Let me touch you

Что люди считают добрым утром? Чимин может предположить, что единого понятия не существует. От санитаров он часто слышал «Утро добрым не бывает», с чем когда-то мог согласиться и сам. Но точно не сейчас. Просыпаться от навязчивых солнечных лучей не оказалось чем-то ужасным и неприятным. Слепящее глаза солнце приветливо улыбалось ему. Потянувшись, он ещё больше заворачивается в тёплое одеяло, вдыхая спёртый воздух в комнате. Ему сейчас до чёртиков хорошо. Но не хватает одного. Внимательнее принюхиваясь, он начинает хмурить брови, пока носик продолжал забавно двигаться, а ноздри резво расширяться и сужаться. Альфа не в комнате и, по всей видимости, даже не ночевал тут. Выкарабкавшись из своего кокона, он осматривает комнату, потирает всё ещё слипающиеся глаза и зевает. Ни малейшего признака присутствия его врача. Спустив ноги на пол, он мягко ступает по нему, ещё раз зевая и покидая комнату. Куда же подевался доктор Мин? Он спускается на первый этаж, старается идти как можно тише, будто боится нарушить эту утреннюю тишину, что дарила спокойствие и желание провести в ней весь день. Когда он проходил мимо гостиной, то краем глаза заметил копну знакомых волос, от чего пришлось сделать пару шагов назад и заглянуть в комнату. Омега подходит ближе, глядя на спокойное лицо старшего и аккуратно поправляет плед на нём, задумываясь о том, что пора бы вернуться к себе в комнату, а не гонять Мина с дивана на кресло и наоборот. Тот был совершенно спокоен, лишь тихо сопел и изредка двигался из-за неудобного положения. Пак, непонимающий полусонным сознанием, что им движет, тихо сел в кресло, подпирая голову кулаком, и уставился на врача. Мягкие черты лица альфы показались ему красивыми ещё в первую встречу, а внутренний мир этого человека продолжает удивлять его, привлекая всё больше и больше. Юнги начинал казаться самым добрым и тёплым человеком на этой земле. Он становился одним из тех немногих, кому младший мог доверить себя без раздумий и колебаний. За прошедшие две недели он так и не понял, как у такого человека, как Юнги всё ещё нет семьи, ведь, Пак не сомневается, он будет прекрасным мужем и отцом, а человек, решивший связать с ним свою жизнь, окажется самым счастливым человеком на свете. Чимин на секунду задумался о том, какого это — быть вместе с Юнги, но тут же постарался отогнать эту мысль, прикусывая губу и покрываясь лёгким румянцем. Но одно навязчивое желание теперь не давало ему покоя. Он ясно помнил объятия с альфой. Он чётко помнил все эти пожары внутри, желание задержать дыхание и прижаться чуть ближе дозволенного отогнав все запреты здравого рассудка, продолжая чувствовать чужое тепло, а после ощутить чужие руки, что обняли его в ответ и прижали на столько сильно, что весь мир вокруг стал просто бесформенной массой. Он очень хотел обняться с Юнги. — У тебя очень красивая улыбка, — хрипит врач, мягко улыбаясь вздрогнувшему от неожиданности и алеющему щеками Чимину. Он не спит уже минуты как две, глядя из-под ресниц на увлечённо рассуждающего о чём-то омегу, что сначала смотрел на него, а после будто бы сквозь, кусая губы, иногда улыбаясь и совсем немного краснея. — Давно проснулся? — Нет. Прости… — пойманный с поличным, младший прижимает колени к груди не зная, куда же ему спрятаться. — Всё хорошо. — хрипло смеётся альфа, приподнимаясь с места и зевая. — Доброе утро. — он улыбается чуть шире, склоняя голову на бок. Чимин, кинув на него робкий взгляд, тихо бурчит «Доброе», а Юнги, кажется, вновь влюбляется.

