Когда начнутся титры?

На второпях собранном совете из аналитиков и свидетелей происшествия приняли решение не разглашать никакой информации о возможной причастности принцессы Тени к смерти Лугуники. Разжигать конфликт с королевской армией бессмысленно. Рози не могла найти места. Происходящее было подобно наваждению. Пару дней назад все было замечательно: ее семья и клан готовились к совершеннолетию любимого брата, мама счастлива, даже отец позволял себе легкие одобряющие улыбки. Сейчас же мать мертва, отец, он же глава клана, направился на самоубийственную миссию, и Рози уверена: обратно его можно не ждать, а брат выжил из ума благодаря человеческому отпрыску. Великолепно! Теперь еще и сообщник. Она устало прислонилась к стене и закрыла лицо руками, не сдержав отчаянного стона. Разумеется, отец подумал на нее. Если не найти доказательств невиновности, Энгельс будет обязан объявить ее соучастницей убийства, хотя бы ради спокойствия остальных. Вот только Рози знает, что врага ищут не там. Посланники не помогают людям. Им просто незачем: раса и так на грани вымирания. Сговориться с человеком ради сокращения и так небольшого населения? Во имя чего, ненависти? Или, быть может, боясь чего? Нет, это не может быть правдой. Посланникам чужды эмоции, тем более такие необъяснимые, как злоба или ненависть, ими руководит холодной анализ и ничего более. — О чем задумалась? — чужой голос выбивает из колеи. Рози не любит общаться, особенно когда обдумывает нечто важное. — Фоул? — удивленно осведомилась Посланница. Как ни странно, с этим соклановцем отношения ее были немного теплее. Он не обижал ее в детстве и старался не избегать без причин. — И давно ты там стоишь? — Роуз напряглась: минувшие события вынуждают быть осторожной — она старается не верить в глупости о сообщнике, но мысль эту из головы не выпускает, следит за Фоулом пристально, ожидает опасности. — Слушай, я лишь хотел узнать подробности о смерти Лугуники, — девушка заметно нахмурилась. — Да не напрягайся ты так, — Посланник смиренно приподнимает руки. — Я лишь разобраться хочу, ничего больше, — так и норовит выплюнуть какую-нибудь обидно-злую, неприятную колкость. Не будь Рози дочерью главы, так и поступила бы. Да только не может: Фоул желает знать подробности, и она обязана успокоить его, ведь теперь забота о клане легла на их с братом плечи. Давит тяжелый вздох, собирается с мыслями и аккуратно подбирает слова. Говорит: — Положение не из простых, мы остались без Лугуники и временно лишены руководства, нужно продержаться до возвращения главы и принять дальнейшие меры. — Это общие слова, — грубо отрезал Фоул, — которые я слышал. Что произошло с Лугуникой? Куда направился глава? Вернется ли он? Почему все молчат? — о, Небеса заветные только не это. Рози лучше всех знает, каким пытливым бывает Фоул. — Я понимаю, что вы волнуетесь, но послушайте, ситуация под контролем, вам не стоит переживать, — мягко обходит острые углы, старается заверить. Не помогло. Фоул заподозрил неладное. — Знаешь, при желании послушать воду я обращаюсь к твоему братцу. Я жду правду, поэтому пришел. И когда мы на «Вы» перейти успели? — Прошу не беспокоить Энгельса без особой нужды, — механически проговорила Рози, игнорируя остальную фразу. Фоул криво усмехнулся и устало вздохнул, — Вот так значит, да? Ладно. Посланник резко притянул дочь главы клана к себе и положил руки на ее талию, та от неожиданности ойкнула, юноша притянул ее ближе и горячо зашептал на ухо: — Я еще не начал никого «беспокоить», — юная Посланница глубоко задышала. За свои восемнадцать она не оказывалась в более смущающей ситуации. Несмотря на это, Роуз с замиранием сердца ждала окончания фразы. — И долго собираешься делать вид, что мы незнакомы? — самодовольства в голосе хоть отбавляй. Что же, если милая Рози решила немного развлечься, он с радостью примет игру. — Да