Гарри Поттер и лучшая собака

— Это последний раз, когда я позволяю тебе выбрать нашу следующую книгу, Гермиона, — проворчал Гарри, когда худшая романтическая книга до двадцать первого века довольно невинно лежала у него на коленях. Эта жуткая вещь делает зло похожим на невинного кролика, и это первый раз в этой нынешнее время что Гарри хотел поджечь книгу. На самом деле, он так ненавидел эту штуку, что отказался даже открыть свою копию с того момента, как они получили книги! На крышке даже собирается пыль, потому что Гарри бы даже не положил ее в сумку. Это просто запятнало бы чистоту других драгоценных романов. — Ради всего, Гарри! Я знаю, что ты мальчик и не особо любишь романтику, но «Ромео и Джульетта» — классика! — Гермиона фыркнула, теснясь с другими девушками в клубе, хихикая над сладкими репликами, которые Ромео произносит Джульетте. Да, они проиграли почти два один. Гарри бы сказал, что ему жаль братьев Криви, но девочки уговорили их проголосовать за книги. — Я делаю, как романс, Миона, но только как хорошие романсы. Не это, — Гарри неопределенно махнул рукой в ​​сторону книги, в которой была одна из самых известных пьес Шекспира. Если бы они собирались читать одну из его пьес, почему бы не «Макбет» или, вообще-то, он еще не встречал пьесу Шекспира, которая нравилась. Как может кому-то хоть отдаленно понравиться эта дурацкая пьеса? Пара влюбляется за одну ночь, выходит замуж на следующий день и уничтожает себя через три дня. Очевидно, один день и ночь — это достаточно «любви», чтобы заставить их захотеть уничтожить себя! О, и Джульетте мало лет. Гарри посмотрел на группу девушек в комнате. Девушки, хихикающие и трепещущие над пьесой, игнорируют его. Ирония всего этого. Да нет, Гарри все еще не получил апелляцию. Тот факт, что даже когда он был девочкой, в этой пьесе его вырвало, он сжег свою копию в старшей школе и сказал никогда не иметь парня, который осмелился бы заявить, что они исчезнут без него. Кто рассказал Гермионе об этой книге — неважно, Гарри забыл, что у нее есть маглы. Можно ли вообще считать эту пьесу романом? — Я думаю, это романтично, — проворковала Лаванда, прижимая к себе книгу, — они не могут мечтать о разлуке друг с другом, поэтому они должны соединиться друг с другом в вечном сне! — Нужно ли мне напоминать всем в этой комнате, что Джульетте мало лет?! — Гарри вскрикнул, — никто не должен даже встречаться в этом возрасте, не говоря уже о женитьбе или заключении указанного брака! Ни одна из девушек не слушала, кроме Луны. Но Луна, похоже, все равно не особо заботилась о книге. Каждый раз, когда Гарри видел ее с книгой, она читала ее вверх ногами, а он тоже думал задом наперед. Теперь Луна заменила пьесу «Приданное». — Придирчивый? — Луна предложила Блейзу, довольно довольная собой, когда Блейз чуть не набросился на нее, чтобы схватить копию, — написали отличную статью о том, сколько американцев считают, что ими правят люди-ящеры. Мы считаем, что это Разветвленные Виврейно, они могут менять форму, когда едят ногти. — Все лучше, чем эта книга, Гарри, пожалуйста, выберите следующую книгу, приятель, — говорил Блейз, сунув лицо в «Придирку» и с энтузиазмом читая указанную статью. Гарри сложил руки на груди и рухнул на стул. — Никто не должен страдать из-за разлуки со своим возлюбленным. Это не любовь. Это было совершенно нелепо, что это то, что многие люди думают, когда понятие романтики воспитывается. Гарри бы не хотел, чтобы человек, которого он любит, страдал, и они тоже не должны этого хотеть. Это было бы то же самое, если бы он добровольно пошел к Волдеморту на шестом году обучения в Хогвартсе, потому что Драко стал Пожирателем… Подождите минутку. Почему Драко был первым примером, который он придумал? Его позвоночник выпрямился, и я посмотрел на людей в комнате, думая о