Eternal Duality

      Кто-то кричал. Это был крик не боли, но отчаяния. Он потонул в реве бушующего пламени и жутком щелчке, с которым челюсти Гримм сомкнулись, прерывая агонию. Пламя охватывало все больше и больше домов, перекидываясь с одного здания на другое. Люди были в панике. Гримм рвали всех на куски. А в центре всего этого безумия, беззвучно роняя слезы, стоял маленький мальчик, держащий за руку свою маленькую сестру. Кто-то кричал. А спустя секунды пламя поглотило и их.       Вайд вскочил с постели, обливаясь холодным потом. Луна все еще заливала окна светом, но уже была готова уступить место рыжему пламени рассвета. Парень, тяжело дыша, смахнул со лба влагу, после чего огляделся. Сперва он не узнал место, в котором заснул, однако, совсем скоро пришло осознание, что все это безумное приключение вовсе не было сном. Он действительно снял комнату в общежитии миссис Редгарден.       Пес, лежащий на подстилке в противоположной части комнаты, с интересом оторвал голову от пола и внимательно наблюдал за тем, как Блеквуд вертит головой, рассматривая помещение. Смотреть особо было не на что, так как комнатушка была очень даже скромной. Отгороженная от комнаты прихожая, где сейчас висело пальто, в полумраке похожее на силуэт притаившегося чудовища. Угол, отведенный под кухню, где стояла плита, стиральная машина, маленький холодильник, а также небольшой столик для одного-двух человек. Пожелтевшие от времени обои в лунном свете приобрели голубоватый оттенок, а не выцветшие еще узоры переливались глянцем. В помещении был очень и очень высокий потолок. Даже вытянув руки, Вайд не смог бы допрыгнуть до него. Наверное, именно поэтому на потолок до сих пор была нанесена скромная побелка, местами отвалившаяся, но прибранная бывшими жильцами. Кажется, это был какой-то одинокий фрилансер. По крайней мере, кофейный след от кружки на приторном подоконнике, а также пепельница рядом намекали на то, что жилец любил посидеть допоздна.       — Даже не смотри на меня. На кровать не пущу, — парень пытался казаться угрожающим, но пес его попыток не оценил. Просто улегся обратно на свое место, закрыв глаза. Лишь виляющий из стороны в сторону хвост давал понять, что животное лишь создает видимость сна. Пес был накормлен, через боль и страдания он был отмыт, но особой радости Вайду это не доставило. Он воспринимался скорее как надоедливый сосед по комнате где-нибудь в колледже.       С горем к парню пришло осознание, что больше сегодня он уже не уснет. Как будто маленький генератор, который иначе называется Проявлением, обеспечивает ему стабильный заряд бодрости. Ну, или просто все дело в том, что он вчера уснул еще до вечера, как только убедился, что пес его уже не побеспокоит. Он до хруста в конечностях потянулся к верху, широко зевая. Руки уже прекратили мелко подрагивать после нежданного кошмара, а мысли постепенно приходили в норму. Он даже не мог толком вспомнить содержание собственного сна. Ничего, помимо огромного пожара и кучи Гримм. Его вновь передернуло. Приснится же такое. Подавив в себе желание сплюнуть прямо на пол, парень вылез из-под одеяла. Одежда кучей лежала перед кроватью, он не озаботился аккуратным ее укладыванием. Впрочем, он и не собирался сейчас ее надевать, вместо этого босыми ногами прошагав до холодильника. Свет лампочки показался ослепительно ярким, он зажмурился и наощупь достал из дверцы холодильника бутылку простой воды. Крышка отправилась в дальние дали и не успела даже пола коснуться, а парень уже осушил половину емкости. Жадно глотая влагу, он напрочь игнорировал капли, падающие на грудь и холодящими струйками стекавшие ниже. В комнате действительно было ощутимо холоднее, чем даже в коридорах нижних этажей. Но именно спасительная прохлада и была сейчас нужна Блеквуду больше всего на свете, ведь единственное, что сейчас мешало ему жить — нестерпимая духота. Он поставил опустошенную бутылку рядом с холодильником, после чего направился к окну, чтобы настежь его распахнуть. Комнату тотчас наполнили потоки прохладного ночного воздуха и многочисленные звуки города, который, как уже давно известно, никогда не спит. Звезд на небе почти не было видно из-за молочной пелены облаков, то и дело заслоняющих собой даже расколотую луну. И все же Вайду это не помешало представить, что где-то там звездное небо лукаво подмигивает ему мириадами глаз, напоминающими драгоценные камни.       — Вуф! — безымянный пес глухо гавкнул, привлекая внимание. Вайд опустил взгляд на этого серого паразита, после чего буквально по глазам прочитал все намерения этого блохастого.       — Только попробуй!       — Вуф!       — На колбасу пущу!       — Ву-ув!       — Не хочу я!       — Аву?       — Черт с тобой, потерпи еще немного, — сдался парень, закатив глаза. Подобрав с пола свою одежду, он спешно натянул на себя джинсы с футболкой, после чего направился в сторону прихожей, где его ожидали ботинки. Пальто он решил не брать, чтобы немного освежиться и проветриться.       Он закрыл за собой дверь, щелкнув замком, после чего спешно последовал к лестнице, так как лифт в этом доме мог быть разве что-то в чьих-то фантазиях. Сказать по чести, Вайд понятия не имел, где в городе можно выгулять собаку, но, наверное, псу будет куда виднее, где делать свои грязные дела. На улицах пусто, что очень кстати. Не пойман — не вор, верно?       Руководствуясь этой железной логикой, Вайд с четвероногим недругом тенями скользили по улицам Вейла, чтобы пес мог оставить везде свой след. Парень даже допустил мысль оставить его здесь, а самому сбежать обратно, но что-то не дало ему поступить так подло. От одной мысли, что этой надоедливой псине снова придется остаться в одиночестве на холодных улицах без всякого намека на еду, на душе становилось как-то тоскливо. Но если он и дальше продолжит смотреть на него таким невинным и одновременно обожающим взглядом, то он точно сделает что-то плохое. Например… Ничего из того, чем мог бы угрожать ему. Рука не поднималась на этого блохастого. В прямом смысле. Даже трогать его лишний раз не хотелось. А он все ластился, все терся об штанину, виляя хвостом. В конечном итоге даже Вайд не выдержал — расщедрился на почесывания за ушком и поглаживание по спине. В конце концов, он уже не грязная дворняга, а вполне себе чистая. Да и, с о-очень большой натяжкой, Вайда теперь можно назвать его хозяином. Хотя, если кто спросит его мнения, он бы предпочел вообще не заводить животных. О себе бы позаботиться.       Внезапная мысль молнией поразила парня, заставив остановиться в середине шага. Почему? Какое право он имеет заботиться только о себе, в то время как где-то там, в Мистрале у него есть сестра, о которой он, к своему стыду, сумел напрочь позабыть? Совсем не обращая внимания на ставшую привычной головную боль, он направился к ближайшему терминалу, откуда можно было связаться с кем-то даже без наличия свитка. Пусть сейчас он не может перевести ей ни льены, но хотя бы убедиться, что с ней все в порядке, он обязан.       Искомый терминал обнаружился на соседней улице в компании своих товарок, стоящих в ряд под освещенным навесом, разделенным на бездверные кабинки. Рука сама собой скользнула в карман джинс и выудила оттуда льены, а вторая активно забарабанила по сенсорной панели, почти наугад нажимая нужные кнопки. Сейчас, зная свою фамилию, ему было куда проще найти Мэй Блеквуд в списке находящихся в базе номеров. Напечатав нужное имя, система действительно выдала ему очень небольшой список из всего трех человек, один из которых и вовсе был мужчиной из Вакуо. Но молодую девушку восточной наружности он узнал сразу, с первого взгляда. Палец в нерешительности застыл над кнопкой «Звонок». Собравшись с духом, он даже сильнее, чем необходимо, нажал на сенсорную панель. И лишь в самый последний момент он озаботился временем суток, которое сейчас должно быть в Мистрале. Благо, простая цепочка умозаключений позволила ему понять, что если в Вейле скоро рассвет, то в Мистрале должен быть день или вечер. Он облегченно выдохнул как раз в тот момент, когда с другой стороны на него уставилась миловидная девушка.       — З-здравствуй, Мэй. Рад тебя видеть, — неловко начал он.       — Вайд! Бог ты мой, а я-то как рада! Ты не выходил на связь почти два дня. Как ты там? Все в порядке? Встретился с этим твоим другом? — красноглазая начала оживленно заваливать брата вопросами, на которые тот едва успевал отвечать. Наверное, не меньше пары минут прошло прежде, чем Блеквуд сумел убедить сестру, что с ним все в порядке. Нагло соврал, разумеется, но куда деваться? С той стороны раздался удивленный вздох. — У тебя ночь, что ли? Что ты делаешь на улице так поздно? А, погоди… Что ты делаешь на улице так рано?       — Гав! — пес спас парня от необходимости объясняться. Но сразу за этим последовал оглушительный визг восхищения, от которого у Вайда, стой он рядом, заложило бы уши. Мэй начала оживленно рассказывать брату о том, какой он молодец, что решил, наконец, завести собаку, несмотря на свою глупую детскую фобию. Так вот оно что!       — Стоп-стоп. Ты лучше мне расскажи, как твои дела? — воспользовавшись секундной паузой, пока девушка переводила дыхание, спросил парень. Та ответила не сразу, накручивая длинный светло-фиолетовый локон на палец. В отличие от брата, у Мэй волосы были куда светлее.       — Ну-у… За те два дня, что тебя не было, я успела совсем заскучать. Я знаю, что ты не любишь, когда я лишний раз напрягаюсь, но… Тут, блин, реально делать нечего! — она эмоционально всплеснула руками, а у Вайда отлегло от сердца. Он уж было подумал, что случилось что-то серьезное. Но ему все еще было интересно, какой способ избавиться от скуки придумала его непоседливая сестренка. — В общем, я устроилась на работу. Прикинь, мне пришло предложение аж из Хейвена! Вот уж не думала, что придется заниматься кибербезопасностью в академии охотников! Это же по-любому ты договорился, да? Колись!       — Все может быть, — Блеквуд туманно улыбнулся, на деле понятия не имея, договаривался ли он вообще хоть о чем-то. Ну а разговорчивая Мэй все продолжала оживленно щебетать о том о сем. Парень слушал ее треп с легким сердцем, чувствуя, как гора валится с плеч с каждой секундой прослушивания этого высокого голоска. Даже пес проявил интерес, встав на задние лапы, а передними оперевшись на стенку. Тогда-то его и заметила камера, так как сам терминал был достаточно низким.       — Какой милашка! Как назвал? — спросила девушка. Вайд задумался. До этого ему даже в голову не приходило, что псу нужно имя. Достаточно было просто называть его Псом, или Эй. Но сейчас необходимо было срочно придумать хоть что-то, иначе еще одной волны расспросов не избежать.       — Макс. Его зовут Макс.       — Как бана-ально, — Мэй зевнула, и парень не удержался от повторения заразительного действия. — Извини, но я сегодня первый день отработала. Так вымоталась, что писец просто. Я уже догадываюсь, почему ты звонишь с терминала, так что свяжемся позже, ок? Люблю тебя, бро.       Звонок прервался и изображение девушки пропало с экрана, сменившись списком услуг, предоставляемых многофункциональным терминалом. Вайд отошел в сторону и присел на лавку рядом, вытянув ноги. Что ж, можно сказать, что день начался не так уж и плохо. По крайней мере, память больше не подкидывала никаких сюрпризов, и он неожиданно не обнаруживал, что за его голову назначена огромная награда. А это, как ни крути, радовало.       Он потянул носом свежий утренний воздух. Пустые улицы, редкие машины — какая благодать. Сейчас было еще слишком рано, чтобы народ добровольно покинул теплые постели — только-только забрезжил рассвет, окрашивая небо в светлый градиент утренних цветов.       — Ладно, Макс, пошли домой, — Блеквуд поднялся с лавки, и пес поднялся следом, хвостом увязавшись за хозяином. — По пути заскочим в воллмарт, потратим последние деньги… Ну а потом придется навестить старых друзей.