о чем ты вообще? — рассерженная подобной наглостью, Посланница резко оттолкнула от себя неприятного типа. Фоул всматривался в знакомое лицо, ждал усмешки или озорной искорки в глазах, но лиловые очи отражали только непонимание, граничащее со страхом. Юноша изумился, даже испугался. — Подожди, так ты не шутишь? — от былых заигрываний не осталось и следа, на их место пришли неуверенность и напряжение. — А похоже, что мне сильно весело? — Ты, — тихо начал собеседник, ошарашенный собственными догадками. — Не помнишь меня? — надломлено изрек он, внимательно рассматривая красивое лицо напротив. — Почему же, помню, конечно. Ты — Фоул, сын садовников, относительно недавно стал полноценным Посланникам Небес. Кстати, передай своим родителям мое почтение: Нефритовый сад в последние годы прямо поражает яркостью красок и обилием ароматов. К сожалению, я этого сделать не смогу… по своим причинам, но, — Посланник незамедлительно оборвал рассказ. — Какие к черту цвета и ароматы? Причем они здесь? Ты вообще меня слушаешь? А как же я, «мы», наша любовь? — Чего? — недоуменно изрекла Рози. — Фоул, ты хорошо себя чувствуешь? — Роуз нервно рассмеялась, она уже потянулась к его рогу, чтобы проверить температуру, как юноша перехватил чужое запястье, прижал ладошку к своей грудной клетке и вновь притянул к себе. Да что с ним? Он ведет себя странно, девушка вообще не припоминала, чтобы Фоул позволял себе подобное по отношению к кому бы то ни было. — Эй, мы же сбежать собирались. Вместе. Как только тебе исполнится двадцать,— свободной рукой убрал светлую прядь за ушко, вновь перейдя на осторожный шепот. — Я же ремеслу человеческому обучаться начал ради тебя. Давай же, милая, вспоминай, — отчаянно смотрит в глаза напротив, на расплескавшуюся в них растерянность. Рози не выдерживает прикрывает глаза и робко тянется своим лбом к его. — Рози, ты далеко? Можешь мне помочь? — раздавшийся низкий голос Энгельса, казалось, сотряс всю гору. Роуз передернуло от неожиданности, и она сильнее прижалась к Фоулу, как если бы захотела спрятаться от мира, сильнее зажмурилась в надежде впитать больше желанного тепла. «Еще немножко, еще буквально мгновение» Прижимается так близко, что ясно чувствует, как поднимается чужая грудная клетка. — Прости, — так же шепотом, осторожно выдавливает через силу, — я и правда совершенно не понимаю о чем ты, — она мягко выпутывается из объятий, отходит от Фоула. Обхватывает себя руками, желает вернуть былую атмосферу, удержать хотя бы толику мягкого, согревающего прикосновения. Заторможено осознает, что боится взглянуть Фоулу в лицо. Идет на зов Энгельса с низко опущенной головой. — Подожди! Мгновение, Рози останавливается. Чувствует тяжесть на плечах и отголоски спокойствия, которое так не хотелось растерять, а еще стало намного теплее. — Так намного лучше, — подытожил Посланник, когда последняя пуговица достигла своей петли. — Больше не смею вас задерживать, госпожа, прошу продолжайте свой путь, — он отдал ей свою куртку. Ей. Свою. Куртку. Да что за? Ей совершенно не нравилось его поведение, не нравились его слова, ну, может совсем чуть-чуть. Ее пугала собственная реакция. Глубоко в душе поселилось смутное умиротворение и радость. Вот она, наконец, не одна. Ее любят и ждут. Но ведь это не так. Это безумие! Происходящее — безумие! Его слова — безумие! Тогда… почему так странно, почему так противно от самой себя, почему так… стыдно? Ее впервые в жизни не оттолкнули, наоборот, Фоул был рядом с ней, готовый подставить плечо, предложить опору и поддержку. Он ведь не шутит? Он любит ее. Но как? Как он может любить ее? Почему? За что? Она ведь — урод. Ошибка, недоразумение, темное пятно клана. Может, Фоул смеется? Клан в чем-то подозревает ее и придумал новый способ насмешки? Только в этот раз куда более страшный, нежели подпаленные волосы: они решили сыграть на чувствах.

