Часть 18
12 октября 2020 г., 22:37
— Что ты видишь? — спросил Озпин, когда Вайд подошел к огромному окну в его кабинете и взглянул вниз с высоты башни Бикона.
— Академию, — он безразлично пожал плечами. Общежития, амфитеатр, столовую, библиотеку. Ничего необычного.
— А я, каким бы избитым клише ни являлась эта фраза, вижу здесь возможности, — директор вручил преподавателю чашку с, судя по первому недоверчивому глотку, горячим шоколадом. — В общежитиях живут будущие охотники, в амфитеатре они оттачивают свое мастерство до совершенства, в столовой они набираются сил, а в библиотеке черпают знания, как и в аудиториях. Если мыслить в этом ключе, то все становится несколько романтичнее, правда?
— Не без этого, — согласился Вайд. — Неплохой шоколад, кстати, спасибо. Но я все еще не понимаю, зачем вы все это мне показываете?
Мужчина улыбнулся, оторвав взгляд от созерцания картины суеты в академии, которую сам и построил. Вайд сделал еще один глоток сладкого напитка, ожидая ответа. Он никак не мог уловить и понять ход его мыслей.
— Охотники — это сила, с которой нужно считаться, — заявил Озпин, заставив Вайда приподнять бровь. — Каждый год эта академия выпускает не менее пары десятков хорошо обученных охотников, мастеров по уничтожению Гримм и любых других врагов человечества. То же самое происходит и в других королевствах. Атлас, Хейвен, Шейд — точно такие же академии, как и Бикон. Из года в год они приумножают силы охотников. Впечатляет, не правда ли?
— Да, — кивнул Вайд, все еще не совсем понимая, к чему мужчина клонит. И почему нельзя сказать все прямым текстом?
—Ты и сам принимаешь непосредственное участие в обучении будущих защитников человечества. Это повод для гордости, — льстиво сообщил мужчина, рискнув положить руку на плечо собеседника. Вайду, несомненно, было приятно слышать похвалу в свой адрес, но его недоверие было сильнее. Скорее луна окончательно развалится, чем Вайд перестанет быть настороже рядом с директором Бикона. А тот тем временем продолжал: — Возможно, именно ты станешь залогом победы человечества в битве с Гримм. Твои опыт и сила в этой нелегкой схватке могут сыграть немалую роль.
— Вы правда верите в то, что Гримм можно уничтожить? — скептически поинтересовался Блеквуд, одарив директора взглядом, полным сомнения. Вайд своими глазами видел, как рождаются Гримм, ощущал безысходность, наблюдая за тем, как черные тени хищно разбредаются по всем сторонам света, покидая темный край. Удивительно, что Озпин об этом не знает. Или же имеет какие-то свои мысли на этот счет.
— Несмотря на мой возраст, я остаюсь мечтателем, с надеждой смотрящим в будущее. Так что да, я верю в это, — губы мужчины растянулись в искренней улыбке. Выражение его лица в этот момент выглядело настолько естественно, что Вайд даже почти поверил, что демонстрируемые им эмоции не являются фикцией. — Через три дня ты отправишься на Вайтел вместе с Бартом. Я даже немного завидую. Титул советника накладывает массу ограничений, из-за чего и перерыв на разговор вроде этого выкроить удается далеко не всегда.
— Вам, похоже, нравится Вайтел, — предположил парень, скрыв в этом предложении немалую долю беззлобной иронии.
— Да. Хорошее место с великой историей. Иногда я посещаю его, чтобы напомнить себе… — он замолчал, всмотревшись в небесную лазурь. Вайд проследил за его взглядом и поймал одинокого ворона. А может быть и ворону, как знать. Так или иначе, птица спокойно рассекала воздух смольными крыльями, напоминая совсем крохотного птенца Невермора, отбившегося от стаи. Присоединившись к наблюдению за птицей, наслаждающейся ощущением свободного полета, Вайд спросил:
— Напомнить о чем?
— О том, за что сражаемся ты и я. МЫ — охотники…
Вайд открыл глаза, когда шаттл тряхнуло при посадке. Он умудрился заснуть почти сразу после того, как занял более-менее стабильное положение в буллхеде. Прошло немало времени, прежде чем все приготовления оказались закончены и медлительные члены археологической экспедиции закончили паковать свои вещи по багажным отделениям. Исключением был разве что Ублек, который, казалось, сумел уместить вообще все необходимое в один походный рюкзак. А то, что не влезло, распихал по карманам своего песочного плаща. Разве что термос свой он из рук так и не выпустил. Вайд долго гадал, что же это за охотник такой, который при себе вообще не имеет никакого оружия, не считая иглы на циркуле и жесткой щетины на щетке.
Вайд прикрыл лицо ладонью, как бы пытаясь смахнуть навалившуюся и не спешащую отпускать сонливость. Странный разговор с Озпином до сих пор не давал ему покоя, принеся с собой еще больше вопросов, нежели ответов. Блеквуду критически не доставало понимания всей картины, которая разворачивается между Озпином и Сейлем, чтобы более детально разглядеть тот фрагмент, где запечатлен он сам. Чувствовать себя вовлеченным в хитрый план, но не иметь возможности понять его до конца — ужасное ощущение. Впрочем, Вайд бы покривил душой, если бы не признался себе, что пару дней назад сам оказался на месте Озпина в такой же ситуации. Он обеспечил себе стабильный источник информации о том, что происходит на базе в его отсутствие, а также о всех передвижениях Синдер. Теперь у него есть свои шпионы в стане… Врага? Нет, навряд ли машину, построенную ими, он мог считать своим врагом. Синдер — вот кто является его врагом. И, вероятно, его импульсивность едва не сыграла с ним злую шутку, когда он собирался в открытую прийти на базу, чтобы разобраться со всем здесь и сейчас. Но тщательно все обдумав после разговора с Озпином, он сделал то, чего от него навряд ли кто-то ожидал — начал плести собственную паутину интриг. Он просто взял пример с одного из тех, кто сейчас загнал его в ловушку на должности преподавателя Бикона. Отчаянно не хотелось этого признавать, но Озпин послужил ему хорошим примером. По крайней мере, те его поступки, о которых Вайд знал и понимал.
