С именем Дьявола

      Я очнулась только под утро. Жизнь уже во всю кипела в доме.  Мимо меня в коридоре пронеслась Сью с игрушкой в руках. За ней, услужливо мне улыбнувшись, прошла новая няня, вызванная Дунканом в помощь Мелани. Сам хозяин дома только что вышел из своей спальни, поправляя запонки на манжетах. Увидев меня, он бросил серьезный взгляд и произнёс: — Собирайся. Поедем в офис.       С этих слов у меня началось тотальное восстановление по курсу от Мелани Ричардсон. Она, с позволения руки Дункана, погрузила меня не только в работу в офисе дяди, но и полностью повесила на меня обязанности няни. Из этого вышел толк. Я полностью отвлеклась от своих негативных мыслей, от воспоминаний о Люцифере. Сью и Алекс не дали мне утонуть в депрессии.       Вот и сейчас, спустя неделю после начала моей плотной работы с детьми, я сидела на полу в детской и играла с малышкой, пока в комнату не зашёл обиженный и недовольный Александр. — Что такой мрачный? — Спросила я мальчика, на что тот недовольно фыркнул, бросая рюкзак в угол комнаты. Сью кинула в брата игрушкой. — Перестань! — Рявкнул он сестре. — Я подрался в школе. И меня же сделали виноватым. Так ещё эта карга старая, училка наша, отцу позвонила. — И что теперь будет? — Папа позвонил и сказал, что меня ждёт разборка и наказание. А я всего лишь хотел помочь! — Жизнь вообще несправедливая штука, Алекс. — Ты так говоришь, потому что тебя Люцифер обидел. А ты вместо того, чтобы отомстить, сидишь тут с нами.       Его слова ранили меня. Будто бы поняв, что только что сморозил, он быстро подбежал ко мне и обнял крепко-крепко. — Ты должен усвоить одну вещь: не за все обидные вещи, которые нам причиняют, мы должны мстить. Так и с Люцифером. Я должна переступить через это и жить дальше.       К вечеру мне позвонил Ади. Он говорил сбивчиво. Либо мужчина переживал, либо куда-то торопился. Он рассказ о том, что Люцифер через телефон передал временно дела компании ему, а сам занялся бизнесом отца. Еще он предложил встретится сегодня вечером в ресторане и повидаться. Я согласилась.       К семи часам за мной заехал рыжеволосый друг и повёз меня в какой-то ресторан. Там-то я ещё не была. — Хорошо выглядишь, Рикарда.       Он подарил мне комплимент, подавая руку, чтобы я вышла из машины. Я смущённо улыбнулась. — Ты тоже неплох. — Мужчина рассмеялся. — В принципе, как всегда. Уже сидя за столиком, Ади, отослав официанта за заказом, спросил меня, беспокойно перед этим пройдясь взглядом: — Как ты? — Дункан завалил меня работой в офисе, а дома меня оккупировали Мелани и дети. Я теперь в качестве вечерней няньки у них. Стараюсь забыть, как страшный сон. — Я не верю в то, что он сказал той ночью. — А что он сказал?       Ади нахмурился, вспоминая тот разговор. Его зелёные глаза стали ещё темнее. Он водил подушечкой пальца по окантовке стакана. — Он сказал, что это обдуманное его решение. Мол глупо пытаться убежать от своих генов. — А что, если он решил отработать долг отцу? — Долг? Какой ещё долг?       Нам принесли заказ и мы на мгновение умолкли. Как только официант отошёл, я ответила. — Сорвалась крупная сделка у Хавьера, когда Ости выкинула эту шутку. И Люцифер остался должен отцу круглую сумму. — А вот тебе и объяснение, Рикарда. Он решил отработать свой долг. — А порвал он потому что я не понравилась его отцу? — Как вариант. Выбрал из двух зол меньшее. — В любом случае, я не хочу его больше видеть.       Ади понимающе кивнул и отпил немного содержимого в стакане. — Я уверен, что ему сейчас не легче, чем тебе. — Это уже не мое дело, Ади. Ты знаешь, что стало с Ости? — После той выходки её выгнали из Виктории окончательно, как в принципе и из остальных мест, принадлежащих Коэнам. Она вернулась к родителям и больше я ничего не слышал о ней. — Око за око.

От лица Люцифера.