***

— Зачем звал? — Рози заваливается без стука, вальяжно облокачиваясь о дверной косяк. Чего смущаться, она у себя дома. — Ты чего такая счастливая? — растерянно спрашивает Энгельс. Нет, он безумно рад видеть ее такой довольной, просто вечно хмурая и молчаливая младшая сестра с такой мечтательной миной на лице равно осквернению Небесного Камня. Тем более в следствии последних событий. Небеса Благосклонные, что случилось? — Братец, давай сразу к делу. «Братец?». Да какая муха ее укусила? Она никогда не обращалась к Энгельсу так. Выжидающий взгляд продолжал старательно сканировать Юного Посланника. — Хм, ладно, — Энгельс немного прокашлялся. — Рози, у меня есть для тебя миссия, причем высшей важности. Понятия не имею, чему ты так довольна, но речь пойдет о главе клана. — Об отце? — Рози обратилась в слух. — Да. Есть задание, только дождемся еще одного Посланника, — Рози понимающе кивнула. Посланница тихонько прошла в комнату и аккуратно присела на небольшой уютный диванчик, стоящий подле миниатюрного столика. Устремила взгляд на легкую летнюю юбку, в волнении теребя складки. Сегодня ясная погода, не чета вчерашней буре. Буре. Буре, которую никто не заметил, буре, что силой своей почти уничтожило небольшие дома Посланников Небес. Как так? Почему никто не заметил ее? Что происходит?! Сумасшедшая буря с ливнем, которую почуял только Энгельс, Клык Рыси, внезапно оказавшийся у Мариэль, непонятный, простите, Небеса, сон брата. И все это под двадцатилетие Энгельса. Неужели это? — Энгельс, — позвала Роуз, пораженная внезапной догадкой. — Что сейчас происходит с барьером? Есть изменения, ты что-нибудь ощущаешь? — С барьером? — переспросил Посланник, сканируя пространство вокруг. — Нет, ничего. Все также. — Как? Также? Как вчера, когда умирала мама или как было до твоего совершеннолетия? — потребовала подробностей Роуз. Принципиально важный вопрос, с момента самой смерти Лугуники, Энгельс не поднимал этой темы, словно забыл о ней, а ведь именно из-за необъяснимого поведения барьера стало известно о кончине прекрасной Лугуники. — Как до празднества, — коротко ответил Энгельс. Сестра понимающе кивнула, подавив тяжелый вздох. — Не желаешь поделиться наблюдениями? — тихо спросил Посланник. Девушка настороженно прикусила губу и отрицательно покачала головой. Нет, она не хочет ему говорить, не сейчас. Воцарилась неприятная тишина. Умозаключения Рози не радовали, как и то, что буквально вчера сияние соклановцев не отличалось яркостью от сияния младшей дочери главы клана. Самое поразительное, что Энгельс упустил два наиважнейших обстоятельства из виду, невероятное забытье наступало незаметно, мягко окутывало и прятало в своих объятиях. Вот только юный Посланник никогда не жаловался на проблемы с памятью. — Вызывали? — безэмоциональный голос гостя отвлек от размышлений. Похоже, Энгельс и Рози слишком погрузились в собственные мысли и почти забыли, что ждали кого-то. — Да, — кивнул Энгельс. — Проходи, — Фоул кивнул в знак приветствия, вошел в комнату и почти бесшумно присел на небольшой диван. Рози наградила его долгим недоверчивым взглядом, но ничего не сказала. Фоул мягко усмехнулся и тихонько сжал чужую руку в своей. Рози поперхнулась возмущением, скорее от неловкости перед братом, чем от недовольства, но вырываться не стала. Энгельсу этот жест не понравился, он уже начал было жалеть, что позвал именно Фоула для миссии. Но выбора нет: доверить дражайшую сестру кому-то еще он просто не в силах. Рози и Фоул с детства неплохо ладили, на самом деле, садовник единственный нормально относился к изгою в клане. Энгельс сел за стол напротив парочки и окинул серьезным взглядом. — Речь пойдет о главе клана и возможной причастности Мариэль Ласкер к смерти моей матери, — мрачно заявил Посланник, сложив руки в замок. — Это пока не подтвержденная информация, но у принцессы Тени был с собой легендарный Клык Рыси. — Клык Рыси? — изумленно воскликнул Фоул и чуть сильнее сжал руку Рози, — разве это возможно? — Возможно, — только и сказал Энгельс. — Все возможно,— спустя мгновение добавил он, не оставив без внимания сплетенные сильнее руки соклановцев. — На самом деле, я более, чем уверен, что госпоже Ласкер помог кто-то из наших, — от последней реплики спина Фоула натянулась, как струна, а глаза Рози расширились до размеров солнечной системы. — Предатель? — низко