Жди меня за чертой

— Кто это тут у нас? Физиономия Марго Рихтер исказилась в презрении к жертве. Тонкие губы, накрашенные жидким блеском, расплылись в улыбке, не предвещающей ничего хорошего. Для меня. — А, — она усмехнулась, — ты такая мелкая. что я и не заметила. Знаешь, тебя очень легко не увидеть, — сказав это, Марго вдруг подошла ближе и с силой толкнула меня плечом. Она была высокой и по-спортивному крепкой, поэтому я, неловко взмахнув руками, отшатнулась. — Не мешайся под ногами, коротышка, а то хуже будет. И триумфально вскинув голову, Маргло отошла от угла, куда до этого так активно меня вжимала. За ней стайкой гиен побежали почти все одноклассники, кроме Инги и Филиппа. Они, дружно вздохнув, вытащили меня из угла, отряхнули в четыре руки и, подняв голову, я увидела, что осуждают они меня тоже синхронно. — И когда ты дашь отпор? — поинтересовался Филипп, скрестив руки на груди. — Или хотя бы позволишь нам вмешаться? — сердечно спросила Инга и в её голубых глазах сверкнули слёзы. Я решительно покачала головой. Терпеть нападки Марго Рихтер было ужасно, но ведь жизнь вообще не парк аттракционов, где всё красиво и радостно. Если мне всегда будут помогать, то как жить тогда? Я должна сама справиться с задирами, ну или отрастить толстую кожу, чтобы такие, как они, вообще не смели ко мне приставать. Проблема, как утверждала мама-психолог, заключалась в том, что я — магнит для всего дерьма. Смеясь, будто это какая-то шутка, мама рассказывала, что в детстве я вечно куда-то сбегала, однажды чуть не свалила в другой город, взяв собой мягкую игрушку. — Ладно, — Филипп отвлёк меня от мыслей. — В конце концов, это твой выбор. Я благодарно кивнула ему. Всё-таки хорошие друзья — это те, кто поддерживает нас даже в самом странном деле. Хотя у меня ушла куча времени, чтобы убедить в этом Ингу и Фила, но теперь они терпеливо ждали, пока у меня «отрастут яйца». Да и, честно сказать, защитники из них бы вышли так себе. Филипп был тощим очкариком, способным на драку разве что со своим котом, а Инга рыдала даже без повода, артистично заламывая ручки. Филипп помог мне влезть в пальто, а Инга подала рюкзак. Я отряхнулась как следует, и мы пошли на улицу. Солнце медленно садилось, и Прага показалась мне словно выходящей из мистической сказки. Смотря на готичные соборы, шпили, царапающие серо-голубое небо, я невольно задержала дыхание. Для меня нет в мире места прекраснее. Мы дошли до станции метро, и Филипп, обняв нас на прощание, спустился вниз, а я и Инга решили немного побродить вокруг. — Марго Рихтер — шлюха, — сердито сказала Инга, накручивая светлые волосы на палец. Я откусываю банан и с любопытством смотрю на лучшую подругу. — С чего ты взяза? — Да она спит со всеми. — А, ну да. Мы смеёмся. Инга прижимается ко мне и я чувствую аромат цветочных духов. — Я вот буду хранить себя до свадьбы, — заверяет она. — А ты? — Я? Ну… мне вообще мальчики не нравятся. — Если ты лесбиянка, то можно я сама выберу тебе подружку? — Нет В смысле… — я чувствую, что краснею. — Не уверена, что меня вообще сейчас интересует всё это. Может, умру старой девой? — В крайнем случае, есть Филипп. — Ну и извращение! Мы смотрим друг на друга. Я замечаю, как вздрагивают её губы, и меня начинает трясти от хохота. — Снимешь себе проститута! — задыхаясь, кричит Инга. — Иди ты! Сама, наверное, вывесишь после свадьбы окровавленные простыни! Я сгибаюсь пополам. Кажется, что мой истеричный смех слышит вся округа. Инга опускает голову мне на плечо и я глажу её по мягким волосам. — Ужасно люблю тебя. — Достанешь с неба звезду? — Не. — И мороженко не купишь? — жалобно вопрошает Инга. — Ох, — я трогаю карманы в поисках денег. — Ладно, куплю. Я тряхнула головой, и длинные чёрные волосы волной упали на спину. — Как же тебе со мной повезло, а. Я пересекла парковую зону и вышла к дороге. На той стороне стоял симпатичный магазинчик, судя по вывеске которого, там продавались разные сладости. Не успела даже шагнуть на дорогу, как ко мне подскочила чёрная кошечка и стала, мяукая, тереться о ноги. — Кто такой красивый? — пролепетала я, наклоняясь. Кошка замерла и, вскинув голову, посмотрела на меня ярко-зелёными глазами. Я вздрогнула и невольно сжала пальцы в кулак. Вскинула голову и увидела, как меня накрывает непроглядная глубокая тьма.

