Ничего святого

Есть много вещей, которые я хочу тебе сказать, но я просто позволяю тебе уходить. Не причиняя боли, ты держишь меня в своих объятиях, И в этом ты первый. Есть вещи, о которых я хочу поговорить, и их лучше не держать в себе, Но, если ты обнимешь меня, не причиняя боли, Ты будешь первым, кто это сделал. Lana Del Rey — Cinnamon Girl

У Вики необъяснимая привязанность к тяжёлой обуви и аромату от Dior с верхними нотами персика и соли, чёрной облегающей одежде и серёжкам с лунными камнями, которые на свету переливаются от голубого цвета к молочному и обратно. Вики не делает ярких акцентов красной помадой или глубокими вырезами, ей больше нравится обращать на себя внимание взглядом тёмных глаз, и когда на первом курсе в университете на неё обрушивается колющее под ребром осознание, что большинство людей пугает такой способ коммуникации и они отводят глаза, стараясь потом не пересекаться с Уокер, Вики упрямится и решает, что от своего персонального языка любви отказываться не будет — глаза в глаза для неё как проверка на прочность, с некоторыми искрит так, что голова кружится и на сетчатке жжёт, как от прикосновения. А с остальными и неинтересно. — О, посмотрите, я такая загадка, — Мими неодобряюще цокает языком, когда соседка по комнате игнорирует предложенную одежду и выбирает боди с запа́хом и длинными рукавами. — Сойду с полотна Уотерхауса и покажу соски только если прочитаешь мне сонет Шекспира. — Разбавь уже свою культурную программу, Шекспира ставят в театре столько веков, что тебе уже должно было наскучить. — Никогда, — демоница протестующе мотает головой и откидывается на подушки. Вики, кажется, впервые за долгое время выспалась и прекрасно себя чувствует, даже предстоящая тренировка вызывает ощущение предвкушения, а не раздражённую судорогу в крыльях. Непризнанная потягивается и заводит руки назад, разминая мышцы спины, задерживается в таком положении — кровь тепло разливается от лопаток к хребту, поясницу приятно тянет. Мими наблюдает за плавными движениями девушки и разочарованно хмыкает, когда Уокер легонько щёлкает демоницу по носу вместо продолжения утренней разминки. — Я бы, может, носила ваши кожаные топики, но если в компании демониц провести слишком много времени, в глазах начинает рябить от количества обнажённого тела на квадратный метр. — Оно должно не рябить, а, знаешь, — Мими облизывает верхнюю губу и театрально на сладком выдохе заканчивает фразу, — возбуждать. Непризнанная хихикает и кидает в соседку валяющуюся на кровати ночнушку. — Первую неделю — определённо, а ещё больше впечатляет, что мальчики так спокойно отсиживают уроки. На вторую взгляд уже замыливается. Вот сидишь в зале и за поеданием обеда наблюдаешь абсолютно будничную картину — резные стулья, слева чья-то грудь, фреска с ангелами, тарелка с виноградом, опять грудь, Геральд идёт к учительскому столу, и, ой, снова... — Вики ладонями очерчивает в воздухе два полушария и вместе с соседкой заливается высоким громким хохотом. — Не ври, тебе нравится. — Мими, ты прелесть, — молния наконец поддаётся, позволяя Вики, комично пытающейся удержать равновесие на одной ноге, застегнуть ботильоны и финально покрутиться перед зеркалом. — Но даже в вопросах груди я падка только на блондинок. — Так держать, дьявольская бисексуальность — весомый плюс при признании нашей стороной! — Мими кричит уже вслед исчезающим за дверью серым крыльям и снова устраивается на подушках, когда в комнате становится на одну Непризнанную меньше. Ранние занятия у Мисселины сопровождаются неловкими зевками с задних парт и бледно-жёлтыми лучами рассветного солнца, лениво перелезающими через фресочные полотна высоких