- Инъекцию счастья доктору Паку!

      Обычно, когда Тэхён осуждающе покачивает головой и спрашивает с такой блёклой, безнадёжной грустью: «Был ли день, когда ты не опаздывал?», Чонгук улыбается сконфуженно, роняет неловкое «кажется, нет» и срочно уводит тему в сторону. Ведь стабильно, каждый день, он опаздывает хотя бы на одну из пар. Почему? Да чёрт его знает, привычка. Чем ближе живёшь к универу, тем сильнее наглеешь, и в группе давно уже беззлобно хихикают над приметой: если Чонгук пришёл везде вовремя, жди ливень в солнечный день.       «Но не опаздывать же на первую лекцию у нового преподавателя!», — вопит в голове противный голосок таким тоном, каким Ким Тэхён обычно читает ему нотации. Чонгук старается успокоиться, заглушить раздражающее чувство вины и Тэ, прописавшегося в голове. Он уверяет себя, что раньше надо было загоняться и уверенно мчит по коридору приёмного покоя, судорожно пытаясь сунуть руку в рукав халата. — Блядь, — вырывается ёмкое и злое, когда кнопка лифта остаётся безнадёжно тусклой под пальцем. Чонгук смотрит на часы в конце коридора, переводит взгляд на схему этажей больницы и, со вселенской печалью в уставших, немного заспанных глазах, топает на пятый этаж.       Чонгук порой ненавидит эту жизнь. Особенно по утрам. А ещё терпеть не может опаздывать на первое занятие, ведь уже дважды случалось, что в конце семестра ему это припоминали. Первое опоздание — хороший способ позволить преподу тебя запомнить. И вот тогда уже не отвертеться от остроумных шуток для тех, кому глубоко за шестьдесят, и этого особенно любимого противными дедками: «Чонгук-щи, помогите мне развесить плакаты». — Обычно вам разрешены два пропуска в семестр…       Знакомый голос, звучит спокойно и размеренно, приглушённо доносится из нужного кабинета с гостеприимно открытой дверью. Ну, хоть не надо тратить время на поиски. — …Но здесь уже не университет. В больнице один пропуск будет приравниваться к пересдаче.       Чонгук подбирается внутренне, когда уже почти доходит до двери. Парень волнуется непривычно сильно, ведь он не просто опаздывает, он опаздывает к нему. — Я не буду вам ставить пропуск, который будет заранее согласован со мной хотя бы за вечер до занятия. Причин может быть две — либо ваша болезнь, так как в хирургии с простудными делать нечего, либо болезнь ваших близких, которым требуется помощь. Желательно всё это подтвердить справкой от терапевта.       Парень мнётся на пороге и силится налету схватить информацию, которую активно строчат в свои тетради одногруппники. Он пробегается взглядом по своему потоку, что расселся по стульям, составленным в несколько рядов. И в эту несчастную одну сотую долю секунды Чонгук отчаянно надеется увидеть, что ещё хоть кто-нибудь отсутствует… Но нет, не судьба. К величайшему ужасу опоздал сегодня только он один.       Чонгук открывает рот и закрывает, вызывая улыбки и смешки по рядам, и как-то немного глупо пялится в светлый, аккуратно причёсанный затылок.       Пак Чимин даже не смотрит на него, когда перерывает свою речь. Он сидит за преподавательским столом с прямой спиной и без единого движения. Явно чего-то ожидает. — А если кто-то будет подобным образом посещать мои лекции и практические часы, — отмирает вдруг доктор, продолжая ровно тем же спокойным, учительским тоном, — То зачёта ему вообще не видать. Проходите, садитесь, — и указывает на свободное место.       Чонгук быстренько приземляется на стул, заботливо занятый для него Тэхёном в первом, сука, ряду (грёбанный отличник). Он выуживает из рюкзака новую тетрадку, щёлкает ручкой и ловит себя на мысли, что быстро попадает в ловушку голубых глаз, смотрящих на него в упор. Глаз довольно хмурых и явно не выспавшихся. Кажется, Чонгук сейчас реально налажал… — Я не признаю опоздания, доктор…? — говорит холодно их обладатель, мимолётно и довольно безразлично проскальзывая взглядом по фигуре Чонгука. — Э-э… — Фамилию скажи, — шепчет Тэхён на ухо, но эта подсказка буквально звенит в идеальной тишине учебного класса, чем вызывает смешки с задних рядов. — Э… Чон. Я Чон Чонгук.       Преподаватель кивает и помечает что-то в своих листках, разложенных на столе. — За пропуски я предпочитаю устраивать студентам серьёзные неприятности, — поясняет доктор Пак, внимательно оглядывая аудиторию, — Потому что вы — врачи. Планируется, что будущие хирурги. И у вас не будет шанса сказать больному на операционном столе, что вы в универе эту опухоль не проходили. Ровно, как не будет возможности опоздать на пять минут, когда из неотложки поступит пациент с перитонитом.       И вот он показался Чонгуку милым?.. Нет, настолько вдребезги его мечты ещё не разбивались. — Встаньте, доктор Чон, — парень послушно понимается, чувствуя, как Тэ поддерживающе похлопывает по ноге, — Ещё раз для вас: пропуск без уважительной причины приравнивается к пересдаче. Прогуляли — можете в больницу не возвращаться. А пока просто двойка. Садитесь, доктор Чон.       Чонгук ощущает это знакомое до стиснутых зубов чувство унижения. Когда ты крайне неловко сел в лужу перед зрителями и выставил себя круглым идиотом. Он кивает, пристыженно опускаясь обратно на стул (в кои-то веки относительно мягкий), и с интересом начинает листать свою совершенно чистую тетрадь. — А кто это у нас там так сладко дремлет, улёгшись головой на кушетку?       Пока все оборачиваются, чтобы посмотреть, кто именно решил прикорнуть на важной паре, Чонгук, пользуясь моментом, поднимает глаза на преподавателя. Тот смотрит туда же, куда и вся группа, а в его голубых глазах (да, чёрт побери, Чонгуку не показалось — они действительно цвета самого ясного утреннего неба) теперь не холод недовольства, а искорки неподдельного веселья. — Как зовут? — Ким Намджун, доктор Пак, — рапортует староста, поднимаясь с места, — Он работает по ночам, в скорой. — Ах, в скорой. — Ну всё. Неужели пропуск поставит… — шепчет Тэ на ухо, пока Чонгук с явным интересом глядит на Пак Чимина в ожидании дальнейших действий. — Разбудите коллегу, — просит этот «не профессор», — Скажите, что ему тоже два.