***

      День по-хозяйски отнял у ночи небосвод, вступив в свои права и освещая город утренними лучами. Дома и многочисленные башни Вейла отбрасывали длинные тени, из-за чего, блуждая в них, прохожие всякий раз зябко ежились от утренней прохлады. Небесная лазурь укуталась в дырявый облачный костюм, однако, уже через пару часов ветер грозился сдуть все облака к северу. Все еще может десять раз перемениться, но дождя, как вчера, уже точно не будет. И это бесконечно радовало спешащую на работу девушку. Вторая пара казенной полицейской формы, которую она еще вчера забрала из химчистки, сейчас выгодно подчеркивала все изгибы взрослого тела, а на груди золотом блестел значок, которым она по праву гордилась. Еще бы! Не каждому вчерашнему курсанту — она вообще до сих пор считает, что первая в своем роде, — удается попасть в напарники к настоящему охотнику! Лаванда Грейн была искренне счастлива получить эту должность, и каждый день для нее является едва ли не праздником. Да, они проработали вместе всего несколько месяцев, но за это время Лаванда успела почерпнуть немало опыта.       Свернув на очередном повороте, девушка решила сократить путь до участка через двор. Улицы Вейла, вверенные в ее руки, были спокойны, и это невероятно радовало девушку. Она с небывалым энтузиазмом принималась за работу всякий раз, когда подворачивалось даже самое мелкое дело. Она искренне верила, что даже такие крохи, как раскрытие мелкой кражи в магазине, в сумме помогут Вейлу почти так же, как крупные дела, которые ее более опытные коллеги распутывают неделями и месяцами.       Пухлые губы на чуть смугловатом лице сжались в линию, когда Лаванда вспомнила реакцию коллег на ее напарника. Полиция не очень жалует охотников, особенно, когда те лезут в их работу. Но, как Грейн уже сама убедилась, ее напарник во многом отличался от других охотников. Подумать только, он сумел договориться с ее начальником, чтобы его официально приписали к ее участку! Мистер Гаррис просто невыносимый человек и каждый визит к нему для девушки — высшая мера наказания. А вот он — смог. Не просто смог, но еще сумел расположить мужчину к себе. Этот охотник был удивительным, во всех смыслах, человеком. Хотя Лаванда иногда сомневалась, что он вообще был человеком. Рядом с ним как будто витала неуловимая аура легкости и тепла, которая просто лишала всякой возможности испытывать негатив. По крайней мере, она не помнила, чтобы хоть когда-то высказывала ему свое недовольство за слишком легкий и ветреный характер. Но не все ли охотники такие? Со странностями, в смысле.       На этой ноте девушка покинула двор и вновь оказалась у дороги, поморщившись от шума идущей стройки, перебивающего музыку в наушниках. Индустриальный район последние пару лет активно перестраивается, из-за чего подобная картина с кучей людей в светоотражающих жилетах и касках — отнюдь не редкость.       Грейн аккуратно шла по тротуару, скрывшись под строительными лесами, так как там сейчас был организован своеобразный проход. Шум отбойного молотка и какой-то треск сверху совсем перебили звуки музыки, заставляя девушку морщиться и бороться с желанием заткнуть уши, чтобы не слышать этой производственной какофонии. Строители что-то кричали друг другу про вывеску, но девушка не обращала на это совершенно никакого внимания. Видят боги, зря.       Знакомый треск, перемежавшийся с криком рабочего, вновь донесся до слуха полицейской, на этот раз заставляя вскинуть голову. Огромная вывеска с рекламой зубной пасты под действием неумолимой гравитации неслась вниз, прямо на нее. Все тело как будто парализовало, она не могла даже пальцем пошевелить от сковавшего ее ужаса. Мгновения растянулись до минуты. Она сумела в мельчайших деталях разглядеть рекламу на вывеске. В голову юркнула мысль, что вот так она и умрет, не став героем для людей, раздавленная громадной зубной пастой. Браво!       Как вдруг…       От страшного грохота заложило уши, девушка зажмурилась и не видела ничего, кроме беспросветной темноты. Лаванда уже было подумала, что это и есть загробная жизнь: темное и одинокое ничто. Но нет, она просто все еще продолжала усиленно жмуриться, совершенно не заметив, что все еще жива. Робко приоткрылся сначала один зеленый глаз, затем второй, а после девушка и вовсе бесстыдно пялилась на человека, который навис над ней. Бледный красноглазый парень вытащил ее в последний момент, после чего они вдвоем повалились на тротуар. Из-за действия адреналина только сейчас до Грейн начало доходить, что же произошло. Но вместо того, чтобы отблагодарить своего спасителя, она, взвизгнув, сбросила парня с себя.       — Ух, епт… Вот она, полицейская жестокость, — простонал спаситель, кажется, ударившись затылком о бетонную плиту. Рядом суетились строители, матерясь и крича друг на друга. Полицейская и парень их, похоже, не интересовали от слова совсем — переложить ответственность важнее.       — Это не так! — запротестовала Лаванда. — Я… Прости. Я не специально. Ты в порядке?       — Так-то я тут герой-спасатель и это мой вопрос, — он поднялся, встряхнув гривой длинных темных волос. Он подал девушке руку, помогая подняться, после чего начал активно стряхивать пыль со своего пальто. — Хорошо, будем считать, что мы оба в порядке.       — А? У-угу, — проблеяла Грейн, все еще дрожа от пережитого. Черт, она же опоздает на работу! Взгляд на свиток заставил длинные пепельные волосы на голове девушки едва ли не дыбом встать от ужаса. — Я опаздываю! Опаздываю!       — Стой! Ты дрожишь, как кролик. Я провожу, — совершенно неожиданно вызвался спаситель. Он свистнул кому-то, после чего к ним, виляя хвостом, подбежал серый пес. — Это Макс, и я очень надеюсь, что он не кусается.       — Не стоит. Участок совсем недалеко, — она попыталась откреститься от неожиданной помощи, но парень был глух к ее словам, сославшись на то, что ему все равно нужно в ту сторону. В сторону порта, если быть точнее, но это и правда в той же стороне.       Лаванда семенила впереди, в то время как ее спаситель, так и не назвавший свое имя, шагал следом. На каждый его шаг приходилось два от нее, но она все равно не сбавляла темп, даже напротив. Вот впереди и показались дубовые двери участка. Девушка поборола в себе желание перейти на бег, лишь бы не получить выволочку от начальства, однако цифры на часах поселили в ее душе надежду. У нее осталось еще десять минут. Она выдохнула, чем привлекла внимание своего попутчика и его пса.       — Тебе бы отряхнуться, — посоветовал тот. — Конечно, можешь надеть на меня наручники и сказать, что поймала по дороге, но навряд ли это прокатит.       Она поблагодарила его за совет, после чего прямо перед дверью с вырезанным на ней гербом Вейла начала стряхивать с себя пыль. Это не заняло много времени, хоть парень и воздержался от помощи. Он вообще подозрительно усердно пытался смотреть исключительно ей в лицо, ни в коем случае не ниже. Знакомая реакция, с которой ей приходится сталкиваться уже не в первый раз. Она лишь усмехнулась на потуги этого джентльмена, не сразу осознав, что в участок он также проследовал за ней.       Внутри участок был точно таким же, как множество других, раскиданных по всему городу. Стойка регистрации, зона ожидания, небольшое количество людей, куда большее количество полицейских и неповторимый запах, который даже классифицировать сложно. Что-то среднее между больницей и библиотекой. У стойки регистрации девушка заметила своего напарника, весело болтающего с дежурным. Тот также обратил внимание на вход, отсалютовав ей рукой со стаканчиком кофе. Но его взгляд изменился, когда он заметил ее спутника.       — Вайд?! — воскликнул охотник.       — Марко?! — вторил спаситель.       — Вы знакомы?! — в стороне не осталась и полицейская. Но ее вопрос был напрочь проигнорирован, в то время как Бискотти почти мгновенно оказался прямо перед ней, до смерти перепугав. Он схватил ее за плечи и тряс, отчего у нее закружилась голова.       — Ланди, прошу, что бы он ни натворил, отпусти его, пожалуйста! Он раскаивается и обещает больше так не делать! — на грани паники тараторил Марко, не прекращая трясти полицейскую. — Да, Вайд подлец и негодяй, но это не повод вести его в участок. Прошу, прости его!       — Эй-эй, Марко, окстись! Спокойно, — названный Вайдом в успокаивающем жесте поднял руки перед собой. Похоже, охотник только сейчас заметил отсутствие наручников на его руках. — Никто меня сюда не приводил… Погоди-ка! Это кого ты, скотина рыжая, сейчас подлецом и негодяем назвал?!       — Я не со зла! — мгновенно нашелся охотник, выставив указательный палец. Удивительно, но его друг почти в мгновение остыл, хотя до этого выглядел довольно угрожающе. Они оба создавали просто невероятный контраст, даже слишком. Жизнерадостный и светлый Марко и стоящий напротив мрачный и темный Вайд. Лаванда, конечно, благодарна за спасение и все такое, но ее этот парень все равно немного пугает.       — Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? — не выдержала девушка.       — Да, и мне, пожалуйста, — поддержал спаситель.       — Ох… — Бискотти почесал затылок, обреченно вздохнув. — Может быть, кофе?       — Да, пожалуйста, — кивнула полицейская.       — Не откажусь.       — Хватит меня поддерживать! — вспылила Лаванда, грозно — ей так казалось — взглянув на друга ее напарника. У того на лице отразилось искреннее непонимание. Он посмотрел на нее так, будто бы она вознамерилась методом вероломного обмана лишить его вожделенного утреннего кофе. Собственно, это бы она и сделала, если бы не осознала, какую глупость сморозила. Боги, а ведь они оба старше ее, по меньшей мере, на два года. Стыд-то какой!       Марко призвал их следовать за собой, прямиком к торговому автомату, переполненному разного рода снеками, шоколадными батончиками и прочими вредными продуктами. А вот рядом, неприметная на фоне цветастого товарища, стояла кофе-машина, к которой спустя секунду прилип Марко, быстро тыкая на нужные кнопки. Они вдвоем даже не успели возразить ничего по поводу того, что он сам оплатил их кофе. Он оставил их лишь бессильно скрипеть зубами. А уже спустя две минуты кофе был готов.       — Итак, что произошло? Ланди, ты первая, — оперевшись на стену, Бискотти кивнул в ее сторону.       — Не называй меня так! И… Ну…       — Я ее спас, — перебил Вайд, за что получил болезненный тычок в ребра. — А сейчас-то тебе что не нравится?! Никакой благодарности, просто пиз…       — Не выражайся! — Марко осадил друга до того, как тот разразился матерной тирадой. — Говоришь, спас ее? Ну, тогда забудь все, что я тогда говорил про бар. Теперь мы квиты.       — Эй! Это когда это я способом вернуть долг стала?!       — Она у тебя всегда такая шумная? — с внушающим уважение пофигизмом спросил Вайд.       — Почти, — был ответ. После этого парни синхронно рассмеялись, крепко пожав друг другу руки.       — Эй!

***

      Диван в углу тихо скрипнул под весом присевшего Вайда. Парень расслабленно откинулся на мягкую спинку и закинул ногу на ногу, с блаженным видом наблюдая, как вокруг суетятся люди, а он, попивая кофе, ожидает, пока Марко вернется из своего кабинета. Подумать только, свой кабинет! Во дает мушкетер!       Бискотти предусмотрительно отправил свою подчиненную по каким-то мелким делам в кабинете, в то время как сам скрылся в архиве по просьбе Блеквуда. Оказалось, было достаточно лишь обронить фразу о том, что у него может быть досье на нужного человека, которого Вайд может знать, как охотник уже на всех парах несся к закрытой металлической двери, за которой Вайд мельком разглядел кучу стеллажей, доверху забитых папками и ящиками с вещдоками, прикрепленными к делам. Он плохо разбирался в том, как работает полиция, но даже ему хватило ума понять, что это место для них очень важно.       Хлопнула дверь, в помещении поднялся шум. Двое полицейских с очень уставшим видом протащили под руки мимо парня какого-то дебошира, который изо всех сил рвал глотку, крича что-то про права фавнов и про то, что Белый Клык всех их уничтожит. Вайд вгляделся в его лицо и с легкой усмешкой пригубил кофе. Это был тот самый фавн, толкнувший его на перекрестке. Уж у Блеквуда память на лица просто отличная. Ну и поделом. Нечего честных людей средь бела дня стращать. Полицейские увели фавна дальше по коридору и вскоре скрылись за углом, наверняка направившись к камерам пятнадцатисуточников или десятисуточников.       А Марко что-то задерживался. Его не было уже почти пятнадцать минут, как и его подчиненной Лаванды. Впрочем, так только показалось. Легкий хлопок по плечу вывел Блеквуда из созерцательной прострации, вынуждая снова пригубить уже остывший кофе. За его спиной стоял Марко, держа в руках желтоватую папку, даже слишком тонкую, чтобы быть чьим-то досье. Ее-то он и вручил Вайду без всяких сомнений, хотя, несомненно, не имел ни малейшего права так поступать. Но иногда доброта толкает людей на совсем уж странные поступки — в этом Вайд уже успел убедиться. Результат такой доброты сейчас смиренно ждет под дверью участка.       — Прежде, чем ты получишь доступ к информации, за которую мне могут дать реальный срок, я должен спросить, — Бискотти очень внимательно вгляделся в лицо собеседника, удерживая его руку. Слишком непривычно было видеть его столь серьезным. И тем не менее, это выражение лица исчезло, как только Вайд медленно кивнул. — Зачем тебе этот человек? Что вас двоих связывает? Я задержался потому, что просто из интереса решил поискать и твое имя в списке составленных досье. Но о тебе там не было даже упоминания. Как и в базе охотников, кстати.       — Ты подозреваешь меня в чем-то? — ровно спросил Блеквуд, пока его лицо медленно превращалось в каменную маску, непроницаемую для эмоций.       — Это всего лишь моя работа, — охотник отпустил его и пожал плечами, переменившись в лице. Однако цепкий взгляд все еще продолжал следить за действиями Блеквуда. — Так ты ответишь на мой вопрос? Что связывает тебя и Хэй Шонга? Зачем тебе понадобился крупнейший информационный брокер, на которого мы уже три года ничего нарыть не можем?       — Слушай, Марко, я вообще не уверен в том, что мне нужно к нему. Я просто знаю, что он может мне помочь. Я прибыл в Вейл с определенной целью, и эту самую цель я собираюсь выяснить, хочешь ты этого или нет, — твердо ответил Блеквуд, после чего отвернулся от охотника, с интересом разглядывая документ.       Имя, внешность и возраст человека не стали для него открытием, так как он смутно припоминал их совместную болтовню. Что его, пожалуй, удивило больше всего, так это количество предполагаемых грехов, которые на него хотели повесить полицейские. Но были вынуждены сидеть тихо и ждать подходящего момента, так как с точки зрения закона Хэй был абсолютно чист, а у них не было никаких доказательств. Даже ордера на обыск его квартиры или арест они никогда не получали. Он был самым обычным владельцем одного из лучших клубов в индустриальном районе, а по совместительству тамошним барменом. Конечно, Вайд прекрасно знал, что все обвинения полиции отнюдь не беспочвенны, но самолично зарывать свой шанс выяснить правду он не собирался. Зато у него теперь есть отличный рычаг давления на Шонга, который он непременно использует, если тот доставит ему хоть сколько-нибудь проблем. В подполье только так. Там нет друзей, лишь деловые партнеры. И память, клочками возвращающаяся вместе с головной болью, то и дело подтверждала его выводы, подкидывая все новые и новые образы ужасов, творящихся на дне.       — Эй! Вайд, черт тебя дери! Вайд, блядь! — только сейчас парень заметил, что Марко с очень обеспокоенным видом зовет его. Тогда же Блеквуд обнаружил, что все его тело мелко дрожит, а перед глазами бегают светлые мушки, исчезающие, стоит лишь навести на них взгляд. Бледное лицо запечатлело выражение «Это опять произошло, да?». — Мужик, у тебя кровь носом пошла. Погоди, я сейчас принесу платок и чего-нибудь холодного.       — Марко, я законч… — охотник промчался мимо Грейн, удостоив ту лишь беглым «Сейчас вернусь». — Ого, что тут произошло? Вы подрались, что ли?       Вайд не ответил, вместо этого зажав нос рукой и запрокинув голову. На языке встал солоноватый привкус металла, такой знакомый и такой ненавистный. Блеквуд едва сдерживался от того, чтобы прямо сейчас подорваться и направиться к Шонгу, чтобы выяснить все раз и навсегда. Даже дебилу будет понятно, что он по какой-то причине связан с подпольем. Более того, память услужливо подсказывала, что он не сам направился сюда из Мистраля, а его отправили. Перед глазами, как наваждение, появился образ красивой черноволосой девушки с выразительными золотыми глазами. Она смотрела прямо на него, протягивая руку в знак сотрудничества, а на ее лице, как будто выточенном из мрамора, отразилась едва уловимая ухмылка. Блеквуд почти инстинктивно потянулся к ней, как будто от этого зависела вся его жизнь. В висках набатом билась кровь. В ушах какофоническим хором звенели сотни обещаний власти, денег и могущества, но все это было ничтожно в сравнении с тем, что предложила она...       Вайд подорвался с дивана, перепугав девушку, после чего быстрым шагом направился к выходу из участка, напоследок бросив что-то вроде «Мне нужно идти». Он едва не столкнулся с Бискотти по пути, но и ему сказал, что свяжется с ним позже, а сейчас у него есть очень важные дела. Блеквуд едва не срывался на бег. Верный пес тут же последовал за ним, но парень лишь на границе сознания отметил его присутствие, после чего, не сбавляя шаг, направился в сторону порта.       