обмену и возврату не подлежит

Юнги почти никогда не делал того, что не хочет. Его было крайне сложно уговорить, и если это удавалось, то значит где-то в глубине души он был все же не против. Но он был абсолютно точно уверен, что не хотел прекращать отношения с Чимином. Просто так было нужно. В кое-то веке он подумал не о себе. Встретиться с ним в школе было неприятно. Потребовалось приложить максимум усилий, чтобы не показать никакой реакции. А она была, и не самая лучшая. В Юнги опять появилась какая-то глупая надежда, когда он услышал взволнованный тон младшего. Он удивился либо из-за того, что надеялся его больше никогда не встретить, либо, наоборот, рад, что увидел. И Мин не хотел думать, что это первое, но боялся сослаться на второе тоже. Ему уже хватило завышенных ожиданий. Нет, спасибо. Это необходимо срочно решать. И именно так Мин Юнги во второй раз за столь короткий промежуток времени делает то, что не хочет. Он идет в стриптиз-клуб. Ему надоели мысли о Чимине, учитывая, что они все равно не приводят ни к чему хорошему. Он просто хочет расслабиться. Искать себе секс на одну ночь он не в настроении, да и блондин в принципе никогда не был любителем этой херни. Может, ему достаточно будет просто посмотреть на парней, чтобы почувствовать… а что он вообще хочет почувствовать? Что ему стало легче? Вряд ли это случится так скоро, и точно в этом не поможет наблюдение за полуголыми людьми. «Да насрать. Могу ли я просто расслабиться в пятницу вечером?» Он шлет все к чертям и вызывает такси. Возможно, будь друзья свободны, он бы этим сейчас не занимался, но Намджун с Сокджином, а Хосок на какой-то своей работе, про которую ничего не говорит. Это странно, но он не в том настроении, чтобы приставать с расспросами. Хотя что могли бы сделать парни, если они не знают его ситуации? А рассказывать Юнги никому и ничего не собирается. Только не в ближайшее… никогда. Блондин заходит в клуб, у которого был самый высокий рейтинг на карте и понимает, почему действительно ненавидел такие заведения. Слишком жарко. Даже для него, любителя тепла, здесь нечем дышать. Ему кажется, что он потеряет сознание после получаса нахождения в помещении, поэтому лучше не затягивать. - Виски со льдом, - подозвав бармена, он делает заказ. – И льда побольше, у вас здесь как в чертовой сауне. - Это все потому, что наши мальчики – огонь, - подмигнув, парень начинает наливать ему его напиток. Юнги тошнит от этого дешевого подката, и ему кажется, что потребуется даже меньше получаса, чтобы его желание поскорее свалить отсюда превысило желание расслабиться. Нужно больше выпить, если он хочет продержаться хотя бы один танец. Поэтому, залпом осушив поставленный перед ним стакан, он ставит его на стойку и кивает для повторения. Со вторым поступает точно так же и, кинув несколько смятых купюр, идет к танцплощадке. По бокам он видит несколько возвышений с шестами, у которых крутятся достаточно одетые парни. Он точно в стриптиз-клубе? Потом он видит, как один из них одним быстрым движением срывает с себя рубашку и отворачивается. Это была глупая идея. На каждом танцоре красуется маска различного вида и цвета. Что ж, кажется, руководство заботится о конфиденциальности. Понятно, почему у этого места было четыре с половиной звезды в гугле. Кто же не любит интригу. Он находит свободный диванчик в достаточно