Безмолвие тундры

Глава 13 - Здравствуй, Лит. Адам Джосгар стоял перед ней, заложив руки за спину, и улыбался. На квадратный лоб падали вихры пшеничного цвета. Глаза миндалевидной формы со светлыми ресницами смотрели прямо и нагло. На одежде парня темнели следы затертого щетками оленьего жира, а шерстяные штаны были коротковаты – так, будто он из них вырос. - Привет, - сказала девушка. - Это тебе… - Адам вытащил из-за спины букет желтых маков. – Вот только не надо мне в ответ дарить… - Вот только не надо продолжать! - замахала руками Лит. Парень засмеялся, продолжая протягивать цветы. Букет перешел из рук в руки, и пальцы подростков случайно соприкоснулись. - Нас ведь в любом случае поженят, нам не выбирать, - сказала девочка. - А я бы все равно тебя выбрал, - послышался ответ. Лит выдавила улыбку. Оглянувшись, она увидела в окне лицо Даруна. Наместник кивнул и отошел в глубь комнаты. *** Когда сестра ушла, Диана почувствовала себя несчастной оттого, что до сих пор не замужем. Уже собираясь расплакаться, она вдруг услышала за дверью шаги. Девушка смахнула слезы, когда Дарун вошел в комнату. - Дядя, - поклонилась она. – Надеюсь, у Адама и Лит все сложится. - Конечно, сложится, - ответил наместник. На этот раз Диане показалось, что у Даруна хорошее настроение, и он не будет ругаться, потому что для ругани поводы всегда находились. Чаще всего ей доставалось, когда после уборки наместник не находил своих вещей на привычных местах. Несколько раз, взбесившись, он ее избивал, но Диана никому не говорила. Иногда Дарун странно смотрел на племянницу и так же странно улыбался. Сейчас девушка почувствовала такой взгляд снова. Последнее время у дяди появилась потребность подходить к ней слишком близко, прикасаться к ее рукам, спине. Наместник закрыл дверь и повернул ключ. Диана подалась назад. Дарун поднес палец к губам. Из-за этого наивно-детского лица с пухлыми губами, он давно уже перестал нормально спать и ворочался ночи напролет, чувствуя, как в его душе презрение к этой девушке странным образом переплетается со жгучим желанием обладать ею. Он подошел к племяннице и неуклюжим движением схватил за руки. - Пожалуйста, нет, - пискнула Диана, зажмурив глаза в ожидании, что дядя ударит ее. Но вместо этого почувствовала на шее прикосновение холодных губ. С ужасом она поняла, что это будет хуже побоев. - Дядя, прошу. - Диана уперлась руками в его грудь, когда Дарун стал срывать с нее платье. – Не надо, пожалуйста! - Не делай шума, если хочешь и дальше здесь жить. Наместник толкнул ее на кровать, и девушка не стала сопротивляться. *** Лит с Адамом целый день гуляли по деревне. Парень про что только не рассказывал: и про охоту, и про рыбалку, и про пастухов с оленями. Не забывая, впрочем, и похвастаться, - в своих рассказах парень всегда был самым ловким и сильным из всех. Бахвальство Лит пропускала мимо ушей, но сами истории слушала с интересом. К концу дня она уже знала, как ловить рыбу гарпуном, как управляться с оленями, дабы те не разбежались, и их не растерзали дикие звери. Когда стемнело, Джосгар остановился у храма. - Твой дядя сказал оставить тебя здесь. Куда пойдешь дальше? - По делам. - По каким делам? – поинтересовался Адам. - Ты слишком любопытен. - Ты ведь не в храм идешь, ты одета несоответствующе. – Он окинул взглядом ее платье. - И что? У меня только в храме могут быть дела? - Ты – моя невеста, и не должна разгуливать в одиночку. - Не беспокойся, меня отведут домой. - Хорошо. Если вдруг понадоблюсь… в общем, ты знаешь, где меня искать. Лит подумала о том, что Диана оказалась права. Возможно, иногда что-то меняется в лучшую сторону. - Увидимся, - сказала она. - Лит… А ты бы выбрала меня? Ты так и не сказала. - А ты не спрашивал. - Я спрашиваю. - Не знаю. - Что значит «не знаю», что это за ответ? Ты не любишь меня? Лит искренне удивилась. - То, что наши родственники договорились о женитьбе, еще не означает, что я тебя люблю. - А что тебе еще надо? – Адам начал злиться. - Мы с тобой провели вместе всего один день, - холодно заметила Лит. - Те дни из детства не считаются, они были ужасны. А одного дня слишком мало, чтобы влюбиться. Джосгар покраснел от гнева. - Мало? Да я целый день как дурак таскался с тобой по деревне и отвечал на глупые вопросы! - Слушай, не надо трястись надо мной! – Лит тоже вспыхнула, позабыв, что