Wings of Freedom

***

      План Армина, разработанный в считанные минуты, захватил дух красноволосой разведчицы, решившей, что среди новобранцев могут найтись и не огранённые алмазы, которые так или иначе должны попасть в разведку, как бы эгоистично это не звучало.       Новички, способные шевелить мозгами, всегда были востребованы в разведкорпусе, потому Алиса и решила, что если юнец сможет пережить защиту Троста, то обязательно должен попасть в разведку. Быть может в будущем смекалка блондина сможет спасти пару тройку лишних жизней, столь необходимых разведкорпусу. И тогда, возможно, в верхней тумбочке стола капрала Леви Аккерамана наконец появится свободное место. Леви собственноручно превратил тумбочку своего стола в некое подобие кладбище, где покоились нашивки герба разведки с формы падших за стенами. Красноволосая часто говорила другу, что его кабинет больше похож на склеп тысяч умерших, но упрекать его в этом не смела, ведь он был одним из немногих, кто помнил всех усопших до последнего.       Потому-то Армин и должен был попасть в разведку, как-то уже решила для себя лекарша. Блондин обязан был дополнить собой стратегические силы Эрвина Смита.       Решимость переполнила Алису до краёв, и она не собиралась уступать столь умного малого ни военной полиции, ни войскам гарнизона.       Девушка была уверена, что Эрвин разделяет её эгоистичные помысли, ведь она слишком хорошо знала Смита, намного лучше других. Ведь Алиса была не просто лекарем разведчиков. Для Смита она была тем особенным человеком, сумевшим принять его азарт ставить на кон свою жизнь, лишь бы только понять, за что же умер его отец. Она, как и Леви, понимала его лучше других. Для некогда двух одиноких мужчин, она стала другом и соратницей, а спустя какое-то время Эрвин Смит безвозвратно покорил её девичье сердце. Равно как и её улыбка, навсегда засела в мыслях командира.       — Этот план слишком рискованный. Вы уверены, что стоит так поступать? — волновался голубоглазый паренёк, наблюдая, как Сара с Жаном и остальными опустошают помещение с «заначкой» гвардейцев на чёрный день.       — Уверена. Затея ослепить тех семерых титанов из хранилищ с помощью завалявшегося на складах металлолома замечательная идея. Ты же сам сказал, что там мы сами себе откроем тыл и сможем избавиться от всех разом. Это лучший вариант развития событий в данной ситуации. Медлить времени нет! Там, снаружи, уже идёт сражение, и мы должны присоединится к товарищам как можно скорее. Так что, собери сопли и доверься собственным мозгам, а главное сослуживцам, — успокаивала Армина Алиса, наблюдая за слаженной работой солдат, готовых рискнуть ради шанса человечества сделать шаг вперед, вместо привычного шага назад.       — Будь увереннее, Армин. Я ведь не знаю никого умнее тебя, — раздался где-то совсем близко полный отваги голос Сары, заряжавшей пулями запылившееся оружие. — Возьми вот, — она протянула ему ружьё, — и приступим к исполнению нашего долга. У меня так и чешутся руки надрать жопы гигантам за Эрена, а раз уж не могу сделать это одна, значит сделаем вместе, — настаивала девушка, не отводя взгляд от друга.       — Эрен — твой друг? — задала вопрос Алиса, собираясь отправиться одной из первых к хранилищам газа, дабы затаиться там с остальными шестью солдатами и дождаться запланированного момента атаки.       — Верно. Мой друг, которого больше нет, — поникшим голосом пояснил Армин, беря ружьё из рук Сары. — Но у меня ещё остались в этом мире люди, ради которых нужно сражаться, — Йегер внимательно слушала блондина, но никак не ожидала, что тот схватит её за руку и со словами «вперёд» потащит к лифту, пробуждая на лице Алисы улыбку, которую та долго удерживать не смогла, вспомнив всех таких же молодых и уверенных в себе, как Армин… всех погибших.       Тяжело вздохнув, разведчица собрала всех, кто должен был пробраться в хранилище раньше, чем лифт с «приманкой» опуститься, дабы иметь возможность устроить титанам засаду. Кроме неё самой к числу избранных для всего одного точного удара были выбраны Микаса, Энни, девушка по имени Имир и Саша, а также Жан и Райнер. Перед ребятами стояла простая, как сказала Алиса, задача — убить титанов одним ударом сразу после того, как их товарищи опустятся в хранилище на подъемнике, как приманка для титанов, ослепят их слаженной стрельбой.       У бедного Райнера даже и секунды не нашлось, дабы попросить Сару стрелять, как следует и ничего не бояться, ведь Алиса вовсе не собиралась ждать блондина и давать ему время на телячьи нежности. Девушка строжайше попросила пошевелить булками, ведь от них напрямую зависят жизни остальных, которые будут почти безоружны перед кучкой титанов, а значит и медлить они не имеют никакого права.       — Если хочешь увидеться с друзьями ещё раз, то тебе стоит поторопиться, — предупредила блондина разведчица, пока тот с переживанием в глазах рассматривал Сару, готовую следовать плану Армина без сомнений.       «Не хмурься так. Я тоже заметил манеру движений того титана… Быть может Эрен жив, просто подожди», — мелькнуло в голове парня, когда он уже скрылся в хранилище с озорной рыжеволосой разведчицей и сослуживцами.       Сара же не позволила Армину потеряться среди солдат в подъемнике. Йегер не отпустила руку друга братишки, взглядом дав понять, что ему стоит держаться подле неё. Сара даже было хотела прикрыть Арлерта собой, дабы тому и вовсе не пришлось ничего делать, но голубоглазый просто не позволил поступить подобным образом. Настойчивым взглядом он дал ей понять, что ничем не отличается от других и готов сражаться до победного (или не очень) конца. Иначе, как бы он смотрел в глаза Эрену на том свете? Сара с Эреном и Микасой защищали его в детстве от нападок соседских мальчишек. Потому Армину всегда до мурашек на коже хотелось отблагодарить их тем же, но не судьба. Эрена он не спас, Сара настолько разбита, что уже титана за брата принимает, а он сам не придумал ничего лучше, чем предоставить себя и остальных титанам на блюдечке только ради того, чтобы попробовать хоть раз в жизни что-то отвоевать у гигантов.       На душе у Армина было вязко и противно, как в самый дождливый осенний день, а потому и лишние попытки Сары оградить его от опасностей лишь сильнее ранили. Ведь ему казалось, что это он должен ограждать друзей от опасной, а что в итоге? Сара с Микасой продолжают воевать, а сам он и знать не знает, как обеспечить ей и Микасе счастливую жизнь, дабы смело встретиться с Эреном там, за гранью…       Микаса, прибывшая в штаб вместе с разведчиками из-за стены Роза, до последнего пыталась верить, что Эрен жив. Даже не найдя его взглядом среди других выживших, она пыталась продолжать верить, пока не услышала слова Армина о друге, которого больше нет. Она даже боялась подойти к Саре и задать вопрос напрямую, только бы не услышать ответ, но слова блондина ответили вместо единственной живой Йегер в этом мире. Все происходило так быстро, что Микаса даже не успела подойти к Саре и спросить правду ли сказал голубоглазый.       Она отправилась в засаду с трясущимися от ужаса руками, не представляя, как поверить в реальность. Эрен, спасший в детстве, подаривший ей семью, покинул её, ничего не оставив после себя. Ничего, кроме выжигающей легкие боли. Реальность давила на девушку с такой силой, что и дышать было больно. В мыслях эхом звучали слова Армина, но верить в них не хотелось никоим образом, ведь это значит сдаться. А вдруг она что-то неправильно поняла, и Эрен просто где-то хорошо прятался от неё в толпе? А если нет, то что тогда? Умереть вместе с ним?       Поджидая свои мишени, Микаса все думала о том, что хочет последовать за тем, кто ей столь сильно нравился. Она даже пришла к выводу, что уйдёт из жизни красиво. Покинет эту жизнь как он — в бою. Черноволосая собиралась помочь отвоевать штаб, а затем, вернувшись наружу, умереть в руках первого попавшегося титана, но Сара, сама того не зная, помешала планам девушки.       Стоило Микасе только увидеть Йегер, как ей захотелось расплакаться в объятьях девушки, столь сильно похожей на Эрена. Парень всегда говорил ей бороться за жизнь. Цепляться за неё, даже если все кости до последней сломаны. Ползти к ней по гряз и никогда не забывать, что жить стоит ради настоящей свободы. И как бы Микасе не хотелось кричать в тот момент, она нашла в себе силы собраться, успокоив себя тем, что Сара всё ещё рядом с ней, а значит и Эрен тоже, ведь он никогда бы не оставил сестру… даже умерев.       «Ты же не простишь меня, если я уйду к тебе, оставив Сару одну. Ты же не простишь, если она будет плакать из-за меня. Не простишь, если у неё не останется никого родного в этом мире. Ты просто не примешь меня так… я знаю», — мелькнула мысль в голове Микасы, когда она всего на секунду заглянула в глаза спускающейся на подъемнике Саре. Этого было достаточно, чтобы хотя бы набраться решимости жить дальше. Большего в тот момент и не нужно было.       