Через тернии к тебе

Гарри смотрел на скалящего зубы блондина, который стоял в паре метров, и про себя отметил, что Северус был прав — с ним лучше не общаться. Быть честным, не хотелось даже находиться с ним рядом. Игнорировать слова Драко, засевшие, кажется, уже глубоко в голове, было поздно; отзывающиеся внутри чем-то болезненно неприятным, но слишком новым и смутным, чтобы уделить этому достаточное внимание, они никак не хотели выветриваться. Однако обеспокоиться Гарри не успел. ─ Еще один сопляк, не умеющий слушать, — пробубнил сидящий в кресле Снейп, тем самым обрывая зрительный контакт подростков. — Зачем тебе уши, Драко? — Если бы ты говорил что-то ещё, кроме своей мантры про запрет, я, быть может, тебя послушал, — в ответ возразил блондин и, подойдя к окну, открыл его нараспашку. — Прогуляться мы не сможем, тогда хоть так освежим тебе мозг, — а потом обратился к Гарри. — Найди нашатырный спирт. ─ Что… Но зачем? — Не задавай, пожалуйста, лишних вопросов, — словно от назойливой мухи отмахнулся Драко. Он прошел мимо подростка и тихо прошептал: «Севе пора спать», вновь задевшее что-то внутри, а после подошел к камину, забросив в него пару поленьев. Гарри молча проследовал к многочисленным ящичками и быстро выудил из недр одного из них аккуратно подписанный пузырек спирта. Нельзя сказать, что Снейп все это время просто сидел в кресле, наблюдая, как два сорванца хотят его усыпить, но поделать с ними ничего в таком состоянии не мог, кроме как каждую минуту ворчливо напоминать, что они нежеланные гости в этом доме. За то время, пока мужчина их проклинал, Гарри успел налить в стакан воды и добавить пять капель нашатырного спирта, а Драко развел огонь и пытался сдерживать горячащегося Северуса. — Готово, — Гарри подошел к креслу и передал стакан блондину. — Северус, открой рот. А-а-а! — Гарри фыркнул и закатил глаза, наблюдая за этим ребячеством. — Пошел ты. Я… — в этот момент Драко насильно влил жидкость в Снейпа. — Кха, черт бы тебя побрал! — Уже, — самодовольно улыбнулся блондин и пристроился на диване. ─ А ты чего стоишь столбом? Тебе уже пора домой. Закончив мысль на том, что со всем, что тут происходит, он разберется чуть позднее, Гарри четко решил остаться. Дать им двоим уединиться не позволяло благоразумие (кто знает, что за фрукт этот белобрысый), любопытство и… ревность? Гарри старался не задумываться о природе этого гнетущего чувства, охватывавшей жаром все внутренние органы, когда Гарри наблюдал эти приторные ласки и внимание, оказываемое мужчине, но не мог его подавить. Гарри вынул из заднего кармана телефон и набрал номер друга. — Привет, Рон, — спешно заговорил он, стараясь приглушить голос, — слушай, тут такое дело... Мне нужно, чтобы ты меня прикрыл, если вам вдруг позвонит крестный. Скажи ему, что я сегодня переночую у вас. Нет, ничего такого не случилось, просто мне очень это важно… Хорошо, я потом все тебе расскажу. Давай, пока. Гарри сбросил звонок и быстро составил короткое сообщение Сириусу, о том, что останется на ночь сегодня в доме Рона. Отложив телефон на стол, Гарри мельком посмотрел на Драко, а потом решил убрать рассыпавшееся стекло. — Значит, уходить ты никуда не собираешься, я правильно понял? — Да, — безэмоционально ответил подросток, выкидывая осколки. — Ясно, — блондин медленно потянулся, а потом резко опустил руки, сопроводив движение тяжелым рваным вздохом. — Ай, черт. Совсем забыл об этом, — едва слышно произнес Драко, потирая рукой плечо и зажмурив серые глаза. — Тебя вроде Северус учил медицине, не так ли? — Да, — Гарри, желая звучать как можно более холодно и менее заинтересованно, был остановлен внезапной гримасой боли, перекосившей лицо блондина. Вид его стал совсем обеспокоенным. — У тебя что-то серьезное? — Тебе будет виднее, взгляни. После этих слов Драко встал с дивана, взялся за края футболки и одним движением снял ее с себя. На груди и животе никаких повреждений Гарри не заметил и уже подумал, что блондин хотел просто