удаленном от главной сцены месте и садится. «Ты пришел сюда, так не в том ли смысл, чтобы смотреть на то, как красивые мальчики вертятся на шесте?» Юнги мысленно посылает себя же и откидывает голову на спинку. Ему просто нужно немного подумать, тогда он сможет подойти к сцене и, наверное, оставить в чужих трусах свою зарплату за смену. Но когда в последнее время все шло так, как он хотел? - Скучаешь? – его прерывает теплый шепот парня. Он явно не собирается ждать ответа, поэтому просто с ходу залазит к Мину на колени. Блондин дергается, потому что что-то кажется ему знакомым. То, что Чимин постоянно сидел точно так же? Да нет, тут дело в другом. – Не против компании? – ну точно. Голос. Он знает его. Юнги поднимает голову и смотрит на лицо прямо перед собой. Разумеется, парень в маске. Сквозь щелочки на него уставились голубые глаза так, словно увидели привидение. И шатен собирается уже встать с его бедер и быстро удалиться, когда взгляд Мина падает на приоткрытые в удивлении губы. - Какого хуя… Хосок?! Чертова родинка. Они оказываются в баре недалеко от клуба, потому что Юнги сказал, что не уйдет без объяснений. На самом деле ему не особо хотелось торчать в том рассаднике антисанитарии (место было приличное, но Мин просто скорее умрет, чем признает этот факт), поэтому он действительно выдохнул с облегчением, когда младший сказал, что они смогут продолжить, как только он договорится с товарищем о подмене. - Не ожидал тебя встретить в стриптиз-клубе, – бубнит Хосок, вертя в руках бутылку пива. Юнги, вскинув бровь, смотрит на него и фыркает. Он снова сидит с пустым стаканом виски. Кажется, кому-то завтра будет хреново. - Меня встретить не ожидал? Прикинь, каково было мое удивление, когда оказалось, что стриптизер, которому я должен был, по идее, отдать свои деньги, это мой дружбан. Я-то пиздец, как ожидал. - Да, я знаю. Был не прав, что скрывал это от тебя. Но и ты меня пойми. Ты ненавидишь все, что связано с торговлей своим телом. Когда мы только познакомились, ты чуть ли не сразу в лицо мне припечатал тем, как не переносишь подобного рода занятия. Я просто не знал, как тебе сообщить. Юнги прожигает его злым взглядом и тяжело дышит. - Это так. Но ты мой друг, черт подери. Думаешь, я не понял бы? - А ты понимаешь? – хмыкает младший, с вызовом глядя на него в ответ. Он делает большой глоток пива. – Вот ты знаешь все сейчас. Понимаешь меня? – Мин замирает и ничего не говорит. Нет смысла врать. – Так я и думал, - усмехается Чон и качает головой. Он не выглядит расстроенным, скорее просто подтвердил свои догадки. - Хорошо, возможно, я не так выразился. Может, я и не понимаю, но я бы принял. Потому что, как и я сказал, мы – друзья, - он разминает пальцы, чтобы сделать хоть что-то, чтобы не просто вариться во всей этой информации. Да уж, не так он хотел сегодня отвлечься, это точно. – Просто… расскажи мне, как так вышло. Хосок, не задумываясь, говорит. Долго, подробно. По нему можно сделать вывод, что он устал скрывать и испытывает настоящее облегчение, когда заканчивает. За разговором Юнги выпивает еще три порции виски. Ему необходимо притормозить. Вот только если бы он мог. - Пиздец. - Осуждаешь? - Нет. Меня это никак не касается, это твоя жизнь. Но вот что Намджун на это скажет – хотел бы посмотреть. - Он знает. Юнги исподлобья смотрит на друга. - Серьезно? Я