прохрипел пораженный Фоул. — С чего такие мысли? — холодный, выдержанный тон без единой эмоции, только озабоченный взгляд выдавал какие-то чувства. — Что же, вполне закономерный вопрос. Как вам известно, Клык Рыси, самое опасное оружие из ныне существующих, был уничтожен много веков назад. Об этом сказано в древних писаниях. Древние писания защищены несколькими барьерами, один из которых различает ложь. Летописец не мог вести мнимые писания. Так что первоначальный Клык рыси действительно утерян. Однако у Мариэль он как-то оказался. Очевидно, принцесса носит копию, созданную по образу и подобию непревзойденного оригинала. Первоначальный Клык Рыси изготовили великие мастера из рогов Посланников, дабы хранить реликвию веками. Вероятно, принцесса Тени сотворила похожий клинок из рогов. Вопрос только в том, кто мог одолжить рога и зачем. — Энгельс, — неуверенно начала Рози. — Твои слова, они, как бы сказать? Не похожи на истину в последней инстанции. Если честно, больше похоже на бред сивой кобылы, — Посланник мягко вздернув бровь, желая услышать аргументы. — Не пойми неправильно, просто… Мариэль — человек. Ты сейчас пытаешься увечить соклановцев в помощи… человеку? — Роуз передернуло от отвращения. — Кто в здравом уме на это согласится? Да даже не в здравом, кто? Это мерзко и унизительно, — Энгельс мягко усмехнулся. Он смотрел на перекошенное отвращением лицо и с облегчением понимал, что Роуз точно не опустилась бы до подобной мерзости. — Что? Еще скажи что-то против. — Мы не можем исключать такой возможности, Роуз, — напряженно пояснил Энгельс. — Все варианты нуждаются во внимании, тем более такие опасные. — А от нас что требуется? — настороженно осведомился Фоул. — Я отправляю вас следом за главой клана. Принцесса Тени не так наивна и беззащитна, как он думает. Это может плохо кончиться, поэтому вы должны найти следы главы и помочь ему, если он жив, если же нет, — Энгельс на мгновение замолк и собравшись продолжил, — тогда найдите способ сообщить об этом и постараетесь выяснить, чего добивается принцесса. — В смысле нас? Меня и садовника? Хм, звучит надежно… Мы обязательно справимся, — яд давно стал постоянным спутником младшей сестры. Энгельс думал, что она просто впитала его с молоком матери. — Этот, как ты выразилась, «садовник» — лучший разведчик клана, — тихо пояснил Энгельс и наградил сестру ехидным взглядом, когда заметил легкую растерянность на лице. Рози окинула Фоула придирчивым взглядом и поджала губу. Посланник неловко улыбнулся и слегка пожал плечами. Он всегда был скромен. Неудобно слышать хвалебные речи от пусть и временного, но все же главы клана. — Энгельс, я понимаю ваш наказ и готов выдвигаться по первому слову. Но почему Рози? Она лишена сияния, ей гораздо безопаснее оставаться в клане под вашей опекой. — Рози сможет оказать тебе должную поддержку в странствии. Не советую сомневаться в сестре, — голос Посланника тверд и уверен. Он без колебаний вручает младшую сестру в руки Фоула, надеясь на… на что? Мать уже потерял, отец на грани гибели еще и сестру под нож пустить решил? Нет, так не пойдет. — Я не согласен, — коротко ответил Фоул и поспешил разъяснить. — Отличной опорой и поддержкой Роуз может быть здесь, если вы готовы так равнодушно пустить в расход собственную сестру, это не значит, что я могу спокойно это проглотить и не рыпаться. Она, возможно, ваша последняя близкая родственница. И вы пойдете на такой риск? — предостережения Фоула небеспочвенны, он, кажется, действительно беспокоится за нее, за Рози. Пожалуй, это происходило впервые на ее памяти. Немного странно и неловко. Энгельс на обвинение отвечать не спешил. Молчание затягивалось, и Рози вопросительно смотрела на брата. Наверное, не зря она была его сестрой, оттого и понимала его с полувзгляда и верила до слепоты. В лиловых глазах брата, она прочла все, медленно кивнула и даже, про себя, поблагодарила. — Не надо говорить обо мне так, будто меня тут нет, — недовольно изрекла Роуз. — Энгельс, я принимаю миссию и спасибо за доверие, — дочь главы клана повернула голову к другому Посланнику. — А нам с тобой нужно собрать вещи в дорогу, все детали миссии обговорим по пути,— девушка словно кивнула себе на какую-то мысль, хлопнула себя по бедрам и поднялась с дивана, сказав напоследок. — А сейчас, прошу, меня простить, пора паковать вещи.