ее учили покорности. – Я и так не могу сделать и шага, чтобы за мной не следили, а теперь еще ты! Что хочу, то и делаю, понятно? - Не ори. - Я и не ору. Хочешь, чтобы я тебя полюбила? Тогда возьми меня с собой на охоту! - Чего?! - Или на рыбалку. Все равно куда. Куда-нибудь! - Чушь какая-то! Девкам место дома, а не на рыбалке. - Знаешь, что? – Лит бросила на него гневный взгляд. – Я бы никогда тебя не выбрала! Вот тебе ответ! - Ты все равно будешь моей! – закричал Адам с досады. – Моей! Ты поняла?! - Отстань от меня, дурак! – Она бросила в него букет маков и вошла в храм, хлопнув дверью. Адам был готов ее задушить, глаза налились кровью, но за драку в храме могли привязать к Вечному Дереву и высечь. - Дрянь, - прошипел он, пнув ногой угол храма. *** - О, Дуватар! – воскликнула Лит, опускаясь на колени перед статуей героя. - До сих пор у меня не было никаких просьб к тебе. Если ты такой всемогущий, сделай так, чтобы я стала мужчиной, или я умру! Я не смогу так дальше жить! За ее спиной раздался скрипучий смех. Лит обернулась и увидела женщину неопрятного вида. Ее руки были увешаны разноцветными браслетами, брови и веки густо подведены углем. - Пошли со мной. Не дело о таких вещах в храме разговаривать. К тому же, ты одета неподобающе. Если священники увидят, они пожалуются Даруну. - Ты – Шайла? - Да. Ворожея, гадалка, магичка. Как тебе угодно. Словом, та, которую стараются избегать все приличные люди. - Значит, нам не о чем разговаривать. - О, это ты сейчас так говоришь. Пошли же! Я выполняю приказания Даруна против своей воли, и мне некогда тебя уговаривать. Научись ценить чужое время, девочка. Шайла дернула Лит за рукав. - Шевелись! - Можешь сказать кратко, - с раздражением ответила девочка. - Об этом кратко не говорят. Во всей деревне Дарун не смог найти толковую женщину за эти годы, чтобы тебя воспитала. Что ни говори, а с бабами у него никогда не ладилось. Одна половина женщин деревни не станет с ним разговаривать, с другой половиной он сам не захочет говорить. Долго же он тянул, прежде чем доверить тебя в мои руки. Похоже, я – единственная умная женщина, которая здесь осталась. Шайла хихикнула. Они покинули храм через заднюю дверь и миновали Вечное Дерево. Пройдя незнакомыми улицами, добрались до внешней стены. Здесь, у самого частокола, и ютилась хижина ведьмы. - Входи, - сказала гадалка. Они зашли внутрь. Хозяйка зажгла лампаду и села за стол. Лит устроилась напротив. Заплывшие глаза Шайлы в желтом свете казались страшными и пугали девушку. Она старалась не смотреть на ведьму. - Так значит, ты видела Адама? И что чувствовала? - Он грубиян. Он… - Оставь свое мнение о его характере при себе, мне это неинтересно. Я говорю сейчас о другом – что почувствовало твое тело? Лит покосилась на Шайлу: что они с Даруном задумали? Какое им дело? Но ответ на вопрос гадалки был девушке также любопытен, и она решила быть честной собой. Что ж, ей нравилось, когда Адам смотрел на нее. До того, как они рассорились, разумеется. - А, молчишь? Выкладывай начистоту свои секреты. Я для того тебя сюда и привела, чтобы помочь во всем разобраться. - Я… - Лит замялась. – Мне не очень хочется, чтобы кто-то об этом знал. - Ты случку собак видела? А оленей? - Что? - Так вот, моя дорогая, с людьми происходит то же самое. Мы ничуть не лучше животных. Лит покраснела. - Это дядя заставил тебя копаться в моей голове? Ведьма фыркнула. - Дарун презирает такие разговоры. Ему довольно будет знать, что ты созрела. - Нет! - Знаешь, о чем я? - Знаю. - Откуда? - Диана мне рассказала. - И ты также знаешь, что первоначальная задача женщины – рожать детей? - Я все это знаю! – Лит вскочила со стула. - Что ж, иди. Только знай, что у тебя другой такой возможности уже не будет. Дарун больше не отпустит тебя ко мне, и ты будешь всему учиться на собственных ошибках. У тебя нет ни матери, ни старшей сестры. Диана не считается, она слабая и глупая. А Далла Джосгар к тебе больше не ходит. У тебя нет никого. Настанет день, и ты пожалеешь, что пренебрегла советами старой Шайлы, но будет поздно, потому что в следующий раз, когда ты увидишь меня, будут твои роды. А до тех пор ты можешь наделать кучу ошибок. Лит села обратно, и Шайла рассказала ей всё о взаимоотношениях взрослых людей. Девушка молча выслушала, заливаясь краской, - гадалка в выражениях не стеснялась. Когда