Парень прекрасно знал о том, как близок к провалу его, без преувеличения, импровизированный заговор. Отдавал себе отчет о том, что он, в первую очередь, убийца на службе у Королевы Гримм, а не аналитик и манипулятор. Лжец и лицедей — да, но не манипулятор. Его этому попросту не обучали, а сам он во время службы цепным псом не особо интересовался чем-то окромя исполнения Ее воли. Сейчас, смотря на обрывки образа о себе прошлом, Вайд видел куклу из плоти и костей, лишенную собственной воли и какой-либо мотивации, кроме желания защитить сестру. Отчасти он и сейчас мыслит так же, однако потеря памяти там, в лесу, как будто откатила его личность назад, до того момента, как Королева вылепила из него чудовище, которого многие знают, как Цербера. Он как будто бы снова мог называться человеком.
Некоторые детали картины прошлого все еще ускользали от него, но Вайд был очень близок к тому, чтобы докопаться до истины и вспомнить все. Но какое-то ощущение мешало ему желать этого. Не страх, но опасение, что, вспомнив все, он снова может стать тем самым Цербером, за которым прочно закрепилась слава жестокого и беспощадного наемника. Он встал на распутье между прошлым и настоящим, не зная, какой выбор будет правильным. А может правильного выбора и не было вовсе, а он — лишь марионетка, переходящая от кукловода к кукловоду, что создали для него иллюзию мнимой свободы.
Блеквуд отнял руку от лица, как будто забирая с собой и все дурные, глупые, вредные мысли. Прямо сейчас он находится в настоящем и не может заглянуть в полной мере ни в прошлое, ни в будущее, которое разворачивается перед ним непредсказуемым узором на воде. Похоже, у него просто нет выхода, кроме как плыть по течению настоящего, иногда корректируя курс.
От мыслей его отвлекла вспышка смеха рядом. Одна девушка и трое мужчин, не считая доктора Ублека, составляли археологическую экспедицию, проспонсированную каким-то независимым предпринимателем, решившим остаться инкогнито. Вайд ухмыльнулся. Какому-то богатею стало слишком скучно и он решил в качестве своего хобби выбрать именно историю, и археологию в частности. Блеквуд сталкивался с такими ранее. Слишком богатые для того, чтобы в полной мере ощущать вкус жизни. Они и так познали ее во многих аспектах, из-за чего краски для таких людей со временем начинают терять яркость. Некоторые из них, от природы являясь эксцентриками, посвящают всю жизнь какому-то или каким-то хобби, не стесняясь тратить на это неприличные суммы. Вайд, возможно, сумел бы не понять, но попробовать осмыслить такой стиль жизни, будь у него больше денег и времени. Но с момента его, так сказать, перерождения время стало для него такой роскошью, которую волей-неволей начинаешь ценить. По крайней мере, скучать в круговороте важных и не очень забот ему точно не приходилось.
Вайд покинул буллхед, предупредив остальных о том, что отправляется осмотреть окрестности на наличие опасностей как реальных, так и потенциальных. Он отстегнул ножны от пояса, просто дернув за них достаточно сильно, чтобы карабин расстегнулся, встав в нужное положение. В случае опасности он готов был применить оба клинка или, как минимум, клинок с ножнами в качестве банальной дубинки. На самом деле, такая на первый взгляд непримечательная часть «Искры» является довольно опасным оружием, способным расколоть голову небольшому Гримм при достаточном усилии. А в форме меча ножны дополняли основной клинок «Искры», превращая ее в полноценный дайсё. В этом случае Вайд мог разойтись на всю катушку, а тело, ведомое восстановленным опытом и инстинктами бойца, лишь помогало ему в этом деле.
Парень решил остановиться, когда отошел на небольшое расстояние от буллхеда. Он поднимался по достаточно крутому холму и, добравшись до вершины, был вынужден прикрыть глаза из-за гадкого солнца вкупе со встречным ветром, бьющими прямо в лицо. Но как только глаза привыкли к свету, Блеквуду открылась картина, подобной которой он до этого точно не видел. Огромное зеленое поле, покрытое неровностями ландшафта, раскинулось на приличное расстояние во все стороны, став отличным местом для старинного форта, который там расположился. Он видел дороги, змеями вьющиеся повсюду. Вдоль них то и дело на глаза попадались небольшие каменные возвышения — оборонительные позиции. Это место явно было тщательно укреплено и подготовлено к сдерживанию долгой осады. Несколько линий обороны, почти незаметные из-за травы и земли, скрывшей все это с течением времени, говорили о том, что когда-то это место пришлось защищать. Все это место являлось полем боя, оставшись таким даже спустя восемьдесят лет. Природа не пощадила творений человека, придав этому месту ореол заброшенности и мистической таинственности.