окон. Заправляя вьющийся локон за ухо, Вики удовлетворённо отмечает, что сегодня она в числе самых стойких — внимательно слушает вступление к лекции, приготовив лист для конспекта. Сквозь ангельские сюжеты на цветном оконном стекле Уокер украдкой замечает мелькающие в густых облаках то белые, то чёрные крылья; чей-то мелкий перьевой пух и танцующие пылинки, так тепло подсвеченные утренним солнцем, вперемешку витают по классу. Непризнанная с улыбкой наблюдает за ними, пока взгляд не натыкается на светло-русую макушку, устало прислонившуюся к стенке двумя партами ближе к учительскому столу. Размеренный голос Мисселины отдаляется, будто преподавательница медленно отходит в подсобку, и фокус внимания Вики полностью перетекает на мелко подрагивающие белые крылья, мешающие ей детальнее разглядеть мужчину. Девушка сама не замечает, как зависает в таком положении, пока на её плечо не ложится чья-то ладонь. — Ты в нём дырку проглядишь, — голос соседа по парте с лёгким укором звучит где-то рядом, заставляя её повернуться. — Энди... — Вики хочет сказать ещё что-нибудь, но передумывает, поворачивается к преподавательнице и резким движением руки привлекает внимание Мисселины, при этом нарушая лениво царящее в классе спокойствие. — Я могу пересесть? — на недоумённый взгляд преподавательницы Вики чуть прикрывает ладонью глаза. — Солнце в глаза светит. Несколько голов поворачиваются на подавшую голос Непризнанную, но она смотрит прямо в ожидании положительного ответа. Мисселина кивает, мгновенно переводя взгляд обратно на тяжёлый фолиант. — Пожалуйста, обратите внимание на двадцать четвёртый стих. Лилу, прошу. — «Когда ты удалишь из среды твоей ярмо, перестанешь поднимать перст и говорить оскорбительное, и отдашь голодному душу твою и напитаешь душу страдальца: тогда свет твой взойдет во тьме, и мрак твой будет как полдень». Под тихий голос Лилу Вики проскальзывает на соседнюю от объекта заинтересованности парту и, в ответ на удивлённый взгляд светлых глаз, слегка кивает. Уокер хватает одного беглого взгляда на Дино, чтобы картина происходящего сложилась полностью. Вики не обманешь резко распрямившейся спиной — фолиант открыт не на той странице, в тетради записано только название сегодняшней темы, а волосы настолько неаккуратно собраны в пучок, будто ангел забыл расчесаться утром. Хотя, в последнем, определённо, есть своя прелесть. Дино повезло — Геральд, в отличие от Мисселины, не стал бы игнорировать полудремлящего ученика у себя перед носом, но преподавательница будто не замечает светлоголовую несобранность, подперевшую ладонью подбородок и исподтишка посматривающую на Непризнанную. — «И будет Шепфа вождём твоим всегда, и во время засухи будет насыщать душу твою и утучнять кости твои, и ты будешь, как напоенный водою сад и как источник, которого воды никогда не иссякают». То ли в момент ставшая ещё неинтереснее лекция, сопровождаемая размеренным голосом Лилу, то ли неприятно волнующее состояние ангела заставляет Вики закатить глаза и нервно оторвать от листка с конспектом небольшой клочок. Быстрыми движениями на бумаге сильно наклонённым вправо почерком вырисовывается строчка: «Мне нужно учить тебя высыпаться, чёртов ангел?». Вики замирает над написанным, зачёркивает предпоследнее слово, снова перечитывает фразу и перечёркивает её от начала до конца. Чуть прикусив губу, Непризнанная пишет другую фразу на обратной стороне бумажки:

«Не очень поняла часть про "утучнять кости", но от тебя сейчас так веет страдальческой участью бродящего по пустыне, что я готова побыть твоим неиссякающим источником, пока ты не увлажнишь свой язык достаточно для того, чтобы найти ему менее праведное применение».

