Глава 14
20 июня 2021 г., 17:27
Сьюки была связана - точнее, привязана к широкому креслу, которое велел принести Рассел Эджингтон. Ей хотелось пить, жесткие веревки натирали обнаженную кожу рук, но под насмешливым взглядом вампира она старалась держаться.
Не дать ему удовольствия насладиться ее болью сполна.
И да, Сьюки было страшно. Наступит утро, и каким оно будет для нее? Эрик все еще находился без сознания - хорошо хоть не был продырявлен серебряным стилетом. А Эджингтон отдает распоряжения.
- Несите это сюда!
Сьюки с ужасом увидела вампира в медицинской форме. Он катил за собой стойку с капельницей. Второй вампир нес лоток с пустыми пакетами для крови.
- Ты не сделаешь этого со мной, - словно в бреду, произнесла полуфейри, поняв, что Эджингтон даже клыки не станет о нее тупить. Все сделает игла. Из нее, Сьюки Стекхауз, действительно сделают вечный вампирский фастфуд.
Как же это мерзко!..
Вздрогнув, она подняла голову, с усилием вдохнув прелый воздух бункера. И заставила себя выпрямиться - насколько позволяли веревки.
Пора немного покачать права, пока она в сознании и может чем-то помочь себе. Сьюки набралась наглости и решимости в голосе:
- Я хочу есть. И воды.
- Надо же, у тебя даже требования есть, - восхитился Эджингтон, который все еще рассматривал ее как игрушку - пристально, лениво, со знанием, что никуда она не денется.
- Тебе нужно обо мне позаботиться, если хочешь вкусной крови, - парировала Сьюки, ощутив, как от жажды и страха пересохло во рту. - Прикажи принести мне воды!
Конечно, он мог подмешать в воду что угодно, но жажда стала поистине невыносимой. Сьюки ждала новой насмешки, но Рассел кивнул одному из своих слуг, и вскоре тот вернулся с бутылкой минералки.
- Пока я ждал тебя, милая, велел забить холодильник.
С удивлением и ужасом Сьюки узнала этикетку - именно эту воду она предпочитала покупать в супермаркете. Прислужник Рассела поставил бутылку перед Сьюки на пол и опасливо отошел в сторону.
Помог, вот уж не ожидала. Как она должна достать бутылку?
- Мне нужно, чтобы мне развязали хотя бы одну руку.
- Ты многого хочешь, - Эджингтон явно наслаждался ее страданиями.
- Тогда напои меня сам! - со злостью воскликнула Сьюки. - Иначе гарантирую, что моя кровь покажется тебе больше похожей на кисель. Я сейчас умру, если не получу воды, вампирская развалина!
Зачем намеренно злить Рассела? Однако что-то внутри подзуживало Сьюки. Словно она понимала: достаточно лишь раз смириться, и за этим разом последуют еще. Но вампир не выглядел злым. Он выглядел довольным.
- Твоя кровь будет божественна, даже если я изобью тебя до полусмерти. Но не спеши бояться. Я сделаю, что ты просишь. В конце концов, ты теперь вроде моей домашней зверушки, и мне хочется позаботиться о такой ценной... Давай сюда воду! - потребовал Рассел.
Прислужник поднял и открыл бутылку, и Рассел подошел к девушке, наклонив горлышко бутылки над ее ртом. Дрожа от отвращения, Сьюки ловила падающий поток влаги губами, но большая часть, конечно, пролилась мимо, намочив кожу и одежду. Еще одно издевательство.
И вдруг бутылка с глухим стуком упала на пол. И Эджингтон, только что нависавший над Сьюки темной тучей, захрипел и схватился за горло.
Открыв глаза, до того инстинктивно закрытые, чтобы защититься от попадания воды, Сьюки смогла только отрывисто прошептать:
- Эрик.
***
- У тебя нет чувства самосохранения, Джессика Хэмби.
Билл Комптон, определенно, любил и ценил свое Дитя, к тому же, с Джессикой это было несложно - девушка миловидна, сообразительна, даже умна, и еще она очень почтительна к своему Создателю. Была, пока не связалась с этой дрянью по имени Джейсон Стекхауз.
К тому же, будь Билл хоть тысячу раз Создателем, он в первую очередь король Луизианы. Пост, к которому он шел слишком долго, чтобы потерять из-за озабоченного шерифа и симпатичной, но исключительно глупой полуфейри.
Чувства, которые Билл испытывал к Сьюки когда-то, трансформировались сначала в ревность, а после - в немного расфокусированную ненависть. Нет, у Билла были и теплые эмоции по отношению к полуфейри. Но когда она своими поступками угрожала нарушить хрупкий мир между вампирским правительством Луизианы и правительством людей, все, чего хотелось Биллу - хорошенько трясти ее, пока в блондинистой голове не появится хоть намек на разумные мысли.
Сейчас из-за идиотизма Сьюки Стекхауз ему придется вступить в открытый конфликт с Расселом Эджингтоном. Фактически, выступить против равного себе - бывший король Миссисипи хоть и убил человека в прямом эфире, все же остается титулованной особой.
А Джейсон Стекхауз просто всегда лезет на рожон, и не к добру с ним связалась Джессика. Одно дело спать с человеком и пить человека, другое - любить человека. Имея опыт со взбалмошной сестрой Джейсона, Билл Комптон третьей отрицательной готов был поклясться: никто в этой семейке нормальным даже не кажется.
Проклятый Эрик Нортман!..
Все же, ревности было пока что больше, чем ненависти и досады.
- Мы должны были помочь Сьюки, когда она просила. Она ведь обратилась...
- Я не мог. Если бы я выступил без санкции Лиги...
- Баффи Саммерс не побоялась.
- А она вообще чего-то боится? К тому же, она вернется в Саннидейл, а мы, Джесс, останемся здесь, в Луизиане, расхлебывать дерьмо, которое заварили твои новые друзья. Что ж, - вздохнул Билл, - нам пора выдвигаться. Веришь или нет, я предпочитаю видеть Сьюки Стекхауз живой, но вот если в бою случайно падет Эрик Нортман, плакать не стану.
Джессика молча кивнула.
***
- Их всего четверо, - сказал Элсид Герво, но в его голосе было больше нервозности, чем уверенности.
- Четверо вервольфов многовато на одного старого, романтичного вампира, - некстати пошутил Спайк.
Баффи посмотрела на камеры.
- Другой выход на логово Эджингтона есть? Нет. Тогда нам придется открыть эту дверь. Используем преимущество неожиданности, пока нас не застали врасплох.
- У меня есть идея получше, - снова вмешался Спайк.
Пожалуй, в другое время истребительница надменно сказала бы, куда ему идти со своими идеями. Но так как пока они работали (вампирские охранники в отрубе тому доказательство), послушать стоило.
"Но слушать - не соглашаться", - сказала себе Баффи, и эта мысль преследовала ее все то время, пока она выполняла указания Спайка.