Ветер вновь поднялся, обдувая его и свободно забираясь под одежду. Вайд прикрыл глаза, подставил лицо его потокам, наслаждаясь минутами блаженства наедине со звуками, наполняющими это место. Если бы кто-то взглянул на него со стороны в этот момент, явно удивился бы, увидев, как губы парня растянулись в умиротворенной улыбке, а веки мелко трепетали, когда ветер обдувал его лицо. Он ведь может расценивать эту миссию как небольшой выходной на природе? С перерывами на сокращение популяции местных Гримм, разумеется.
— Ах, да-да, форт Гринс, — мечтательно протянул Ублек, встав слева от него. — Несмотря на то, что все, что можно, там уже изучили, это место не перестает манить меня своей красотой и славной историей.
— Хм? Если мы прилетели не за этим, то почему высадились здесь? — резонно поинтересовался Вайд. Если их цель находилась в другом месте, то, вероятно, логичнее было бы высадиться ближе к ней, чтобы сэкономить время.
— Гримм. Гнездо Неверморов в лесу у нас за спиной может стать большой проблемой. К тому же буллхеду будет негде там приземлиться, — пояснил мужчина. Блеквуд кивнул, принимая ответ. Его взгляд все еще не отрывался от форта, блуждая по каменным стенам, зияющим крупными прорехами от попадания снарядов, а также поросшим лозой. — Если тебя это успокоит — мы разобьем здесь лагерь. Ближе к полудню, думаю, ты мог бы посетить руины, пока группа занимается обработкой полученной информации.
— А зачем, собственно, мы прилетели? Что ищем, в смысле?
— Остров Вайтел — это своего рода один большой памятник. Редко удается получить разрешение на проведение здесь раскопок. Но нашему нанимателю каким-то образом удалось договориться с советом и открыть нам окно к небольшому… Захоронению, я думаю. Оно совсем рядом, но до этого момента научное сообщество даже дышать не могло в его сторону, — быстро проговорил Барт. Вайд, кажется, понимал, почему это место было закрыто. Именно здесь когда-то объединились четыре воюющих королевства. И из-за этого появлялось все больше вопросов о том, как этому нанимателю удалось получить разрешение Совета. Есть там один кадр, который не очень-то и рад, когда загребущие руки археологов находят что-то, что находится не в его власти.
— Барт, присмотри за группой, пока они лагерь разбивают, — мужчина кивнул, — а я пойду к границе леса. Ставлю десятку льен на то, что Гримм заметили буллхед, но пока еще не решились напасть. Сидят там в засаде, ждут.
— Уверен, что хочешь пойти один? — несколько обеспокоенно спросил непоседливый историк, взвесив в руке свой термос, с которым, казалось, не расставался ни на секунду. Это он так Озпину подражает?
— Я же не собираюсь уходить вглубь. Просто пройду по границе и соберу мелочь, — Блеквуд улыбнулся, польщенный заботой коллеги-преподавателя.
— Хорошо. Но я буду держать свиток наготове, — заверил Ублек. Вайд открыто рассмеялся, довольный его выражением лица. Настроение было на удивление хорошим, несмотря на… последние события.
— Тут связи нет, — напомнил он. И ушел.
***
Рябь в глазах от кучи мелких букв на бумаге давно уже стала привычной для Озпина. Настолько привычной, что он научился совмещать работу с документацией и какие-то другие дела, не требующие сильного механического воздействия. Например, разговор. Разговор со старым другом, а ныне — генералом крупного милитаризованного королевства. — Джеймс, я не думаю, что очередное вскрытие даст много информации, — пробормотал Озпин, скосив взгляд на экран, откуда его сейчас задумчиво и несколько взволнованно рассматривал генерал. Джеймс Айронвуд уже давно является другом и союзником Озпина в борьбе с общим врагом. Генерал находится на короткой ноге с Озпином и был посвящен в тайну достаточно давно, чтобы мужчина успел убедиться в его лояльности и желании защищать род людской. — Это уже второй патруль, потерянный в этом месяце. Еще шесть человек погибли при невыясненных обстоятельствах. Но все, как один, несут явные следы отравления, — Айронвуд вбросил еще немного пищи для размышлений. — Помимо явных следов от ударов, у каждого была как минимум одна колотая рана. Недостаточно глубокая, чтобы убить, но результат ты видел. Так что вывод напрашивается сам собой. — У меня нет мыслей на этот счет. Кто-то нападает на патрули и отравляет твоих людей. Личность — неизвестна. Цели — неизвестны, — констатировал Озпин. — Может ли быть, что в Мантле появилось достаточно много радикально настроенных фавнов, чтобы устроить саботаж? — Я думал об этом. Яд в крови моих людей явно животного происхождения. Возможно, действовал фавн, — кивнул мужчина. Морщинки на его лице стали чуть заметнее, а губы сжались в полоску, как всегда, когда он собирался сообщить что-то неприятное. — Джеймс, что произошло? — вздохнул директор. Айронвуд колебался какое-то время, однако ответ дал четкий и полный, как будто рапортовал старшему по званию. — Пока ничего. Но может ли быть, что за этим стоит… — Сейлем тут не при чем, — директор видел, как поморщился генерал и как дернулся в удивлении его правый глаз, когда он назвал имя той, с кем они воюют уже достаточно долго. — Я уверен, что дело в Белом Клыке, который до сих пор продолжает наращивать влияние. Это чувствуется даже в Вейле. Не так давно произошел инцидент, в котором были замешана банда «Пауки», Белый Клык и, по случаю, охотники. Этот случай все еще не выходит из головы