***

— Хрен мы сдадим эту практику, — мрачно заключает Чонгук, пока ставит перед собой поднос с бургером и колой и плюхается на единственный свободный стул, — Я не думал, что он окажется таким… Таким…       У него разве что пар из ушей не валит, кулаки сжимаются, а ноздри раздуваются от набирающей обороты ярости. — А мне он понравился. Вблизи он ещё более красивый! — мечтательно замечает Тэхён и суёт пол бургера в рот. Он силится бубнить что-то дальше с огромными набитыми щеками, едва не давясь, пока Хосок суетится, разыскивая в сумке салфетки, и умоляет своего бедового парня сначала прожевать. Но Тэхён отмахивается, возмущённо твердя «нет времени!». — И мне понравился, несмотря на то, что влепил сходу двойку, — соглашается Намджун, отвлекаясь на секунду от учебника, — Ровный дядька, требовательный. Видно, что знает своё дело. — Как ты можешь судить, если он нам ещё ни одной лекции не прочитал, — спрашивает Тэхён, утирая соус с губ. — И что? Он шарит в своём деле, это видно по тому, что мы услышали вчера на презентации. В его работе всё предельно ясно. Плюс он весь такой невозмутимый, но, кажется, не без чувства юмора. Такие хороши во всём. — Да уж, он явно чертовски хорош! — всё так же зло выплёвывает Чонгук, у которого надежды на увлекательную практику лежат теперь под ногами, покрошенные в мелкий песок, — В том, как ставить двойки ни за что! — Спокойно, Чонгук-и, у нас же зачёт, — замечают Хосок с Тэхёном чуть ли не хором. Привыкли уже, что младшенькому в их компании регулярно надо напоминать, что бы он придерживал под уздцы свою юношескую порывистость. — Я думаю, он просто нам пригрозил, — отзывается Намджун, не переставая штудировать книгу, — Подумай, мелкий, если у нас зачёт, то какая может быть двойка?       И Чонгук сдувается, как развязанный воздушный шарик. Действительно, зачёт же… — Но доктор Пак сказал, что три двойки приравниваются к пропуску, то есть к пересдаче, — весело заявляет Тэхён и смеётся, глядя на в миг вытянувшееся лицо Намджуна. — И ты молчал?! — возмущается старший. — Ничего не знаю! Он сказал это в начале пары, пока ты пускал слюни на халат, — омега примирительно поднимает ладони, — Так что, хён, спать будешь исключительно дома. И запомни, Чонгук-и, просыпаться нужно обязательно до начала пары!