***

Опустились сумерки, Рози и Фоул стояли у границ лагеря Посланников Небес. Роуз впервые покинет клан, да еще и вместе с кем? С садовником-разведчиком-недолюбовником (или как это вообще назвать?). — Вы все поняли? — напоследок уточнил Энгельс, проверяя готовность группы. — Да, — кивнул Фоул. — Тогда вперед. Не смею вас больше задерживать, — Рози благодарно прижалась к брату. Пожалуй, эта миссия — лучшее, что могло произойти за ее жизнь. Она прекрасно понимает, как тяжело далось брату это решение. Но другой возможности у них не будет, нельзя упускать шанс. — Спасибо за все, — самым мягким, на которой только была способна, тоном выдавила Рози. Ей неловко благодарить кого-то, особенно любимого старшего брата. Подумать только, они с самого детства вместе. — Пожалуйста, береги себя. Ешь хорошо, высыпайся и не забывай утепляться зимой, — Рози встала на носочки и робко клюнула брата в щеку. — Ну все, пошла, — погладила его по плечам и решительно развернулась. Ушла прочь. — Береги себя, — тихо ответил Энгельс, но Роуз уже не слышала.

***

Дорога оказалась долгой и тяжелой. Посланники преодолели немалое расстояние, но почти не отдалились от лагеря. Где-то в мозгу настойчиво билась мысль, что они ходят по кругу, тратят попусту силы. Это лишь ощущение. Они не могут просто бессмысленно кружить, не в своей родной местности. Рози волновал Фоул: всю дорогу Посланник угрюмо молчал, погруженный в собственные мысли. Разведчик, казалось, не замечал зацикленности пути. Может ей показалось? Дорога как дорога, а она просто накручивает себя. — Роуз, — холодно позвал Фоул. Его лицо тускнело с каждой секундой, а мысли летали где-то далеко отсюда. Рози передернуло, она не любит слышать это имя. — Будь любезна, объясни в какой бездне Энгельс затерял свой мозг? Он правда отправил тебя на самоубийство? Не могу в это поверить, вы ведь отлично ладили… Я и не предполагал, неужели и твой брат туда же… — Так, стоп, милый, стоп, — осадила Роуз. — Ты вообще о чем? Энгельс не ополоумел ни в коем случае, просто выбрал меня и мою мечту. Я всегда желала покинуть проклятую гору, брат просто нашел способ этого достичь. Он отправляет меня на самоубийственную миссию, где я неизбежно погибаю героиней. Меня признают в клане героем посмертно, а я в это время спокойно обитаю на дальней жилплощади, где обо мне никто не знает. Для клана я мертва, семья меня не ищет, все довольны. Такие дела. — А-а-а, то есть на встречу с полоумной меня отправили в одиночку? — Не без этого. — Ладно, — пораженный Фоул замолкает, снова погружаясь куда-то в пучину своих переживаний. Рози это совсем не нравится, она хочет поговорить о своих подозрениях. Не могла же у нее на пустом месте развиться паранойя. — Скажи, ты правда ничего не помнишь? — Фоул говорил тихо и очень устало, как если бы пережил тысячу и одно разочарование, потерял всякую надежду на лучшее и уже ничему не удивлялся. Рози пожала плечами. Посланник устало выдохнул. — Обо мне, тебе, наших отношениях, мечтах? — девушка испуганно сжалась. — Что, совсем ничего? «Нет», — хочет сказать дочь главы. Она не может помнить чувства, о которых впервые слышит. Мысль об очередной жестокой шутке со стороны соклановцем бьется в голове все настойчивее. Рози хочет закрыться в себе, закончить странный разговор. Она бы так и поступила, но, если подумать, прикосновения Фоула не пугали ее, не казались чем-то неправильным, странным или омерзительным. Наоборот, Рози не желала прекращать те объятия, чувствуя мягкое тепло, что обволакивало и согревало все нутро Посланницы. Неизвестно, сколько бы времени они там простояли, не позови ее тогда брат. — Я не знаю, Фоул, больше похоже на безумную шутку, и если так, то поздравляю — не смешно. А если ты на полном серьезе — обратись к специалисту. — Я понял, тогда позволь проверить теорию, — Посланник начал медленно приближаться к спутнице. — Чего это ты удумал? — сжалась Рози, когда почувствовала мягкое прикосновение чужих ладоней к собственным плечам. Фоул нежно держал хрупкие плечи и спокойно смотрел в лиловые глаза. — Ты можешь оттолкнуть меня в любой момент, — тихо произнес Фоул и наклонился к ее лицу, бегло поймал взгляд, не обнаружил страха, только легкое удивление и интерес. Расстояние до чужих губ стало совсем незначительным. Громыхнула молния, начался пугающий ливень. Рози встрепенулась, испуганно огляделась: погодка напоминала ту самую грозу, когда матушку лишили жизни. Да еще как напоминала. — Прости, милая нужно спешить, — Фоул не задумываясь взял ее за руку и быстро повел за собой. Первое время дочь главы клана совершенно не понимала, куда ее ведут. Возмущаться не стала. Это Фоул тут разведчик, она же просто желает свалить из клана и отправиться в вольное плавание. Вот только направлялись они к священному водопаду, тому самому, что скрывает Небесный камень. Роуз уверена, что Королевство Тени находится в другой стороне. — Фоул, а куда мы, собственно, путь держим? — К священному водопаду. — А зачем нам туда? Королевство Тени расположено на северо-западе, а священный камень — в противоположном направлении. — Увидишь. — А, вот оно как? Ну да, — Рози одолело странное предчувствие, здравый смысл утверждает, что идти нужно к дворцу Тени, и Роуз привыкла полагаться на логику, но некое внутреннее чутье (коего не было ранее) вопило, что Небесный камень — единственное верное направление.