директора. Слишком много странностей, слишком много нестыковок. Лишь на первый взгляд все кажется логичным, но стоит копнуть чуть глубже, как появляются вопросы. У Озпина нет контроля над бандами Вейла, но тем не менее это не мешает ему наблюдать за ними и отслеживать их шаги, чтобы предупредить возможные неприятные последствия. Но этому конфликту удалось достаточно долго находиться в тени, чтобы Озпин почувствовал зуд в месте, в котором спина теряет свой благородный облик. Несколько недель — это много. Почти месяц он оставлял без внимания эскалацию конфликта, что в конечном итоге вылилось в бойню. Большая удача, что охотники и полиция работали над этим делом и оказались в нужное время в нужном месте. Вероятно, без них все могло пройти по куда худшему сценарию. — Я видел новости. Кажется, Белый Клык с самого начала был недоволен действиями Пауков. Но я не слышал, чтобы они как-то упоминались в новостях или даже отчетах. Откуда ты узнал, что они были там? — Родственница одного из работников Бикона видела фургон, из которого выходили мужчины в форме Белого Клыка. И уже через час произошла перестрелка в клубе. Не думаю, что это просто совпадение. Пусть и странно, что отряд «Дзета» никого из них не встретил, — директор поправил съехавшие с переносицы очки. — Ясно… Насколько я знаю, в том бою принимал участие один из твоих преподавателей, — генерал сменил тему. — Вайд Блеквуд, правильно? Ты не расспрашивал его? — Нет. Похоже, он вел что-то вроде собственного расследования, но вернулся из того клуба слишком подавленным, чтобы можно было допросить его, — рассказал мужчина. Генерал не выглядел особо заинтересованным, пока Озпин не выдал следующее: — Я не могу утверждать точно, но похоже, что он как-то связан с магией. — Сейлем! — прорычал мужчина. Сквозь динамик до Озпина донесся скрип кожаных перчаток. Директор Бикона успокаивающе улыбнулся и взглянул на Джеймса из-под очков. Слишком уж склонен старый друг к поспешным выводам, слишком уж любит перестраховываться. Впрочем, Озпин и сам косвенно виноват в этом. — Не думаю, что это так. Он, похоже, сам не до конца понимает, как ею пользоваться. Да и его действия, все, о которых я знаю, были направлены на благо общества, — пыл генерала поутих, во взгляде забрезжило любопытство. — Я приглядываю за ним. — Хочешь посвятить его? Вопрос был сложный, Озпин не мог дать на него ответ прямо сейчас. С одной стороны, так Вайд окажется максимально близко к нему. С другой стороны, Вайд окажется слишком близко к нему. Это решение — риск, на который Озпин пока не готов пойти. — Об этом еще рано думать, — отрезал мужчина. — Но я уже сумел найти к нему… Подход, да. Если он продолжит и дальше действиями доказывать свою полезность, и, что главное, лояльность, то очень может быть, что я расскажу ему. Но есть кое-что, что меня в нем беспокоит… — И что же? — Он слишком сильно напоминает мне Рейвен. Я не уверен в том, как он отреагирует, узнав правду, — признался директор. Он не врал. Озпин вообще старался не врать тем, кого мог назвать друзьями. Да, недоговаривал, да, делился полуправдой, но открыто лгал — никогда. В конце концов, у него были причины оставлять самую важную информацию при себе. Информация — это сила. А силу, во избежание непредвиденных ситуаций, лучше держать в своих и только в своих руках. — В таком случае, я сам взгляну на него. Скоро начнется фестиваль Вайтела, и я прибуду в Вейл в качестве человека, ответственного за безопасность при проведении мероприятия. — С нетерпением жду нашей встречи, друг, — Озпин кивнул, а Джеймс аналогично ему ответил. — У меня еще есть дела, поэтому предлагаю на сегодня закончить. — Да. До встречи, Оз.***
Барт шел впереди, выступая проводником, готовый в случае чего принять на себя первый удар. Группа из ученых, которые не имели открытой Ауры, шла следом, озираясь по сторонам и ощетинившись пистолетами, которые Вайд про себя шутливо прозвал «пугачами». Слишком уж мелкий калибр. Сам парень замыкал колонну, также держа оружие наготове. Острый взгляд высматривал опасность, особо задерживаясь на кустах и тенях между деревьями. Здесь явно не одни только Неверморы водятся. А если им доведется наткнуться на Гейста, который в бесплотном виде почти незаметен, то будет большой удачей, если никто не умрет. Вторая рука Блеквуда также была занята, удерживая саквояж с оборудованием, которое могло понадобиться им на месте. Линда — так звали девушку из группы — всячески отпиралась, ссылаясь на то, что и сама смогла бы, однако Вайд был непреклонен перед своим джентльменским порывом. Хотя, вероятно, помимо простой вежливости было и еще кое-что. Вайд определенно не мог ожидать, что среди ученых окажется настолько красивая девушка. Высокая и стройная, она сразу привлекла его внимание, стрельнув изумрудным взглядом. Наверное, Вайд был бы не прочь познакомиться с ней чуть ближе. Скажем, обменяться контактами, чтобы потом пригласить ее прогуляться где-нибудь. Но он точно не станет делать этого сейчас, ведь чуткий слух уловил в кустах неподалеку какое-то шевеление. Группа сразу же остановилась. Ублек и Вайд переглянулись, после чего историк тотчас отдал команду скучковаться, а сам встал рядом. Вайд затаил дыхание, когда из кустов, капая на землю густой слюной, вышел Беовульф. Простой Беовульф, отбившийся от стаи. Блеквуд выдохнул, но в осторожности не убавил. Это