похвастаться своим чуть загорелым торсом, но, когда он повернулся спиной, Гарри застыл в изумлении. Вся спина была покрыта рубцами разной длины и глубины, сделанные либо плетью, либо лезвием ножа. Гарри насчитал пять красных линий и одну, явно самую болезненную, так как она проходила от середины позвоночника до правого плеча и уже начинала загнивать. Все раны были воспалены, и хоть зрелище это было не из самых приятных, действовать нужно было срочно. — Ну что? — Серьезно, но не смертельно. — Говоришь прямо как Северус, — беззлобно хмыкнул Драко, вероятно, и не ожидавший услышать более развернутого вердикта. — Возможно. Ложись пока на диван. Драко послушно лег на живот и, положив голову набок, принялся пристально следить за действиями подростка. — Надеюсь, ты не просто прилепишь слюной мне подорожник на спину, — с насмешкой высказался Драко. — Если продолжишь шутить, так и поступлю, при этом даже не удосужусь его промыть, — съязвил Гарри, начиная раздражаться. Оставив Драко на пару минут, Гарри намочил теплой водой полотенце и, подойдя обратно к дивану, аккуратно протер спину от застывшей крови. Потом подошел к шкафу и достал из него листья алоэ, всегда заготовленные там на экстренные случаи. Гарри аккуратно разрезал листья вдоль, делая полоски потоньше, чтобы хватило на каждый рубец. Отсутствие вечно поправляющего его Снейпа за плечом несомненно ускоряло процесс. — Кто с тобой так? — решился все-таки спросить Гарри, тем временем накладывая алоэ на порезы. — Смотрю, ты достаточно любопытный, — произнес Драко, чуть шипя и корчась, но не стирая улыбки с лица. — Говорят, что все дети с детства — это белое полотно, а родители расписывают его как хотят, не оставляя ребенку места, чтобы самому решать, каким ему быть. Как видишь, я полностью согласен с этими словами. — Полежи так минут тридцать, пока не спадет отек и алоэ не вытянет гной, — сказал Гарри, стараясь не поддерживать тему, явно приносящую Драко боль намного сильнее, чем физическая, — а я пока попробую найти мазь. — Сева, наверное, мог бы тобой гордиться. — Навряд ли, он никогда не был рад моим успехам, лишь презрительно глядел, изредка оценивал скупым «неплохо», и это был максимум, который я мог от него получить. — Северус всегда прячет себя за маской, и я уже, если честно, привык к его такому состоянию, — после этих слов Драко взглянул на спящего Снейпа. — Почему он сегодня такой? День особенный какой-то? Что-то произошло? — Все-то тебе расскажи, — блондин нахмурился. — Если скажу, то уже выйду отсюда только по частям, а я хочу еще пожить, — Драко вправду не собирался ничего говорить мальчишке, но увидев, как тот свел брови в одной точке и задумался, явно вводя себя в тупик, решил, что маленькая наводка никому не повредит. — Северус говорил, что ты любишь читать сказки. Знаешь, что в них неизменно? — О чем ты? — Неизменно только одно — злодеи никогда не будут счастливы. ─ И что это значит? К чему ты это сказал? — Понимай, как хочешь, — Драко улыбнулся, а Гарри перевел взгляд с него на Северуса, пытаясь найти связь, но сказанное все больше походило на бред. Решив проигнорировать слова Драко, Гарри направился к шкафу, вынул из батареи бесчисленных баночек и коробочек мазь, рулон бинта и, сосредотачиваясь, двинулся обратно к своему распластанному на диване пациенту. Убирая листы со спины, подросток увидел, что за покраснениями находились шрамы от таких же порезов. Это значило, что такое обращение Драко терпит не впервые. — Что ты застыл? Как будто боишься прикоснуться. Можешь не волноваться, мазью ты мне такую же боль не причинишь. Гарри молча нанес лекарство на раны, а потом попросил принять Драко вертикальное положение, чтобы перевязать спину. Тот не шелохнулся. Гарри, наклонившись к его лицу, увидел испарину на лбу и то, как Драко с силой сжимает челюсть, пытаясь не издавать ни звука. Гарри уже хотел было помочь, но Драко неожиданно выдохнул и, помогая себе руками, сел на диван. — Не стой давай, бинтуй, — процедил