том, какой, по мнению, будет его реакция. Большинство людей здесь расстраивают при мысли, но только Луна и Гермиона приносят чувство дискомфорта при мысли. Что-то в глубине желудка кипело от ярости от мысли, что девушкам даже причиняют боль, от желания отомстить. Но потерять Драко, даже перестать дружить с ним из-за того, что может случиться в будущем… Пальцы ног туго сжались в туфлях, а язык болезненно прижался к небу, защемляя мышцы. Когда Гарри попытался вдохнуть, ему показалось, что мои легкие уже полны, из-за чего грудь и плечи дрожали, когда дыхание боролось с телом. Драко всегда был опорой в Хогвартсе. Кто-то, кого Гарри знал, если бы обстоятельства были другими, если бы он не обладал знаниями о прошлом, он бы поделился с ним всеми секретами. Его нет рядом, эта мысль ранит. Разум хотел отвергнуть даже мысль о возможности, продвигая идею быстрее, чем он когда-либо толкал Снейпа во время уроков. Полное и полное отторжение. Может быть так. Нет-нет-нет-нет-нет. Плохо. Стоп. — Не думай об этом, перестань думать об этом, — мысленно ругал Гарри себя. Но в конце концов он увидит Драко после этого и напомнит, как… — Неееет, что ты делаешь… Почему я говорю в своей голове? Гарри сложил одну ногу над другой, прижав колени друг к другу. Положение было неудобным, но это не особо заботило, он пискнул. — Что мы должны прочитать в качестве последней книги года? — ему нужно отвлечься и перестать думать об этом. Нужно перестать думать об абсурдной возможности того, что могут быть чувства к Драко. *** — Это, должно быть, ошибка, — подумал Гарри, воткнув вилку в овощи. Он прижался щекой к кулаку, глядя мимо головы Блейза и пытаясь понять, что происходит. Гарри откусывает безвкусную еду, закрывая глаза и глубоко вздыхая через нос. Разум не прекращал своих глупых мыслей. — Просто эта «книга» балует голову, вот и все. Я отказываюсь признать, что начинаю влюбляться в Драко… — Гарри! Он вскочил со своего места, крепко обхватив себя рукой за грудь, и наклонился, чтобы успокоить бьющееся сердце. Глаза переместились, чтобы взглянуть на человека, который одновременно вызвал у него напряжение, но также является призраком, преследующим мысли. Голос превратился в хриплый писк. — Не могли бы вы предупредить меня, прежде чем громко объявить о своем присутствии? Драко моргнул, посмотрел на себя, затем снова на него. — Я был здесь все время, — он указал вилкой на тарелку, приподняв угол губы в ухмылке, — ты целился вилкой в ​​горошек, промахнулся, а потом засунул вилку в рот в последнюю минуту. Гарри просмотрел свою тарелку, чтобы подтвердить, что да, он ел горох с остальной частью обеда. Глаза также подтвердили, что, да, объем указанного овоща не изменился с тех пор, как он погрузился в размышления. — Сядь, прежде чем сделаешь себя похожим на болвана, — сказал Драко, положив руку на плечо и надавив вниз, пока задница не соединилась с сиденьем, — ты в порядке? Ваше плечо очень напряжено. Потянуть мышцу? Что бы ты ни делал, Гарри, не смотри ему в глаза. — Гарри? Исходя из чистого инстинкта, он повернул голову и столкнулся с Драко — Гарри смотрит в его глаза. Он попытался расслабить плечи, но при этом острая боль перешла через левое плечо и уколола место между ним и шеей. — Да уж? — Гарри повернул шею, а затем прижал руку к шее, делая вид, будто чешется от зуда. — Что-то произошло? — ухмылка Драко исчезла, и он наклонился вперед, заставляя его откинуться назад по чистой природе, — я знаю, что ты много делаешь после уроков. Вы выглядите напряженным. — Мы обсуждали «Ромео и Джульетту» сегодня в клубе, и это не то, что я могу вам порекомендовать, — Гарри сделал паузу, чтобы Блейз издал раздраженный стон. Он продолжил: — Просто, сколько времени нужно, чтобы кто-то влюбился в человека? Драко пожал плечами и сделал глоток тыквенного сока. — Не