для него такой Гримм не является противником, но тем не менее для простых людей он все еще остается жутким и опасным чудовищем. Красные глаза Гримм пробежались по всем присутствующим и безошибочно определили опаснейшего из людей. Он огласил округу жутким рыком, напоминающим трение двух гранитных плит, после чего бросился на Вайда. Парень только этого и ждал. Он сделал шаг в сторону группы, чтобы наградить Беовульфа болезненным пинком в бок, отталкивая подальше. Люди за его спиной пораженно вздохнули. А Вайд, не став ждать, пока существо восстановит равновесие, взмахнул мечом. Безобидные для охотника, атаки при помощи праха тем не менее все еще были опасны для незащищенных противников. Со стороны показалось, что Вайд просто рассек воздух мечом, однако на деле с кончика катаны сорвался смертельный поток горячего воздуха. Он отсек голову зверя начисто. Из-за спины послышались скромные аплодисменты, и Вайд, обернувшись, отвесил театральный поклон, не упустив возможности взглянуть на Линду. Девушка улыбнулась ему и это было чертовски приятно. Но в следующий момент в блеске ее глаз он увидел ужас. — Берегись! — Вайд не успел понять, кто это крикнул. Его инстинкты сработали быстрее разума, и тело сделало оборот. Клинок с чавканьем вошел в плоть, а Вайд ощутил, как на него навалился весь вес умирающей туши Беовульфа. По крайней мере, верхней ее половины. Он повалился на землю, но туша, растворяясь в воздухе, не придавила его. Столкновение лишь немного поцарапало его Ауру, не причинив существенного ущерба. Барт тотчас оказался рядом, помогая подняться. Термос исчез из его рук, сменившись странноватой на вид дубиной, расцветкой напоминающей пресловутый термос. На его навершии горел огонь. Похоже, шутки про то, что Ублек пьет ракетное топливо вместо кофе, оказались не так далеки от истины. — Еще двое! — вскрикнул один из мужчин. — Вперед, к руинам! — скомандовал историк, и группа бросилась вглубь леса. Руины были недалеко, буквально сотня метров или чуть больше. Но, судя по всему, именно окрестности этих руин и облюбовали Гримм. Вайд держался позади, не позволяя никому отставать. Он даже удосужился подобрать саквояж с оборудованием и сейчас тащил его с собой. Он не был особо тяжелым, но Вайду приходилось следить и за тем, чтобы не повредить ничего из содержимого. Парень уже начал ощущать смрадное дыхание существ за своей спиной, а уши прекрасно слышали, как огромные и острые когти вспарывают землю, сминают листву и ломают ветки. Беовульфов явно было больше, чем двое, и предположение Вайда о том, что первый отбился от стаи, оказалось ошибочным. Показались руины, расположенные в плотном кольце деревьев. Стоило им подобраться ближе, как Вайд закричал: — В сторону! После чего резко затормозил, взрывая подошвами влажную землю. Лезвие меча поймало немного солнечного света, хищно сверкнув в тени деревьев. Парень, стиснув зубы, провел восходящий удар. Мышцы задрожали от напряжения, когда «Искра» надвое рассекала бежавшего быстрее прочих зверя. Две окровавленные половины упали по обе стороны от Вайда, щедро окропив темной жижей и его самого. Она начала испаряться прежде, чем Блеквуд испытал хоть толику неудобств. Парень рванул вперед, встречая еще одного Гримм. Была это удача, или же этот Гримм был умнее прочих, но он сумел заблокировать его удар, подставив под удар костяные пластины. То ли Вайд бил слишком слабо, то ли его броня была прочнее прочей, но «Искра» оставила лишь глубокую зарубку в кости, но не более. Инерция сыграла с ним злую шутку, ведь Беовульф врезался в него со скоростью товарного поезда на полном ходу. Они кубарем повалились на землю, сцепившись, как дерущиеся коты. Отличие было лишь в том, что Вайд имел при себе меч, который и нашел свое местечко в небольшом промежутке между ребрами существа. Он растворился в воздухе еще до того, как они остановились. Жадно ловя ртом воздух, Вайд пытался отдышаться. Даже пары секунд передышки ему бы хватило сполна, чтобы хоть немного прийти в себя после такого спринта и короткой схватки. Благо, Барти подоспел вовремя и занял оборону, с размаху обрушив свое оружие на беззащитного волка. Раздался влажный и чавкающий хруст, с которым жизнь покинула тело бездушного создания тьмы. Старший коллега хоть и являлся в первую очередь ученым, тем не менее все еще оставался охотником. Достаточно умелым охотником, чтобы без особого труда разобраться с парочкой Гримм, что остались от небольшой стаи, преследующей их. Несмотря на то, что Бартоломью привык работать головой, его боевые навыки нисколько не уступали Вайду, в очередной раз доказывая, что охотник почти всегда является очень многогранной личностью с самыми неожиданными трудами. Доктор Ублек, например, уже имеет за плечами несколько написанных научных трудов, с которыми Вайд пусть и не ознакомился, но был не прочь. Но все эти размышления были отброшены в долгий ящик, когда Блеквуд вскочил на ноги. Стая была истреблена, что называется, до последней живой души. Очень иронично, учитывая отсутствие оной у Гримм. И тем не менее парень осмотрелся по сторонам, выискивая другие признаки опасности. На его счастье, он обнаружил лишь напуганных ученых, сбившихся в кучу и ощетинившихся оружием. Да, хоть они и боялись, но панике явно не поддавались, чем заработали еще один плюс в копилочку. Явно не впервые за стенами. Вайд подошел к