***

Наверное, в мире все же существует некий третий глаз или шестое чувство или это просто хороший разведотряд, потому что прямо сейчас перед Рози и Фоулом стояла Мариэль. Все такая же гордая, упрямая, с ярко-рыжими волосами в драном черном платье и без меча. Она смотрела прямо на них. Ни одна эмоция не отражалась на ее лице, словно она ждала их или просто не замечала чужого присутствия. Но как она может не заметить? Они же вот, прямо перед ней. Рози начала осматриваться вокруг, желала найти выход из щекотливой ситуации. Почему-то веры в то, что они с Фоулом выберутся живыми из передряги, с каждой секундой становилось все меньше. — Рози, — тихо начала Мариэль, голос ее был настолько же безжизненным, как и взгляд, Рози передернуло от холода, — ты помнишь сказку про рыцаря и принцессу Селену? Лугуника читала ее вам. В детстве, — Небеса благосклонные, что с ней случилось? Рози всегда недолюбливала принцессу по причине происхождения оной, но Мариэль никогда не унывала, поражала своим теплом, изумляла яркостью. Сейчас же на нее смотрела кукла, это не человек, даже не убийца, просто оболочка. Пустая, глупая и бесполезная. С ужасом Рози осознала, что испытывает нечто сродни состраданию. — Это про девочку, которую убили, а рыцарь отдал душу, дабы оживить любимую? — боязливо предположила Посланница. — Почему рыцарь делал это? Зачем спасал ее? Она ведь умерла, почему он просто не отпустил ее? — Потому что он — маленький эгоист, что не видит дальше собственного носа. — Эгоист? Ты считаешь людей, спасающих любимых, эгоистами? — за все время короткого диалога Мариэль даже не попыталась двинуться в их сторону. Либо пытается отвлечь разговорами, либо… не собирается их убивать? — Ну, да. Иначе зачем он в это влез? Селена не просила спасать ее, не просила воскрешать, не просила влюбляться. Она желала лишь мира. А рыцарь пошел против ее взглядов, неужели он думал, что Селена его за это отблагодарит? — Но ведь он помог ей, нашел лекарство от смерти, подарил бессмертие. Разве это не все, что нужно для счастья? — Мариэль, — тяжело выдохнула Роуз,— счастье зависит не от чьей-то любви со стороны или вечной жизни, а от твоих желаний и стремлений. Принцесса Селена выполнила в жизни все, чего желала. Она передала свою волю детям, ей незачем продолжать существование. Так зачем рыцарь вмешался? — рыжеволосая призадумалась. — А вот твой отец так не считает. Он спокойно вмешивается в чужие судьбы и искренне верит, что имеет на это право, особенно когда дело касается его сына. — Что ты сделала с папой? — сквозь зубы выплюнула Посланница и почувствовала, как Фоул чуть сильнее сжал ее ладонь. — То же, что и с Лугуникой, — коротко ответила принцесса. — Видела бы ты его лицо, когда он в очередной раз прятался среди кустарников. Господи, неужели нельзя придумать что-нибудь новое? Каждый раз одно и то же. А потом он начал «зачаровывать» Клык, — Мариэль злорадно усмехнулась. — Я сначала сделала вид, что у него получилось. Видела бы ты его мину, когда я спокойно подошла и забрала клинок. Ну, да он то не знает, что я теперь самая представительная Посланница из всех, а Энгельсу бы не поверили. Нет, ну серьезно, барьер защиты от человека? Вам разве не сказали, что когда Лугунику лишили покровительства, я забрала ее силу. Могли бы и подрасчитать такой момент. Почему нельзя было ограничить доступ ко клинку всем? Просто всем? Я бы не смогла его достать, и все, все кончено, никаких больше Энгельсов, циклов, бурь и прочего великолепия жизни, — Мариэль горько улыбнулась и вновь замолчала. Похоже она сказала больше, чем планировала, но хоть кто-то же должен сказать правду. Иначе этот ад никогда не закончится. — Кстати, Фоул, спасибо за рога. Отличный материал, прочный, устойчивый, а главное, действенный, — Посланник мягко кивнул в ответ. Рози смотрела на него недоуменно. Рози ощутила полную нехватку кислорода, она сжала руки на шее, пытаясь разжать невидимые тиски, что так внезапно начали душить. Фоул. Неужели Мариэль не лжет? Он что, правда отдал свои рога? Ей, поехавшей принцесске, что перебила всю семью Рози? Получается, он и есть тот самый сообщник? Это не сказки? Они все это время были в сговоре? Фоул привел ее на казнь? Как же так? — Если, — голос совсем сорвался, Рози прочистила горло, что продолжить, — если барьер отца не помог, тогда почему ты стоишь без меча? — Прощальный подарок, — Мариэль выдерживает короткую паузу, — для Энгельса, — принцесса переводит взгляд на разведчика. — Фоул, веди ее к главной границе барьера, там безопасно. И не выходите оттуда до ночи, — Посланник кивнул взял ничего не понимающую Рози за локоть и повел в направлении границ. Сама же Мариэль прикусила губу, взяла небольшой кусочек пергамента и принялась составлять послание. Она хранила их, дабы чтобы отправлять сообщения в Лагерь небесных Посланников.

Дорогой Энгельс, твоя сладкая парочка у меня. Я не убила их, пока что. Если поспешишь, еще сможешь помочь. Я буду ждать тебя у Небесного храма, помнишь его, да?

Мариэль взяла сверсток и отправила в лагерь Посланников. Окинув тоскующим взглядом водопад, принцесса направилась к храму. Она будет скучать. Только сейчас она заметила, что все еще стоит на том самом барьере, который творили Посланники на совершеннолетие Энгельса. А ведь все могло сложиться иначе, если бы она тогда только их послушала. Рыжеволосая покачала головой, прогоняя несветлые мысли. Все уже случилось, как случилось. Ей не о чем жалеть.

***

Небо заволокло густыми тучами: вот-вот польется дождь. Похоже, дорогой Энгельс получил ее послание. Мариэль вошла в храм, не желая намокнуть. — Ну что, милый? Вот и все, конец? Даже не верится. Неужели мы и правда прошли весь этот путь? Я буду тебя ждать, Энгельс. Всегда буду ждать.