что один был не в курсе? - Да нет. Вообще-то, изначально знал только он, - Хосок отставляет пустую бутылку. – Сейчас вас трое. - И какая у него была реакция? - Не думаю, что он сильно рад, но меня ни разу ни в чем не упрекнул за все то время, что осведомлен. Ты же его знаешь, он – сама тактичность. - И то верно. Наступает короткая пауза, во время которой Юнги пытается сфокусировать свой взгляд хоть на одном предмете перед собой. У него, ожидаемо, ничего не выходит. Кажется, он напился. Черт, слишком быстро, когда это случилось? - Это не… ну, знаешь.., - Чон откашливается и неловко ерзает на стуле. Мин тупо смотрит на него. Вряд ли он сможет сам что-то понять, лучше бы Хосоку продолжить. – Ничего не изменит между нами? – старший снова подвисает. Он перекатывает кубики льда в пустом стакане и поражается, что двигаются не только они, но и, кажется, стол, за которым они сейчас сидят. Отстой. – Хён? – о, точно. Младший у него что-то спросил? Что это было? Ладно, не важно. Он просто кивнет. Так обычно делают, когда пропускают вопрос мимо ушей. – Что? Не изменит? – Юнги кивает во второй раз. Чон расслабляется. Мин удовлетворил его ответом? Хотелось бы. Черт, наверное, нужно было поужинать перед тем, как ехать в клуб. И пообедать. Это не кончится ничем хорошим. – Я уже давно думал тебе обо всем рассказать, на самом деле. И я хотел сделать это в ближайшее время, потому что мой брат воспринял эту новость слишком спокойно, и я как-то, знаешь, перестал нервничать. Решил, что если семнадцатилетний ребенок не отнесся к этому предвзято, то и ты примешь. Я очень рад, что ты, наконец, все знаешь. Паршиво было обманывать. – Мин не понимает, давно Хосок отсел от него? Почему он слышит его как из-под воды? Они же, вроде, за одним столиком сидели. Что он вообще ему говорит? – Юнги-хён, ты в порядке? – его голос звучит обеспокоенно. Или ему кажется? Он уже ни в чем не уверен. Да и блин, конечно же он не в порядке. Он с Чимином, мать его, расстался. С человеком, который, как раз, заставлял его чувствовать себя в порядке. Даже больше. Разве может он быть в порядке сейчас? – Чего? С тем самым Чимином? Пак Чимином, который друг моего брата? С которым мы в клубе у тебя были? – Блять. Он что, это вслух сказал? Вот идиот. Юнги роняет голову на подставленные руки, надеясь избавиться от этого головокружения. Но оно лишь усиливается. – Да ты уже в говно, хён. Ты вообще ел сегодня? - Черт, Хо, хреново очень… - Конечно. Ты только при мне четыре стакана виски выпил. Небось еще в клубе накатил. Если все на голодный желудок, то блин, я тебе не завидую вообще ни... - Да не от этого мне хреново. Из-за Чимина. Блять, дерьмо, - Юнги стонет. Да прекратится это чертово кружение уже или нет? Он же не на сраном катере находится. – Он таким хорошим был. К нему так легко начать что-то чувствовать. Я ж знал, что сексом все это было, должен был знать. Ему то я не нужен. Я кретин, все навыдумывал, а теперь самому же тошно. - Ты что… погоди. Я не успеваю за тобой, - Хосок трет лоб и делает глубокий вдох. – Ты хочешь мне сказать сейчас, что ты.., - младший смотрит на него и не верит услышанному. Юнги этого не видит, он лишь тихо матерится на то, что стул под ним тоже резко решил начать шататься. Что за заговор? – Хён, ты что, влюбился?! - Ты можешь так не орать, пожалуйста, я же не глухой. - Я даже голоса не