Let me touch you

* * * Flashback * * *

      Шум прибоя сливался с криками чаек, создавая единую, неповторимую мелодию. Запах моря щекотал нос и с каждым новым вдохом будто бы становилось легче дышать, будто бы все ядовитые пары города, что скопились тучами в них, начали испаряться.       Девушка улыбнулась ярким лучам солнца, жмуря глаза. Разувшись, она ступила босыми ногами на песок, промычав от удовольствия. Тот был тёплым и мягким, от чего ноги тонули в нём.       Первые деньки лета радовали своей чудесной погодой. Хоть вода для купания и была ещё холодной, но песок был идеален для босых прогулок по нему.       — Мама! — радостно прокричал мальчик, подбегая к девушке. — Посмотри, какой замок я построил!       Омега поворачивается, смотря на сына, а после переводя взгляд на замок неподалёку. Две башенки и одна широкая стена, украшенная ракушками, которые скорее всего являлись окошка. Фундамент башен украшен небольшими камушками, у большой ракушки-ворот стоял маленький, неизвестно откуда взявшийся крабик-стражник. Вокруг замка был вырыт ров, залитый водой.       — Малыш, он великолепен! У тебя прекрасно получилось! — подходя ближе к сооружению, говорит девушка.       — Мы же будем в нём жить?       — Конечно, солнце. — они останавливаются прямо возле замка, пока ветерок колышет их волосы, даря приятную свежесть.       И вовсе не важно, какие проблемы, препятствия их ждут. Нужно жить моментом.

* * * End flashback * * *

      Жизнь — это огромный, буквально, бескрайний и не предсказуемый океан, который то бушует, поднимая высокие волны в шторм, то размерено дышит в штиле.       Порой, заплывёшь слишком далеко, и вдруг начнётся шторм, волны захлестнёт тебя с головой и… ты начинаешь тонуть.       Хватаешь губами остатки кислорода, хочешь позвать на помощь, но вода заполняет лёгкие, от чего в груди больно до безумия становится. Тебе пытаются бросить спасательный круг, но…

Разве есть смысл бросать круг, когда человек почти на дне?

      И в какой-то момент у тебя просто не остаётся сил для борьбы, мольбы, надежд и попыток. Ты просто идёшь камнем вниз на дно и даже не можешь вспомнить, зачем полез в этот чёртов океан зная, что можешь запросто утонуть.       Чимин тоже заплыл слишком далеко и совсем не ожидал, что его накроет волной. Он пытался всплывать, он тянул руки «спасателям», он надеялся, что его вынесет на берег. Он знал, что никакой поток воды не спасёт его, принеся к берегу, но он надеялся на это.       И в какой-то момент он сдался. Утонул. Ушёл вниз, ощущая морское дно спиной. Он перестал мечтать о спасении, ведь никому это не надо.       И он мог бы остаться на дне, похожий на искусную статую, на смех рыбам. Но в один момент, в то время, когда он проглядывался сквозь морскую пучину размышляя, какого это быть на суше, он вдруг увидел верёвку, что спустилась буквально ему в руки.       Так появилась надежда. Сюжетных поворотов могло ожидать только два: это или спасёт его, или добьёт окончательно.       Немного помешкавшись, он всё же из последних сил хватается за неё. И его тут же тянут наверх.       Воздух резко дарит холод, и он дрожит, откашливая солёную воду. Яркое солнце слепит, а голос, успевший за недолгий промежуток времени стать знакомым, твердит:       — Мистер Пак, проснитесь. Мы уже на месте.