* * *

— Сегодня у нас очень интересный день. — Юнги снимает со сковородки очередной блинчик и укладывает его со шлепком на тарелку, после чего та отправляется на стол, вставая между двумя чашками ароматного кофе. — Сегодня мы будем делать то, что хочешь ты. — Что? — Пак почти что давится блинчиком, быстро проглатывая его и гладя на довольно улыбающегося доктора. — В каком смысле? — В самом прямом. Мы можем поехать туда, куда ты хочешь, сделать то, чего ты хочешь, поесть, что ты хочешь. Сегодня твой день. — делая глоток кофе, он внимательно наблюдает за растерявшимся Паком, что бегает по его лицу глазами, будто бы пытаясь выискать подвох. — Есть пожелания? — Мне нужно подумать. — омега смотрит на свой кофе с молоком и всерьёз задумывается, чего он хочет. Сходу и не скажет. Его так давно не спрашивали о подобном… Дыхание совсем немного спирает, а внутри вновь начинает распускаться цветок, щекоча своими лепестками что-то в районе сердца и желудка. Он облизывает губы, ощущая на них вкус клубничного джема, после чего в голове появляется приблизительный план действий. — Конечно. Думай столько, сколько понадобиться.

* * *

— Честно говоря не ожидал, что твой выбор будет именно таким. Машина останавливается около знакомой кофейни, на этот раз подъезжая к служебному входу. Два курящих официанта в недоумении смотрят на автомобиль, пока из здания не выходит их начальник, шикает на них, от чего они спешат потушить свои сигареты и вернуться внутрь, по дороге вытаскивая из кармана освежитель дыхания. — А чего ты ждал? — Чимин отстёгивает ремень, дожидаясь, когда это же сделает альфа. — Поездки в какое-то тихое безлюдное место, на подобии того же леса, где мы были. Неужели тебе так запало в душу это кафе? — они выходят из машины, направляясь в сторону ожидающего Кима. — Скажем, у меня свои цели на этот визит. — Привет. — Юнги кивает Сокджину, после пожимая тому руку. — Привет. — ярко улыбается другу Ким, после чего тот отходит в сторону, позволяя Чимину пройти вперёд. — Здравствуйте. — тот сгибается в поклоне, на что Джин отвечает ему тем же, продолжая по-доброму улыбаться. — Рад снова видеть Вас. — Надеюсь, мы не доставим Вам неудобств? — Пак бросает взгляд на стоящего чуть поодаль от него альфу, на что тот лишь ободряюще улыбается. — Вовсе нет. Не против, если мы перейдём на «ты»? — Ох, нет конечно. Могу я называть тебя Джин-хён? — Конечно. — Сокджина внутренне распирает от радости, пока Мин с облегчением выдыхает. Тот факт, что они, кажется, поладили делает его более спокойным. — Джин-хён, можем мы с тобой поговорить? Вдвоём. — парень вновь кидает взгляд на своего врача, прежде чем сконцентрировать внимание не омеге. — Без проблем. Пойдём. — он открывает дверь, ведущую в подсобку, пропускает сначала Пака, а после заходит следом. Юнги уже было хотел пойти за ними, как вдруг перед его носом захлопывается дверь, вводя альфу в ступор. Его только что бросили?

* * *

— Так о чём ты хотел поговорить? — указывая на стоящий в его кабинете диванчик, Ким садится с краю, оставляя достаточно места, чтобы Пак, по желанию, мог сохранить между ними дистанцию. — У меня есть просьба. Даже две. — усаживаясь на противоположный край, Чимин мнётся, блуждая глазами по полу. — Во-первых… Как бы это сказать помягче… — Нужно выгнать Юнги? — Да. То есть, нет… — Я понял тебя. — тихо смеётся старший, заставляя Чимина чуть расслабиться. — Так что там во-вторых?

