Allons-y, my angel!

— Ты кто такой? Что-то не припомню тебя в нашем департаменте, — высокомерно проронила женщина с резкими чертами лица. — Я... Доктор! — Доктор? — послышался одинокий вопрос. Остальные продолжали рассматривать его с брезгливым интересом, словно какую-то инфузорию. — Ну... Доктор. Просто Доктор, — ни на что особо не надеясь, повторил путешественник. — Мумиэль*, что-ли? — лениво протянул толстый мужчина с золотым зубом. — Да! Эм... я это и имел в виду, — пробормотал Доктор, заметив, что многие в толпе ощетинились огненными мечами. Пока невинно направив острия в землю, но это был явно не тот момент, когда стоит мериться оружием, тем более что звуковая отвёртка против пламени мало чем полезней обыкновенной крестовой. — Кажется, был у нас какой-то Мумиэль... — А вот я не припоминаю! — Нет, он ещё в департаменте здравоохранения работал. Женщина властным движением руки восстановила тишину. Окинув взглядом расцарапанное лицо и изодранную одежду, она неприязненно изогнула губы и сказала, как пропечатала: — Откуда здесь? Доктор неопределённо махнул головой к звёздам. Потом ткнул себе под ноги но, сообразив что внизу, учитывая текущее тысячелетие, водятся только хвощи и ящеры, растерянно раскинул руки в стороны. — С инспекции что-ли? — вяло спросил толстый. Хватаясь за идею, Доктор поспешно закивал. — Контузило, похоже, — пробормотали в толпе. — Да ты посмотри что там внизу! — Хорошо что вообще успел выбраться. Развернувшись на каблуках, женщина бросила через плечо: — За мной. Нужно предоставить отчёт Всевышней. Бестолково толкаясь в чётко шагающей толпе, Доктор отправился следом. Важно прошествовавший мимо чинуша окинул его взглядом и предупредил: — Следи за своим языком. Всевышняя и так огорчена гибелью своих любимцев — динозавров.

***

Пружинящие облака сменились белоснежным мрамором, затем такими же ослепительно-безликими коридорами. Эскорт так же внезапно рассосался, как и возник, оставив только грузного золотозубого, важно чеканившего шаг впереди. Доктору всё это до сих пор казалось какой-то дурной постановкой, в которой он ошибся сценой. Он никогда бы не подумал, что затея полюбоваться метеоритным потоком, проходящим в такой близости от Земли, да ещё и одним из самых красивейших в Галактике, может оказаться такой плохой идеей. И никогда бы не подумал, что ТАРДИС нужно было припарковать чуток подальше от Земной орбиты, чей гравитационный колодец втянул её, словно макаронину после случайного столкновения с метеоритом... От раздумий его отвлёк слепящий свет, буквально растворяющий в себе. Толстяк пихнул его в спину, и Доктор оказался в просторной зале, залитой неземным сиянием. — Кто побеспокоил меня в моей печали? Казалось, голос прозвучал из ниоткуда. Доктор, сощурясь, вгляделся в сияющий ореол и, как ему показалось, различил в нём абрис женщины. — О Всевышняя, прибыл инспектор Мумиэль, посланный Вами ухаживать за Вашим зверинцем. К сожалению, вести о Саде неутешительны. Я прошу простить этого херувима за неподобающий внешний вид и поведение, по всей видимости, его задело взрывом, — почтительно забубнил золотой зуб. — Херувима? — переспросил Доктор и, игнорируя шипение толстяка, быстро продолжил. — А извините, о каком взрыве речь? Тихий вздох заполнил залу. — Мне было обещано, что созданный руками лучших Творцов звёздный дождь станет украшением моего Сада. Но что-то пошло не так, и в итоге от мощнейшего столкновения пострадала моя коллекция гигантских рептилий, которых я выводила годами. Нужно будет изгнать парочку синоптиков, вечно с ними так. — Упс... Рука Доктора взметнулась к волосам, ещё больше разворотив беспорядок на голове. Он что-то такое слышал о смерти динозавров, но он и в дурном сне не мог себе представить, что примет в этом самое непосредственное участие. — А кто вы все собственно такие? Раса, планета, происхождение? — начал было Доктор, игнорируя побагровевшего золотозубого, но Всевышняя устало взмахнула рукой. — Слишком много вопросов! Оставьте меня все, я скорблю. Отчёта не нужно. Сандальфон, отведите этого херувима сменить ужасные обноски на подобающее одеяние. Утерянную кирасу вычесть из его жалованья. Аудиенция окончена. — Будет сделано сию секунду, — неуклюже поклонился Сандальфон и, прежде чем Доктор успел возмутиться по поводу обносков, зацепил его за руку и вытолкнул прочь из залы.