Неаккуратно сложенная бумажка приземляется рядом со смуглым запястьем, почти скрытым белым рукавом рубашки. Хитро улыбаясь и расслабленно откинувшись на спинку стула, Вики наблюдает, как Дино поднимает на неё говорящий взгляд исподлобья, потом смотрит на отвлёкшуюся Мисселину и снова на Вики — «серьёзно?». Уокер пожимает плечами, кивает в сторону записки — «читай». Дино слегка поднимает руки в знак капитуляции и аккуратно разворачивает записку. Чуть наклонив голову, Вики ловит сменяющиеся эмоции на ангельском лице: Дино сосредоточенно читает первые строки и тёмные брови медленно ползут вверх, а дочитав до конца откладывает записку и таранит взглядом парту, закусив губу, потом снова перечитывает, смотрит на Мисселину, снова на записку. В конце концов рвёт клочок бумаги и слишком резко разворачивается к девушке, открывает рот, собираясь что-то сказать. Насмешливый взгляд и чуть приподнятые брови — в глазах Непризнанной читается почти издевательский вопрос — «ну что?». Дино замирает на несколько секунд, не сдерживая улыбки качает головой — «потом поговорим». Вики пожимает плечами и отворачивается, удовлетворённо отмечая, что ангел почти бодро ищет нужную страницу в книге и снова что-то записывает в тетрадь. Уже после занятия, в дверях, кто-то аккуратно выхватывает Вики из толпы покидающих кабинет учеников и уводит в сторону. Девушка не противится знакомой ладони, придерживающей её за локоть. Дино разворачивает её к себе и несколько секунд выжидающе смотрит, потом шумно выдыхает и, чуть наклонившись, говорит: — Напишешь потом ещё такую. Вики смеётся, на прощание легко гладит ангела по тыльной стороне ладони. — Что он тебе сказал? — Ади, выйдя из кабинета последним, присоединяется к подруге в коридоре. — Что у меня красивый почерк.

* * *

— Как грубо, — Ади мягко приземляется рядом с пытающейся восстановить дыхание Вики, — Просить меня потренировать тебя и сомневаться в моём учебном плане. — Учебный план состоит в том, чтобы измотать меня быстрее, чем я смогу чему-то научиться? — Непризнанная нервно разминает уставшие крылья — мышцы начинают наливаться свинцом. Следующие несколько дней Вики даст себе отдохнуть, а потом постарается взлететь за один взмах, как это с лёгкостью делают все рождённые бессмертные. Проводить время вместе с Ади в роли тренера и Мими в качестве моральной поддержки выходит крайне продуктивно, и Вики с радостью пользуется возможностью укрепить серые крылья. — Слушай, если тебе не нравится, попроси своего ангела, — Ади обиженно бучит под нос, удобно устраивает голову на плече Мими. Демоны лежат почти в обнимку, когда летающий остров чуть качает — то ли от порыва ветра, то ли от яростной энергии Непризнанной, в неверии уставившейся на друзей. — А ты откуда знаешь? Мими? Демоница приподнимается, стряхивая с плеча рыжую голову. — Твои ночные отлучки очень сложно не заметить, — искры насмешливости пропадают из голоса Мими, когда она встречает серьёзный взгляд подруги. — Да ладно тебе, мы же друзья. Ади бы всё равно догадался. — Мими, это серьёзно! Если об этом узнают, мои крылья общипают... — О, Шепфа, перестань... — демоница раздражённо опускается обратно на траву, показательно закрывая уши руками. — И я пришлю вам обоим по пёрышку в качестве прощального подарка перед путешествием в Небытие! — Вики, мы с Мими могила, — нашедший момент вклиниться в разговор Ади примирительно поднимает руки. — Не выройте нам могилу, — закатив глаза к Небесам, Уокер разворачивается, собираясь взлететь. Крылья отзываются ноющей болью, когда Непризнанная отрывается от земли, а вдогонку летит смешок подруги: — Двухместную? Уже в полёте Вики вспоминает о вопросе рыжего беса. Почему она не попросит Дино? Потому что ему хватает своих проблем и своих тренировок, а тратить их нечастые встречи на укрепление серых крыльев — значит жертвовать моментами близости. К тому же, кто-нибудь обязательно обратит внимание, что ангел и Непризнанная проводят время вместе. Конечно, Дино не откажет. Его любовь к самосовершенствованию также распространяется и на близких, и в том числе на Уокер. Помочь с домашним заданием, дополнительно позаниматься историей сотворения мира, встать в пару на крылоборстве — каждый раз Дино предлагает, каждый раз Вики мягко отказывает. — Вики, я хочу помочь, — Дино хмурится, непонимающе вглядывается в синие глаза. — Я знаю, Ди. Я ценю это, — не обращая внимание на обиженный тон ангела, Непризнанная обнимает его за талию и легко чмокает в ключицу сквозь ткань рубашки. — Но я не могу всё делать только с тобой. — Дино хочет что-то сказать, но девушка прикладывает пальцы к его губам, — Хочу, Ди, хочу, но не могу. Как минимум, небезопасно, как максимум, это нездоровая херня — зависеть от человека во всех сферах жизни. Вики знает, что Дино уважает её позицию. Видит это в одобрительном взгляде, когда она правильно отвечает на уроке, в улыбке, которую ангел старается спрятать, когда Вики скидывает Энди на землю во время тренировок по крылоборству. Последнее происходит больше по вине непризнанного, который боится сиильно задеть девушку, которая, в свою очередь, спокойно подрезает его крылом. Но Дино всё равно гордится. — Я не хочу, чтобы ты от меня зависела. Я хочу, чтобы мы проводили время вместе. И помочь тебе, если потребуется. Ему неприятно, ему тяжело принять её отказ, но он это уважает. В благодарность Вики не позволяет ему отстранится уже во второй раз, прижимается ближе и кладёт голову на мужскую грудь. — Я тоже хочу проводить с тобой время, но я могу учиться с другими непризнанными. С тобой мы можем найти занятия поинтереснее. Дино наконец оттаивает и улыбается. Кладёт подбородок на макушку, вдыхает запах тёмных волос и задумчиво отвечает: — Конечно, найдём. Мы так и не начали читать книгу, которую ты всё собираешься принести. — Зануда. Насколько легко Дино говорит «мы» — «мы не начали читать книгу», «мы проводим время вместе», «мы...» — настолько легко Вики не упоминает, что боится лишний раз пустить ангела в свой быт, привыкнуть к его присутствию в повседневных процессах, в учёбе в том числе. Потому что потом будет сложнее. Как недописанная книга, автор который скончался над пишущей машинкой, эти отношения не имеют логической развязки. Плавно планируя к знакомому окну, Вики выныривает из воспоминаний, сосредоточенно разглядывает, открыты ли ставни. Непризнанная зависает в воздухе совсем рядом с окном. Оно открыто — девушка тянется к подоконнику, но, вслушиваясь, на миг замирает. — Да... Всё в порядке... Нет, отец, не нужно, всё хорошо. Смутно доносящиеся мужские голоса заставляют девушку резко отпрянуть, больно впечатавшись виском в стену. Вики прикусывает щёку, чтобы не пискнуть от боли, уставшие крылья подводят — приходится сесть на подоконник, придерживаясь за отступ стены. Вики не знает, что хуже — если кто-то увидит, как она сидит на подоконнике лучшего ангела школы, или если вломится в его комнату во время разговора с отцом. Голос Дино слышится отчётливее, немного раздражённо, а потом и вовсе замолкает. Непризнанная пережидает минуту, прислушиваясь. В комнате тихо, и Вики расценивает это как лучший момент для вторжения, перекидывает ноги через подоконник и плавно опускается на пол из светлых досок. Дино