моя сильная сторона, Гарри. Им потребовалось — пара лет, прежде чем между ними даже вспыхнула любовь, — он сложил руки и задумчиво склонил голову, — думаю, это зависит от обстоятельств. Зачем? Сколько времени понадобилось героям книги, чтобы влюбиться? Драко сделал еще один глоток тыквенного сока. Гарри моргнул, увидев возможность. — Они познакомились на вечеринке и поженились в течение суток. Теперь Драко издавал забавные звуки, и тыквенный сок стекал по его подбородку. Панси хихикала, и Гарри хотелось присоединиться к ней, но он был немного озабочен тем, как Драко очень точно изображал Сансу в плохой день. Он взял салфетку, вытер рот и уставился на Гарри, выражение его лица никогда не менялось, за исключением того, что его рот теперь был закрыт. В ответ Гарри просто поднес чашку к губам и сделал большой противный глоток зеленого чая. Глаза тоже отошли, поэтому Гарри не смотрел на него. — В кого бы ты ни был влюблен, Гарри, — начал Драко, и Гарри сжал пальцы вокруг своей чашки, — у меня нет идей, иначе я начну называть тебя «Поттер» до конца учебного года. — Смею, Малфой, — теперь настала его очередь ухмыльнуться, когда светловолосый мальчик ощетинился. Он фыркнул и отвернулся от него. У Гарри было странное желание ткнуть его в нос. Ему нужно поговорить с кем-нибудь об этой влюбленности. Это неудобно, и Гарри хочется ударить что-нибудь, чтобы сосредоточиться. *** Оказывается, этим «кем-то» была Луна. После обеда Гарри удалось легко вырвать ее из гриффиндорской группы и повел в коридор, который вел в общую комнату Равенкло. Не так много студентов тусуются в этой области, Хелена Равенкло медленно плавает взад и вперед по коридору, объясняя почему. Хелена, также известная как Серая Леди, поприветствовала Луну, слегка наклонив голову. — Привет, мой друг Гарри, хотел поговорить со мной о чем-то важном, — объяснила Луна и села на подоконник. Он присоединился к ней, осматривая выступ, чтобы убедиться, что они не упадут, просто сидя здесь. Хелена пристально посмотрела и уплыла. — Грубо, — его тон был таким же ровным. Гарри полез в сумку и вытащил два учебника, поставив зажигалку на колени Луны. — Чтобы люди думали, что мы учимся… — Это полезная тактика, люди наиболее честны, когда думают, что их никто не слушает, — Луна открыла случайную страницу и сосредоточилась на Гари, ее руки лениво играли с ожерельем из пробки, — ты хочешь мне что-то сказать, но не Драко или Гермиона? — На самом деле, дело в Драко, — сказал Гарри и сглотнул. Он сжимал и разжимал руки, все, что хотел сделать прямо сейчас, это прикусить нижнюю губу и отвернуться. Гарри хотел отключить свой разум и практиковать окклюменцию. Буквально все, что угодно, только не о чувствах. Но Луна продолжала наблюдать с бесконечным терпением. Гарри выбрал не того человека, если хотел отвлечься. — Мне нравится Драко. — В каком смысле? — выражение лица Луны не изменилось. — Знаешь… — его спина медленно начала горбиться, и взгляд упал на учебник. Преображенский, конечно же Преображенский. Она медленно моргнула, ее улыбка стала теплее, несмотря на то, что ее губы не двигались. — Боюсь, что нет. Есть много способов понравиться кому-то или чему-то. Я люблю клубничный крем… Обратите внимание, что Луна любит клубничный крем. — Но это не то, как ты мне нравишься. — Луна, как именно тебе нравится? — Гарри остановился на полуслове и нахмурился, — нахально. Вместо этого мне следовало поехать в Невилл. Гарри вздохнул, протирая глаза. — Я думаю, что мне нравится Драко в том виде, который заставляет вас беспокоиться о том, чтобы быть рядом с ними, хотя это самое неприятное чувство на Земле, потому что вы знаете его много лет, но внезапно вы просто смотрите в серые глаза и вместо серого вы смотрите на океан в штормовой день, — дыши, — как ты внезапно хочешь быть рядом с ними