Улицы Вейла проносились мимо, как и сотни прохожих, на которых парень не обращал совершенно никакого внимания. У него была цель. Наконец-то он сумел вновь найти ее. Та девушка. Он должен найти ее, иначе… Сложно сказать, что иначе, так как дырявая память не спешила давать ему подсказку. Но важность этого человека нельзя было отрицать. Один из множества фрагментов паззла воспоминаний начал собираться воедино, приоткрывая ему завесу тайны собственного прошлого. Его руки непроизвольно сжались в кулаки от нахлынувших подобно цунами эмоций. Если бы он не был в городе, то точно стал бы самым ярким маяком для Гримм во всей округе. Чувства переполняли его. Там была и злость, и радость, и даже отчаяние с искренним счастьем — все это доселе было скрыто, надежно спрятано в недрах его сознания. И сейчас все это вырвалось наружу в виде сиротливой слезинки, скатившейся по щеке парня.       Вот и показался смутно знакомый переулок, дорога, ведущая в тупик, и неприметное трехэтажное здание, которое и было нужно Вайду. Охранники без всяких вопросов пустили его внутрь, один из них даже придержал перед ним дверь, за что удостоился быстрого благодарного взгляда. Блеквуд буквально ворвался внутрь, перепугав внутреннюю охрану. Два громилы в черных смокингах едва не похватались за оружие, но стоило им увидеть, кто решил их навестить, те сразу обратились в безразличные статуи.       С левой стороны от входа располагалась барная стойка, к которой и направился Вайд, а посреди крупного помещения находился танцпол, переполненный развлекающимися людьми, конвульсивно дергающимися под электронную музыку. По периметру танцпола возвышались декоративные стеклянные колонны, а также некие подобия декоративных деревьев, предположительно, сделанные из темного стекла. Ну а прямо над танцевальной площадкой находится вращающееся кольцо прожекторов, слепящее разноцветными огнями всякого, кто осмелится задрать голову к потолку. Вайд не осмелился, вместо этого он пулей подлетел к барной стойке, насмерть перепугав нужного ему бармена. Хэй Шонг, он же Джуниор, во все глаза таращился на нежданного гостя, едва не выронив из рук стакан с чем-то алкогольным.       Вайд заметил, как с обеих сторон к нему подошли две невысокие девушки, как две капли воды похожие друг на друга. Одна из них была одета в красное платье и носила короткую стрижку-каре, в то время как вторая носила белое платье и длинную прическу. Их шелковистые черные волосы и светло-зеленые глаза приковывали к себе взгляд. Возможно, Вайд бы даже предпринял попытку познакомиться, если бы не угрожающие выражения на их лицах.       — Босс, этот парень тебя достает? — несколько жеманно спросила красная. Хэй отрицательно покачал головой, махнув им, чтобы те отошли в сторону, но не слишком далеко. Гордо подняв головы, близняшки удалились, оставив мужчин наедине.       — Что ты здесь делаешь? И почему у тебя вся рожа в крови? — угрожающе спросил Джуниор, склонившись над барной стойкой. Огромный рост позволял мужчине возвышаться над Блеквудом почти на голову. Парень, не имея возможности давить ростом, надавил тяжелым взглядом. Воцарился паритет и пятисекундное молчание.       — Прибыл… По работе, — уклончиво ответил он. Торговец информацией — последний человек, которому нужно говорить о своих целях. — Ты знаешь, кого я ищу. Где она?       Хэй шумно сглотнул, явно поняв, о ком зашел разговор. Его взгляд забегал, а руки то и дело порывались поправить удушающий галстук. Вайд же не сводил с него змеиного немигающего взгляда багровых глаз, продолжая усиленно давить. Вскоре бармен сдался. Он уже набрал в грудь воздуха, чтобы что-то сказать, как вдруг резко выдохнул, как будто бы получив сильный удар под дых. Испуганный взгляд устремился куда-то за спину Блеквуда. А сразу после этого он ощутил касание мягкой ладони на своем плече. Мягкое, но нестерпимо обжигающее, словно обладательница ладони пылала изнутри. Он обернулся, чтобы лицом к лицу столкнуться с ухмыляющейся девушкой в вызывающем красно-золотом платье. Ее золотые глаза сияли точно так же, как в воспоминании, а жар, исходящий от ее рук, был даже больше. И все же Вайд ответил ей встречной улыбкой.       — Здравствуй, Синдер…