Моя жизнь

Все конечности ныли. Тело натянулось словно струна, сдавливая каждый мускул. Кровь стыла в жилах. Хотелось кричать от боли, но страх неизвестности не позволил. Я лежала в полном изнеможении некоторое время, пока ко мне кто-то не подошёл... -Как себя чувствуешь? - спросила странная женщина, медленно наклоняясь ко мне. За её спиной два огромных белоснежных крыла внезапно сомкнулись друг к другу. Её бледная морщинистая рука легла мне на лоб. Попытка хоть что-нибудь ответить ей провалилась. Голос пропал, непроизвольно раздался лишь жалобный стон. -Понимаю. Ничего не могу поделать, уж извини. Давление и температура скоро придут в норму; ну а пока, - придётся потерпеть... “Потерпеть”, к сожалению, не удалось: не сумев разобрать её последние слова, я потеряла сознание... Очнулась я только на следующий день с дикой головной болью, в холодному поту; но от воспоминаний вчерашних событий меня сразу же бросило в жар. Неудачный переворот на бок лишь вызвал неприятный звон в ушах, поэтому я решила не делать никаких резких движений, опасаясь возникновения новой боли. Я смиренно ждала, когда ко мне подойдёт эта загадочная дама в белом, но, кажется, её вообще не было в комнате. Мне стало не по себе от нависшей оглушающей тишины, и я захотела поскорее её нарушить. После пары попыток прокашляться, я растерянно промолвила: “Есть здесь кто-нибудь?” Ответа не последовало. Только протяжное эхо раздалось в другом конце помещения. Тревога усиливалась. Мне хотелось вскочить и бежать, но я боялась ещё больше навредить себе. В конечном счёте, моё терпение лопнуло; пролежав так ещё около пяти минут, я предприняла попытку по крайней мере рассмотреть место, где я нахожусь. Сквозь слабые покалывания в боку, я смогла опереться на локоть и огляделась вокруг: помимо моей, в комнате находилось порядка 30 таких же больничных коек. Значит, та женщина - медик, - подумала я, - только вот интерьерчик не “смахивает” на больничную палату. Слишком театрально, - словно я в средневековом замке... Большая двухстворчатая дверь, ведущая в коридор, была открыта. Мысль о том, чтобы, не дожидаясь прихода “врачихи”, по-тихому удрать оттуда, не отпускала меня. Однако, едва я села на край койки, голова тут же начала гудеть ещё сильнее. Испугавшись возможности ещё одного обморока, я стала думать, как же мне добраться до выхода. Самым разумным вариантом было найти коляску или костыли, но палата была пустой: ни шкафчиков с лекарствами, ни медицинского оборудования, словом “ни-че-го”... Я стала подозревать что-то неладное; надо было “делать ноги” как можно скорее... Так и не сумев найти ничего подходящего для опоры, я плавно сползла на пол. Наверное, собрав собою всю грязь и пыль, я в итоге оказалась у двери. Опершись на стену, я осторожно поднялась и высунулась в коридор. Стояла гробовая тишина. И это ещё больше обостряло моё внутреннее беспокойство. И куда теперь? С этими словами меня охватила настоящая паника. Как гром среди ясного неба, мои размышления прервал неожиданный хлопок, раздавшийся, видимо, с улицы. Я никак не могла разглядеть, что происходило снаружи: окно находилось слишком далеко. Я рисковала снова свалиться, но любопытство взяло верх. И вот я еле-еле оторвалась от стены и уже собиралась сделать первый шаг, как вдруг... Кто-то поблизости громко воскликнул: -И что мы здесь делаем?! Я впала в ступор. Моё волнение достигло предела настолько, что я не могла пошевелиться. Ноги подкашивались, сердце билось как сумасшедшее. Я резко обернулась в надежде не вызвать никаких подозрений. Но что я могу сказать, если сама не знаю, как здесь оказалась... “Старайся вести себя естественно, Ливи“, - сказала я себе. -В это время все на занятиях! А вам, видимо, нужное особое приглашение?! Обернувшись, я не сразу смогла распознать, откуда доносится голос. Но тут же моё внимание привлекла чья-то массивная фигура, церемониально спускавшаяся по кованой винтовой лестнице. Суровой и уверенной походкой ко мне приближался мужчина, весь в белом, с такими же огромными крыльями... И что за маскарад они тут устроили?! Я намеревалась разузнать у него, где сейчас нахожусь, но не успев проронить ни слова, была хрен знает за что обругана! -Имя! - выкрикнул он, заложив руки за спину. -...кхм...кхм...Оливия, мистер...! З-здравствуйте! - виновато ответила я, в один миг залившись румянцем и опустив глаза в пол. -Не припомню, чтобы видел вас ранее, - пренебрежительно взглянул он и продолжил: Ну да ладно...у вас есть 5 минут. Вы же не забыли про чемпионат? -Д-да...то есть, нет!, - опешила я... -Какой-то неуверенный ответ. Ну да ладно... Мне некогда с вами возиться. Надеюсь, вы успеете привести себя в порядок. Он ехидно улыбнулся и внезапно...исчез; как сквозь землю провалился. Я не поверила своим глазам. Судя по всему, помутнение рассудка, - предположила я. Пока я собиралась я мыслями, раздался ещё один отчётливый хлопок. И тут я вспомнила, что порывалась доползти до окна; затем аккуратно, лёгкой поступью приблизилась и выглянула наружу. Вытянутые окна-арки выходили во внутренний двор, который окружало здание, но из-за цветных бликов трудно было разглядеть, что именно там происходило... Тогда я приняла решение спуститься вниз. Пройдя по узкому мрачному коридору, уставленному пугающими скульптурами гаргулей, грифонов и прочих мифических существ, я, в итоге, вышла к лестнице, по которой не так давно сошёл тот сумасшедший дядька. Каждый сделанный мною шаг отдавался в виде спазмов в мышцах; температура, кажется, всё продолжала расти. Бесконечные арки, колонны составляли протяженные галереи... Их монументальность поражала и одновременно очень устрашала. Наверное, любой бы почувствовал себя слабым и беззащитным перед столь величественными сооружениями. Увы и ах, тогда меня мало что занимало кроме, конечно же, моего заветного вызволения из лабиринта настенных росписей и витражей. Я порядком устала и остро нуждалась в глотке свежего воздуха. Но в какой-то момент всё пошло не так... Ощущение безысходности угнетало: я блуждала по бескрайним коридорам, как будто всё дальше отдаляясь от выхода... Ни души... Если это чья-то шутка, то она провалилась, потому что мои нервы были на пределе... Ком слёз подступил к горлу, мне хотелось лечь на холодный мрамор и заплакать... Я неспешно села, прислонившись затылком к гигантской колонне и уставилась на звездчатый свод, расположенный над головой... Его изящные линии переплетались, образуя причудливые узоры, а красочные стёклышки переливались всеми цветами радуги... Абсолютная тишина уже даже не столько пугала, сколько погружала в сонную негу. Измождённое горячее тело мягко скатилось на прохладный пол и глаза сами собой постепенно стали закрываться...