***

— Эй! Это же Эдем, откуда здесь клопы?! Доктор извернулся и энергично поскреб лопатку. Зуд не пропал и даже не утих. Да и мало он был похож на след укуса: засевший словно в глубине костей и с методичным упорством прогрызающий себе путь наружу. Не засмущавшись актом общественного эксгибиционизма, он предъявил сомнительное место ближайшему пруду. От создания зеркала Доктора отделяло не одно столетие. Утилитарные ангелы же этим явно не озаботились. — Хмм… может быть, это какая-то местная болячка? — пробормотал он, звуканув подозрительно выпиравшую косточку. Точный прибор ничего не показал, но лопатка была заметно припухшей и по-прежнему надсадно зудела. Более того, дурному примеру была готова последовать и её товарка, выступившая вперёд из бледной тронутой веснушками спины. — Ааа, это наверное аллергия на амброзию, — беззаботно отмахнулся Доктор и пошёл налить себе ещё один стаканчик. Возможно, он продолжил бы так думать и дальше, но однажды, потянувшись к зудящему месту, он вместо гладкой кожи обнаружил… перья. — Вот те на! — с детским любопытством воскликнул Доктор, вертя во все стороны перо. Он потыкал в него отверткой, понюхал, даже лизнул. Доктор уже видел ангелов в полёте, но все его вопросы о крыльях оставались без ответа. Теперь к ним прибавился ещё один – откуда это чудо эволюции появилось у него? Крылья отросли довольно быстро. Кипенно-белые, с крепкими прохладными перьями, создающие при взмахе суетливые пыльные ураганчики. Исследователь в нём требовал докопаться до истины и происхождения нежданного подарка, а восторженный первооткрыватель просто наслаждался полётом. Но Доктор всё же в первую очередь был исследователем, поэтому Эдемские ангелы, до этого надменно его игнорировавшие, начали раздражённо шарахаться в стороны. — Скажи-ка, а почему вы зовётесь ангелами? Вы случайно не родня плачущим ангелам, м? А если я сделаю так… хмм, не камень… Обычно после полученного в грудь или плечо тычка оскорбленный собеседник исчезал со скоростью телепортации, оставляя недоумевающего Доктора в одиночестве. А его любознательная натура требовала информации! Знания – это топливо для мозга, и его великолепный девятисотлетний ум простаивал без дела, покрываясь пылью и буксуя на пустом месте. — Эээй, приятель! А как ты вообще можешь летать, ходячий парадокс? Ведь твои крылья не соответствуют требуемым для твоего веса размерам и аэродинамическими свойствам? — Ответь-ка мне, с какой планеты ваша раса родом? Я собираю скромный каталожек инопланетных рас — всего каких-то три сотни вопросов, это недолго! — и хотел бы кое-что уточнить… — А давай-ка ты и вон тот парень встанете рядом и помашете крыльями, а я сравню. Не может быть, чтобы у всех они были абсолютно одинаковыми, это противоречит всем законам многообразия! Нескончаемая лавина вопросов привела к тому, что завидев его издали, ангелы строем поднимались на крыло и исчезали в неизвестном направлении. Доктора это всего лишь подстегнуло к самостоятельному расследованию. Его давно не покидало подозрение, что стены и облака вокруг – это на самом деле мастерски замаскированный космический корабль. Но, изучив их с отвёрткой, он обнаружил всего лишь обыкновенный мрамор. Обыкновенный мрамор, непонятно как поддерживаемый в воздухе сгущёнными атмосферными осадками. Не желая отступить от своей теории, Доктор в надежде отыскать не рубку управления, так хоть пару жалких документов, ухитрился проникнуть в личные покои самой Всевышней. Учитывая то, что его выше второго неба не пускали, это было той ещё задачкой. — Ну же, давай, ну… Сияющая дверь сердито вибрировала, но не поддавалась. Галлифрейская технология пасовала перед Эдемским замком. — Что ты здесь делаешь? От прогремевшего сзади вопроса Доктор вздрогнул и выронил отвёртку. Заморгав от слепящего сияния, он скороговоркой выпалил: — Я эээ… тут подумал, что может быть вы происходите родом с туманного Уробороса? Это далеко за созвездием Стрельца, и я почти уверен, что… — Довольно! Я и раньше сомневалась, создан ли ты для Эдема, и теперь я наконец приняла решение. Ты – источник беспокойства и смутьян, и тебе не место среди нас. Прочь! Доктор только и успел заметить (насколько это позволял светящийся ореол) нахмурившийся лик богини, как неведомая сила сдёрнула его с места и закрутила в воздухе, как бумажку в пучине унитаза. Ветер вырывал слова изо рта, хлестал по щекам, рвал полы пиджака. Словно придавленный невидимой могучей дланью, он стремительно летел к земле. Доктор в тщетной попытке развернул крылья, но встречный поток вывернул их и воспламенил. Воздух словно отказывался удерживать его. С сухим треском вспыхнули волосы, окутав лицо дымом. Дым тронул и глаза, изменив их цвет. В состоянии, близком к ужасу, Доктор летел в бездонную ночь, окутанный пылающим коконом. Только у самой земли он сумел лечь на крыло и хоть частично смягчить падение. Кашляя горькими хлопьями пепла, он оглядел чёрную бесплодную равнину, простиравшуюся до самого горизонта. На подламывающихся руках подполз к мутной луже и, прищурившись, вгляделся в отражение. – Кхх... кхха! Ну наконец-то я кххе... рыжий. На этом, пожалуй, хорошие новости заканчивались.