      Я приехал к ресторану. Это было новое для меня место — невыносимо было находиться в любимом мною заведении. Эта маленькая Ричардсон мерещилась мне повсюду. Я до сих пор помню её растерянные злые глаза. Как она оттолкнула меня, пытаясь совладать с собой, хоть это у неё не выходило. Я поступил, как последний дурак. Бросил её, не объяснившись. Но по-другому я поступить не мог: не смог бы уйти от неё при встрече.       Однажды отец уже поставил мне палки в колёса. Я был влюблён ещё с университета в девушку. Её звали Вики. Наш союз был обречён — она светлая чистая девушка, которая любила жизнь и не скрывала чувств и я — избитый жизнью и отцом ребёнок в теле взрослого. Но мы сошлись. Она ломала меня, делая открытым и добрым, пока на пути между нами не встал отец.       Он, почувствовав, что теряет свою власть надо мной, послал меня на одно дело. Я знал о его темных делишках и, признаюсь, сам в них участвовал. Только Вики была к этому не готова. Она увидела, как я впервые расправляюсь с человеком. Это испугало, сломило её и её чувства ко мне. Как нельзя кстати около неё появился Дино. Отец этого парня честный бизнесмен. Правда, он настолько не любил своего отца, что после свадьбы с Вики взял её фамилию. Вот это, как по мне, унижение для рода Дино. Отец разрушил мои отношения. После этого, когда я окончил университет, я уехал от него в другой город и зарекся больше никогда с ним не связываться.       Правда, гены никуда не делись. Я стал так же, как и мой отец, вести бизнес. Так же, как и он, проливал кровь людей. Не ради забавы или удовольствия — ради того, чтобы другим было страшно. И эта схема успешно работала.       И вот на пороге моего кабинета появилась она — виновница будущих моих проблем. По смешному растерянная, но горделивая. Тогда я не думал, как далеко зайдет все.  Но когда я понял, что мною движет не только любопытство, я твёрдо решил не наступить на те же грабли. И я старался. Через себя переступал, был честным и открытым с ней. Но только не в последний вечер, когда отец поставил мне ультиматум, утвердив его печатью на моем лице. Тогда я не мог ей сказать правду, что согласился отказаться от неё и отдать себя бизнесу отца. Долг слишком велик и его нужно было отрабатывать.       И вот сейчас я приехал к новому ресторану, наугад выбранному в списке секретарши отца. И как назло через стеклянные панорамные окна заведения я увидел ужинающих Ади и Рикарду. Внутри все сжалось в тугой узел. В голове мешались странные, беспокоящие меня мысли: а что, если у них завязался роман?        Но я не сдвинулся с места, хоть бушевавший во мне гнев переливался через край.  Лишь сжатые до боли кулаки и жестко очерченные скулы говорили о моем беспокойстве. — Поехали отсюда. — Куда, босс? — В другой ресторан.       Водитель безразлично пожал плечами и завёл машину. Мы проезжали мимо боксерского клуба. Моего клуба. — Остановись.       Машина остановилась и я вышел из неё, решительно заходя во внутрь. Закрыв зал, я снял с себя пиджак и рубаху, оставшись с оголенным торсом, я со всей силы стал колотить грушу. Я бил до посинения. Руки уже саднило, но я не чувствовал боли. Злости во мне было столько много, что я мог заразить бы ею всю страну. Удар. Ещё. И ещё. Победа — груша слетела с петель и теперь валялась на матах. — Раз, два, три… Хрен с ним.       Я махнул рукой, привёл себя в порядок и поехал к отцу домой. Уже в родительском доме меня встретил дворецкий. Он помог снять с меня пальто и предложил чаю. Я отказался. — Лучше бы предложил чего покрепче, — я усмехнулся и проследовал в свою старую комнату.       Фраза дворецкого заставила меня на мгновение остановится. — Рано или поздно король отдаёт трон наследнику.       Я обернулся. — Рано или поздно?       Мужчина посмотрел по сторонам и подошёл ко мне ближе, отвечая значительно тише: — От вас зависит: рано ли это произойдёт или же поздно.       Я лишь неопределенно повёл бровями, не понимая изначально его слов. Сбросив с себя одежду прямо на палас, я улёгся на кровать и, положив руки под голову, я продолжал думать о произошедшем.       Я заслужил, чтобы она ударила меня. Я бы позволил ей это, потому что было бы справедливо. Справедливо было бы в тот момент избить меня до полусмерти. Я вспомнил тот день, когда Ричардсон впервые увидела, как мы, по своей неосторожности, волочили тело того должника. Я помнил её испуганные глаза, но это не оттолкнуло её от меня. Напугало, но не оттолкнуло.       Я рассмеялся, вспомнив, как она решив показать характер, возомнила себе, что может искупаться в бассейне. А потом она вопила, явно стесняясь, чтобы я не смотрел на неё, когда ей было плохо.       В дверь постучали. Я подал голос и на пороге показалась голова дворецкого. — Мистер Коэн, вас отец хочет видеть.       Я усмехнулся, отпустив мужчину. — Видеть он меня хочет. Посмотрите на него.       Я неспешно вышел, волоча за собой ноги. Видеть отца мне было непривычно и в какой-то мере дико. Мужчина сидел в своём кабинете, читая какие-то бумаги. Когда я постучал, он разрешил войти. — Да, сын мой, присядь-ка. — Он отвёл взгляд от бумаг и, сложив руки в замок, посмотрел на меня. — Скажи, как обстоят дела? — В процессе. — Сухо ответил я. У меня не было никакого желания разговаривать с ним. — Ты же понимаешь, что сам сделал выбор. — Я помню это. К чему все эти разговоры? — Просто хочу убедиться, что ты не кинешь меня в последний момент. — Я пошёл на сделку с тобой. Не кину. Будь уверен.

От лица Рикарды.