Подъемник опускался всё ниже и ниже, а солдаты внутри уже в сотый раз за последние сутки получали ударную дозу адреналина, разливающуюся магмой по телу. Каждый из находящихся там, будь он приманкой или же боевой единицей, затаил дыхание в предвкушении неминуемой схватки с титанами, а Микаса успела за короткое время и потерять смысл жизни и вернуть его себе.       «Ну вот сейчас и посмотрим, что из себя представляют эти сосунки», — думала Алиса, держа лезвия готовыми к атаке. Девушка ещё раз внимательно всмотрелась в лица, чьи было видно, своих новых помощников. Красноволосая разведчица была на все сто готова воплотить план белокурого новобранца и поспешить на помощь друзьям, а заодно и оценить боевые способности тех, кто нынче помогал ей.       — Ещё рано, — предупредил Сару Армин, когда та уже была готова нажать на курок, увидев первого из семи титанов прямо перед собой. — Ждём, пока они все подойдут в плотную и соберутся в одном месте. Так мы не промажем и точно ослепим их, — пояснил он.       — Главное, чтобы в итоге они помогли нам, — не сумел промолчать один из солдат, стоящих позади Арлерта и Сары. И его можно было понять, ведь в тот момент его жизнь зависела от других людей. Одна ошибка другого человека может стоить слишком дорого, и это несомненно пугало.       — Не ной, — угрожающе предупредила Йегер, не зная, как дождаться момента, когда она снова сможет посмотреть в глаза тому титану. И пусть разум все твердил ей, что это полнейшее безумие, девушка не собиралась верить даже самой себе. Ведь его глаза, столь сильно похожи на глаза Эрена. Хотя бы из-за этого стоило ещё хоть разочек заглянуть в них.       Секунды стали весить целую тонну, а шаги титанов, всегда бывшие огромными, в миг стали сродни первым шагам годовалого ребёнка. Они стали такими маленькими и неуверенными, заставляя солдат нервно глотать слюну в ожидании.       Затаив дыхание перед стрельбой, Сара позабыла о страхе. Томясь под пагубным влиянием ожидания, она все предавалась мечтам о моменте, когда вновь станет на шаг ближе к своей иллюзии живого Эрена.       И наконец миг, когда нужно было нажать на курок настал. Этот миг громким хлопком оглушил всех, приводя инстинкт самосохранения в действие. Реальность растаяла между приказом Армина открыть огонь и мгновенной реакцией на тот же приказ.       Солдаты все разом открыли огонь по гигантам, даруя самим себе шанс бороться. Короткий миг, именуемый этим самым шансом, мог унести с собой разом множество жизней почти беззащитных солдат, но судьба решила смиловаться над храбрецами.       Как только титаны были оглушены из ружей, Алиса первой бросилась на титана, находившегося ближе всего к ней. Маленькие руки умело сжимали рукояти УПМ, а один точный взмах лезвий лишил жизни противника. Выполнив свою задачу, разведчица быстро оказалась в исходной позиции, оценивая взглядом работу других.       Сара то и дело переводила взгляд с одного из маневрирующих солдат на другого, убеждаясь в том, что сослуживцы справляются. Никогда ещё она не наблюдала за маневрированием людей с таким трепетом в груди. Звуки разрезанной плоти гигантов дарили чувство безопасности, приближая её к тем самым драгоценным глазам брата, нынче принадлежавших некому безумному титану.       Вскоре картинка перед глазами девушки начала расплываться в ужасе, разрывая покой на части. Саша промахнулась. Один фатальный промах и все находящиеся в подъемнике солдаты в панике начали искать хоть какой-то выход из ситуации. Титан, которого должна была убить картофельная девчушка, находился в непосредственной близости к ней и Армину.       «Только не снова», — молнией мелькнуло в доселе почти ясных мыслях перед тем, как Йегер со всех сил оттолкнула Арлерта от края подъемника и встала на его место, надеясь заменить его собой, пока кто-нибудь исправит ошибку Саши. Йегер готова была пожертвовать жизнью, лишь бы только подарить хоть несколько секунд для спасения остальных. И пусть Сара хотела снова увидеть те глаза больше всего на свете, но не такой ценой. Она не была готова заплатить за такое удовольствие жизнью Армина.       Алиса была готова броситься на уцелевшего титана мгновенно, но Райнер сделал это первым. Стоило ему только увидеть, что девушка его мечты решила сглупить, как он двинулся на гиганта быстрее, чем красноволосая разведчица. И пусть газа у него было куда меньше, нежели у неё, его это совсем не волновало, ведь главным было успеть и не промахнуться.       Микаса в тот миг проклинала себя за то, что находилась не так близко к уцелевшему титану, как Райнер. Но в тоже время она была благодарна ему всем сердцем, ведь если бы не стало и Сары в один день с Эреном, её сердце не выдержало бы больше.       Саре и остальным жизнь спасло лишь то, что титан не успел регенерировать полностью за столь короткий промежуток времени, и блондин смог убить его до того, как тот разглядел добычу перед глазами.       Драгоценных остатков газа оказалось достаточно, чтобы спасти её, а большего Райнеру и не требовалось. То, что она продолжала дышать вместе с остальными было высшей наградой для солдата, свалившегося на пол с абсолютно пустыми баллонами.       — Простите, — со слезами на глазах молила Саша, не находя сил простить саму себя за промах, который мог стоить десятки жизней.       — Поднимайся, — строгим голосом приказала ей Алиса. — Не время винить себя. Никто не умер, но впредь твои удары должны быть точнее. Пусть сегодняшний день будет тебе наукой. Надеюсь, ты никогда не будешь чувствовать себя виноватой в чей-то смерти, а сейчас ты должна наполнить свои баллоны, — Брауз во все глаза смотрела на красноволосую разведчицу. Ещё никто и никогда не был к ней так добр, но и в тоже время строг. Девушке ничего не оставалось, кроме как согласиться с Алисой, сумевшей одновременно и подбодрить, и отругать её за ошибку.       Солдаты быстро пополнили запасы газа и, воодушевившись прибытием на поле брани разведкорпуса, с новыми силами были готовы сражаться за судьбу человечества.       Сара была одной из тех, кто справился с задачей возобновления запасов газа быстрее остальных. Девушка не выкроила даже секунды для того, чтобы поблагодарить Райнера за спасение, когда Саша промахнулась. Она даже не откликнулась на зов Микасы, сразу же бросившейся к ней. Йегер решила, что обязательно выразит блондину свою благодарность немного погодя, когда они вновь окажутся в безопасности за стенами и тогда же поговорит с Микасой, а пока главным приоритетом был только он один.        Для Микасы же поведение Сары было ничем иным, как призыв к немедленному возвращению на поле боя для отмщения за смерть Эрена. Потому девушка и стала одной из тех, кто вернулся туда одним из первых. Раз Эрен мертв, значит, они с Сарой должна перебить всех титанов до последнего, как он и мечтал. Именно так начала считать Микаса, готовая хоть и умереть, но исполнить мечту Йегера-младшего.       — Простите, — перед выступлением, Йегер обратилась к Алисе в надежде на то, что та может быть позволит ей оказаться в непосредственной близости к загадочному титану, — могу ли я надеяться на то, что вы позволите мне увидится с этим аномальным титаном после его поимки? — устремив взгляд бирюзовых глаз полных надежды прямо на лицо разведчицы, спросила Сара, когда Микаса уже покинула подземелье с запасами газа.       Глаза, напоминавшие собой саму весну, нарисовали на щеках красноволосой легкий румянец. Было в них нечто, что могло вцепиться в душу и заставить забыть о всех горестях жизни, но показывать некую благосклонность к этой девушке в данной ситуации Алиса считала неуместным.       — Зачем? — задала ответный вопрос разведчица.       — Он напоминает мне кое-кого невероятно важного для меня, — попятив взгляд, пояснила Йегер.       — Если ты повернутая на титанах, то обратись к Ханджи Зоэ как-нибудь. Уверена, вы бы нашли общий язык, — улыбнувшись и похлопав Сару по плечу, предложила Алиса.       Только сейчас Алиса поняла, что где-то уже видела эти прекрасные глаза, но в сложившейся ситуации все никак не могла вспомнить, где именно.       Красноволосая перевела вопрос Йегер в шутку, ведь подобного рода дела от неё никак не зависели, и пока шатенка не продолжила настаивать на своей просьбе, девушка отдала приказ наконец отправиться на поле боя, оставив некоторое количество солдат охранять подземелье с газом на всякий случай.       Сара и понять не успела, как вновь оказалась снаружи, где полным ходом шёл бой с гигантами, которых то и дело становилось только больше.