ним, сетуя на то, что оставил Макса в Биконе, попросив Питера за ним приглядеть. Пес прекрасно чует Гримм и точно пригодился бы здесь. Как жаль, что Вайд вспомнил об этой его особенности так поздно. Но, по крайней мере, она не была жизненно необходима. Как показала практика, пока что Вайд и Барт вполне справляются своими силами. Им даже удалось добраться до руин, которые у Блеквуда до этого момента не было возможности внимательно рассмотреть. На первый взгляд это был склеп. На второй — тоже. Возможно, это и был склеп, некогда принадлежащий кому-то достаточно богатому, чтобы обеспечить себе такую просторную усыпальницу. Захоронение имело простую двускатную крышу из камня, а в некоторых местах даже сохранилось что-то, отдаленно напоминающее светло-серую черепицу. Крышу удерживало шесть декоративных колонн, ровно наполовину уходящих в полукруглые вырезы в каменных стенах. Порода пережила и успешно справилась с испытанием временем, лишь слегка потеряв былую красоту. Камень обильно порос мхом и покрылся пылью, но это только добавляло месту специфической атмосферы. Вайд ощутил себя храбрым расхитителем гробниц из какого-то фильма, названия которого он уже точно не вспомнит. Но из всех присутствующих, шляпа была только у Ублека, и та даже близко не похожа. — «Здесь покоится храбрый воин и защитник королевства Вейл…», — доктор зачитал надпись с таблички, но имя похороненного было стерто временем, став нечитаемым. Вайд также взглянул на табличку и с удивлением отметил, что слова на ней лишь отдаленно похожи на знакомые ему. Буквы он понимал почти все, но вот то, во что они складывались, доходило до него лишь отдаленно. На его удивленный взгляд Линда пояснила: — Это старовейльский. Он был в ходу еще до Великой Войны. Похоже, этому месту немало лет. Удивительно, что оно так хорошо сохранилось, — со знанием дела произнесла девушка, аккуратно смахнув пыль с таблички. — Куда более удивительно, что никто не вскрыл его до нас. В смысле, до или во время Великой Войны. Хотя, я думаю, в то время у людей другие заботы были, — прокомментировал один из мужчин. Он по имени обратился к доктору, что явно говорило об их более давнем знакомстве. — Барт, я хочу провести анализ этого камня. Зуб даю, что этому склепу больше сотни лет. Запиши, что я отколол небольшой кусок от лицевой стены. Вот здесь, он уже начал трескаться. — Хорошо, — Ублек кивнул. Линда и остальные сноровисто начали раскладывать на земле приборы из саквояжа. К удивлению Вайда, оказалось, что такую сложную вещь, как анализ породы, можно провести даже в полевых условиях. До чего технологии дошли. Ранее Вайд никогда не интересовался подобными вещами, но сейчас для него было довольно увлекательно наблюдать за работой ученых. Всегда интересно смотреть, как профессионалы делают свою работу. Он держался в некотором отдалении, чтобы не отвлекать ученых. Один из них все это время нес на спине небольшой складной столик, больше похожий на табуретку. И тем не менее на нем быстро разместилось нужное оборудование, а встроенные батареи дали приборам достаточно энергии для работы. Ублек в этот момент был занят осмотром внешней части захоронения, обходя ее со всех сторон и уделяя особенное внимание невысоким обелискам, расположенным на некотором расстоянии по периметру. Они были иссечены словами, которые наверняка несли в себе какой-то сакральный смысл. Но, не зная языка, Вайд даже не стал гадать о том, какая информация может храниться на древних носителях. А доктор, похоже, понимал. Он делал снимки на свой свиток под разными углами, после чего дополнительно переписывал все в свой почти добитый блокнот. Ну и энтузиазм! Минуты текли размеренно, а Вайд, слоняясь от человека к человеку, совсем скоро заскучал. Пропало ощущение причастности, когда каждый погрузился в свою работу, оставив ему то, ради чего он и был нанят — охрану. Парень со вздохом покосился на экран своего свитка, с сожалением отмечая в очередной раз, что связи здесь практически нет. Изредка свитку удавалось поймать слабый сигнал на пару минут, после чего тот снова исчезал так же бесследно, как и появлялся. Даже в сеть не выйти. Свое спасение от въедливой скуки парень нашел в монотонном и успокаивающем занятии — чистке оружия. В заднем кармане джинс он всегда носил кусок ткани для того, чтобы можно было стереть с металла грязь или кровь, исключив коррозию. Им он и воспользовался, бессовестно усевшись на один из повалившихся обелисков, уже осмотренных Бартом. Ткань в руке неспешно заскользила по металлу, возвращая материалу былой блеск. Как ни крути, а он только что сражался с Гримм, и на клинке остался мусор, кусочки грязи. Кровь, плоть и кости Гримм испаряются бесследно, но всегда остается какой-то мусор, который по случайности довелось подцепить. Это уже константа. Оружие нужно чистить, в лучшем случае, каждый вечер. Блеквуд заметил небольшую зарубку на лезвии, переходящую в царапину, тянущуюся аж до самого обуха. Он понятия не имел, где его меч умудрился получить такой след. Но он точно знал, что «Искре» нужна заточка и хорошая полировка. Хорошее оружие спасет жизнь, но исключительное — прослужит хоть целую вечность. Вайд хотел, чтобы его «Искра» была цела достаточно долго, чтобы стать невостребованной в его почтенной старости. Если он, конечно, доживет до возраста, когда пора вешать меч на стену и садиться в