Пламя ненависти

— Жалкий старикашка! Вечно появляется, когда не надо, со своими треклятыми печатями, — в темноте сырой пещеры перепачканный в крови юноша сидел, облокотившись о холодную стену, и перевязывал кровоточащие раны. Раздраженно откинув назад длинные черные волосы, он зажал в зубах лоскут ткани и потянул, крепко стягивая глубокую царапину на руке, не переставая при этом браниться и кряхтеть. — Тофе мфне сфитофы! Тьфу! Парень утер рот здоровой рукой, поднял к лицу флягу с рисовым вином и опрокинул в себя остатки. — Погрязли в грехах по свои длиннющие бороды, думают, никто не знает, ха! Будто дали женщинам право совершенствоваться, ага! Сами только и ждут ночи, чтобы наведаться на их пик, лицемерные свиньи, — в его ядовитой усмешке собралось вся ненависть и отвращение. Он с сожалением потряс в руке пустую флягу, а затем запустил ее в дальний угол пещеры, скрепя зубами. — А потом называют нас животными, хотя сами не лучше. Парень откинул голову назад и устало прикрыл глаза. Последняя стычка с праведными заклинателями неслабо потрепала его. И, что уж там говорить, нанесла невероятный удар по его самолюбию. В частности, последняя фраза того старикана. Вновь вспомнив об этом, юноша нахмурился и, не открывая глаз, передразнил писклявым голосом. — Такие бездарности, как вы, что не смогли постичь праведный путь, будут наказаны богами. Подобным животным нет места среди людей! ТВАРЬ! — парень резко перешел на хриплый крик, ударяя кулаком по стене, и мелкие трещинки паутиной расползлись по каменистой поверхности. Он кричал в пустоту, содрогаясь от гнева. — ВЫСШИМ СУЩЕСТВОМ СЕБЯ ВОЗОМНИЛ?! КТО ИЗ НАС ДВОИХ ЗАЗНАВШАЯСЯ ПСИНА, А? КТО ИЗ НАС?! ВАША ПРОГНИВШАЯ СИСТЕМА НИ ЧЕРТА НЕ СТОИТ! ВСЕ ВЫ СДОХНИТЕ, ЗАХЛЕБНЕТЕСЬ СВОИМ ЖЕ ЛИЦЕМЕРИЕМ! КХА! Внезапно он сильно закашлялся. Выпучив глаза и отчаянно пытаясь сделать вдох, он рьяно бил себя кулаком в грудь, но кашель продолжал сдавливать горло, а взор уже принялся постепенно размываться. Повалившись на голую землю, темный заклинатель продолжал содрогаться в приступах предсмертного хрипа, скрючившись. Чертов старикашка отравил его! Последняя мысль вспыхнула в его помутневшем сознании, прежде чем он еще раз сильно харкнул кровью и замер. Навсегда.