* * *

      — Мистер Пак?       Чимин разлепляет свои глаза, начиная быстро моргать. Неужели не кошмар?       — Вы так сладко спали, что я даже начал думать, что не смогу Вас разбудить. — врач улыбнулся уголками губ. — Но, раз Вы проснулись, идёмте?       — Ах, д-да, простите. — парень судорожно начинает пытаться отстегнутся, что выходит не сразу, но после он резво оказывается на улице.       — Ст…       Вздохнув он оборачивается, видя толпу людей не далеко от него. Просто люди, гуляющие по тротуару, спешащие куда-то…       Воздух из лёгких резко пропадает, а тело бросает в дрожь. Он сам не замечает, как вид на людей заслоняет собой его лечащий врач.       — Вы не много поторопились с выходом. Прошу, садитесь обратно.       Пак часто и резко кивает, стараясь как можно быстрее открыть дверь машины и усесться внутрь. Только почувствовав под собой сиденье автомобиля, он всё же смог выдохнуть.       — Спокойно, дышите со мной. Вдох… выдох…       С этим всем омега вовсе не следит за тем, как перемещался мужчина. Это было схоже с телепортацией, но отголосками здравого рассудка он понимал, что это всего лишь хорошая реакция и чёткость действий.       — Лучше? — Юнги протягивает ему бутылку воды.       — Д-да, спасибо. — он принимает её, жадными глотками поглощая воду.       — Мой Вам совет — не торопитесь. Это нам ни к чему. Вы никуда не опоздаете. А перед тем, как Вас куда-то отпустить мне нужно удостоверится, что там безопасно для Вас. Спешить не нужно.       — Хорошо, впредь, я буду осторожнее…       Мин поджимает губы, заезжая на подземную парковку. Там он находит место, которое ему было нужно и паркуется, давая пациенту ещё пару минут передышки.       На самом деле он тоже перепугался. Всё произошло так быстро, из-за чего действовал он будто на автомате, хотя такой пациент у него впервые.       — Вы как?       — Вроде в норме. — парень выпрямляется, ещё раз делая вдох-выдох. — Мы уже идём?       — Если Вы готовы, — он на секунду просматривает всё по зеркалам — То да.       — Да, я готов.       Они выходят из машины. Омега настороженно оглядывает по сторонам, следуя за доктором.       — Можете не волноваться, мы уже пришли.       Мин открывает дверь, к которой они подошли и оборачивается к Чимину.       — Надеюсь, Вы не против пройтись не много по лестнице?

* * *

      Поднявшись на нужный, вроде бы, четвёртый этаж, они тут же попадают в длинный коридор с множеством дверей. Это напоминало какой-то офис. Нет, даже не офис. Это напоминало лабиринт.       Но альфа чётко шёл вперёд, то и дело оборачиваясь и проверяя, следует ли за ним его пациент.       Немного попетляв по длинным коридорам, они отыскивают нужную дверь. Она оклеена фотографиями рисунков по песку на специальном столе. Видимо это то место, куда им нужно.       Мин выуживает из кармана ключ, открывая дверь и пропуская внутрь омегу.       — Добро пожаловать в студию «Sea».       Чимин осматривается вокруг. Вот ящики с инструментами для рисования, здесь какие-то дипломы и грамоты, здесь фотографии, по всей видимости, людей, что здесь занимаются.       — Доктор Мин, как Вам это удаётся? — повернувшись к мужчине, который в этот момент что-то втыкал в розетку, спрашивает Пак.       — Что именно?       — Организовывать такое.       — Это только на первый взгляд трудно. — неожиданно для омеги, зажглась подсветка у двух столов, стоящих напротив друг друга. — На самом деле большинство людей, которых я прошу посодействовать, знают меня и доверяют. Да, бывает такое, что приходится искать новые места и встречаются, мягко говоря, — он подаёт парню фартук, после надевая другой на себя. — Не очень отзывчивы. Но если поискать получше… Можете проходить за стол.       Омега завязывает за спиной ленточки фартука, становясь напротив врача и с интересом поглядывая на рабочую поверхность. Там уже был песок, а рядом, на соседнем столике, лежали какие-то щёточки, маленькие грабельки и много чего ещё.       — И так, приступим к нашей первой терапии. — начинает альфа, привлекая к себе чужое внимание — Сегодняшний день у нас разделён буквально на две части. К первой части мы уже приступили, а к второй придём чуть позже. Сейчас мы просто не много потренируемся, а во второй половине дня Вы сможете дать волю своему творчеству. Для начала попробуйте нарисовать… грушу.       Получалось довольно интересно. Песок был приятным на ощупь, свет приглушен, что придавало атмосфере какого-то уюта и, возможно, интимности. Немного детские указания врача добавляли этому всему своего шарма.       — Видите, Ваш букет намного лучше моего. А теперь… нарисуйте льва.       Пак постарался и вышло вполне не плохо. Но когда он мельком взглянул на работу своего лечащего врача Чимин мельком приподнял уголки губ, после тут же опустив их.       — Доктор…       — Только не говорите, что я настолько плох.       — Хорошо, не буду. Не хочу Вас разочаровывать.       — Мистер Пак, Вы причиняете мне боль своими словами. — мужчина поднял на него взгляд исподлобья и улыбнулся.       Он заметил то едва заметное движение губ и был рад, что это всё даёт плоды ещё на первых днях терапии. Возможно, ему удастся справится меньше, чем за два месяца, как он того ожидал.       — Отлично. А теперь можете пользоваться инструментами со второго столика. Задание такое: закройте сейчас глаза и вспомните какой-то счастливый момент из детства. Не важно какой, но попробуйте изобразить его или то, что с ним ассоциируется. Дерзайте.       Чимин выдохнул, случайно сдув со своего львёнка пару песчинок. Придётся открыть ту самую дверцу своего сознания, куда он не совался уже очень давно, заперев всё находящееся за ней на несколько замков.       В детве было не мало счастливых моментов, из-за чего сложно было выбрать именно то воспоминание, на котором можно было сконцентрироваться. Нужно было подбирать тщательно, ведь обычный, на первый взгляд, самый счастливый момент может закончится сценами из его кошмаров. Приступы никуда не пропали, поэтому стоит быть осторожным.       Откинув голову назад, он нечаянно пальцами задевает свой же рисунок, ощущая пальцами эти песчинки, а в голове сразу же всплывает то, что могло отлично подойти.       Море. Песок. Мама. Замок. С ракушками. И крабик.       Открыв глаза, он уже представляет, что хочет изобразить и как. Сгладив поверхность, он начал творить.       Первым, что он нарисовал, стало море из волнистых линий, сплошной берег и полукруглое солнце, что уже начало прятаться за горизонтом. Далее, на линии берега, омега начал вырисовывать замок: две башенки, фундамент которых украшен камушками, толстая стена с ракушками вместо окон, большая ракушка-ворота, а под ними — крабик. И завершил это всё ров, защищающий замок от вражеских нападений.       Не много подумав, он всё же нарисовал двух людей, стоящих на берегу: маленького мальчика и его маму, платье и волосы которой колышет ветер.       Он не много отошёл от столика, глядя на то, что у него получилось.       — Всё?       Он кивает, не много отходя и давая своему врачу подойти. Чимин ожидает каких-то комментариев или вопросов, на которые он, к слову, сейчас не очень хочет отвечать. Вспоминать такое довольно тяжело. Хоть от этого и разливается тепло по всему телу, но в груди всё же что-то так неприятно щемит.       — Вы проделали отличную работу, мистер Пак. — улыбается альфа, внимательно рассматривая, казалось бы, чуть ли не каждую песчинку, после делая фотографию себе на телефон. — Не хотите взглянуть на то, что получилось у меня?       Чимин кивает мысленно облегчённо вздыхая оттого, что его лечащий врач понимает его без слов, а после обходит его и становится на противоположную сторону.       — Что это? — недоумевающе смотрит он.       — Всё же хорошо, что я не пошёл в университет искусств. Художник из меня никакой. — говорит, вздыхая с усмешкой, а сам наблюдает за своим пациентом. Губы того вновь дрогнули. Очень даже хорошо… — Этот рисунок мой тонкий намёк на то, что наступил обед и перед тем, как мы притупим ко второй части, нужно будет перекусить.       — Уже обед? — сказать, что омега удивлён — ничего не сказать. Время так незаметно пролетело…       — Сам порой удивляюсь, как быстро и бесследно пробегают мимо нас часы.