кресло-качалку перед камином. Хотелось верить, что да. — О чем задумался? — спросила Линда, сумев незаметно подобраться к Вайду. Девушка стояла у него за спиной, заложив руки за спину и выглядывая из-за его плеча. Ее каштановые волосы пощекотали шею парня. — Да так, глупости всякие, — отмахнулся он, — ну что там, когда будем открывать склеп и биться с ходячими мертвецами? Девушка хихикнула над его неумелой шуткой, а Вайд почувствовал, как тронулся лед. — Единственный, кто здесь выглядит как зомби — это ты. У тебя довольно уставший вид, — не тая правды, сказала Линда, перешагивая через обелиск и присаживаясь рядом. — Тебе кажется. Я огурч, как бодрик, и стекл, как трезвышко! — он театрально вздернул подбородок, но под конец не сдержал смешка. Девушка тоже усмехнулась. — Ну так когда? — Судя по всему, прямо сейчас. Харрисон уже закончил и сейчас записывает все полученные данные в свиток. Представляешь, это место было построено за сорок восемь лет до Великой Войны! То есть, сто двадцать восемь лет назад! — Внушает, — признался Вайд. Мысли его отчего-то потекли немного не в то русло. Перед глазами возник образ мрачной девушки с бумажно-белой кожей, что своими красными глазами впивалась прямо в душу, заставляя содрогаться от таинственной ухмылки. Она ведь до сих пор жива. Была жива в то время и даже раньше. Ее линия жизни тянулась так далеко в прошлое, что Блеквуд даже не мог вообразить о том, насколько древнему существу ему довелось служить. И на протяжении всего этого времени Королева не оставляла попыток исполнить свои зловещие планы. Она играла с людскими умами, как опытный кукловод, стравливая между собой правителей и устраивая мировые войны. Неужели она всегда была такой? Сама концепция всемирного зла, воплощенная в бессмертной физической оболочке, точно такой же, как и сама тьма. Она как будто одним своим существованием показывала — вы не ровня мне, и я уничтожу вас, если вы воспротивитесь моей воле. И оттого еще более необычно и странно было стоять на земле, где восемьдесят лет назад в пух и прах был разбит очередной ее план. Смешанные чувства одолевали Вайда, когда он думал о ней в таком ключе. Она — его госпожа. Та, в чьей помощи он нуждается, и та, что нуждается в его умениях. Выходит, что они коллеги? Деловые партнеры? Так или иначе, он никогда не испытывал перед ней благоговейного трепета и желания услужить. Он просто делал то, что от него требовалось, чтобы в конечном итоге получить желаемое — мир, в котором они с Мэй могли бы жить, не боясь потерять друг друга. Предательская мысль посетила его голову: а ведь Сейлем может проиграть! Ее план может рухнуть в любой момент, как и все, что были до него, невзирая ни на какие усилия Вайда. А это значит, что цель Вайда и Мэй тотчас обратится несбыточной мечтой. Или нет? Если делить мир только на черное и белое, то Озпин вроде бы хороший дядька, который старается ради мира во всем мире. Сейлем тоже хочет мира. Своего мира, в котором у власти будет она и только она. Боги, Вайд готов был рвать на себе волосы от той степени маразма, в который его загнала вся эта ситуация! Неужто в попытке найти место потеплее для себя и своей сестры он готов так легко продать свою верность? Но разве это не часть мелочной человеческой натуры, о которой так любит рассуждать Синдер? Понять, у кого в этой битве больше шансов на победу, и занять место подле его трона, пока не поздно. И, как ни грустно это признавать, статистика пока что говорила не в пользу Сейлем. Практически все мировые конфликты — ее рук дело. И практически всегда посреди конфликта находился человек, которому хватило сил прекратить вражду и братоубийство. А если вспомнить об одной интересной особенности директора Бикона, то решить это нехитрое уравнение становится проще пареной репы. Но это все мысли в его дурной голове, по которой не один раз попадали тяжелые удары. Это все требовало тщательного обдумывания и осмысления. Нельзя прыгать с места в карьер, а потом, обнаружив, что выбор был ошибочным, проситься обратно. Это так не работает. Требуется тщательно изучить подход обеих сторон и, о боги, попытаться силой собственного ума заглянуть в будущее. Вайд уже предчувствовал бессонные ночи в многочасовых размышлениях, теориях и прогнозах. — Ау-у, Ремнант вызывает Вайда! Ты снова задумался, — Линда взяла на себя смелость растолкать парня и вывести его из раздумий, которые неотвратимо привели бы к часам рефлексий и самокопаний. Воистину, никто не мучает человека сильнее, чем он сам. Его разум. Девушка только что спасла Вайда от этой участи. — А? Я просто… Да, это так. Извини. Девушка лукаво улыбнулась, а Вайд в очередной раз посетовал на свою рассеянность. Ему стоит серьезнее относиться к доверенной работе, особенно, когда от его внимательности зависят жизни людей. — Похоже, думаешь ты за десятерых, хм? — беззлобно поддела Линда. Вайд не остался в долгу надолго. — Похоже, с чувством такта у тебя в детстве знакомство не задалось, хм? — ответил он, после чего они оба рассмеялись. Со стороны ученых послышалось какое-то движение, народ начал стягиваться к массивной двери склепа, являющей собой простую тяжелую плиту. — О, глянь-ка, сейчас что-то будет. Барт, подожди, не тяни один, я сейчас подойду! Кусок камня был слишком тяжелым даже для охотника и весил не меньше сотни килограмм, надежно скрывая путь внутрь. Вайд