из ванны. Мы завтракали и разговаривали о всякой всячине. Кёджуро смеялся, озаряя комнату своей улыбкой, а я смотрела на него и мысленно радовалась. Мне никогда даже не снилось, что я понравлюсь такому позитивному и яркому человеку, как Кё. Мне всегда казалось, что я вообще не найду того, кого полюблю, ибо я вообще этими любовными делами не интересовалась, но это совиноподобное чудо с густыми бровями ворвалось в мою жизнь и сердце, не снимая обуви. Доев завтрак, я собралась было убраться, как Кё поймал меня за руку и потянул к себе. Я попятилась и рухнула на задницу прямо между ног охотника. Тёплые рельефные руки обвили меня и прижали к крепкой груди Хаширы. Он опустился лицом ко мне и поцеловал в щёку, потом в край губ, а вишенкой на торте стал легкое покусывание за ухо. Мурашки пробежали по моему телу, из-за чего я съёжилась, поджав поближе к груди ноги. Тёплый мужской смешок прозвучал у меня над ухом, и руки плавно поплыли по мне, ласково поглаживая. Мужские губы опустились на мою шею и нежно стали покрывать её поцелуями. Дыхание Хаширы Пламени опаляло огнём. Моё тело начало гореть изнутри, на лбу выступила испарина. — Кё… прекрати. — выдохнула я, упираясь рукой в грудь истребителя. Кё озадаченно отстранился от меня и заглянул мне прямо в лицо. — Почему? — его удивило моё поведение. Взглянув на него, я с колотящимся сердцем ответила: — Просто, притормози… Я не могу так часто… — его активность меня убьёт, если я не выпишу ему стапоря. Прошло всего пару часов, неужели он так быстро снова в полной боевой готовности? Если да, то я вообще, как выжитый лимон. Тренировки так меня не выматывают как этот. — Ой! Прости, я не подумал… — поняв, что я не в настроении, Кё перестал меня совращать. — Ничего, всё хорошо… — поправляя халат, отозвалась я. — У тебя ничего не болит? — его вопрос вызвал новый прилив смущения. Дёрнувшись, я резко развернулась и уткнулась в грудь мужчины лицом, чтобы спрятать алый цвет. — Нет, я в порядке, просто ещё не восстановилась… — на щеках охотника вспыхнул такой же алый цвет, глаза забегали, и одна рука поднялась к мужскому лицу, накрывая рот, а вторая гладила меня по волосам. — Понял. — мы оба покраснели до цвета кончиков волос Ренгоку. В комнате повисла просто невыносимая тишина. Сердце Кё отбивало бешеный ритм, как и моё. Как же неловко, мать вашу.