***

      Титан, шедший против самой судьбы, видимо, выбился из сил. Его удары уже не были столь эффективны, а толпа других гигантов все тянулась и тянулась к нему, желая сожрать предателя. Ужасало и то, что разведчиков за это время стало куда меньше. Солдаты с крыльями на спине продолжали защищать аномального, помогая ему бороться, но даже с необычным титаном силы были как всегда неравны.       «Я задержалась, прости», — подумала Алиса, посмотрев на Эрвина. И пусть ей хотелось продолжить упрекать себя за это, но она никак не могла позволить себе задержаться ещё хотя бы на секунду, а потому с комом в горле призвала всех ринуться в самое пекло боя, не думая о том сколько ещё жизней будет потеряно. Приоритет был понятен всем и каждому: воплотить поставленные Эрвином Смитом задачи в жизнь.        Именно красноволосая девушка, возможно, лучше всех знала любимого ею командира разведкорпуса. Алиса доверяла ему больше, чем себе. За годы, проведённые с ним, научилась принимать потери, которые влекли за собой его решения. Его тяжелый взгляд и до умопомрачения крепкие объятья научили ставить на весы совести потерянные жизни и результаты того или иного принятого им решения. Уравновесить подобное, казалось, было невозможным, но у него получалось. Сквозь горечь и гору трупов, по локоть в крови, но Эрвин смог и научил этому девушку, которую полюбил. И пусть это не было тем, чему он хотел научить Алису, она никогда не упрекала за это. Молча следовала за ним, доверив ему и свою жизнь тоже. Потому врач разведкорпуса не видела перед собой ничего, кроме поставленной Эрвином Смитом задачи.       Сара была первой, кто последовал приказу разведчицы атаковать. Сжимая рукояти покрепче, Йегер, рассчитывая свои силы и способности с умом, напала первым делом на четырехметровых титанов, с которыми она бы ещё могла совладать, оставив тех, кто побольше ребятам более умелым, чем она. И как бы ей не хотелось оказаться ближе в выдохшемуся атакующему, она не могла себе этого позволить, ведь в подобных ситуациях все же рассудительность была в приоритете.       «Если покрошу в салат как можно больше четырёхметровых, то смогу таким образом защитить штаб и титаны вновь не проникнут к хранилищу в газом, а значит и оставшееся команда снабжения не подведёт. Так те, кто действительно умеет сражаться с титанами смогут с максимальной отдачей защитить аномального, а там уж придумаю, что делать», — рассуждала девушка, поражая слабое место очередного титана.       Только сейчас в поле зрения Сары появилась Микаса, заставив переживать, ведь она же, как считала шатенка, до сих пор не знала, что случилось с Эреном. Младшая сводная сестра Йегер-старшей встретила носителей крыльев свободы, когда последний из гражданских скрылся за внутренними воротами Розы. Девушке сразу предложили скрыться с остальными, но она настояла на том, что должна отыскать брата с сестрой и лучшего друга. Капрал Леви не хотел брать её с собой, но красноволосая разведчица, имени которой на тот момент Микаса не знала, позволила отправится с ними. Так Микаса и оказалась на поле боя снова, так и не встретив Эрена.       Сара не посмела посмотреть в глаза сестре. Глаза снова стали мокреть от воспоминаний о том, как же хорошо они когда-то жили все вместе. Сначала мать, потом отец, дедушка Армина, а теперь и Эрен… Йегер не представляла, как сообщить Микасе о случившемся, ведь она прекрасное знала, как черноволосая девушка относилась к её брату. Весть о его смерти могла высушить подростка изнутри, лишив шанса на прекрасные чувства в дальнейшем. Столь глубоки были чувства Микасы к Эрену. В тот момент Саре проще было скрыться от серых глаз Микасы в бою. И хоть она понимала, что не сможет скрываться там вечно и что рано или поздно ей придется рассказать всю правду, смотря прямо в глаза, на тот момент бегство казалось ей лучшим выходом из ситуации.       Один за другим, ещё и ещё. Йегер не жалела себя, стараясь отдаляться от Микасы и не подпускать подступающих титанов ближе. И хоть дышать со временем становилось сложнее, храбрости оттого не становилось меньше ни на грамм.       — Их слишком много, — раздался где-то не слишком далеко не знакомый шатенке голос. — Мы несём потери, Эрвин, — продолжал констатировать факты Майк Захариус.       — Они все сползаются к нему, словно он пуп земли. Господи, я должна знать почему! — не слушала Леви озорная девушка в причудливых очках, не видевшая перед собой ничего, кроме желания захватить необычного гиганта.       «За потери придется отвечать. Отступить? Или продолжить защиту? Этот титан бесценный образец для исследований, но ситуация развивается не в нашу сторону. Если продолжу, то потеряю ещё больше неопытных новобранцев и так и не выполню миссию, с которой нас сюда послали. Чёрт, почему небо на их стороне?!» — злостно задавал себе вопросы Смит, собираясь принять наиболее разумное решение пока ещё не стало слишком поздно.       — Все, отступаем к стенам! — наконец его голос разрезал собой предсмертные крики тех, кто не смог победить в этом бою. Множество солдат гибло, даже несмотря на то, что гиганты игнорируя людей, направлялись прямо к атакующему. Ведь стоило человеку промелькнуть у них перед глазами, как они на секунду отвлекались от своей цели и, пожирая людей, продолжали свой путь.       «Отступаем», — слово пропитанное ядом. Так показалось Саре, на чьём лице красовалась испаряющаяся кровь убитых ею титанов.       Приказ командира разведчиков заставил девушку застыть на месте, ведь его слова никак не совпадали с намерениями Йегер довести дело до конца, даже если ей придется остаться на поле боя одной. Она была готова сражаться с атакующим спиной к спине. И пусть все это явно смахивало на психическое расстройство, Сару данный факт не останавливал.       Секундное забвение от полученного приказа чуть едва ли не стоило девушке жизни. Какие бы противоречия не бушевали внутри, ей не стоило терять бдительности. Показавшийся за её спиной титан чуть было не раздавил её, пока со всех бежал к атакующему. Тогда она впервые почувствовала насколько же он был теплым, пусть и пах зимней хвоей.       Леви, поведавший за свою жизнь множество смертей, старался избегать встречи с косой костлявой подруги каждый раз, когда только мог. Капрал был не из тех людей, кто бы стал рисковать жизнью, не будучи уверенным в победе. Потому, когда он заметил застывшую на месте Сару, моментально оценив ситуацию, принял наиболее правильное решение — спасти.       Бравый солдат удачно попал тросами своего УПМ в стены соседнего здания и, придавив на рукоятях УПМ нижние курки газа, двинулся прямо на шатенку.       Мужчина сразу понял: девушка сомневается. Это было слишком очевидно. Он видел подобное множество раз, но исход всегда был один, словно предопределён небесами заранее. Аккерман даже не сразу вспомнил, что объектом его помощи была та самая барышня, что не так давно испортила белоснежный носовой платок, который он так старательно утюжил и стирал.       И пока Йегер решалась двинуться непосредственно к командиру разведкорпуса, чтобы возразить или нет, кто-то ловко подхватил её за талию, таща за собой ввысь. По коже сразу пробежал слегка знакомый холодок. Да, зима, застывшая на его носовом платке, покрыла инеем талию Сары. Запах лесной ели, погрузившейся в холод покаяния, безжалостно напоминал о себе, но было ли Йегер до этого дело, когда ситуация поворачивалась в неподходящее для неё русло?       И пусть девушка не сразу осознала кто схватил её, ведь взор так и оставался прикованным к Эрвину Смиту и его решению бросить аномального на растерзание, запах ели продолжал пытаться донести имя спасителя до разума. Пришла в себя Сара уже на крыше соседнего дома, куда доставил её Леви, не забыв бросить, как только почувствовал твердость под ногами.       — Больно, блин! — воскликнула она, вскочив обратно на ноги. Однако стоило ей наконец рассмотреть на кого повысила голос, как от шока рука сама собой закрыла нагрубивший капралу рот.       Благо черноволосый мужчина никак не ответил на грубость, мысленно подметив для себя лишь то, что она тоже, мать его, выше, чем он. Пусть и ненамного, но выше.       — В следующий раз ты можешь лишиться жизни, если будешь считать ворон в окружении титанов. А пока был дан приказ к отступлению. Будь добра, исполнять, — монотонно произнёс капрал, собираясь последовать своим же словам.       Сара хотела было попробовать возразить Леви и попросить его переубедить командира, но перед глазами возник знакомый образ Райнера, сразу же бросившегося благодарить капрала за спасение девушки.       — В самом деле, тебе стоило быть внимательнее! С титанами шутки плохи. Сара, тебе ли не знать об этом? — корил Йегер блондин, боясь даже вспоминать насколько близко она была к смерти всего минуту тому назад.       «Сара, значит», — мелькнуло в голове Леви, решившего, что он уже сделал для девушки все, что только мог. Потому капрал и не видел более смысла задерживаться дольше на крыше. Сара успела только спину его увидеть и понять, что он бы точно не стал ей помогать, ведь стал подгонять солдат, дабы те наконец поспешили отступить. В её глазах даже мелькнула тень разочарования. Всего на долю секунды, она понадеялась на его помощь, но потом вспомнила, что в этом мире ей стоит надеяться только на себя.       — Нам тоже пора, — тихо добавил Браун, заметив сколь пристально Сара смотрит на титанов, подступающих к атакующему. Титанов, которых более никто не останавливал. — Это не он, а потому будь разумнее, Сара! — строго просил блондин, таща шатенку за собой к краю крыши.       У титана, посмевшего украсть взгляд Эрена, сил для борьбы оставалось все меньше и меньше, а его сородичи вовсе не собирались отступать, наваливаясь на предателя толпой. Они цеплялись зубами за его плоть, игнорируя людей вокруг. Окружили несчастного со всех сторон, собираясь наказать за предательство. Смотреть на акт «титановского правосудия» Йегер было невероятно тяжело. Каждый удар сердца причинял боль, словно бы она вновь смотрела на смерть брата.       «Нет. В этот раз я должна предпринять хоть что-нибудь», — казалось, даже мысли девушки дрожали, сродни всему её телу в тот момент.       — Хорошо. Я знаю. Это не он, — в одно мгновенье она приняла безумное решение соврать Райнеру, дабы тот не смог помешать вмешаться в судьбу атакующего.       Девушка говорила как можно убедительнее, стараясь не вызывать подозрений. Ей даже пришлось сказать это смотря прямо в глаза блондину, от чего тот даже слегка покраснеть успел и безоговорочно поверил в услышанное.       Будучи уверенным в том, что Сара точно не совершит глупостей Браун первым последовал за капралом, оставившим их с Йегер на крыше не так давно.