поспешил к коллеге и они, кивнув друг другу, на счет три потянули плиту вверх, чтобы та вышла из пазов, удерживающих ее. Камень скрежетал и крошился после стольких лет неподвижного состояния, но, к его чести, сохранил целостность, даже когда Вайд и Бартоломью держали его на весу, аккуратно оттаскивая в сторону. Они уложили ее на траву, разминая плечи после. Эта плита была не меньше тридцати сантиметров в толщину. Довольно надежная защита от вторженцев. Но куда больше всех присутствующих сейчас интересовало то, что она скрывала за собой. Линда предусмотрительно выдала каждому по небольшому фонарику, а также взяла в руки свиток, включив запись видео. Вайд догадался, что это было сделано, чтобы прикрепить видеоматериалы к ее отчету об экспедиции. — Там прохладно, — констатировал один из мужчин, поежившись от холодка, ледяными пальцами пробежавшего по спине. — Будет логично, если мистер Блеквуд пойдет первым. — Боитесь темноты? — поддел парень, смело перешагнув порожек и пронзая темноту лучом искусственного света. Ответа он не получил, лишь тихое ворчание в спину. Пыль крупными хлопьями витала в воздухе, поднятая ветром, проникшим в сооружение после того, как оно оказалось открыто. Тени падали на стены гротескными фигурами, отдаленно напоминая хоть что-то, что человеческий разум мог бы интерпретировать. Тем не менее освещения было достаточно, чтобы удалось разглядеть покрытые толстым слоем многолетней пыли стены, пол и потолок. Внутри Вайд обнаружил четыре статуи, что стояли в центре у каждой стены. Это были человеческие фигуры, закутанные в свободные мантии, а их лица были скрыты глубокими капюшонами. Тонкие, но сильные пальцы сжимали рукояти каменных мечей, упертых острием в постаменты. Там, где у меча находилось «яблоко», оно же навершие, стояли чаши, где некогда размещались свечи или факелы. По крайней мере, следы копоти и древний пепел указывали именно на это. Ну а в центре склепа находился крупный саркофаг, вокруг которого расположилось множество глиняных ваз, некогда наполненных цветами. Сейчас от них остался лишь прах, опавший на пыльный пол. Вайд пропустил внутрь остальных, удостоверившись, что их жизням ничего не угрожает, однако его свободная рука легла на рукоять меча. Просто, чтобы подстраховаться. — Удивительно! — выдохнул Барт. Правда, что именно так восхитило доктора, его коллега так и не понял. Вместо этого он заострил свое внимание на потолке, который нес на себе следы обработки. Красивый узор покрывал всю его поверхность, не неся в себе особой истории. Однако замысловатый узор странным образом приковывал к себе взгляд, гипнотически воздействуя на Блеквуда. Он взглядом провожал выбранную им линию, которая непрерывно проходила через весь узор, удивительным образом ни в одном месте не пересекаясь со множеством остальных. — О. Этот узор характерен для уцелевших восточных племен Вейла, что жили за горными хребтами. Их почти не задевали войны и любые другие конфликты, но этот человек, похоже, решил вмешаться и отличился, раз его похоронили с таким размахом, — задумчиво проговорил Ублек. Вайд поморщился от пыли, попавшей в нос. Появилось непреодолимое желание чихнуть. Но слишком часто он видел последствия подобного в фильмах, чтобы позволить себе лишний раз сотрясать воздух. Он зажал нос и задержал дыхание. Помогло. — Здесь нигде не сказано о его заслугах перед королевством, но могу предположить, что он принял участие в одной из междоусобиц, которые были обычным явлением примерно в этот промежуток времени. Король Вейла умер, и трон был пуст практически два года! Но потом ему на смену пришел амбициозный правитель. Как же его… Ох, сейчас-сейчас. Ах да, Остер! — На самом деле, это похоже на доисторические спагетти, — признался парень, вызвав улыбку у коллеги. Мужчина кивнул, соглашаясь с его мнением. — Преподаватель истории во время моего обучения тоже так считал, — доктор хихикал, явно вспомнив о чем-то, что грело его сердце, возвращая в приятные деньки. — А этот Остер… Ну, каким правителем он стал в итоге? — поинтересовался Вайд, задумчиво ковыряя носком берца трещину в полу. — Разные источники имеют разное мнение на этот счет. В общем-то споры об этом историческом периоде идут до сих пор. А с чего вдруг такой интерес к истории? — мужчина покосился на парня, и Блеквуд поймал изучающий взгляд из-под очков-велосипедов. — Я ведь из Мистраля. Мне просто стало интересно, что происходило с Вейлом в тот период, когда Император колонизировал юг Анимы, сражаясь с дикими племенами. Это странно? — Нет-нет! Похвальный интерес, я считаю, — доктор оживленно замахал руками, разгоняя пыль во все стороны, отчего уже оба мужчины преисполнились желания громко и с чувством чихнуть. — Кхе! Думаю, нам стоит вернуться к работе. Любой музей готов будет на что угодно, чтобы получить мумию, что лежит в этом саркофаге. По моим прикидкам, последняя находка из этого исторического периода была сделана пять лет назад. Руины старой крепости и несколько чудом мумифицировавшихся тел обнаружили неподалеку от неприметного перевала возле Блэк-Рок. — Окей. Тогда не будем медлить.
Примечания:
Я могу неожиданно пропасть на неопределённое время, не теряйте. Сотрудники нашего Терранского Администратума поспешили оповестить меня о необходимости явиться в пункт вербовки новобранцев для формирования нового полка имперской гвардии.
