И всё темней грядущей ночи тень

      Вчерашний день принёс Ксении Завгородней не самый лучший сюрприз, так что сейчас, выходя с планёрки, она надеялась, что сегодня будет лучше. По крайней мере, погода была хорошая, настроение вполне сносным, а важных гостей не ожидалось.       Управляющая как раз собиралась начать обход всех департаментов отеля, как увидела, что навстречу ей идёт Зуёнок.       «Точно! Он же хотел о чём-то поговорить. О работе, кажется», – внезапно вспомнилось ей.       Девушка ускорилась, чтобы быстрее добраться до Лёши и, конечно, чтобы в итоге, пораньше от него уйти. Через несколько секунд она уже стояла рядом с ним.       – Лёш, привет. Ты вроде хотел поговорить? – спросила Завгородняя.       – Ксюха, привет. Как раз за тобой шёл, – парень почесал затылок. – Я хотел устроиться в отель, а то сама понимаешь, с Ритой развёлся, у меня ничего больше нет, – он потупил взгляд.       – Ты же понимаешь, что на какую-то высокую должность я тебя устроить не могу? Но я знаю, что ты прекрасно можешь выполнять свои обязанности, если захочешь, – она поджала губы. – Знаешь, у нас как раз портье не хватает. Согласен? – Ксения слегка наклонила голову вправо.       – Конечно, я согласен! – воскликнул Лёша. – Ксюха, ты настоящий друг! – от радости он даже осмелился обнять её. От таких действий девушка опешила и, естественно, не увидела, что за их объятиями наблюдал ещё один человек – Юрий Сергеевич. Он совершенно случайно стал свидетелем этой сцены (надо сказать, что самого разговора он не слышал) и сразу же поспешил удалиться, дабы не быть замеченным.       – Э-э-э, Лёш, не надо, – она неуверенно сняла его руки с себя. – Но насчёт друзей ты верно подметил. В общем, можешь брать форму и сразу же приступать к работе, – она мило улыбнулась.       Молодой человек радостно кивнул и ушёл. Ксюша же наконец-то смогла вздохнуть с лёгкостью. Одно дело решено.       Теперь у управляющей возник вопрос – как быть со Львом Глебовичем. От него точно можно было ожидать чего угодно. Оставалось надеяться, что бывший начальник сильно гневаться не будет.       Сейчас, наконец, можно было начать обход.