* * *

Юнги был крайне удивлён и даже возмущён произошедшим. Мало того, что омеги не впустили его в кафе, так Джин отогнал его к машине, настойчиво советуя прогуляться и заняться своими делами, аргументировав это тем, что когда нужно будет забрать Чимина он позвонит, а до тех самых пор альфа будет попросту мешать им. « — Я? Мешать?! Нет, это же беспредел какой-то!» — крайне недовольно пыхтел он, садясь в машину. Поведение этих двоих ему не ясно от слова «совсем». И куда ему ехать? Куда ехать с мыслью о том, что Чимин там, а он где-то? « — В продуктовый.» — грустно вздыхает он в собственных мыслях. Да — он доверял Сокджину почти как самому себе, но спокойнее от этого не становилось. Стараясь найти свободное место на заполненной парковке он уже думает, что его там вовсе нет. И что все эти люди забыли здесь в разгар рабочего дня? В какой-то мере он понимал произошедшее: Ким всё ещё является омегой, и Чимину, возможно, был важен именно этот фактор. Мин — альфа, и некоторые темы для обсуждения могли быть всё ещё смущающими. Парковочное место оказалось одним из самых дальних — последний ряд, третье место с конца. Но его радовал тот факт, что сборщикам тележек лень ходить сюда, почему ему без проблем удалось раздобыть тележку и заодно помочь молодому пареньку выехать с парковки и не сбить её. Но разве Юнги не должен узнавать обо всём первым как лечащий врач? По логике вещей — да. Но если мыслить иначе… — Молоко, овощи, ягоды… — шёпотом составлял список продуктов в голове, начиная бродить по отделам, иногда внимательно всматриваясь в сомнительный состав с кучей неизвестных ему слов. Хорошо. Пора собраться с мыслями. У него есть пара дел, которые стоит выполнить.

Вы:

Пожалуйста, спроси у Чимина, чего бы ему хотелось на ужин и нужно ли ему что-то купить.

Юнги сомневается, что ему стоило уезжать. Если что-то случится, он попросту не сможет помочь, от чего волнение вязалось неприятным узлом в груди. Он сглупил. Очень сильно сглупил, от чего даже затормозил прямо по середине отдела с молочкой, но после, одёрнув себя, продолжил движения. Сокджин: Чимин говорит, что ему ничего не нужно, но к ужину надо купить продукты. Мин вчитывается в список, а память упорно отказывается вспоминать для чего это всё нужно. И почему ему просто не назвали блюдо? Сокджин: Ещё он просит, чтобы вы пообедали в кафе. Подъезжай часика через два. Теперь альфе уж тем более не понятно поведение омеги. Неужели ему настолько комфортно с Джином? Сокджин: И да, не беспокойся, он в полном порядке. Последнее сообщение не дарило должного спокойствия. Альфа волноваться не перестал. И всё же ему нужно куда-то себя деть. Он останавливается возле морозильника, заполненного мороженным и взгляд падает на одну из коробочек, а сам он наконец придумывает, чем себя занять.