* * *

      — Как давно Вы ели что-то подобное? — спрашивает Юнги, открывая коробочку с соусом «карри».       — Даже не вспомню… — нервно усмехается Чимин, глядя на бургеры, колу, картошку фри и что-то ещё в коробочке. — Никогда не думал, что моё лечение может быть таким… неправильным?       — Ну, может и не правильным, но согласитесь, что это вкуснее ежедневных салатов или каш.       — Ладно, Вы правы.       Сейчас они на стоянке за какой-то забегаловкой (скорее всего, это место сейчас популярно, ведь очередь была довольно большой, но Чимин на столько уже отстал от жизни, что не знает) обедают. Куда они поедут дальше, Паку узнать так и не удалось. Поэтому он просто ждёт и пытается догадаться, какое место станет следующим.       Закончив трапезу, альфа любезно согласился вынести мусор, после чего они продолжили своё маленькое путешествие.

* * *

      Они едут уже довольно долго и, как младший успел заметить, находятся они за пределами города.       — Извините, что достаю, но всё же: мы скоро приедем? — паренёк успел подустать. И отсидеть себе одно место.       — Мы почти на месте. — ухмыляется мужчина, делая ещё один поворот. — Скучали по морю?       — По чему? — неверующе спросил он, а после уставился в окно. Там было самое настоящее море. — Вы серьёзно?       — Конечно. Здесь мы продолжим творить.       Вскоре они останавливаются, заезжая чуть ли не на сам пляж.       — Можете смело выходить, здесь всё равно людей сегодня нет.       — Спасибо. — еле успевает протараторить омега, быстрее отстёгивая ремень и выскакивая из машины.       Кроссовки почти тонут в песке, а парень делает неуверенные шаги в сторону воды. Его правда привезли на пляж…       Ступая более уверено, он быстро доходит до моря и вдыхает. Запах моря щекотал нос и с каждым новым вдохом будто бы становилось легче дышать, будто бы все ядовитые пары тоски, боли, отчаянья и погибшей надежды, что скопились тучами в них, начали испаряться.