все время, даже если ты уже рядом с ними все время, потому что ты находишься в одной комнате с ними. Как я даже не знаю, что я чувствую, потому что он мой лучший друг или что я его люблю! Не любовь, как «о, он мой самый дорогой друг», а любовь типа «я хочу быть его партнером», и это неправильно! Гарри полностью повернулся к ней лицом. — Во-первых, мы оба парни, Луна! Теперь я за людей, любящих кого угодно, но это другое. Драко — наследник благородного дома, благородного консервативного дома, который все еще предвзято относится к кому-либо, кроме чистокровных. Как сказать кому-то, что они вам нравятся, когда они, вероятно, извините, определенно выросли с такими же моральными ценностями и убеждениями! Это вообще нормально?! Разве нет стран, где даже подобное мышление могло привести к заключению?! Гарри выбросил руку, как будто пытаюсь отобразить точку так, как будто она физически присутствует. — Насколько я знаю, он может быть уже помолвлен с кем-то в этой школе! Закрыв учебник, он соскользнул с уступа и встал, шагая. Гарри не хотел сидеть, не мог сидеть. Сидя, захотелось дергать за волосы и кричать. — Разве мне не нравятся девушки? Почему Драко из всех людей?! Конечно, его улыбка всегда выглядит так, будто он хочет сказать что-то забавно глупое, и он всегда ходит с уверенностью, ну, он ходит, как напыщенный павлин, и я должен дать ему за это поддержку. И он тоже вырос как человек. Когда мы впервые встретились, моим первым побуждением было ударить его, потому что, ну, он был просто хулиганом! На самом деле, я ударил его на самом деле несколько раз. Гарри остановился на достаточно долгое время, чтобы нежно посмеяться над воспоминанием. — Но теперь он отличается от того шаловливого, он повзрослел по-своему. Он мой лучший друг, которому я доверяю, но не свои секреты. Я просто не знаю. Я не знаю, почему это должен был быть он. — Ты хочешь, чтобы девушки привлекали тебя, Гарри? — наконец сказала Луна, когда Гарри остановился, чтобы перевести дух. Он остановился, глядя на девушку с мечтательными глазами. Взгляд скользнул по ее фигуре, и моя спина выпрямилась. Это отличный вопрос, особенно по причинам, которые Луна не может понять. Гарри мысленно девушка, натуральная девушка, которая любит мужчин и может видеть себя только в отношениях с мужчиной. Но биологически, гормонально и в любом данном определении существующего термина он теперь мальчик. В каком-то смысле… Он всегда волновался из-за этого; что Гарри считал парней более привлекательными, чем девушки. Не поймите неправильно, Гарри любит это тело и никогда бы не изменил его. Но какая-то часть желает стереть все воспоминания о том, что он был девушкой, чтобы не приходилось иметь с этим дело. Все было бы иначе, если бы все это происходило в двадцать первом веке, когда несоблюдение социальных и исторических норм свиданий и браков было встречено с одобрением. Это девяностые, и Гарри даже не знал, как эта страна реагирует на людей с разной ориентацией, не говоря уже о волшебном мире. Было бы Драко противно, если бы он знал? Может ли Гарри потерять его как друга только из-за такого чувства? И, конечно же, вернемся к вопросу Луны. Гарри оглянулся на нее и ничего не почувствовал. Она красивая молодая женщина, умная, остроумная и мудрая, но когда он представляет любую девушку, если быть точным, и представляет, как он встречается с ними. Ничего. На самом деле, по позвоночнику пробегает озноб, но помимо этого? Ничего. — Нет, я действительно не думаю, что хочу. — Еще есть время, — Луна протянула руку, и Гарри взял ее, позволяя втянуть себя в ее объятия. Она рассеянно похлопала по спине. — Вы можете удивиться, когда наконец расскажете ему о своих чувствах. — Если я ему скажу, — наконец Гарри снова сел на выступ, слегка ударившись о каменную опору, — пожалуйста, никому не