Не доставляй беде удовольствия

      Я нахожу себя в небольшой примерочной, закрытой со всех сторон воздушными шторами. Передо мной огромное зеркало, перекрывающее почти всю стену. Высота его, пожалуй, чрезмерна для человека среднего роста, как и ширина. В створках зеркала я вижу своё отражение сбоку.       Свадебное платье. На мне свадебное платье, самое прекрасное, что я видела. Ткань рукавов прозрачная и, кажется, совсем невесомая, чувствую только тяжесть нескольких крошечных пуговок на манжете. Вышивка на корсете визуально делает меня выше и стройнее, теперь я вполне могу оценить свою фигуру как «хорошую», даже сексуальную, что случается редко. Юбка пышная, но из той же лёгкой ткани, что рукава, собранной в несколько слоёв, чтобы уменьшить прозрачность. Ближе к полу, где складки разглаживаются и ткань расширяется, даже могу видеть силуэт своих ног. Я чувствую себя нежнее и красивее, чем когда-либо.       Вдоволь покрутившись перед зеркалом, оценив себя со всех сторон, благодаря створкам зеркала, я наконец замечаю на своём запястье жёлтое пятно. Стоит мне внимательнее посмотреть на руку, понимаю, что это браслет. Тонкая металлическая цепочка обхватывает моё запястье, удерживая на нём застывший в смоле одуванчик.       Я не помню, когда надела браслет, но точно знаю, откуда он взялся. Подарок Алекса сильно выделяется своим цветом на фоне белоснежного платья, но меня вполне устраивает, как он выглядит. На секунду я вспоминаю, как мужчина мучился с застёжкой в баре, надевая браслет на мою руку.       Стоя перед зеркалом, я ощущаю, что кого-то жду. Кручусь в свадебном платье и предвкушаю появление жениха? Конечно, это единственный вариант. Приняв эту мысль, я начинаю задавать себе вопросы. Оценит ли мой будущий муж это платье так же высоко, как я? Понравится ли ему, что на моей руке его подарок, несмотря на то, что он почти не сочетается с платьем? Во что будет одет сам Алекс?       Даже не знаю почему, но я абсолютно уверена, что ожидаю Алекса. Бывает, во сне мы видим что-то совершенно невероятное, происходят события, невозможные в реальности, но мы легко принимаем их и двигаемся по течению. Во сне всё, что происходит, кажется правильным. Теперь, когда я слышу шаги за занавесками, у меня не возникает и мысли о том, что ко мне придёт кто-то, кроме Алекса.       Однажды на свадьбе у Майлза и Джоан, я уже видела Алекса в костюме. Строгая одежда шла ему меньше, чем привычная кожаная куртка. Так я думала в тот день, рассматривая Алекса в синем пиджаке. Но моё мнение изменилось, когда мужчина его снял. Тогда я уже не старалась его избегать, однако ещё делала вид, что мы не были знакомы, но даже так было трудно не пялиться. Он всегда был в прекрасной форме, а светлые оттенки только подчеркивали это. От Алекса в белой рубашке сложно было отвести взгляд.       Когда занавески приоткрываются, я уже жду Алекса. Но, обернувшись, вижу перед собой Мэтта. Призрак моей счастливой жизни, он улыбается и шагает мне навстречу. В ответ я отступаю на шаг назад. Подол платья уже шуршит, сминаясь о зеркало, но я готова и дальше отступать, прижимаясь спиной к нему, лишь бы максимально отдалиться от бывшего жениха.       Я провела в отношениях с Мэттом пять лет. У нас бывали кризисы и разногласия, но в основном мелкие, и мы всегда могли быстро их решить. Нам было весело вместе, я чувствовала себя счастливой, а потом всё испортила.       Когда я перешла в убойный отдел (на тот момент в отношениях как раз выпал небольшой кризис), работа значительно усложнилась. В большей степени стало трудно эмоционально. Я и раньше видела смерти, но не каждый день, не в таком количестве, и это угнетало. Грузом ответственности и сожаления каждое новое дело ложилось на плечи. Момент, когда я не смогла больше удерживать на себе всю тяжесть новой работы, наступил быстро.       Я пыталась делиться своими проблемами и переживаниями с Мэттом, всё время требуя поддержки и большого терпения. Мои эмоции постоянно выливались наружу, скрывать их не было ни сил, ни смысла. Но я не подумала о том, что это будет грузом для него. Мэтт не мог долго терпеть моё подавленное настроение. Для него эти отношения не могли больше продолжаться. Постоянно повторяющиеся разговоры об одном и том же, попытки успокоить меня надоедали ему.       Уходя, он сказал, что моей вины нет. Уверял, что у него останутся только хорошие воспоминания о нас. Но в такое всегда сложно поверить.       Я делаю ещё один шаг назад и упираюсь спиной в зеркало. Мне кажется, что возможности сбежать от бывшего жениха нет, но оказывается, что один путь всё же имеется.       До будильника остаётся ровно семь минут, когда я открываю глаза. Просто сон. Повторяю это себе несколько раз, чтобы в голове крепко отпечатался этот факт. Никакого больше Мэтта в моей жизни. Как минимум, в реальной.