      Работа — дом. Дом — работа. Иногда между этими станциями вклинивался Ади, вытаскивающий меня вечерами в какие-нибудь заведения. Чаще всего это были рестораны и клубы. Так прошло около месяца. Я уже начала приходить себя после неприятного разрыва. Правда, самочувствие меня подводило. Появилась необъяснимая тошнота, вечерами кружилась голова и болел время от времени живот. Побоявшись подтвердить свою догадку, я ринулась в аптеку. Купив тест, я в ванной тут же принялась за его использование. Отрицательный.       «Ну ладно, ничего, значит, страшного», — подумала я, выбрасывая тест в урну.       Мелани с беспокойством оглядела выходящую меня из ванной комнаты. — Опять плохо?       Я отрицательно мотнула головой. Она кивнула и прошла к себе в комнату.       Был поздний вечер. Уложив спать Алекса, я сама отправилась отдыхать. Это стало нашей с Александром маленькой традицией. Мы рассказывали друг другу, как прошёл наш день, делились планами на завтра и между этими разговорами сон быстро забирал уставшего ребёнка.       В комнате у меня снова сильно заболел живот. Да так сильно, что я выползла на кухню в поисках аптечки. С включённым светом от вытяжки я рылась в коробке с медикаментами, когда Мелани меня застала врасплох. Она резко включила общий свет. Я бросила короткий на неё взгляд, она стояла ещё в домашней одежде. — Я думала ты спишь. — Не отвлекаясь от аптечки проговорила я. — Что ты там ищешь?       Она подошла сзади и выхватила из рук моих коробку. — Живот опять болит.       Она оглядела меня с ног до головы. Потом убрала коробку на место и усадила меня за стол. — Я видела тест в ванной. — Он отрицательный. — Женщина кивнула. — Так что, к чему излишние волнения? — Давай всё-таки убедимся. Позвоним Лауре, она договорится о приеме у гинеколога. — Чтобы об этом узнали сразу две семьи? — Все строго конфиденциально.       Я тяжело вздохнула. Немного помедлив, думая о том, стоит ли обращаться за помощью, ведь признаков никаких больше не было, я все же согласилась.       Ранним утром в гостиной меня уже ждала Лаура. Она широко улыбнулась, вновь встретившись со мной. — Рада видеть тебя, Рикарда. — И я вас. — Я обняла женщину, а она прошептала мне на ухо. — Я слышала, что произошло с тобой и твоим отцом. Мои соболезнования.       Я замотала головой. — Не нужно. Чтобы то ни было, все позади. — Если ты готова, можем ехать.       Дункан вышел из своей спальни, останавливаясь в коридоре, выглядывая со второго этажа. — Лаура? — Доброе утро, Дункан. Как твоё самочувствие? — Э, да вроде бы ничего. — Он смутился, помедлив с ответом. — Жив и здоров. Ты чего здесь? — Она ко мне. — Дункан нахмурился. — Ничего серьезного. Увидимся.       Мы скрылись из виду домочадцев. Уже в клинике, я почувствовала сильное волнение. Женщина, будто бы почувствовав это, в качестве поддержки взяла мою ладонь в свою и легонько сжала. Без слов говоря мне, что все будет хорошо и что мне не о чем переживать.       Гинеколог встретила меня также радушно. Оставшись с ней наедине, она выслушала мои показания и попросила приготовиться к осмотру. — Что ж, — начала врач, снимая с себя одноразовые перчатки. — У вас небольшое образование. Вот вам направление на узи малого таза и на анализ крови ХГЧ. — Зачем это? — Чтобы отмести возможность беременности. Кстати, как у вас дела с менструацией? — Все как положено.       Она кивнула и я вышла из кабинета с бумагами в руках. Растерянная и задумавшаяся. Лаура подошла ко мне и взяла листки бумаги. — Пойдём, я знаю хорошего специалиста.       Я в ответ лишь растерянно кивнула. Врач взял мою кровь и сразу же перевёл в кабинет узи. Там, он расплылся в широкой улыбке и поздравил меня. — Шесть недель. Поздравляю. — Чего шесть недель?       Он снисходительно улыбнулся. — Беременность. У вас шестая неделя.       Я закрыла лицо руками и протяжно выдохнула. Могла ли я предположить, что именно сейчас мне достанется такой подарок? Практически в канун Рождества? Определённо нет. — Что же теперь будет… — Прошептала я.       Лаура пообещала хранить молчание. Я рассказала ей о том, чей это ребёнок и что между нами с отцом малыша произошло. Попрощавшись со мной, женщина крепко обняла меня и попросила не делать глупостей.       Дома же меня оккупировала Мелани. Затащив практически насильно меня в мою же комнату, она заставила рассказать все. Я рассказала о своём положении. — Прошу, не рассказывай только ни Дункану ни Люциферу. — Почему? Рано или поздно твой дядя заметит изменения в твоём теле. — Она настырно настаивала на своем. — Если узнает он, то может узнать и Коэн. А он последний человек, которому я буду рассказывать об этом. — Все же, он отец твоего ребёнка. Он должен знать, Рикарда. — Нет. — Я сказала это твёрдо, давая намёк на то, что разговор должен быть закончен. — Как знаешь, — она вышла из комнаты, оставляя дверь открытой.