повысил. - Тогда понизь, плиз, - он морщится, решая, что смысла продолжать сидеть с опущенной головой больше нет. Все равно не помогает. Поэтому он медленно выпрямляется, но продолжает на всякий случай держаться за краешек стола. – Не понял вопроса, повтори, если не сложно. - Ты сказал, что легко к нему начать что-то испытывать. Ты имел в виду, что влюбился в Чимина? - Что за тупой вопрос? – пфыкает Юнги и смотрит на младшего как на идиота. - Ты вообще его видел? - Ну да, мы же вместе тусили. И потом еще пару раз встречались с ним и Намджуном. - Тогда ты должен понимать, что в него сложно не влюбиться, - Юнги кивает, а затем как-то резко хмурится. - Стоп, нет. Забудь. - Что? - Развидь его. И не влюбляйся нахуй. Не смей, - он грозит ему пальцем, но выглядит при этом очень комично. Вряд ли кто-то внушает страх, когда еле держится, чтобы не упасть со стула. - Я не собирался, хён. - Очень глупо с твоей стороны, - разочарованно шепчет Мин и как-то опасно сильно наклоняется вбок. Он рад, что все это время держался за стол, сейчас это действительно спасает его от падения. Блондин подтягивает себя обратно и откидывается на спинку стула, надеясь, что это поможет ему сохранить равновесие. - Хотя нет, это к лучшему. Только я могу влюбляться в Чимин-и. Черт, а ведь и правда только я это сделал. Он даже и не подумал... - Иисус, да объясни ты мне наконец, что произошло-то? – не выдерживая, чуть громче прежнего спрашивает Чон, за что получает недовольное цоканье от старшего. - Я понял лишь то, что у тебя к нему чувства, но это почему-то хреново. - В смысле почему-то? Разве нормально, когда чувства не взаимны? - А это так? - Естественно так. Ты его видел? – Хосок фейспалмит. - Ты уже спрашивал. - Я забыл, что ты ответил. - Боже, - шатен вздыхает. За что ему это все. Лучше бы он не выходил сегодня на смену. - Да, хён, видел. - Тогда ты понимаешь, что я ему не нужен. Ему только секс был нужен. Вероятно, не захотел искать себе каждый раз нового ебыря и решил развлечься со мной. Заебись развлеклись. - Вы спали вместе? - Ты тупой? - он серьезно это у него спрашивает? Юнги? У него? В данной ситуации? - Ты его вообще видел? - Хосок удрученно стонет. Только не снова. - Конечно мы спали. Я что, идиот отказываться от такого шанса? Он как Аполлон. - Ты хоть знаешь, кто такой Аполлон? – пытает удачу младший, правда, не особо надеясь на что-то. - Да, он как Чимин-и. - Окей, проехали, - закатывает глаза Чон и делает глубокий вдох. Господи, дай ему терпения и сил пережить этот вечер. - Ну, хорошо, вы переспали и что дальше было? Ты влюбился после одного секса? Я считал, что ты более сдержан. - Мы месяц спали, - Юнги икает посреди фразы, и Хосоку сначала кажется, что он неверно его расслышал. - Не в прямом смысле, конечно. Делали перерывы. Но длилось все месяц, короче. И мы не только трахались. Разговаривали там, гуляли. Правда только от школы до моего дома. Но все равно гуляли. Это же считается, да? Я просто не особо люблю ходить по улице. Это тупо, какая-то бесполезная трата времени. Как это может кому-то нравится? - Чон поражается тому, каким разговорчивым этот человек становится под градусом. Хоть и несет откровенную чушь при этом. - Тогда в чем проблема? Похоже на то, что вы состояли в отношениях. - Ему нужен был только секс. - Да с чего ты взял-то вообще? – Чон правда хочет его понять, но