в комнате один, сидит на разобранной кровати в одних спортивных штанах, босиком. Он оборачивается на звук слишком резко, растрёпанные пряди распущенных волос рассыпаются по широким плечам. — Вики? Что случилось? — взгляд мечется от гостьи к двери, за которой минуту назад скрылся отец, и обратно к Уокер. — Ничего, — Вики выглядит почти виноватой, когда забирается на кровать с другой стороны, попутно скидывая обувь. — Просто хотела увидеться. — Скомканное огромное одеяло приятно холодит кожу, пока Непризнанная пробирается на другой край кровати к внимательно следящему за ней ангелу, — Может, составим расписание посещения? Я — по выходным, твой отец — по будням. — Дошутишься, — Дино машинально опускает руку на спину улёгшейся рядом Непризнанной, поглаживает основания крыльев. — Сильнее. Мужчина проводит ладонью вверх по позвонкам, разминает одно плечо, потом шею, второе плечо, спускается к лопаткам, потом к пояснице. Вики одобрительно мычит что-то, прикрыв глаза от удовольствия. Крылья слегка трепещут, когда горячая кровь приливает к затёкшим мышцам. — Меня пугает наша неосторожность, — голос Дино доносится сверху, и Непризнанной приходится повернуть голову, чтобы видеть задумчивое лицо, смотрящее куда-то в стену. — Твоя комната — самое безопасное место. Сюда заходит только твой отец, и я сомневаюсь, что он пойдет сразу к Кроули, — Вики приподнимается и садится рядом, подогнув под себя ноги. — Вот целоваться во дворе — ужасно неосторожно, но ты тогда ещё не приглашал меня в гости, так что... Дино улыбается, качая головой — то ли соглашаясь с Вики, то ли отгоняя лезущие в черепную коробку мысли. Вики не хочет рассказывать, что Фенцио уже в курсе их встреч, не знает, нужно ли Дино знать. Поднимается с кровати и подходит к шкафу, достаёт первую попавшуюся футболку — белую и слишком большую для неё. — Ты спал? — девушка стоит спиной к кровати, обернувшись, чтобы видеть лицо ангела, попутно стягивает с себя юбку и боди, надевает футболку и ловко достаёт из рукава расстёгнутый лифчик. Дино наблюдает из полуприкрытых век, откинувшись на кровать. — Дремал. Матрас прогибается под вернувшейся на него Непризнанной. Она ложится по середине, ладонью толкает валяющегося поперёк огромной кровати ангела, приглашая его лечь рядом. Дино приподнимается, зевает, несколько раз поводит затёкшими крыльями, а потом размещается между ног Вики и кладёт голову ей на живот. Уокер смеётся, мгновенно запуская пальцы в струящийся шёлк волос. — Переживаешь? — запрокинув голову на подушку Вики пялится в белый потолок, пока на животе чувствуется горячее дыхание, размеренно обжигающее кожу сквозь ткань футболки. — Ты себя изводишь. — Порядок начинается в голове. Уокер снова хихикает, но уже от того, как невпопад отвечает ей сонный ангел. Белые крылья лежат по обе стороны кровати, накрыв собой серые. Вики продолжает мягко массировать светлую голову: — И какой же у тебя здесь порядок? — Никакого. Полный хаос. Дино сонно улыбается и подтягивает одеяло, трётся носом о девичий живот и снова устраивается на нём поудобнее, одной рукой обнимает ногу Вики, вторую пропускает ей под поясницу. Девушка только сейчас ощущает в полной мере накатившую усталость после тренировки, всё ещё обнимает ангела за голову, другая рука покоится на медленно поднимающейся и опускающейся при дыхании спине. Дино уже спит, а из окна закатное солнце льётся, как мёд, и его волосы становятся золотыми, горячими. — «Обычно они как лён или пшеница, а сейчас — золото», — Вики смотрит, и взгляд её тяжёлый, сосредоточенный. — «Я слишком много думаю». Но перестать не может. Золото.