он сквозь зубы. — Тебе будет еще больнее. — Плевать. Пререкаться с ним было явно бесполезно, и, поняв это, Гарри аккуратно перебинтовал спину и грудь. Драко поблагодарил за оказанную помощь и, потрепав парня по голове, взял свою футболку и направился в ванную. — Похоже, пошел застирывать от крови, — почему-то вслух предположил Гарри, поправляя волосы и вспоминая, что Северус так же делал всегда, когда корпел над ссадинами парнишки. — Злодеи никогда не будут счастливы, — проговорил он, пробуя фразу на вкус. — Что же это значит? Подросток подошел к креслу, на котором мирно спал Снейп, и снова заметил, что за рукавом футболки виден рисунок, чем-то похожий на тату. Любопытство с каждой секундой росло, и вот Гарри уже решился поднять рукав, потянулся к нему, но по руке не сильно ударили: — Что это ты тут делаешь? — спросил находящийся прямо за спиной Драко. — Не тревожь, пожалуйста, его, а то разбудишь вселенское зло, и нам хана, — он игриво подмигнул хлопающему глазами Гарри. — Я… пойду лучше к себе, — второпях сказал Гарри, обходя блондина и поднимаясь по лестнице. На четвертой ступеньке он услышал: — Тебе лучше пойти домой. Северус, когда проснется, возможно не будет ничего помнить, но это не значит, что тебя он будет рад видеть. Особенно с самого утра. — Я уйду раньше, чем он откроет глаза, — ответил Гарри и скрылся за поворотом.

***

Следующим утром, как и обещал Гарри, он проснулся раньше всех и спустился вниз. Снейп лежал на диване, а Драко в кресле, и подростку не составило труда догадаться, что блондин перенес Северуса в более удобное место. Хотя поднимать тяжести ему было крайне нежелательно. Удивляться, впрочем, было нечему, поэтому, тихо выйдя на улицу, Гарри направился к платформам. Через час он прибыл в город и сел в автобус. По прибытии домой Гарри открыл дверь и сразу же увидел Сириуса. — Доброе. — Доброе. Ты останешься сегодня? — Нет. Я сейчас пойду в парк с Роном и Гермионой, — ответил Гарри, надевая более теплую одежду, следуя совету радиоведущего, которого он услышал в автобусе, сообщающего о похолодании. — Понятно, — Сириус выглядел так, будто хотел что-то сказать, но в последний момент передумал и ласково улыбнулся. — Тогда хорошо проведи время. ─ Угу, — подросток вышел, закрыв за собой дверь.

***

Гулять по осеннему парку с друзьями было просто волшебно. Рон прихватил с собой фотоаппарат, с помощью которого получилось запечатлеть эти счастливые моменты. После импровизированной фотосессии все дружно направились в кафетерий, где плотно поели и обсуждали дальнейшие планы. Судя по всему, темы для разговора закончились, и тогда Рон спросил то, что Гарри уже успел позабыть. — Гарри, так что вчера такого произошло? — Вчера… — протянул подросток, обдумывая ответ. — Вчера я был у Северуса. В этот момент, казалось, время остановилось, а перед этим позади Гарри произошел взрыв, потому что как еще объяснить, что друзья так шокировано на него посмотрели. Хотя объяснить все же можно. Услышать имя Снейпа из уст подростка не ожидал никто. Да и ладно фамилию, но имя! — Снейп который? — неверяще глядел на него круглыми глазами Рон, надеясь на отрицательный ответ, но Гарри не оправдал ожидания друга и на его вопрос удовлетворительно кивнул. — Но что ты у него делал и вообще, я не понимаю… — Пожалуйста, успокойтесь и послушайте. Гарри вкратце под удивленные взгляды друзей поведал им историю о том, как оказался у Северуса. — Спас?! Учил?! — воскликнул Рон на весь кафетерий, когда Гарри замолчал. — Да как ты еще жив-то остался? — А что с Северусом не так? Что он такого сделал, отчего вы его так ненавидите? — Да он… — Понимаешь, Гарри, — прервала возбужденный поток эмоций Рона Гермиона. — Профессор Снейп — бывший учитель химии и тот человек, который смог навести ужас на всю школу. С ним старались не сталкиваться взглядом и обходили стороной, его холодный взгляд и образ будто могли физически принести боль. На уроках он не раз останавливал речь ученика, говоря, что