пока все, что говорит Юнги, больше смахивает на мысли параноика. - Это он тебе сказал? - Нет, Намджун, вообще-то, - старший задумывается. Неужели он начал осознавать, что теряет здравый смысл? – Но Чимин подтвердил, - понятно, Хосок, не сегодня. У младшего чувство, что они с ним о разных Чиминах разговаривают. Хотя, может, старшему виднее. Все-таки это он с ним месяц встречался, а Чон всего пару раз. Но это все равно выглядит как-то подозрительно. - Что, прям так взял и сказал «да, Юнги-хён, я с тобой только трахался»? – Чон недоверчиво смотрит на старшего. Тот даже глазом не ведет. Ну почему когда люди напиваются они становятся такими непробиваемыми? - И стоп, откуда Намджун знает? - Намджун все знает, это же Намджун, - говорит Юнги так, словно это самая очевидная в мире вещь. Младшему хочется заорать, но он не успевает. - Он пришел и такой «Чимин, мать твою, я же тебе говорил, что трахаться с друзьями твоих друзей плохо, а-та-та» и все в таком духе. - Насрать, что сказал Намджун. Чимин то согласился с этим? - Ну, он ничего не сказал, кажется, - Мин чешет затылок и снова едва не падает, потому что делает это рукой, которой держался за стол. Он реагирует очень быстро и вцепляется пальцами в край стула. Хосок, как не прискорбно, дергается и уже готов его ловить, в случае чего. Жаль, лучше бы он приложился головой, может, мозги бы на место встали. - Он просто молчал, и я послал Джуна, сказав, что мы разберемся, с кем нам можно потрахаться одноразово, а с кем нет, - в очередной раз за вечер младший пробивает себе лоб рукой. - То есть, ты сам сказал Намджуну то, что не является правдой как минимум с твоей стороны точно, и при этом решил, что Чимин считает именно так? – Чон хочет помыть себе рот с мылом за то, что он только что произнес этот бред сумасшедшего. Он надеется, что Юнги говорит сейчас это только потому, что набухался. Ведь если старший действительно так думает, то… ну, ему жаль, что бог не наградил Мина мозгами. - Да, блять. Потому что ты вообще его... - Заткнись, хён, прошу тебя, - нет, это точно последняя капля. Хосок больше не может. - Ты, вроде бы, взрослый, умный человек, а ведешь себя как баран тупорылый, уж извини. Ты мне сейчас говоришь, что парень не подтвердил, что для него от тебя нужен был только секс, но при этом втираешь, что чувства не взаимны. Ты сам-то себя слышишь? Ты ж ему даже слова вставить не дал, объясниться. Тебе не приходило в голову, что он мог ничего не сказать не потому, что соглашался, а потому, что он просто думал, как тактично послать Намджуна, который лез не в свое дело? – Юнги открывает рот, но Хосок бьет ладонью по столу. – Только скажи мне еще раз «ты его видел», и я прямо сейчас уйду. Будешь довозить свою бухую задницу до дома сам, - Мин тут же закрывает рот обратно. – Хорошо. Итак, сейчас с тобой говорить бесполезно, потому что вряд ли что-то отложится в твоей дурной голове. Я не собираюсь тебе ничего доказывать, потому что не уверен, что вся полученная от тебя информация достоверна. Просто скажу одну вещь и надеюсь, что хотя бы ее ты вспомнишь завтра утром: поговори с ним. Не гони коней. Выслушай то, что он тебе скажет. Я первый раз за наши три года знакомства вижу, чтобы ты влюблялся, хён. Не просри это, пожалуйста. Впервые за вечер старшему нечего ответить. Потому что у него ощущение, что он уже все проебал.