***

— Документы в сумке… если это похищение, звоните маме… Я не могла раскрыть глаза и пролепетала всё, едва ворочая языком. Пальцы царапнули мягкую траву. — Что? Вначале с трудом разлепила левый глаз и его тут же ослепило солнце. — Ой, блин, — простонала я, переворачиваясь на бок. Тело болело как при простуде, но, прижав ладонь ко лбу, я убедилась, что жара нет. Открыла второй глаз и уставилась на хвойный лес перед собой Высоченные деревья острыми макушками задевали голубое небо. А вокруг — просторное поле. Я протянула руку и сорвала ярко-жёлтый одуванчик. Села на колени и тщательно себя ощупала. Две руки, две ноги, два уха, две сисечки. Фух. А, два глаза. Всё на месте. Прекрасно. Я встала и огляделась. Обычное поле, ничего примечательного. Трава по колено, много диких цветов. Вот только я же прекрасно помню, что была в центре Праги. Да и самого момента, как очутилась здесь, я не помнила. Вот я болтала с Ингой, а потом — темнота. Для надёжности я ущипнула себя за руку. Ой! — Где же я? Тишина. Только над деревьями замелькали большие чёрные птицы. Может, я померла и это — ад? А те пташки летят сюда, чтобы выклевать мне душу? Наблюдая за ними, я лихорадочно пыталась вспомнить нужную инструкцию. Но разве её не должен сразу на входе выдавать Апостол Павел? Или кто-то там… Но птицы, кажется, и не торопились принимать мою светлую душонку. Они покружили немного и исчезли. — Ой, не очень-то и хотелось! — вскрикнула я. И тут земля словно завибрировала. Я вздрогнула и уставилась себе под ноги. Из леса доносился странных грохот. Нервно облизнув губы, я посмотрела туда. Деревья качались, но ветра не было. Что-то встревожило птиц. Что-то трогало огромные деревья. Я сглотнула. Сделала неуверенный шаг назад. Обернулась и увидела в конце поля монстра. Огромный человек… Страшные толстые ноги, висящий фартуком живот, кривые руки. Монстр медленно повернулся ко мне и я увидела стеклянные глаза. Гадкий рот растянулся в улыбке. Монстр поднял ногу и шагнул ко мне. По его омерзительному лицу текла вязкая слюна. Руки водили по воздуху, силясь что-то поймать. — Мамочки, — пролепетала я, отступая. Не так я представляла загробный мир. Вздохнув, смиренно приготовилась ждать своей участи. Может, в этом нет ничего страшного? Хотя, поглядывая на торопливо шагающего монстра, я особо не надеялась на мирный исход. Вообще, это может быть местный Харон и сейчас-то меня доставят куда надо. Оскалившись, монстр наклонился и цепко схватил меня, поднимая от земли. Я вскрикнула, ощущая острую боль. Минутку… если я мертва, то как… — Так, а ну поставь меня на место! Я жива! Жива-а-а! Чудище поднесло меня к лицу и раскрыло огромный рот. Покосившись на ряд жёлтых зубов, я поморщилась и едва не потеряла сознание от волнения. Хватка у него была ужасная, я с трудом дышала. Но всё же держалась, кажется, только на адреналине. Мне вдруг стало по-настоящему страшно. — Не смей есть меня! — завизжала я, брыкаясь ногами. — Я буду жаловаться! У тебя будут проблемы с моим авокадо! То есть адвокатом! Чёртовы мемы! А-а-а! Неожиданно раздался скрипящий звук. Передо мной что-то мелькнуло. Монстр тоже отвлёкся и повернул голову. Мы дружно уставились на человека, что, взмахнув острыми мечами, летел на каких-то тросах. Вдруг мне в лицо брызнула горячая кровь. Пальцы монстра неохотно разжались, и я полетела вниз. Размахивая руками, как крыльями, я неловко рухнула в траву, больно ударившись спиной. Поморщившись, я кое-как протёрла глаза, и тут монстр с грохотом завалился в шаге от меня. Из него валил густой пар. — Ой! — я на четвереньках торопливо отползла в сторону. Короткий сарафан задрался, обнажив мои бёдра. Сухая земля оцарапала коленки. — Ты откуда взялась? — строго спросил кто-то. Я подняла голову и увидела усатого мужика в бежевой форме. Он, вынимая окровавленные мечи, спешно двигался ко мне. Его вид был грозен, а лицо, украшенное усами и крупным носом, казалось строгим. Да и вроде он только что завалил монстра. Не хотелось бы путаться перед таким человеком. Резко подскочив на ноги, я торопливо отступила назад. — А, я мимо пробегала. В магазин. Вам что-то купить? От удивления он, кажется, остолбенел. Уставился на меня, хлопая глазами. А я, поймав момент, развернулась и… запутавшись в ногах, с визгом повалилась вниз. Я проехалась на заднице и остановилась, уперев ладони в землю у ног какого-то мужчины в военной форме. Он стоял, сложив руки на груди и хмуро смотрел на лежащую меня сверху-вниз. Простонав, я попыталась подняться, и вдруг осознала и длину своего сарафана, и ракурс. Стыдливо ойкнув, скрестила ноги, пряча от незнакомца вид розовых трусиков с ананасами. — Кто ты, блять, такая? — еле слышно спросил он, но от его глубокого баритона с лёгкой хрипотцой у меня внутри всё тревожно сжалось, а сердце пропустило удар. — Серафима, сэр, — испугано пролепетала я.