***

      Тот день Эрвин Смит запомнил надолго. Годы, проведённые в раздумьях о том, кто же такие титаны, какова их природа и откуда они взялись, оказались прожиты не зря.       — Сара, блять! — громкое ругательство смешивалось с множествами голосов, доносящихся откуда-то сзади. Это не заставило командира разведки обернуться. Ведь обернуться, значит сожалеть. А сожаления всегда насмехаются над смертями тех, кто шёл к поставленной задаче. Смит никогда не позволял себя сожалеть о чем-либо, выражая таким образом свое почтение почившим без церемонии похорон. Одна цель уже была утеряна безвозвратно и сожалеть не было смысла. Теперь он точно знал, что титаны не так просты, какими могут показаться на первый взгляд, а значит ни одна смерть не была напрасной. Теперь перед глазами сияла новая цель — отступить, а значит и ничего важнее этого быть не должно. Ведь так или иначе добравшись до одной цели, они смогут продвинуться к другой, пусть и совсем маленькими шажками.       А вот маневрирующую рядом с Эрвином Алису поставленная цель вовсе не смущала и девушка, поддавшись любопытству, лишь на секунду обернулась назад. Одна секунда, но и этого было достаточно, чтобы увидеть глазами, и без того насмотревшимися на смерть, ещё одну бесполезную жертву.       Девушка, не так давно просившая практически о невозможном, наплевала на приказ Эрвина и самовольно двинулась к атакующему. Очевидно, безумная собиралась защищать желанный образец для Ханджи до последней капли крови в организме.       «Ну что за безумная, могла бы выжить и остаться с умным блондинчиком», — тяжело вздохнув, подумала Алиса, собираясь более не смотреть назад.       Сара бросилась к атакующему совершенно одна. В момент, когда её жизнь могла оборваться никого не оказалось рядом. Так девушка и поняла, что сожалеть ей не о чём. Без Эрена её жизнь будет такой же пустой, как и безжизненное поле боя. Она будет совершенно одна, даже если рядом будут Микаса с Армином этого будет недостаточно. Ведь ни один человек внутри стен или же за её пределами не способен заменить ей того безумного маленького мальчика, которого шатенка столь сильно любила. А значит если есть возможность перед смертью заглянуть хоть бы в подобие его глаз, она обязана это сделать.        И пусть Райнер бросился в след за Сарой, его не пустила подлетевшая из ниоткуда Энни. Армин с Жаном болтались где-то впереди вместе с Микасой. Никто из них в суматохе отступления не заметил глупости совершенной Сарой. А Энни не позволила Брауну и слова сказать, не то, что рвануть вслед за Йегер. Девушка быстро привела блондина в чувство лишь напомнив ему о том, кем он является на самом деле.       — Ты не можешь попасть под трибунал, если выживешь вместе с ней. Кроме того, мы же знаем, что это за титан такой. Позволь ей сделать нашей родине огромную услугу. Если она достанет того, кто внутри, это облегчит нашу с тобой задачу, не так ли? — слова сослуживицы тупым лезвием снимали скальпель с головы Брауна. Как бы он не хотел защитить девушку, но слова Энни действительно имели смысл. Долг перед родиной должен был быть превыше его собственных чувств. И пусть разрываться между совестью, любовью и долгом было неописуемо мучительно, блондин всегда находил в себе силы молчать тогда, когда хотелось кричать во все горло, срывая голосовые связки. Он молча отступил, бесконечно долго оглядываясь назад, туда, где сверкали острия лезвий Сары.       «На этот раз ты будешь отчитывать меня, братик. Жаль только, что мы с тобой уже не будем живыми, но это ничего. Встреть меня там, даже если с криками. Мне ведь больше ничего не нужно», — сдерживая слезы, думала Йегер, нападая на первого титана на пути к её собственной цели.       — Сглупила, — единственное слово, слетевшее с уст капрала.       Единственное, обращенное в сторону Йегер. Леви, как и Алиса, среагировал на крик Райнера. Однако одно сказанное слово было единственным предпринятым им действием, он продолжил холодно смотреть вперёд, заведомо зная, что носовой платок ему уже никогда не вернут.       В жизни мужчины было всего три вещи, которые он ненавидел всем сердцем: бесполезные смерти, дождь и беспорядок. Смерти, которых можно было бы избежать всегда ходили по пятам, насмехаясь над ним. Дождь стал могилой для первых в его жизни друзей, а беспорядок был чем-то схож с самой жизнью. Такой же хаотичный, непредсказуемый и отвратительный. Капрал всегда пытался придерживаться идеального порядка во всём. Таким образом он выражал самой жизни своё «почтение», говоря: «Нет, стерва, я ещё не проиграл».       И вот ещё одна бесполезная смерть должна была омерзительным беспорядком разлиться позади, но мужчина не собирался смотреть на это, ведь девушка, испачкавшая его платок, могла бы остаться в живых. Как и тысячи его покойных подопечных. Только вот от подопечных капрала её отличало то, что выбор у безумной несомненно был. И пусть бы она могла умереть немногим позже, но сегодняшний рассвет мог стать не последним в её жизни. А вот у его солдат выбора никогда не было, как и у его друзей. Все они умерли, не желая того. У каждого были свои планы жизнь, но госпожа смерть все перечеркнула пером с ядовитыми чернилами. Именно поэтому Леви и было до тошноты противно смотреть на ту, что сама бросилась в руки ненавистной им смерти.       Однако, люди, чьими палачами становились титаны, обычно кричали в предсмертной агонии и молили о пощаде, но не она… Ни звуку позади. Только лишь музыка разрывающейся от ударов клинка плоти ели-ели достигала слуха, становясь все слабее и слабее с каждым новым рывком в направлении стены.       Сара с ног до головы умылась кровью гигантов, меняя лезвия одно за другим слишком быстро, что было не очень хорошо, ведь теперь она осталась одна, а значит и сменных лезвий ей теперь никто не подаст.       — Держись! — обращалась она к атакующему. — Мы с тобой вдвоём отправимся на небеса, но перед этим я ещё хоть разок загляну в его… нет! В твои глаза, — девушка пыталась воодушевить, чью плоть безжалостно пожирали его же сородичи, даже зная, что он ни слова не понимает.       «Только бы хватило лезвий продержаться еще немного. Ещё хотя бы раз взглянуть в его глаза, тогда и умереть было бы не страшно. Прости, Эрен. Знаю, ты бы не хотел моей смерти, но и не вижу смысла оставаться здесь без тебя… И сколь же тяжело осознавать, что этот титан не ты, но лучше умереть рядом с тем, кто хоть бы отдалённо напоминает мне тебя, братик», — думала Сара, наконец подобравшись к атакующему вплотную.       Разрубая последних титанов на своём пути, девушке удалось оказаться на плече у атакующего.       Только на это у неё и оставались силы, ведь прежде Сара никогда не сражалась с таким количеством титанов за раз, потому её движения и не были расчетливыми, а лезвия расходовались слишком быстро из-за не отработанных как следует ударов. Наконец она получила то, чего так хотела, а потому и на душе наконец-то стало спокойно, несмотря на всю щекотливость ситуации.       Атакующий больше не мог сопротивляться напору желающих полакомиться его плотью. Он почти бессильно упал на колени, не имея силовых ресурсов дальше, ведь ему по самый локоть отгрызли руки, а отрастать они вовсе не спешили. И пусть помощь Сары была для него весомой, но даже того, что сделала она уже было мало для того, чтобы попытаться сбежать. Да и сбегать почему-то не хотелось вовсе. Желание убивать так и пылало внутри гиганта всепоглощающим пламенем.       Гиганты не способны мыслить или чувствовать. Так всегда думали люди внутри стен. Однако в памяти атакующего обрывками мелькали лица знакомых ему людей, провоцируя безумное желание убивать для того, чтобы защитить этих людей.       «Ах ты мелкий!» — раздавался приятный женский голос в сознании атакующего и тут же память рисовала картинку знакомого лица. Добрая улыбка, яркие бирюзовые глаза, длинные каштановые волосы были до боли знакомыми. И снова женский голос:        — Эрен, сходи за хворостом», — гласил он. Голос принадлежал красивой кареглазой женщине средних лет очень похожей на ту, чьё лицо мелькнуло в памяти за секунду до этого. Дальше появилась маленькая черноволосая девочка, а за ней и светловолосый мальчик с книгой в руках. Привкус соли на губах, какие-то глупые картинки бесконечной водной глади, уходящей за горизонт и… мужчина, вручающий некий ключ.       «Где я? Нет. Не важно. Изничтожить, я должен изничтожить или… или что?» — подобие мыслей волнами разливалось между обрывочных картинок, пока откуда-то снаружи не послышался голос, который атакующий уже когда-то где-то слышал. — Посмотри мне в глаза, Эрен! Прости, брат, что называю титана твоим именем, — гласили вопли того самого женского голоса, принадлежащего девушке с бирюзовыми глазами. Откуда он мог знать, что этот тот самый голос? А чьи же это были глаза? И тут сознание собралось в единое целое одним безумным пазлом. Смерть мамы, ключ, папа, служба и смерть, а что же потом? Но чего-то не хватало или кого-то? Где же она? Где та, от которой всегда пахло множеством полевых трав? Короткое имя и столько тепла в груди… Сара.       Эрен вспомнил, как оказался в желудке титана, а потом его поглотила темнота. Сейчас на его огромном плече сидел и просил посмотреть в глаза, а вокруг так и толпились титаны, грызущие плоть.       «Плоть? Чью? Почему так больно?» — Йегер плохо понимал, где он и что происходит, но рад он был только одному: пока ему больно титаны не замечают Сару. Но с чего он взял, что это она? Стоило ему только посмотреть на собственное плечо, как все стало на свои места.       «Дура! Идиотка!» — осознание, казалось, невозможной реальности слишком быстро отрезвило разум парня. Это его плоть грызли гиганты, на его же плече сидела сестра, а сам он, каким-то неведомым чудом до сих пор был жив и, очевидно, контролировал тело титана.       Эрен тут же начал пытаться сбросить Сару с плеча, дабы та сумела спастись, пока внимание пожирателей плоти не переключилось на неё. Но девушка не желала так просто отступать. Старшая сестра мертвой хваткой вцепилась в волосы брата-гиганта и, взобравшись ему на голову, не собиралась бросать его ещё раз.       Йегер-младший впервые захотел наказать сестру за безрассудство, но даже и слова не мог сказать ей. Ему оставалось лишь смиренно надеяться, что та сама одумается и поступит разумно. Он мог бы и дальше продолжать свои попытки избавиться от Сары на голове, но сознание затуманилось так же быстро, как и прояснилось.       Эрен и сам не понял как, но откуда не возьмись в сознание ворвалось понимание того, где же он находиться.       «Слабое место титанов. Затылок», — парень изо всех сил пытался мыслить ясно, пока ужасающие картины, где его тело вросло в плоть гиганта, оставляли металлический привкус крови на губах.       «Если Сара сможет только достать меня оттуда, мы могли бы сбежать», — рассуждал Йегер, заставляя отсутствующие у атакующего руки вырасти обратно немедля, дабы дать сестре подсказку. Парень быстро сообразил, что в этом теле главный именно он, а значит сможет воспользоваться всеми возможностями тела титана. Но кто-бы мог подумать, что это будет больно и сложно. Словно из его тела высасывали всю энергию до последней капли.       Сара всегда была близким человеком, понимающим без слов. На это парню и пришлось надеяться и в этот раз. В миг титан перестал пытаться сбросить девушку с себя и вместо этого начал ногтями раздирать свой затылок и неистово мычать, словно пытаясь донести до этого мира некую мысль.       «Зачем он сам раздирает свое же слабое место?» — задалась вопросом девушка, глядя, как атакующий продолжал наносить себе увечья. Эта была последняя мысль Сары перед тем, как зрачки её расширились в смутном понимании происходящего.       И пусть все предположения были одного безумнее другого, но не оставалось ничего кроме, как податься безумию. Если только хоть одно из предположений окажется правдивым, шатенка пообещала себе начать верить в существование шестого чувства.       Йегер схватилась за последние лезвия, что у неё остались и изо всех сил принялась кромсать плоть на затылке атакующего. Девушка была аккуратна, ведь мысль её была крайне проста. Что же там внутри? Никто и никогда не исследовал отрезанные остатки слабых мест титанов. Быть может это и было главной ошибкой человечества, отдаляющей их все дальше и дальше от таких ценных ответов.       И пока с ближайшей стены за ней наблюдали друзья вместе со странной девушкой по имени Ханджи Зоэ, Сара все ближе и ближе добиралась к тому самому ценному, что не так давно потеряла.       С каждым новым порезом атакующий слабел, опускаясь на колени перед теми, с кем хотелось бороться. Эрен начинал терять контроль над телом. Но над чьим же телом?       Вскоре воздух снова наполнил его легкие. Его собственные легкие, принадлежащие только ему. Больше не было никакого смысла получать кислород через титана, но вот веки были столь тяжелы. Неподъемные. Но до мозга каким-то образом доносились слабо различимые, крайне знакомые, звуковые волны. Те волны пленяли его воспоминания не так давно, заставив прийти в себя. Слышать их было так приятно и безумно хотелось ответить, но проклятых сил хватало лишь для того, чтобы продолжать дышать.       — Эрен?! — во все горло воскликнула Сара, увидев тело брата, торчащее из тела атакующего, которое мало-помалу начало испаряться. Глазам поверить было сложно, но столь сильно хотелось, что слезы сами по себе начали капать на затылок парня.       Сестра, не думая ни секунды, подхватила брата под руки и потянула на себя изо всех сил. И даже тот факт, что тело Эрена было аномально горячим, не смущало. Казалось, адреналин начал разливаться по венах вместо крови, притупляя тем самым боль.       Вытащив брата прежде, чем атакующий полностью испарился, Йегер подхватила его под мышку и, собрав остатки сил, смогла сманеврировать на крышу ближайшего здания. И пусть этой стоило ей невероятных усилий, а боль от, видимо, ожогов усложняла ситуацию, её это не беспокоило. Небеса даровали шанс встретиться с братом ещё раз в этом мире, а значит и упускать такой дар она не имела никакого права.       Когда Сара с Эреном оказались на крыше, парень по-прежнему пребывал в бессознательном состоянии и никак не реагировал на легкие пощечены, которыми его одарила сестра, чередуя их с объятьями. Но долго сидеть над телом брата было опасно, а потому убедившись только в том, что парень дышит, Сара решила рискнуть и, взяв Эрена обратно под мышку, осмелилась маневрировать одной рукой.       Маневрирование одной рукой могло стоить ей жизни, особенно в такой ситуации, но был ли у неё выбор? Пока титаны продолжали толпиться вокруг исчезающего тела атакующего, Йегер могла бежать к ближайшей стене. Добраться до стены — значит жить. Теперь девушка была готова поступить так, как и все умершие подопечные капрала Леви. Изначально решив плясать под дудку смерти, Сара снова была готова поспорить с ней.       Жизнь вернула всю свою значимость и необходимость, ведь он дышал, его руки и ноги были целы. Неважно, как он оказался внутри титана. Неважно, как все это понимать. Выжить — значило дать пинка под зад самой смерти, и Сара не собиралась упускать столь замечательной возможности плюнуть подруге в черном в лицо.       Сквозь адскую боль в руках и тяжесть тела Эрена она быстро, насколько только могла, перемещалась с одного здания на другое, стараясь избегать столкновений с гигантами, ведь лезвий более не осталось, а значит и дать отпор не представлялось возможным.

***

      Капрал Леви может никогда бы больше и не вспомнил о чудной шатенке, бросившейся в бой, когда было велено бежать, если бы она снова не появилась в пределах его личного горизонта на крыше одного из домов недалеко от стены.       Благо мужчина заметил Йегер прежде, чем солдаты расформировались, дабы по приказу Эрвина с высоты стены Роза наконец оценить нанесённый ущерб. Только вот девушка была не одна, что уже и без того заметила стоящая рядом с ним Ханджи вместе с каким-то чудным голубоглазым мальчишкой. Дезертирка, иначе назвать её было нельзя, изо всех сил пыталась маневрировать одной рукой, удерживая другой чье-то тело.       «Точно умереть хочет», — цинично оценил её поведение Леви.       — Эрен? — раздался тихий голос рядом с капралом. Светловолосый мальчишка смотрел впереди себя во все глаза. Армин даже не сразу понял почему первым вспомнил имя умершего друга. — Не может быть, — шепотом слетали слова с его побледневших от всего пережитого губ.       — Что-то не так? — поинтересовалась у Армина Алиса, заметив его состояние. Её желание завербовать мальца в разведчики никуда не пропало, а потому в её же интересах было, что бы Арлерт не дай Боже не свалился со стены то ли от шока, то ли ещё не пойми от чего. Парень словно остолбенел, глядя куда-то вперед.       — Кого Сара тащит к стене? Это не может быть Эрен. Он умер. Я сам видел. Но и Сара ведь не дура, она бы не стала спасать кого-то не слишком важного для неё ещё и таким опасным способом, — Армин все пытался понять подругу, размышляя вслух. Его слова вызывали дикий интерес в глазах Ханджи. Зоэ все казалось, что слова мальчугана имеют смысл, а если он прав, то вопросы начинали возникать сами собой. Зачем спасать труп? Чувство долга неопытного солдата? Но может ли девушка быть столь безрассудна? Вариантов ответа всего два: либо да, и ей не стоило становиться солдатом, либо мертвый парень жив. А если жив, то как это случилось. Она точно тащила тело со стороны аномального титана, который, кстати, говоря, либо исчез, либо его сожрали. В любом случае Ханджи точно знала, что должна в этом разобраться, но мысли столь сильно спутались в предположениях, что она не сразу смогла сформулировать собственные предположения.       — Слушайте, — понимая, что не важно кого там спасает Йегер, Арлерт обращался к красноволосой разведчике, осознавая, что долго его подруга не продержится, — Сара тоже лекарь. Она с детства училась у отца, после падения стены Мария, даже работала в больнице за стеной Роза. Она не просто врач. Она так же прошла обучение в армии и стала солдатом. Разве разведкорпусу не нужны такие люди? Ей бы чуть больше опыта и Сара сможет стать незаменимой для разведчиков. Кроме того, она как раз-таки и собиралась поступать именно в разведкорпус, понимаете? Прошу вас, простите ей первую глупость. Это последняя глупость в её жизни, клянусь вам. Дело в том, что брат Сары умер у неё на глазах и, кажется, из-за этого её рассудок слегка помутнился. Спасите её, умоляю. Кто-нибудь заставьте её бросить того парня и вернуться на стену, — смотря Алисе прямо в глаза просил блондин, игнорируя присутствие капрала и Зоэ, словно заведомо зная, что от Леви точно не стоит ожидать помощи.       — Врач говоришь, — послышался уже знакомый для Армина голос командира разведкорпуса. — Лишний врач разведкорпусу не помешает. Такими ценными ресурсами разбрасываться нельзя. И мы даже сможем проверить её навыки, если спасем и того паренька, из-за которого она только что свалилась без сил, — подметил Эрвин, смотря прямо перед собой.       