***

      К одиннадцати часам Ксения Борисовна успела проверить всех, оставался только медицинский кабинет. Его, по необъяснимой привычке, девушка предпочитала посещать последним. Вероятно, дело было в том, что ей хотелось отсрочить холодный взгляд голубых глаз врача на как можно более позднее время.       Уже две минуты она стояла у двери и не решалась постучать. В голове постоянно всплывала вчерашняя неудачная встреча. Однако, пришлось собраться – а то ведь весь день так простоять можно.       Управляющая несколько раз постучалась и открыла дверь. Не очень-то ей хотелось, чтобы поговорка «войдёшь без стука – вылетишь без звука» исполнилась в реальности. Она прошла в кабинет и поняла, что там сидел не только Юрий Сергеевич, но и Лев Глебович. Последний, видимо проходил ежедневный осмотр и лечение.       Как только она вошла, они сразу обратили свои взгляды на неё.       – Здравствуйте, Лев Глебович, Юрий Сергеевич, – девушка кивнула мужчинам и сжала в руках ежедневник. – У меня тут запланированный обход, нужно кое-что решить.       – Добрый день, Ксения. Вы сегодня необычайно вежливы, – насмешливо сказал врач, на что получил убийственный взгляд от управляющей, и поспешил уткнуться в компьютер.       – Так, Симпампулька, дела подождут, – слово решил взять Лев Глебович. – Потрудись объяснить мне одну вещь, – на этих словах глаза совладельца неодобрительно сверкнули, и Ксюша начала догадываться, в чём причина его «радости», – какого чёрта ты устроила этого придурка Зуёнка в наш отель?! Сама же его послала, – после этих слов Юрий осторожно обратил взгляд на Федотова, в надежде услышать что-то более подробное от этой ситуации. – Не надо мне тут своевольничать!       – Лев Глебович, к вашему сведению, – процедила Завгородняя, – я обладаю большей частью акций отеля, поэтому могу сама решать, кого принимать на работу, а кого нет. Тем более я устроила Алексея на должность портье. И вы сами знаете, что он отлично справляется со своими обязанностями.       – Ну, как знаешь, – Лев махнул рукой. У него не было никакого желания спорить. Уж в этом Завгородняя была специалистом. За два месяца она успела себя поставить ещё лучше, чем раньше. – При первом же косяке вылетит отсюда. И всё! Хоп хей лала-лей!       – Я вас поняла, – отрезала она.       – Да ладно вам, Лев Глебович, – усмехнулся Юрий Сергеевич. – Лично я прекрасно понимаю, каким образом, – он сделал акцент на этом слове, – Алексей устроился в наш отель.       – Юрий Сергеевич, я бы попросила! – воскликнула Ксения Борисовна. Как он вообще смеет?! Всё желание поговорить с ним пропало. – По-моему, это вы тут носите статус врача-проститута.       – Ты чего, Юрец, Ксюша Борисовна на такое вряд ли способна, – засмеялся Федотов. – Кстати, Симпампулька, – он обратил взгляд на девушку, – готовься работать с животными.       – В каком смысле? – округлила она глаза.       – И снова вы ничего не понимаете, – решительно вставил своё слово врач. – Кстати, заметьте – я не сказал ничего конкретного про методы трудоустройства. Каждый думает в меру своей испорченности, – на этом Ксения закатила глаза. – И да, Лев Глебович, я думал, что с животными работать – моя обязанность.       – Ха-ха, Юрец, юморной ты парень, – засмеялся Федотов. – Я надеюсь, меня ты за животного не принимаешь, – уже строгим тоном продолжил он.       – Юрий Сергеевич, я бы на вашем месте не стала бы говорить об испорченности. На себя бы сначала посмотрели, – девушка окинула врача взглядом.       – Эй, вы чего тут, – Лев Глебович решил, что нужно останавливать зарождающуюся ссору. – Короче, мелкая, ищи ферму где-нибудь по близости. Нужно повышать статус отеля – свежие овощи, фруктики, зверюшки, – мечтательно проговорил Федотов. – Не сделаешь – тоже вылетишь отсюда, как пробка, и никуда тебя не возьмут, – наконец-то мужчина решил включить свою злость. Его безумно раздражало то, что на данный момент Завгородняя была главнее, но руки он опускать не собирался. Всё равно, когда Зуев выйдет, она перепишет его проценты обратно. – Придётся в свой Барнаул тебе возвращаться. Помни, что ты тут временно.       Управляющая гневным взглядом окинула Льва и уже хотела что-нибудь ответить, но вспомнила, что вообще не за этим пришла.       – Достаточно. Юрий Сергеевич, – она повернулась к врачу, – мне нужен список медикаментов для заказа, а также не забудьте про отчёт, который вы должны сдать мне в пятницу. И, кстати, почему Стелла Анатольевна снова отсутствует?       – Список предоставлю завтра на планёрке, отчёт, соответственно в пятницу. А Стелла Анатольевна отпросилась на полчаса, – ответил Юрий Сергеевич.       – Ясно. У меня всё. Хорошего дня, – девушка развернулась на каблуках и направилась к двери.       Уже после того, как она открыла дверь, её окликнул Лев Глебович.       – Мелкая! Про животных не забудь. И почему Айболиту надо думать о своей испорченности? – заинтересованно спросил мужчина.       – У него и спрашивайте. Или можете у своей дочери поинтересоваться, – ядовито проговорила Завгородняя.       Напоследок оглянувшись, Ксения Борисовна обратила холодный взгляд на врача, а затем со всей силы хлопнула дверью. После этого трудного и незапланированно долгого разговора она решила выпить кофе.       Сначала ей казалось, что Лев Глебович будет свирепствовать только из-за Зуёнка, так что она даже обрадовалась. Вроде бы, Федотов всё равно стал мягче, чем, к примеру, был полтора месяца назад – ему просто пришлось смириться. Но не тут-то было. Теперь ещё и добавилось непонятное задание и напоминание о том, что в отеле её никто оставлять не собирается. Главное, что Маргарита Львовна с отцом вообще не связывается, а тот всё равно в ней души не чает. А Ксюша, как обычно, виновата. И не важно, что она столько своих сил потратила на то, чтобы отель был на высоком уровне. Не важно, что она выполняла каждое глупое поручение начальства. Не важно, что она в это место свою душу вложила.       «Ну ничего, я справлюсь. А Лев пусть теперь голову ломает из-за своей дочурки», – подумала Завгородняя.