Он чувствует, как солёная вода покидает его лёгкие. Он делает глубокий вдох, открывая глаза.

      Солнце будто бы светит по-другому. Его свет будто бы холодный. Не прогревающий до самых костей. Но почему-то его свет всё равно дарит какой-то покой на душе.

Яркий солнечный свет слепит его, но он чётко видит перед собой чей-то размытый силуэт.

      — Готовы приступать? — доктор подходит неожиданно, но Чимин его не пугается, оборачиваясь к нему.       — Порисовать. — мужчина протягивает ему грабли, а парень принимает их, смотря с неким непониманием. — Представьте, что эти грабли Ваша кисть, а этот пляж, — он раскинул руки в стороны, оглядываясь по сторонам. — Ваш новенький холст, который Вам не терпится заполнить. Рисуйте то, что хотите. — он опускает руки, не много отходя. — Можете начинать. Время не ограничено.       Доктор Мин уходит на приличное расстояние, сразу же начиная что-то вырисовывать, а Пак мнётся на месте. Что ему делать?       Но раз уж сказали делать то, что он хочет, он так и сделает.       Поэтому Чимин тут же опускает грабли к песку, начиная вырисовывать какие-то линии.       Он сам не знает, что делает, и что у него получается. Просто делает так, как ему вздумается.

* * *

      Омега сидит на песке и кидает маленькие камушки в воду. Парень недавно закончил. Точнее, решил, что пора закончить, и пляж уже достаточно настрадался.       С морем у него нет плохих воспоминаний, и он этому очень рад. Наверное, он даже хотел бы когда-нибудь пожить у моря. Нет, не провести там полжизни. Пару дней, может, месяц.       Здесь легче дышится. Здесь хорошо, отчего уезжать даже не хочется.       Когда вблизи закончились маленькие камушки, он вздохнул, отвернувшись в сторону и посмотрев рядом с собой. Не много подумав, он потянулся руками к сырому песку, начиная что-то делать.       Нет, это был не замок. Это был небольшой лабиринт, в котором не было ни выхода, ни входа.       — Вы, как я посмотрю, всё. — к нему подходит его лечащий врач и садится неподалёку, соблюдая дистанцию между ними. — Вы хорошо поработали сегодня.       — Правда? Я не помню, чтобы работал сегодня…       — Не поверите, но для первого дня терапии Вы сделали довольно много.       Дальше они молчат, прислушиваясь к шёпоту волн. Они переговариваются о чём-то своём. Интересно... о чём они говорят? Нам, людям, никогда не понять их разговоров.       — Не хотите возвращаться?       Наверное, потому что, что мы толком не можем понять друг друга.       — Не хочу.       Да что там, «друг друга» — нам тяжело понять себя.       — Но придётся. Завтра новый день, новые занятия.       Старший поднимается, стряхивая с себя песок и уже хочет протянуть руку омеге, чтобы помочь тому подняться, но тут же одёргивает себя.       Они доходят до машины, садятся, начинают ехать, не долго переговариваясь насчёт ужина и приходя к общему решению, что нужно будет заказать что-то сытное и более полезное, чем фаст-фуд, после останавливаясь на пасте с соусом «Балоньеза».       Вернувшись, они ужинают, недолго обсуждая сегодняшний день, а после расходятся по комнатам, где каждый думает о своём, приходит к собственным выводам и делает своё.

* * *

      «День пребывания вне клиники — 2.       День терапии — 1.       Пациент в течении дня вёл себя нормально. Самочувствие не ухудшалось. Был риск на начало панической атаки. «Всё закончилось, не успевши начаться».       Мистер Пак питался хорошо.       Сегодня у него вновь был ночной кошмар. Днём, в первой половине, он уснул. Был кошмар, или нет — неизвестно.       Сегодня пациент находился в вполне хорошем расположении духа. Он был более разговорчив.       Продвижения есть. Несколько раз он почти улыбнулся. Не могу понять, что его останавливало: он сам или что-то другое.       Примечания: воспоминания, связанные с морем, пляжем, песочным замком и его биологической матерью.»