***

Чимин не помнит, в какой момент ушел с вечеринки и каким образом оказался перед квартирой Юнги. Он буквально может ощущать огромное количество алкоголя в своей крови, каким образом он сам доехал до сюда? Да и зачем? О нет, он вспоминает. Какой-то парень начал подкатывать к нему, Пак уже был близко к тому, чтобы уехать с ним, как тот и предлагал, но внезапно рыжеволосый разрыдался и со словами «нет, нет, ты не Мин Юнги» выбежал из квартиры неизвестного ему человека. Как он вообще попал на ту вечеринку? Да какая разница. Он размазывал слезы по лицу, пока ехал в такси к старшему домой, и даже не думал, что будет делать, когда доберется до пункта назначения. И вот сейчас он здесь, стоит и тупо пялится на закрытую дверь. Слезы давно высохли, но теперь щеки неприятно стягивает. А еще у него глаза опухли. Алкоголь и без того затуманивал ему обзор, так теперь еще и нижние веки заплыли. Просто потрясающе. Чимин запинается о собственную ногу, когда делает шаг вперед и нажимает на звонок. Вернее, он просто виснет на кнопке, прислушиваясь к длинному и протяжному звуку в квартире. Но ничего не происходит. Ему никто не открывает. Он пытает удачу снова, но результат тот же. Он пару раз стучит, вернее лупит кулаком по двери, и все равно сталкивается с тишиной. Кажется, Юнги дома нет. А чего он ожидал? Что старший в вечер пятницы будет сидеть у себя и как принцесса в заточении ждать, пока он к нему приползет просить разговора? Мин ясно дал понять, что младший ему больше не нужен. Конечно, он развлекается. Это очевидно. Но все равно больно. Чимин съезжает по двери вниз и не замечает, как снова начинает рыдать. Нет-нет-нет, он ведь не хотел плакать. Он не хотел избавляться от Юнги посредством слез. Это неправильно, это нужно остановить. Он не хочет, чтобы его чувства уходили. Чтобы старший уходил. Пак достает из кармана куртки свой телефон. Он просто позвонит ему и все объяснит. Это верное решение, точно. Всего один разговор. Юнги ведь сможет уделить ему немного своего времени для одного единственного разговора? - Ало? – слышит он из трубки заспанный хриплый голос и опять не сдерживается. Почему он спал? Старший что, не один? Слезы текут из его глаз, пока он соображает, что нужно сказать. - Юн-юнги, п-прости меня, пож-пожалуйста, - младший заикается, не в силах контролировать свои всхлипы. – Я знаю, чт-что я не н-нужен тебе, но ты… т-ты очень нуж-жен мне. Я согласен д-даже просто… п-просто трахаться с т-тобой, если ты т-так хочешь эт-того. М-мне подойдет, правда. Это нормально, ч-что ты не ч-чувствуешь того же, что я. Все хорошо, Юнги, я п-понимаю. Просто… пожалуйста, в-вернись. Давай мы снова… снова нач-нем. Мне так плохо б-без тебя. Я думал, что эт-то пройдет, но не проходит. С каждым д-днем все хуже, потому что я н-не вижу тебя, Ю-юнги. Пожалуйста, с-скажи, что ты хочешь? К-кем ты хочешь, чтобы я был для тебя? Я б-буду, обещаю. Только ты скажи, хён. Умоляю… Он задыхается от рыданий, не в состоянии даже вдох сделать, не то, что продолжить говорить. - Чимин? Пак Чимин? – слышит он глухой голос из трубки. - Д-да, это Чимин. Ты что… ты уже н-не помнишь меня? Ты удалил мой н-номер? - этого быть не может. Неужели, у него нет даже крохотного шанса? - Чимин, это Юнджи, - парень снова всхлипывает, шепча тихое «ч-что?» - Это не Юнги. Это его сестра. Черт, ты где вообще? У тебя все в порядке? - Сестра? - Да, блять, Чимин. У него есть сестра, если ты вдруг забыл, - она нервничает и пытается скрыть это за злостью и грубостью. – Я спрашиваю, где ты? - Я у Юнги. - Дома? - Сижу под дверью е-его квартиры. - Хорошо. Я скоро приеду, не уходи только никуда. Понял меня? Девушка не дожидается ответа, просто сбрасывает вызов. Чимин непонимающим взглядом пялится на погасший экран и пытается сообразить, что только что произошло. Сестра? Зачем она сказала, что скоро будет? И по его мнению проходит не больше