говори. — Я могу обещать, что это никогда не дойдет до ушей Драко. — Почему ты так конкретна? Луна не ответила. — Пожалуйста, пообещай мне, что это не дойдет до ушей Драко или наших друзей. — Обещаю. — И они не увидят этого в письменном виде. — Да, я обещаю. Гарри кивнул, довольный тем, что этот секрет сохранился. Как только он вернул голову в правильное положение, Хелена проплыла мимо, и холод пробежал по спине. Она не посмотрела на них, не скривилась и не сказала ни слова. Она просто бесцельно плыла, не имея реального пути, по которому она могла бы пройти, подобно тому, как часто не является тем, что вы можете решить. Эта женщина… Когда Гарри придет время уничтожить Диадему, он ей скажет. *** Сириус Блек делает полное восстановление. Несмотря на сложившиеся против него шансы, Сириус Блэк будет выписан к концу апреля, согласно официальным данным. Персонал без конца работал на протяжении нескольких месяцев, восстанавливая разум Блэка после тринадцати лет в Азкабане по ложным обвинениям. В Сент-Мунгосе ходят слухи, что обещание воссоединиться со своим Гарри Поттером побудило Блэка сотрудничать с персоналом и работать. — Сириус Блэк сохранял здравомыслие во время заключения, — сказала девушка, пожелавшая остаться неназванной, — он всегда знал, что он невиновен, и это его поддерживало. Во время пребывания в Сент-Мунго Блэка несколько раз посещали представители Министерства магии, в том числе министр Фадж. Многое из того, что происходило между Блэком и Министерством магии, осталось конфиденциальным. Представитель Министерства магии сообщил, что Блэк и Министерство договорились о нераскрытой сумме за ложное заключение Блэка. В настоящее время Сириусу Блэку не разрешено давать какие-либо комментарии по этому поводу. Как последний наследник по мужской линии Древнего и Благородного Дома Блэков, Сириус Блэк унаследует все имущество и активы. Блэк и представитель несколько раз встречались в течение последних двух месяцев, чтобы обсудить финансы. Дополнительная информация появится в ближайшее время. *** Гарри Поттер принял. С двадцать пятого мая Министерство магии предоставило Сириусу Блэку полное воссоединение с мальчиком, который Гарри Поттер, и разрешило Блэку воссоединиться с Гарри Поттером как со своим собственным. В ноябре Блэк был доставлен в Сент Мунго для исцеления после тринадцати лет заключения в Азкабане по ложным обвинениям. С Блэка быстро сняли все обвинения вскоре после задержания, что дало ему подать свои активы и документы. Пока он быстро выздоравливал, за кулисами, директор Хогвартса Альбус Дамблдор работал с многочисленными источниками, чтобы обработать документы, необходимые для воссоединения. В то время как другие источники желают остаться неизвестными, Дамблдор сделал заявление. За последние три года в Хогвартсе стало общеизвестным, что Поттера воспитывали маглы. Несмотря на защиту, Поттер проявлял нежелание возвращаться. Сообщалось, что он провел каникулы в домах друга и прошлое лето провел под присмотром Уизли. Когда его попросили прокомментировать, Поттер, похоже, счел эту информацию новой для него. Вместо того чтобы говорить, Поттер взял время, чтобы схватить друга за руки и прыгать по комнате, издавая радостные звуки. — Отношения Гарри с магглами не самые лучшие, — за него говорил Невилл Лонгботтом, один из друзей Поттера, — они не любят магию, поэтому относятся к нему иначе, чем к своему Гарри. Газете отказали в допросе профессором Хогвартса Минервой МакГонагалл, которая выступала в качестве взрослого куратора во время интервью. Гарри Поттер переедет в резиденцию Сириуса Блэка после окончания учебного года в Хогвартсе. По сообщениям, Блэк добился прогресса в восстановлении дома Блэков и работал с аврорами, чтобы вся темная магия, оставленная, которая давно исчезла, была быстро устранена.