***

      Так, в кабинете остались Юрий Сергеевич и Лев Глебович. Первый совсем не понимал, что Ксения Борисовна может знать о случае с Маргаритой Львовной. И откуда. Впрочем, он понимал, что между ним и дочкой начальника ничего не было, кроме, казалось бы, довольно многообещающего поцелуя, раздевания, которые всё же не получили продолжения. Как бы пьян он не был в тот момент, изменить любимой девушке он не смог. По идее, Юрий сам был виноват, что целовал Ксюшу, но та тоже хороша – встречалась с женатым парнем.       Увиденная вчера в его же кабинете сцена только уверила врача в его правоте. А утром он вообще стал свидетелем объятий этой самой «парочки». Оставалось несколько вопросов: почему она вчера пыталась ему доказать, что он не то подумал, ведь скрываться им больше смысла не было – Рита уехала, и почему Лев Глебович сегодня невзначай упомянул, что Завгородняя Зуёнка послала.       Опасно было то, что Ксюша, выходя пару минут назад из кабинета, предложила Льву спросить Юрия о его испорченности, ну или спросить Маргариту. Федотов был человеком, который своей цели добьётся любым путём, поэтому, вероятно лучше было бы рассказать ему всё самому, чем начальник бы услышал очередной бред своей дочери.       Опасения врача, к сожалению, подтвердились.       – Так, Юрец, оторвись от компьютера, – строго произнёс Лев Глебович. Парень был вынужден обратить внимание на начальника. – Что Симпампулька имела ввиду? И причём тут Ритузик? Не станешь отвечать – я спрошу у неё. А ты знаешь, что она любит и умеет врать, но я ей всё равно поверю.       Юрий Сергеевич вздохнул, прочистил горло и попробовал начать. Нужно было объяснить всё так, чтобы на него потом собак не спустили, а главное – не уволили, потому что перспектива быть лишённым собственной клиники его совсем не радовала.       – Лев Глебович, в общем, дело такое, – неуверенно начал Юра, – в тот день, когда вы ударили Зуёнка и когда арестовали Зуева, произошла такая ситуация. Я попробую объяснить сначала. Ко мне на перевязку пришёл Алексей и начал говорить, что Ксения Борисовна с его приезда страдает, любит его, а он, в свою очередь, любит её. Я тогда как раз начал делать первые шаги к Ксении, а она меня не отвергала.       – Ха! – победным тонов воскликнул Федотов. – Я так и знал, что вы мутите.       – Подождите, – остановил его Юрий Сергеевич. – Мы тогда не мутили, как вы выразились, мы могли только начать отношения. Но я был обескуражен словами Зуёнка, не мог поверить, что Ксения на самом деле его любит, а ко мне ничего не испытывает. Вроде бы всё показывало обратное. Но я тогда отчаялся и решил выпить, хотя уже несколько лет алкоголь вообще не употреблял. Отправился в бар, заказал коньяк. Там уже сидела ваша дочь, та подлила масла в огонь, сказав, что Ксения и Алексей с самого начала крутили роман у всех за спиной. И так вышло, что Маргарита затащила меня в свой номер, сказав, что мы обязаны им отомстить, – на этих словах Федотов удивлённо вытаращился на рассказчика. – Я сначала поддался, но вовремя смог остановиться. Настолько подло повести себя я не мог, поэтому ушёл. И решил, что больше ничего Ксении Борисовне приятного делать не буду, останутся исключительно рабочие отношения.       – Ну ничего себе, Юрец-точно-огурец! – крикнул Лев Глебович. – Зря ты так с Ксюшей. Я, конечно, до сих пор на неё зол, но теперь всё постепенно встаёт на свои места. Она же тогда решительно Зуёнку сказала, что не любит его, когда тот её звал с собой. Мне тогда Ритка сказала, что Симпампулька к ней не заходила и не извинялась, хотя та утверждала обратное. Я дочери поверил, а Ксюшу хотел вышвырнуть, но тут на неё удачно Палыч свою долю переписал.       – То есть вы хотите сказать, что Ксения не любит Алексея и не встречается с ним? – растерянно произнёс Юрий Сергеевич. – Но почему я уже два раза их видел вместе за эти два дня?..       – Ну так я его прикладом треснул по башке – вот он и стал таким идиотом. Ты же знаешь, что Зуёнок два месяца даже не появлялся тут. А сейчас, наверняка, он опять сам к ней лезет, тем более ты вряд ли слышал их разговоры, зато мне кое-кто из персонала доложил, что видели, как Симпампулька от Зуёнка по всему первому этажу бегала вчера. Не просто же так. Тут сразу становится ясно, что Ритузик специально всё так в тот день подстроила, чтобы её обвинить. Вот в кого она такая?       – Но откуда Ксения знает про Маргариту? – врач опустил взгляд. – Вообще, я не так сильно виноват, но что мне теперь делать?       – Это тебе предстоит выяснить самому, если Симпампулька вообще захочет с тобой говорить, – ответил Лев Глебович. – Ты парень умный, Юрец, выкрутишься!       – Только вот я с ней два месяца говорить не хотел. Не думаю, что она захочет это обсуждать.       – Не попробуешь – не узнаешь, – снисходительно произнёс Федотов. – Так, я пошёл. А то засиделся я у тебя.       Мужчина вышел из кабинета. Юрий Сергеевич остался наедине со своими мыслями. Многое стало ясно. Ну конечно Маргарита Львовна не могла быть честной тогда, а Зуёнок и правда выглядел пришибленным. Теперь ему предстояло решить, как быть дальше.       «Почему я с ней не поговорил, прежде чем идти напиваться?» – отчаянно подумал Юрий Сергеевич.