Армин обернулся, и действительно одни из самых страшных его опасений оправдались. Сара вместе с телом некого неизвестно (из далеко было невозможно разглядеть, кого столь усердно пыталась спасти девушка) уже лежала на, наклонённой в сторону стены, крыше одного из жилых домов. Йегер лежала рядом с парнем и не вставала на ноги. Казалось, она просто сдалась и ждала, когда же отправиться к брату, но на самом деле это было не так.       «Что за блядский день? Руки не слушаются, ладони болят от ожогов. Все тело ноет, но я не могу позволить себе лежать здесь», — думала Йегер, устремив взгляд в сторону стены, которая уже находилась не так далеко.       — Господи, когда ты себе такую задницу-то отожрал? Если бы только ты был немного полегче, может быть, я смогла бы добраться до стены. Подумать только, какой позор, свалиться без сил даже не на полпути к цели, а почти у самого финиша, — говорила Сара брату, переведя взгляд со стены на него, по-прежнему лежащего без сознания рядом с ней. Она обвиняла себя в беспомощности и слабости, даже не думая о том, что уже сделала куда больше, чем должна была.       Глубоко вдохнув, Йегер собиралась подняться на ноги из последних сил, дабы хоть бы попытаться вновь взять брата на руки. Однако, все попытки молодой девушки были тщетны. За столь короткое время она сильно ослабла, потому организм противился всем её попыткам, даже не давая им шанса воплотиться в реальность. Впервые в жизни Сара прокляла себя за то, что не была сильным парнем, коим, например, был Райнер. Уж Райнер смог бы дотащить Эрена хоть на край света при необходимости (если бы она только знала, насколько была в тот момент, придушила бы блондина прежде, чем он попытается так поступить).       «Ну и где ты, когда так нужен?» — от безвыходности шатенка упрекнула Брауна, чувствуя, как безвыходность ядовитым поцелуем впивается в кожу, отравляя собой надежду.       «Если бы только я так феерично не свалилась на крышу вместе с Эреном, может смогла бы подняться. Слабачка», — от обвинения Райнера дело снова дошло до того, что Сара продолжила во всем винить только себя одну.       Она прокручивала в памяти момент своего падения на чертову крышу и пыталась понять, как давно силы покинули её. Можно ли было потерпеть ещё? Или это было слишком для девичьего тела?       — Прости, братик. Я не смогла, — повернувшись на бок лицом к Эрену, Сара собиралась прижать его к себе посильнее, думая, что это последний шанс прикоснуться к нему и наполнить легкие морским бризом его волос.       Она закрыла глаза и поддалась слабости детских воспоминаний. По щекам потекли холодные слезы жизни, но открывать глаза не хотелось. Йегер собиралась умереть в детских воспоминаниях вместе с ним. Если уж умирать, то хотя бы не смотреть в пасть титану, который тебя сожрет рано или поздно. Уж лучше даже не видеть его лица. Пусть смерть вместе со свободой навсегда останутся загадкой, которая стоит слишком много, чтобы позволить себе разгадать её даже после оплаты размером в жизнь.       Шанс, данный небесами, оказался недолгой отсрочкой, но и за это Йегер было несоизмеримо благодарна. Теперь она не сбегала, оставляя остатки тела брата, она гордо принимала судьбу вместе с ним. Это был её выбор. Возможно, единственный действительно правильный выбор в жизни, как на тот момент казалось девушке.       — И что это, блять, такое? — чей-то ледяной голос умыл сознание раскалённой лавой, собирая надежду обратно по кусочкам. — Вставай, — грозно приказывал он.       Сара открыла глаза и перед взором возникли чёрные, как смоль волосы, пустые серо-голубые глаза, которые пусть и смотрели на неё как на ничтожество, но в тоже время молили не сдаваться.       — Не могу, — прошептала Сара в ответ капралу Леви, смотревшему с высока на неё и Эрена вместе с командиром Эрвином Смитом.       — Да какой из неё врач? Ей самой помощь нужна, — недовольно фыркнул Леви в сторону Эрвина.       — Все обстоятельства выясним позже. Я беру парня, а ты девушку. Титаны уже обглодали тело того сумасшедшего, а значит вскоре разойдутся по периметру в поисках новых жертв, — Сара не нашла в себе сил посмотреть на командира разведкорпуса с благодарностью в глазах. Да и в тот момент это не казалось девушке столь необходимым действием. Главное она услышала: они будут спасены, а остальное уж как-то образумится.       — Помоги мне встать, — слабость столь сильно окутала тело Сары, что та не особо различала с кем и как она разговаривает. — Я упала вместе с братом и теперь не могу сама подняться. Думаю, сломала что-нибудь или же сильно ушиблась, — пояснила Йегер свое положение, заметив недовольство на лице капрала, очевидно вызванное тем, что она сразу же не поднялась на ноги после того, как он впервые её об этом попросил.       — Надеюсь, ты будешь ценить свою жизнь, хотя бы потому что я её спас. Это значит, что ты больше не имеешь права поступать безрассудно и из-за простой человеческой глупости рисковать собой без особой надобности, потому что я не спасаю самоубийц, уяснила? — капрал заглянул в глаза Саре воистину ледяным взглядом серо-голубых глаз.       Слишком много раз люди умирали у Леви перед глазами. Умирали, находясь далеко от него, умирали на расстоянии вытянутой руки. Умирали те, кто хотел жить больше всего на свете. Умирали те, кого внутри каменных стен ждали близкие. Лежащую у ног шатенку он считал настоящим отбросом, которому стоило отдать свою жизнь кому-то из тех, кто хотел жить, но умер в страхе и мучениях. Тогда бы в шкатулке его стола стало бы на одну нашивку меньше. Это ли не было бы поводом для радости?       К сожалению, его желания не могли стать реальностью, а потому мужчина не хотя помог Саре забраться ему на спину, надеясь, что она всё же не пойдёт в разведку. В тот момент он действительно считал, что не хотел бы больше видеть ту, что своим беспорядочным поведением была похожа на самый настоящий хаос.       — Крепче обними меня ногами, даже если больно, — без единой эмоции попросил капрал. — Ведь от этого будет зависеть не только твоя жизнь, — упрекая, добавил он.       Новый шанс на жизнь снова насытил кровь Йегер адреналином (откуда его только столько берется в теле девушки?) и она из последних сил всем телом прижалась к капралу.       В этот раз прижалась к своему «перевозчику» во много раз сильнее, чем до этого прижималась к Райнеру. Ведь теперь она точно знала, что там, на стене, её будет ждать живой брат. Это не могло не вызывать легкую улыбку в уголках губ. Благо Леви не видел этой улыбки, иначе бы подумал, что Сара насмехается над его принципами жизни.       Маленькая грудь буквально вжималась в сильную мужскую спину. Почувствовав себя наконец в относительной безопасности, Сара позволила себе опустить голову на плечо мужчине. Только сейчас девушка поняла, что так или иначе запах лесной ели теперь будет значить для неё надежду, но противно капралу знать об этом не обязательно (а если быть точной, то ему совсем не стоит знать об этом, не дай Боже, загордиться и станет выше. Как же тогда справляться с его противным характером?).       — Если однажды ты встретишь настоящего мужчину, ты сразу поймешь это, дорогая, — отчего-то именно в тот момент Сара вспомнила слова матери, сказанные ей когда-то очень давно. — Рядом с ним ты почувствуешь себя слабой, но не потому, что ты действительно слаба, а потому что рядом с ним будет настолько спокойно, что ты сможешь полностью раствориться в его надежности.       Расстояние между Сарой и стеной становилось все меньше и меньше. Эрен был в поле зрения, а большего Йегер (вновь старшей) и не надо было.       Эрвин Смит первым взобрался на стену вместе с Йегером-младшим и пока не стало слишком поздно шатенка решила отблагодарить своего хмурого спасителя, чей носовой платок до сих пор покоился где-то в одном из её карманов.       — Спасибо, — искренне молвила она. — Я запомнила ваши слова, капрал, но не могу обещать, что оправдаю ваши ожидания. Если мой брат будет в опасности, хоть в ад брошусь за ним, — Сара не хотела врать своему спасителю, как бы банально это не звучало. Пусть капрал не надеется понапрасну.       — Значит, я зря потратил свое время и газ, — холодно ответил Леви, взобравшись на стену следом за командиром.       «Так будет больнее. Разум всегда должен быть холоден и ясен, иначе можно погибнуть даже без помощи титанов. Эмоции — убивают», — мысленно добавил к своим словам мужчина, усаживая свою попутчицу на один из деревянных ящиков, стоящих не стене Роза.       Только после этого капрал наконец удосужился рассмотреть лицо девушки, которую спас. Её тяжелое дыхание всю дорогу обжигало собой шею. То насколько жадно она глотала воздух могло говорить лишь об одном — на самом деле она ценит свою жизнь больше всего на свете и не посмеет отдать её попусту.       Короткие каштановые волосы, розоватые губы и невероятно красивые глаза. Хрупкое телосложение показалось капралу обманным манёвром после того, как Сара смогла протащить парня в одной руке, пусть и не долго. Кроме невероятной глупости Леви обнаружил ещё один недостаток Сары. Она, ёб его мать, была выше него. Однако на фоне необдуманности и опрометчивости её поступка, это показалось ему чепухой.       — Сара! — от анализа ситуации Леви отвлёк голос того самого блондина, который недавно слёзно просил спасти девушку. Он помнил, что уже слышал это имя сегодня, но запоминать его вовсе не хотелось. Всё же принимать такую безрассудную чертовку не хотелось. Одной жизнью больше, одной меньше — какая разница? Это не заставит позабыть о свободе, которой приходиться смотреть в лицо слишком часто, теряя десятки жизней за раз. Капралу оставалось только надеяться, что отныне Сара будет ценить свой шанс на жизнь, хоть она уже и сказала ему, что не собирается этого делать.       И пока неизвестный мужчине блондин висел на шее у девушки на горизонте нарисовалась Алиса с каким-то подозрительно довольным лицом. Впрочем, стоящая рядом с ней Ханджи ничем не отличалась от красноволосой.       — Так, рассосались все. Мне нужно её осмотреть, а главное узнать действительно ли она врач, — с восторгом в голосе возгласила девушка. Но Ханджи решила проигнорировать сослуживицу, ведь её интересовал куда более важный вопрос.       — Детка, — кареглазая девушка в очках первой подлетела к Йегер, — тот парень без сознания твой брат, не так ли? — начала свой допрос Ханджи, сгоравшая от любопытства, ведь стоило только Эрену оказаться на стене, как новобранцы вокруг едва ли креститься не начали, уверяя, что он умер. А некий Армин Арлерт и вовсе утверждал, что это случилось у него на глазах (хоть потом парень и закрыл себе рот ладонью, явно осознав, что сказал лишнего, но для Зоэ это уже было неважно).       — Не сейчас, Ханджи, — разъяренная поведением подруги Алиса, как можно культурнее оттащила сослуживицу от, явно плохо понимающей, что происходит вокруг, Сары. — Сперва я осмотрю её, а уж потом будешь мучить несчастную вопросами, — с угрозой в голосе добавила лекарь разведкорпуса.       Зоэ не стала спорить с любовью командира, ведь она слишком хорошо знала Алису и несколько раз была свидетелем тому, какой бывает девушка, когда злится. Даже капрал Леви не всегда осмеливался спорить с лекаршей. Быть может, потому что она была его близким другом, а может и потому что знала слишком много секретов капрала (упаси Боже, секрет «израненной жопы» когда-нибудь раскроется). Так или иначе, насмешки или шутки в свою сторону капрал Леви выслушивал только от этой красноволосой или же от самого командира разведкорпуса.       Ханджи молча наблюдала за тем, сколь пристально Алиса возиться вокруг спасённой. Она хотела поторопить подругу, ведь интерес внутри возрастал с каждой новой секундой. Зоэ не могла ждать пока парень придёт в сознание, ей хотелось получить вопросы немедля. А единственный источник информации в сложившейся ситуации оказался под защитой Алисы, ну что может быть хуже?       — Откуда ожоги? — наконец задала первый вопрос Саре Алиса, перво-наперво убедившись, что у пациентки отсутствовали признаки опасных для жизни повреждений, хотя, конечно же, сильные ушибы и легкие переломы имели место быть.       Наличие ожогов на руках Йегер было крайне непонятно для лекраши. Её бы не удивили открытые переломы, видимые ранения, отсутствие некоторых конечностей или внутренние кровотечения, в отсутствии которых ещё предстояло убедиться позднее, но только не ожоги. Откуда бы на поле боя с титанами взяться ожогам? Да ещё и на внутренних сторонах ладоней? Ответ был очевиден: Сара взялась руками за что-то очень горячее, но что же это могло быть?       — Парень, которого доставили вместе со мной, где он? Он пришёл в себя? — наконец заговорила Йегер.       — С ним все хорошо. Однако, он все ещё находиться без сознания по непонятным мне причинам. По результатам предварительного осмотра могу сказать точно, что у него дела намного лучше, чем у тебя и он просто спит. Так, что перестань думать о нём и позаботься о себе. Ты же медик, а значит для нас бесценна, — пояснила Саре Алиса. — Так откуда ожоги? — поставленный вопрос заставил Сару отвести взгляд куда-то в сторону, давая понять, что девушка не желает отвечать.       Ханджи сразу поняла, что шатенка хочет что-то скрыть и прямо на месте пытается придумать правдоподобную ложь, а это могло значить только то, что белокурый мальчуган говорил правду о том пареньке, которого притащили вместе с Сарой. Маленький огонёк интереса в карих глазах Ханджи начинал превращаться в неистовое пламя.       — Ты можешь сказать мне, — Алиса пыталась не давить на девушку, сидящую перед ней, хоть и понимала, что той рано или поздно придется ответь на некоторые вопросы. Да и прежде всего после всего Саре предстояло отвечать перед самим Эрвином, а также перед Леви, поэтому красноволосая и пыталась хоть как-то смягчить её участь.       Невероятно добрый взгляд бирюзовых глаз располагал к себе, а смелость, с которой она бросилась в объятья смерти ради одного человека казалась глупой, но в тоже время зачаровывала. Алиса и представить не могла, что Сара заставила капрала Леви немного запутаться в собственных убеждениях (хоть он и не признавал этого, следуя им до последнего). Леви никогда бы не признал, что неоправданное безумие ради кого-то дорого с одной стороны было достойно строжайшей критики, а с другой это и было свободой выбора, которой многим внутри стен так сильно не хватало. Он никогда не скажет, что Йегер в своём безумном порыве прикоснулась к свободе кончиками пальцев. Мужчина был готов до конца жизни считать её отбросом, ведь по ночам всё продолжал видеть муки, умирающих в боли и страданиях, товарищей.       — Мы с братом пытались спрятаться в одном из домов. Внутри дома почему-то горел камин и, — речь девушки была несвязной и прерывистой, а её вранье было слишком очевидно для того, чтобы оставить его незамеченным.       — Тебе лучше ответить ей или же будешь отвечать перед военным трибуналом. Ты нарушила приказ об отступлении и подвергла свою жизнь опасности, наплевав то, что каждый из солдат является ценной боевой единицей для страны. Думаю, мне не стоит объяснять, что не подчинение приказам командования на поле боя карается крайне строго, — спасший Сару капрал решил слегка подтолкнуть Йегер к ответу. До селе Леви молча наблюдал за происходящим, пытаясь наконец понять отвращение или восхищение вызывает в груди поступок этой почти незнакомой ему девушки. Смешанных чувств мужчина не понимал, а потому и пришел к выводу, что это все-так отвращение.       Да и ответ на поставленный Алисой вопрос так же был и в его интересах, ведь он уже тоже слышал вопли солдат вокруг парня, которого спас Эрвин. Все только и говорили о том, что этот паренёк точно умер. Однако, на деле он оказался целее, чем Сара, рисковавшая ради него своей жизнью.       «А ведь когда я лежала без сил и смотрела на него снизу вверх он даже показался мне симпатичным и крайне мужественным, а сейчас этот недомерок пытается выбить из меня информацию об Эрене. Он наверняка уже тоже слышал о том, что мой мелкий умер. Мне придется отвечать. Но если они узнают, что Эрен и был тем титаном, мне придется спасать его уже из рук военных. И куда мы с ним сбежим, если мой брат станет чрезмерно интересным объектом для армии? Внутри стен нам не скрыться», — мысленно рассуждала Йегер, пытаясь наконец решить, как поступить. Она зло поглядывала на капрала, желая сказать ему, что все случившееся с ней и с братом далеко не его ума дело.       — Тебе стоит быть помягче с девушками, иначе так и останешься одиноким ворчливым солдатом, — к удивлению Сары, красноволосая лекарша упрекнула капрала за манеру его речи. На что тот ответил крайне недовольным вздохом. — Ты можешь довериться нам. Понимаю, что тот парень твой брат, но тебе действительно стоит рассказать правду и о происхождении твоих ожогов и о том, как вышло так, что твой брат остался жив. Поверь мне, — Алиса положила руку на щеку Сары, — так будет лучше. Мы вовсе не враги тебе. Можешь довериться нам, ведь кому как не нам — тем, кто может умереть в любой момент? — лучезарно улыбнувшись, разведчица придавала Йегер некой решимости и указывала путь к ответу на вопрос, как поступить в данной ситуации. Дезертировать из армии было не самым лучшим решением, но будет ли разумно довериться тем, кто спас жизнь?       — Я не буду говорить при всех. Даже при тебе, Армин, — Йегер посмотрела на друга, который тоже все это время находился в непосредственной близости к ней. И пусть Армина скорее волновало состояние подруги, нежели ответы на какие-то там странные вопросы, но он с пониманием отнесся к её просьбе и направился к Эрену, подхватив с собой под руку недавно прибежавшего к Саре Райнера, который отчего-то молча наблюдал за происходящим. — Попросите толпу разойтись, и я постараюсь ответить на все ваши вопросы, — поставила условие девушка.       — Не смотри на меня так, — скрестив руки на груди, Ханджи ответила на просящий уйти взгляд Алисы. — Никуда не уйду, хотя бы потому что я далеко не последний человек в разведке и мне крайне важно знать, что и как там произошло, — напрочь отрезала она.       — Позови Эрвина, — Леви попытался с пониманием отнестись к просьбе шатенки и избавиться от сослуживицы самым что ни наесть «не очевидным» способом.       — Сам зови, — Зоэ даже и не собиралась прислушиваться к капралу.       — Я тебе потом её на целые сутки предоставлю, только позови Эрвина. Ему уж точно стоит услышать все, что расскажет эта девушка, — повторил свою просьбу Леви.       — Сутки говоришь? — задумавшись на миг, задала вопрос Зоэ. — Ладно, но, если ты мне соврал, обещаю, все твои накрахмаленные рубашонки выкину в конюшню, понял меня? — слегка толкнув собеседника в плечо, сказала Ханджи. Все-таки она понимала, что в данной ситуации ей стоит уйти, хоть это и противоречило её чрезмерно научно-диким интересам.       