пяти минут, ведь он все еще не понял, каким образом он разговаривал с Юнджи, а не с Юнги, как Пак слышит какую-то возню на лестнице. - Чертовы коты и их хозяева. Это нормально вообще, что они срут прямо на лестничной площадке? Пиздец, - ворчит девушка и, увидев прижавшегося к двери парня, поднимается быстрее. – Эй, Чимин, ты в норме? Что-нибудь болит? – она следит за тем, как он медленно моргает и смотрит, кажется, сквозь нее, а затем вспыхивает. – Погоди, ты что, пьян? - Немного, кажется. Да, - по крайней мере, он перестал плакать и может, наконец, нормально дышать. Чем и занимается, пока Юнджи задает тонну каких-то вопросов, которые благополучно проходят мимо его ушей. – Ты… ты расскажешь Юнги, да? Он… он, кажется, ото всех скрывал наши отношения. Думаю, ему было стыдно и противно. Оно и понятно, я не очень хороший человек… - Ты вообще слышал, что я тебе только что сказала? – брюнетка, ожидаемо, не получает ответа и делает глубокий вдох. Почему она вообще ему помогает? Могла же остаться в теплой кроватке, а не сидеть на лестничной площадке у квартиры брата и разговаривать с нажравшимся одноклассником. Она такая добрая, сама себе поражается. – Хорошо, поступим по-другому. Я не расскажу Юнги ничего, хорошо? - Правда? – его глаза загораются доверием. Юнджи натягивает улыбку и кивает. – Честно-честно? - Конечно. Мне все равно, что там у вас произошло. Расскажешь ему сам, если захочешь. Но будь готов к тому, что мой брат – козел и… - Нет, не говори так, - восклицает Чимин и хватает девушку за руку, сильно сжимая. – Он восхитительный. Самый лучший. Я не встречал никого, кто был бы лучше него. Кто был бы таким же заботливым и милым, таким интересным, умным, ответственным. Таким… замечательным. Он прекрасный. - Мы сейчас точно про моего брата говорим? – Юнджи удивленно хлопает ресницами и сталкивается с непонимающим взглядом. – Ладно, проехали. Как скажешь. Он хороший и так далее. - Замечательный! - Да-да, я поняла тебя, - бубнит она. – Он замечательный. Теперь то ты мне скажешь, где ты живешь, чтобы я помогла тебе добраться до дома? - А потом ты скажешь Юнги, какой он прекрасный? - Ты попросил ничего ему не говорить. - Не-ет, - тянет он и отрицательно мотает головой. – Не рассказывай ему о том, что я влюблен в него. Ему на это плевать. Но обязательно скажи, что лучше него никого нет. Обещай, что скажешь! Юнджи чуть не давится, но решает, что разбираться во всем этом будет позже. Чимину нужно поспать. - Да, я обещаю. Передам все слово в слово. Говори адрес. Они добираются до квартиры Пака меньше, чем за полчаса. Спасибо тому, что в два часа ночи на дорогах практически нет машин. Правда, перед таксистом немного стыдно, ведь Чимин почти всю дорогу пел какие-то баллады, посвящаю их Юнги. Цирк да и только. Подняться с парнем наверх тоже оказывается не такой сложной задачей. Несмотря на подкаченное тело, весил он едва ли намного больше самой Юнджи. Трудности вызывает только попытка достать у него из кармана джинсов ключи, но в итоге она справляется и с этим. Дома никого не оказывается, и брюнетка может не переживать о шуме. А шумит рыжеволосый действительно много. Он очень неустойчиво стоит на ногах, и она прямо таки поражается, каким образом тот вообще смог добраться до квартиры ее брата. Не пил же он прямо там? Бутылок не было, так что вряд ли. Девушка завершает миссию по снятию его верхней одежды и укладыванию бесчувственного тела на кровать на ура. И когда убеждается, что Чимин – заснул, вздыхает и уходит, захлопнув за собой дверь. Вот только ей требуется минутка прежде, чем она сможет уже отправиться к себе домой. Пак действительно сказал, что он влюблен в Юнги. Да, он был в дрова, но факт того, что они со старшим были в куда более тесных отношениях, чем Юнджи была осведомлена, на лицо. И теперь возникает один единственный логический вопрос: какого хрена вообще натворил ее брат?