* * *

— Джин-хён, могу я спросить? Чимин чательно раскатывал тесто, пока старший омега продолжал варить ягодный сироп. Пак был крайне благодарен Джину за то, что он держал дистанцию и всячески заботился о госте, ненавязчиво спрашивал комфортно ли тому и не спешил с действиями. Сокджин на вид казался очень добрым и тёплым человеком. Он с радостью согласился обучить Чимина приготовлению пары-тройки блюд, не злясь отвечал на, как казалось младшему, глупые вопросы последнего и с радостью рассказывал о некоторых тонкостях своей работы, при этом не забывая спрашивать Чимина в ответ о незначительных, но греющих душу омеги, мелочах. Возможно, они бы смогли стать друзьями — Да, конечно. — Ким добавляет ещё немного сахара, а после измеряет температуру градусником. — Мог бы ты чуть подробнее рассказать о Юнги? — А что ты уже знаешь? — Сокджин улыбается чуть шире, чем до этого, но светить улыбкой не спешит. Чимин на секунду задумался. В самом деле: что он знает о докторе Мине? Информация, всплывшая в его сознании, оказалась незначительной и, кажется, самой известной для окружающих альфу людей, от чего парню стало немного стыдно. — Знаю, кем он работает, где он живёт, какие запахи ему нравятся. А ещё, что он засушивает травы для домашнего чая. И на этом, кажется, всё. В какой-то мере омега противоречил сам себе: он знал о Юнги толком ничего, хотя последний, о чём было не трудно догадаться, знал о нём много, одна история болезни чего стоит. В то же время юноша задумывался — а кто он вообще такой, чтобы знать о альфе что-либо? Достаточно ли они близки, чтобы тот открыл ему свои увлечения и то, чем занимается в нерабочее время? И бывает ли оно у него вообще? — Честно говоря, я даже не знаю, о чём рассказать. — Ким неловко улыбается, выключая плиту и оставляя сироп доготавливаться. — Почему? Вы же вроде близкие друзья? — Да, но понимаешь, Юнги — человек-привычка. Он обычно не говорит о своих увлечениях, а о себе рассказывает, скажем так, базовую информацию, на подобии места работы или семейного положения. — Чимин укладывает тесто в форму для пирога, после чего подходит старший, выкладывая слой свежих ягод на дно. — Остальное можно узнать лишь внимательно наблюдая за ним и его привычками. Хочешь узнать Юнги поближе — начни присматриваться к деталям. Они расскажут гораздо больше, чем он сам. В тот же момент нужно прислушиваться внимательно и к нему самому, ведь что-то может быть скрыто в глубине его слов. Кстати, отлично раскатал. — старший поднимает большой палец вверх. Пак уже хочет поблагодарить его за похвалу и в самом деле полезную информацию, как вдруг их обоих отвлекает стук и появившийся букет пышных, нежно-розовых и белых пионов, аромат которых тут же заполонил помещение. Вслед за ними появляется мужчина, ярко улыбаясь и начиная кого-то искать глазами. — Джин~а? — ласково тянет он басистым голосом, не сразу натыкаясь на омегу взглядом. — Намджун, почему ты меня не предупредил? — Сокджин суетливо подскакивает к нему, забавно хмуря брови, пока широкая улыбка так и проситься на лицо. — Хотел сделать сюрприз. Это тебе. — он протягивает букет Киму, на что тот, не в силах больше сдерживаться, улыбается и принимает его, вдыхая цветочный аромат, а после целуя мужчину в щёку и тихо щебеча «Спасибо, Нам~у». — Чимин, это Намджун, мой муж, которому стоит предупреждать меня, прежде чем приезжать ко мне на работу. — ласково, но с небольшим упрёком произносит Сокджин. — Здравствуйте, приятно познакомиться. — Пак сгибается в поклоне, на что, судя по терпкому, тянущемуся за цветочным, аромату, альфа делает то же самое. — Взаимно. Прошу прощения за то, что побеспокоил Вас. — улыбается юноше, а после вновь поворачивается к своему мужу. — Ты ещё долго? Я освободился пораньше и думал забрать тебя. — Ещё час примерно. Езжай домой, я вызову такси. И букет, пожалуйста, увези домой и поставь в вазу. — Заехать в магазин? — Да, возьми чего-нибудь. Мне до безумия лень готовить ужин. — усмехается он, целуя Намджуна в губы. — Люблю тебя. Пока. — Пока. Тоже люблю. — альфа ответно чмокает его в губы, забирая букет и напоследок оборачиваясь к Чимину. — До свидания. — До свидания. Когда Ким уходит, Сокджин возвращается к пареньку, перед этим споласкивая руки. — Чимин, прости, что так получилось. — неловко мнётся он, подходя к младшему. — Я не ожидал, что он решит сегодня заехать. — Ничего страшного, он ведь хотел тебе сделать сюрприз. Вы очень хорошо смотритесь вместе. — Ох, правда? Спасибо. — Пак замечает, что старший еле-заметно алеет ушами. — Так, на чём мы остановились?