бред на дух не переносит, и тут же ставил два. И даже если ты хорошо учился, сдавал все на отлично, он своего отношения не менял, каждый раз пытаясь найти место, в котором ты не разбираешься. Не было ужаса реальнее, чем профессор Снейп, а то, что ты называешь его по имени, это, мягко говоря, пугает. — Но он не плохой человек, — спокойно возразил Гарри, решив, что друзья преувеличивают. — Да, иногда хмурый, и хорошего слова от него не дождешься, но я никогда не ощущал себя мишенью для издевательств. Плюс, он друг моей матери, поэтому… — Друг, значит, — перебил проникновенную речь Гарри Рон. — Наверное, и могилу твоей матери вчера посещал? — слова друга обескуражили подростка. — Что… Вчера был день смерти моих родителей? — А ты разве не знал? — Нет… Но ты откуда знаешь? — Ну… Мама с твоим крестным вроде как родственники, и она рассказывала о трагедии, что случилась с твоими родителями восьмого октября. Гарри шокировано переводил взгляд с Рона на Гермиону, а внутри пытался осмыслить сказанное. Получалось, что вчера был день смерти родителей, а крестный даже не сказал об этом. К тому же сам он, похоже, ушел утром к их могилам. Поступок крестного не давал покоя, поэтому Гарри должен был все срочно узнать и убедиться, что Рон сказал правду. Скоро попрощавшись с друзьями, Гарри быстрым шагом вышел из кафе и направился к себе. Когда юноша открыл дверь, то тут же позвал Сириуса. Через пару минут в гостиную вошел крестный и взволнованно спросил, все ли в порядке. — Это правда, что вчера был день смерти моих родителей? — в лоб поинтересовался Гарри, желая поскорее узнать ответ. — Да, — было видно, что Сириус не хотел, чтобы первый этот разговор начал Гарри. — Но почему ты не сказал? Почему скрыл? — Я не хотел ничего скрывать и думал, что мы пойдем вместе, но, когда я вернулся, тебя дома не оказалось, а потом пришло сообщение, что ты у друзей, поэтому я решил тебя не беспокоить, — Сириус выглядел подавленно. — Ты решил?! — негодующе воскликнул подросток. — Да ты все за меня всегда решаешь! Получается, один лишь я был в неведенье. Все знали, даже этот блондин! — Какой еще… — Неважно, — оборвал Гарри Сириуса и глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. — Просто скажи, где они находятся. Я обязан их навестить, — твердо, не давая путей к отступлению, сообщил он. Сириус молча кивнул и взял в руки телефон. Через секунду Гарри пришло сообщение с адресом, и он, натягивая на ходу куртку, быстро выбежал на улицу, направляясь к родителям. Через полчаса он оказался на месте. Среди множества каменных надгробий он нашел стоящие близко друг к другу могилы, на которых были выбиты имена родителей. Холод и сырость вокруг никак не вязались с золотом осени, пышущей в городе, но, видимо, не то это было место, чтобы здесь царила радость. Земля вокруг могильных плит была ухожена и убрана от сорной травы, гранит надгробий украшали два одиноких кровавых цветка. Гарри присел рядом и воткнул в землю лилии, которые купил в ближайшем магазине. — Привет мам, пап. Простите, что никогда вас не навещал. Просто я не знал… Вы, наверное, наблюдаете там за мной и видите, как я жалок, но я стараюсь меняться, правда, — голос задрожал. — У меня появились друзья, и они просто замечательные ребята. Сириус обо мне заботится, хотя и не всегда делает все правильно, но я на него не обижаюсь. А еще… еще есть Северус. Мам, помнишь того черноволосого мальчика, с которым ты дружила? Так вот это он, и не знаю, почему, но он меня вправду спас из того одиночества, в которое меня загнал мир. Хотя, ты, наверное, и так все видела... Гарри сидел на мокрой земле и смотрел куда-то вдаль, рассказывая все то, что с ним произошло. Он чувствовал, будто они вправду стоят рядом и сейчас с улыбкой слушают все, что не смогли увидеть при жизни. Когда Гарри закончил изливать душу, он ощутил, что по щеке спустилась слеза. Вытерев глаза, чтобы они не увидели, подросток встал с земли и, попрощавшись, направился назад, домой.