***

      На кухне ресторана в эко-отеле «Grand» всегда своя атмосфера. Повара, как никто другой, работают слаженно и понимают друг друга с полуслова. Такие отношения между коллегами всегда идут на пользу рабочему процессу.       Шеф-повар Регина Марковна только что закончила приготовление чрезвычайно сложного блюда, которое действительно стоит доверять именно шефу. Это был один из последних заказов сегодня. Ресторан должен закрываться через пятнадцать минут. Сообщив подчинённым, что ей нужно отлучиться, она отправилась в винный погреб.       Шёл уже третий месяц её беременности, это было ещё не так заметно (она умело скрывала это одеждой), однако она боялась, что скоро в отеле начнут ходить слухи об этом. Её бывший муж Григорий, работающий в Гранде сомелье и директором ресторана, мог начать замечать изменившийся внешний облик и поведение. Честно говоря, иногда Регина и правда выглядела неважно и стала даже мягче. Она решила сообщить о своём состоянии Григорию, чтобы тот знал. Но всех подробностей она открывать не будет – пусть помучается. А если это ещё больше пошатнёт его отношения с рыжей горничной, она обрадуется ещё больше. Всё-таки Регина Марковна всегда будет оставаться такой – всегда будет мстительной и расчётливой. Этого не отнять.       Женщина спустилась в погреб. Ожидаемо, Григорий был там. Ему всегда больше нравилось находиться там, чем в ресторане. Мужчина увидел, кто пожаловал к нему и удивился.       – Регина? Зачем пришла?       – Ну здравствуй, Сафронов, точнее уже Дырко! – сказала Регина. – Приличные люди сначала здороваются, а уже потом закидывают вопросами. Видимо, тупость передаётся половым путём.       – Извини, – неловко произнёс Григорий. – Не надо на Юлю наговаривать. Так в чём причина твоего визита?       – Пришла тут сообщить одну радостную новость, на правах твоей бывшей жены. Я беременна.       – Что?! – воскликнул сомелье. – Это мой ребёнок? – он шокировано открыл рот. Вспомнилась та ссора с Юлей и последующая за ней ночь с Региной.       – А это уже моё дело, – усмехнулась Сафронова. – Это всё. Решила, что лучше скажу тебе сама, чем кто-нибудь сплетни расскажет. Счастливо оставаться.       Регина развернулась, поднялась по лестнице и вышла из погреба. Гриша же даже не успел опомниться. Только-только у них с Юлей всё наладилось, она его окончательно простила, а тут такая новость. Что ему теперь делать? Бросить Юлю и растить ребёнка с Региной? Или оставить всё как есть?       Мужчина достал вино и наполнил бокал. Обессиленно опустившись на стул, он уронил голову на руки.