* * *

— Завершаешь всё дело зеленью, и… Идеально! Ароматный крем-суп выглядит вполне съедобно и даже аппетитно, хотя в первом Чимин, честно говоря, не уверен. — Скоро должен подъехать Юнги. — бросает кроткий взгляд на часы Ким, а после берёт в руки тарелки. — Пора накрывать на стол. Пак судорожно кивает, спешно хватаясь за тарелочки с ягодным пирогом и следует за Сокджином, который спокойнее удава. Хотя омега причину собственного волнения видит довольно размыто, так что смысла удивляться вполне нормальному спокойствию старшего нет. В две пары рук они справляются быстро, от чего остаётся лишь дождаться Юнги. Омега по столу пальцами нервно постукивает, в окно смотрит, пока Джин над этим тихо посмеивается. — Ты чего так переживаешь? Случилось что-то? — Нет, просто… — парень мнётся, натягивая рукава рубашки на пальцы. — Я немного волнуюсь за вкус приготовленного. Я до этого готовил всего лишь раз и то больше помогал с «принеси-подай».

* * * Flashback * * *

— Чимин~а, не хочешь помочь мне приготовить кексы для бабушки и дедушки? — девушка заглядывает в комнату к сыну, что увлечён просмотром мультика про поезда, трансформирующихся в роботов, в котором, что часто подмечала омега, проглядывался вполне неплохой сюжет, от чего вечерами она сама нередко засиживалась вместе с сыном, охая на особенно эмоциональных моментах. — Мы поедем к бабушке и дедушке? — Чимин тут же забыл про мультик, переползая с одного края дивана на другой и, глазами полными счастья, смотрит на улыбающуюся мать. — Да, милый. Но сначала нужно приготовить кексы. — Я помогу! — мальчик тут же кряхтя слезает с дивана и бежит, топая своими маленькими ножками, на кухню. — Только ручки помыть не забудь! — смеётся девушка выключая телевизор и следуя за сыном. Тот кратко угукает, поднимается по подставке к раковине и, задрав рукава любимой кофты с роботом (как раз-таки персонажем того самого мультика), чательно моет руки. Спрыгивая с подставки, он спешит к крючкам с полотенцами, которые совсем недавно специально для него перевешали пониже, просушивает им ладошки, подбегая к стулу рядом со столом и забираясь на него с ногами. — Ну-ка покажи, хорошо ли ты руки помыл? — Вот! — он протягивает чистые ладошки вперёд, на что девушка внимательно осматривает их, делает вид, что о чём-то задумалась, а после, улыбнувшись, показывает большой палец вверх. — Молодец! Теперь мы можем начинать. Возьми вон тот стакан и высыпай муку из него в миску.