Не прошло и десяти минут, как Сара осталась один на один с красновлосой лекаршей, которая присела рядом, дабы успокоить, капралом и подоспевшим командиром разведкорпуса.       Шатенка молчала. Нервно покусывая губы, мысленно взвешивала все «за» и «против», не решаясь начать отвечать.       — Ты правда можешь поверить нам, — приобняв Йегер за плечи, Алиса пыталась придать той уверенности. — Только посмотри на этих двоих. Может они и выглядят грозно, но добрее них в этой стране ты точно никого не найдёшь. Мы все поймём и все примем, если только то, что ты хочешь рассказать нам, не стоило человеческих жизней, — голос красноволосой был тихим и спокойным. Он обволакивал собой и успокаивал, заставляя поверить в произнесенные слова, а исходящий аромат хвои от капрала лишь усиливал пагубное влияние Алисиных слов.       — Думаю, — смирившись со своей участью, Сара наконец решилась рассказать правду стоящим перед ней людям. Она прекрасно понимала, что в сложившей ситуации это будет лучшим решением, последствия которого можно будет решить потом, когда перед ней не будет стоять командир разведкорпуса с недомерком капралом, — мне стоит начать не с ожогов на руках. Мой брат действительно умер на моих глазах. Я сама видела, как титан откусил ему руку и проглотил его тело. И я бы никогда не поверила, что он мог выжить после такого. Можете не спрашивать, как, ведь и у меня нет ответа на этот вопрос. Все, что могу сказать, так это только то, что глаза и движения того безумного гиганта показались мне знакомыми. Настолько знакомыми и родными, что без раздумий бросилась защищать его в одиночку, проигнорировав приказ к отступлению. Думаю, вы все заметили, что другие гиганты нападали на того аномального и даже пытались его съесть. Необычное поведение для титанов, не правда ли? Когда я осталась с аномальным один на один с кучей гигантов вокруг, он проявил нечто похожее на человеческий жест. Жестами он словно просил меня вспороть его слабое место. Если честно, в тот момент, я слабо понимала зачем и почему, но доверилась ему, как бы глупо это не звучало, господа. Я сделала это. Вспорола его слабое место и была повержена в шок в тот же момент, — девушка вновь замолкла, опять задаваясь вопросом о том стоит ли продолжать свой рассказ правдиво или настало время врать на ходу.       — Продолжай, — холодно попросил Сару капрал Леви, не давая той даже шанса на то, чтобы придумать, чтобы такого соврать.       Мужчина понимал, что, если девушка замолчит хоть на минуту, это будет для неё драгоценным шансом на враньё.       — Тело моего брата срослось с телом аномального. Оно было до ужаса горячим, — опустив глаза, на выдохе, словно от безысходности, произнесла Йегер.       — Это и есть причина ожогов, — подытожила Алиса, взглядом оценивая степень ожогов ладоней Сары. Красноволосая тут же сделала предположение, что, видимо, тело брата не долго было горячим слишком долго и сразу же остыло, ведь ладони его сестры тянули всего на вторую степень. Если контакт с источником ожога был дольше, она могла бы полностью сжечь свои руки, но этого не случилось. Не случилось, несмотря на то, что источник ожогов она не выпускала из рук, значит тело остыло почти мгновенно.       — Все верно. Так это и случилось. Пожалуйста, не отдавайте Эрена под трибунал и не раскрывайте его секрет, — Сара мгновенно подняла взгляд бирюзовых глаз, устремив его прямо на командира Эрвина Смита. — Я что угодно сделаю, клянусь вам. Могу жизнью поклясться, что Эрен не опасен для общества. Наоборот, он помог бы помочь приблизиться к разгадке загадки титанов, — во взгляде хрупкой девушки было полным-полно решимости и надежды.       — Скрыть это не получиться, ведь не мы одни знаем, что твой брат был мёртв до недавнего времени. Об этом уже весь разведкорпус трубит, что уж говорить о нераспределённых новобранцах. Заставить молчать такое большое количество людей практически невозможно, и ты должна это понимать. И пусть дальнейшую участь твоего брата будем решать не мы, но я могу пообещать, что разведкорпус сделает все возможное, чтобы он остался с нами живым и невредимым, а главное, чтобы он остался с нами, — Алиса ответила Саре вместо Эрвина. Она лучше всех знала, что в данный момент Смит сосредоточенно обдумывает варианты дальнейшего развития событий.       В ответ девушка лишь усмехнулась. За саркастической усмешкой последовал безумный смех. Сара вырвала руки из ладоней Алисы и быстро поднялась на ноги, собираясь выхватить у кого-нибудь по пути баллоны с газом и скрыться где-нибудь вместе с братом.       Йегер не воодушевляла поддержка лекарши, она прекрасно понимала какую ошибку совершила, ведь теперь никто не мог предъявить ей гарантий касательно того, что Эрен таки останется жив после всего случившегося. А утаивать что-то от главного командования разведкорпус явно не собирался. Так девушка и пришла простому выводу — бежать. И пусть она не знала куда и как, главным для неё в тот момент было добраться до брата, взять его за руку и не отпускать больше. Но он снова преградил ей путь. Капрал Леви встал на её пути, оградив от очередной глупости.       — Смотрю, ты уже набралась сил, раз сама так резко на ноги встаёшь, но, кажется, уже говорил тебе, что ты более не имеешь права на глупость, хотя бы из благодарности к тем, кто спас тебя. Научись будь благодарной, — пригрозил Леви девушке, когда та столкнулась с ним лицом к лицу.       Именно тогда он впервые по-настоящему разозлил Йегер. Впервые стал помехой на пути. Помехой, которая превратилась в то, что называют любовью, но тогда Сара и представить не могла какими крутыми могут быть повороты судьбы.       — Уйди с дороги, недомерок, — грубо, даже не отводя взгляд в сторону, отрезала Сара, собираясь пройти дальше, наплевав на боль от ушибов.       От услышанного Алиса рассмеялась, что было мочи. Хватаясь за живот от смеха и хлопая попутно Эрвина по плечу, она не могла поверить своим ушам. «Недомерок» — подумать только, у Сары хватило смелости заявить такое в лицо самому Леви.       Эрвин тем не менее не позволил себе рассмеяться, как его девушка, но в уголках его губ виднелась ели заметная усмешка, скрывать которую было крайне сложно. Ведь и он, и Алиса прекрасно знали сколь сильно, наверное, негодует Леви внутри от таких слов, но также они знали, что он ни за что не выдаст своего негодования. Вместо этого он при первом удобном случае отправит Сару чистить конюшни (в лучшем случае).       Капрал тяжело вздохнул, а уже в следующий момент Сара лежала на каменной поверхности с заломленными за спину руками. Все произошло столь молниеносно, что у неё даже не было шанса предпринять что-либо в ответ, дабы защитить себя. Да и сил для борьбы не было.       — Ну и как ты собралась бежать в таком состоянии, если даже коротышку не можешь обезвредить? Запомни хорошенько, — Аккерман вжимал девушку лицом в холодный камень, — всё, что ты можешь сейчас — это только довериться разведкорпусу. Больше тебе некому довериться в этой гнилой стране, уяснила? — напрямую задавал вопросы он. У Сары даже холодок пробежал по спине от его слов. — И кстати лежишь ты слишком ровно. Видимо, рост — это всё, чем наградила тебя природа, спутав с мужчиной, — как бы Леви не старался сдержаться от того, чтобы не съязвить в ответ, в этот раз он смолчать не сумел, чем удивил и Эрвина, и Алису одновременно.       Йегер не хотела отвечать грубияну, даже несмотря на то, что он не отпускал её, явно дожидаясь ответа на свои слова. В тот момент её спасительницей стала красноволосая лекарша, поставившая капрала на место в мгновение ока (пусть и сделала она это с остатками смеха в голосе).       — Вашу мать, Леви, слезь с неё! Она же лекарь! Как ты додумался заломить руки лекарю? — сдерживая смех, Алиса подбежала к участникам инцидента, изо всех сил стараясь смотреть на капрала строгим, испепеляющим взглядом, требующим подчинения.       — Вразуми её, — недовольно фыркнув, бросил черноволосый в ответ подруге и встал с девушки. — Ещё не хватало возиться с отбросами, — колко добавил он, прежде чем направится к Эрвину, который на тот момент уже собирался рассказать все услышанное Ханджи, которая дожидалась его с интересом в глаза около спасённого парня. Эрвину, Леви, Ханджи и Алисе требовалось обсудить всё наедине, дабы иметь точный план дальнейших действий.       Как ни странно, поступок и слова безумного,как казалось Йегер, мужчины вразумили Сару (хоть и слова о её плоскости явно были лишними, но сама же напросилась). Поднявшись на ноги, она посмотрела на протягивающую ей руку помощи Алису с доверием в глазах.       Ведь и правда, что она одна могла сделать против целой страны? Где бы она пряталась в клетке за стенами? Жить в изгнании там, куда даже бежать некуда было равноценно самоубийству. Исходов такого сценария было всего два: либо они бежали бы за стену, где бы их сожрали титаны, либо их неминуемо поймали, обвинив Сару в дезертирстве, а Эрена в предательстве родины (в лучшем случае). Только после полученной от капрала моральной пощечины до девушки наконец дошло очевидное: разведкорпус их единственная с Эреном надежда на тень свободы внутри проклятых стен.       Кажется, тогда девушка и начала ненавидеть эти каменные сооружения наравне с братом, ведь если бы не они, было бы куда бежать двум изгнанникам.       «Надеюсь ты не просто так восхищался ими, Эрен», — подумала Сара, приняв руку Алисы, которая взяв почти подопечную за запястье, помогла той встать.