* * * End flashback * * *

Кексы в тот день получились просто отменные. Даже дедушка, что терпеть не мог сладкое, не смог отказаться и съел целых три штуки! Для маленького Чимина это было огромным достижением, которому он радовался ещё недели две, провозглашая себя великим кондитером, ведь ему даже фартучек купили и шоколадную медальку вручили. — Брось, у тебя отлично получилось. Я прямо боюсь, что Юнги разочаруется в моей стряпне и больше не будет приходить в кафе. — по-доброму улыбается Сокджин. — Не переживай так, ему понравится. — говоря это вроде невзначай, Ким уходит, оставляя Чимина дожидаться альфу. Пак же перестаёт волноваться лишь на самую малость. Прошло целых две недели и, по словам Юнги, если всё будет хорошо, вскоре его переведут на другой этап. Каким именно должен быть «новый этап» Чимин представлял лишь смутно: скорее всего он вернётся или в клинику, или Чжиын возьмёт его на какое-то время к себе. Встречи с Юнги не прекратятся, но сократятся до пары раз в неделю, превращаясь в обычные разговоры, а через какое-то время они также сойдут на нет, ведь он излечиться. Но как прежде точно не будет. Страшно ли ему? Немного. Грустно? — Привет. — напротив него садится Юнги, заставляя выйти из мыслей и обратить на него внимание. — Как дела? Надеюсь, я не опоздал? — Привет. — волнение вновь стало окутывать его, медленно поднимаясь от кончиков пальцев ног до самой макушки. — Вовсе нет. Мы только недавно закончили. Мужчина снимает пальто, вешает его на спинку стула и возвращается к младшему. Чимин берёт в руки кружку и отпивает немного чая, после поднимает взгляд на альфу, что смотрит на него как-то обеспокоено. — Что-то не так? — Пак хмурит брови, на что мужчина наконец отмирает. — Ты какой-то бледный. Хорошо себя чувствуешь? — Ох, ну… — младший прикасается тыльной стороной ладони к щеке замечая на сколько холодные его руки. — Голова просто побаливает. Ничего страшного. Ты лучше ешь, а то остынет. Мин послушно берёт ложку, зачерпывая не много и, подув на него, сразу пробует. Стараясь сохранить лицо, он с трудом проглатывает, чуть медлит, после чего делает глоток горячего напитка и поднимает взгляд на ожидающего чего-то Пака. Сейчас бы стоило спросить, чем тот занимался эти два часа, но Юнги впервые за всё время не знал, как заговорить со своим пациентом. Между ними тёмным облаком повисло напряжение. Что-то явно не так. — Чем ты занимался всё это время? — голос Чимина в данный момент звучал словно спасение, от чего старший облегчённо заулыбался. Пак даже не представляет, что сейчас альфа ему безумно благодарен за этот вопрос. — Ничем. Всего лишь съездил в продуктовый и прогулялся. А ты что делал? — Мы с Джин-хёном готовили. Точнее я пытался, а хён мной руководил. — Неужели то, что находится в моей тарелке, приготовлено тобой? Это же чудесно. — Ты преувеличиваешь. — а омеге дышать становится чуть легче, пока щёки едва заметно розовеют. — Вовсе нет. — в их разговор мягко вмешивается Сокджин, приветствуя Мина кивком. — У тебя и правда прекрасно получилось. Для первого раза. И да, вот то, что ты просил. — омега кладёт на стол листок бумаги сложенный вдвое. Чимин тут же прячет его в карман, от чего Юнги не удаётся прочесть написанное. — Спасибо большое. Я у тебя в долгу. — Пустяки. Это тебе спасибо за проведённое время. Надеюсь, мы с тобой ещё обязательно прогуляемся. — старший подмигивает ему, заставляя тепло в груди юноши разрастаться, а симпатию к этому человеку увеличиваться в геометрической прогрессии. — Обязательно, Джин-хён. — Всё, дорогие мои, я побежал, меня ждут дома. Ключ в ящике, кабинет, пожалуйста, закройте, а посуду оставьте на кухне. До скорого! — Ким машет на прощание и спешит скрыться за дверью. Чимин ответно машет, пока Мин провожает друга взглядом. — Вы кажется поладили. — Он так добр ко мне. Только вот я не могу понять почему. — Ты хороший, Чимин. — Пак переводит взгляд на мягко улыбающегося врача. — И Сокджину ты понравился. Он бы хотел с тобой дружить. — Правда? — на лице младшего появляется мнимая улыбка, заставляющая альфу перестать дышать и невольно засмотреться. — Тогда передай ему, что я буду очень даже рад его дружбе. « — А был бы ты рад моей дружбе?» Юнги прекрасно понимал, что это не самая правильная мысль. Лишь через пару мгновений до него доходит, что Чимин радуется такой, казалось бы, повседневной мелочи, как дружба. На сколько же сильно он будет рад любви? — Хорошо. А теперь ешь, у нас впереди ещё целых полдня и тебе нужны силы. Пак хватается за ложку и пробует суп, после чего его резко передёргивает, ложка звонко падает обратно в тарелку, а юноша кривиться в лице. До Юнги не сразу доходит, но потом он начинает смеяться. — Хён, ты мне соврал! — стараясь как можно быстрее запить вкус соли чаем, Пак, откровенно говоря, негодует. — Не соврал, а просто умолчал. Если не обращать внимания на соль, то очень даже вкусно. — хрипло смеётся старший, пока Чимин смотрит на него и всё также мнимо улыбается.       И что у этого человека в голове? Лишь самому альфе известно.