она закончила, Лит спросила: - Может, ты также знаешь, как погибли мои родители? - Нет. - Шайла встала из-за стола. - Тебе пора, я провожу. Она повернулась к окну, и вдруг ее лицо помрачнело. - Дарун уже здесь. Иди сама. Лит направилась к двери. - Если тебе когда-нибудь встретится мужчина, которого ты полюбишь, и который никогда не сможет стать твоим мужем, воздержись от ошибки. Вспомни, во что превратилась моя жизнь, - сказала гадалка напоследок. *** Лит вошла в свою комнату: место у печи было свободно, - Диана лежала на другой стороне кровати. Лицо сестры было в тени, поэтому Лит не заметила, что оно мокро от слез. Огонь в печи догорал. Девочка забралась под одеяло и погрузилась в мысли. Перед ней вставали картины, как она выйдет замуж за Адама, как будет ложиться вместе с ним в постель каждую ночь, как у них родятся дети. Она никогда не поднимется в горы, не почувствует под собой скорость и мощь мчащегося коня, не увидит, как сходит лед на реке весной, не увидит моря, о котором рассказывал Нунг. Она состарится и умрет, а мерзлая земля тундры примет ее прах. Вот так и закончится жизнь женщины, думала Лит, вспоминая бесчисленное количество запретов, перечисленных Шайлой. «Не смотри в глаза мужчинам» «Не прикасайся к мужчине до замужества» «Не позволяй никому видеть себя обнаженной» «Не разговаривай с мужчинами» «Подчиняйся во всем дяде, а после свадьбы – мужу» «Старайся во всем угодить супругу» «Не выходи из дому без надобности» «И помни: девушка, потерявшая честь, считается мертвой. Это невозможно исправить» Лит вспомнила Халгара, снова почувствовала на себе его грубые похотливые руки, и поняла, что некоторые из этих запретов уже нарушены. Что это – насмешка судьбы, что этот человек – отец ее жениха? Весь день Лит чувствовала какую-то ноющую тупую боль внизу живота, а сейчас она только усилилась. Все тело будто обмякло. Девочка повернулась на бок, почувствовав между ног что-то влажное. Она закрыла глаза, собираясь уснуть, но вдруг вскочила. Огонь в печи еще не совсем погас, освещая простынь. Лит стала девушкой. Глава 14 Следующие несколько дней сестры мало разговаривали друг с другом. Лит осмысливала то, что будет, а Диана – то, что было. Когда Дарун узнал о том, как младшая племянница обошлась с Адамом, то высек ее. И в следующий раз, при встрече с женихом, девушке пришлось быть учтивей. Они снова гуляли по деревне, на этот раз вокруг Вечного Дерева. Подойдя к дубу, Лит дотронулась до окаменелой коры. Ствол был настолько широк, что вокруг него, взявшись за руки, смогли бы выстроиться не менее десяти человек. – Дерево скоро засохнет, - сказал Адам и стукнул по нему ногой. На землю посыпался песок. – Точнее, окаменеет полностью. - Но наверху листья, - возразила девушка, указывая рукой на макушку дуба, где качались на ветру молодые побеги. - Ну и что, ему все равно конец. - Если даже Вечное Дерево умирает, то что тогда вечно? – задумчиво проговорила Лит. - Твои вопросы, - зевнул юноша. – Им точно нет конца. Он согнул одну ногу в колене и привалился к дереву. - Говорят, меч Дуватара хранится внутри дуба. Если к тому времени, как мы поженимся, твой дядя не найдет оружие, я прикажу расколотить это дерево. Лит посмотрела на исполинский дуб, покрытый морщинистой корой. Девушке нравилось подниматься дома на чердак и издалека смотреть на этого молчаливого гиганта. Она даже представить не могла, что однажды, выйдя на террасу, может его не увидеть. Адам пнул по основанию ствола, и от него откололся кусок. Окаменелая поверхность оказалась неожиданно хрупкой, податливой, и Лит стало жаль исполина. Этот глупый мальчишка с черствым сердцем вполне способен уничтожить такое чудесное дерево. Он вырастет, созовет других, подобных себе, даст им в руки топоры с ломами, и дуба больше не будет. - Зачем тебе меч? – спросила девушка. - Он волшебный и наделяет человека выдающимися способностями. А я хочу быть таким, как Тэр Дуватар. Лит завистливо посмотрела на Адама. Она хотела того же. Вот только шансов у нее куда меньше. - Возле дерева мы гуляли, возле храма тоже, - вздохнула девушка. - Что будем делать дальше? - Если хочешь, покажу кузницу. Она оживилась. - Конечно, хочу. - Тогда поцелуй меня. - Еще чего! - Сельские девчонки за горсть ягод разрешают. - А ты что, пробовал? Адам сконфузился. - Я нет. Борн целовал. - Это кто? - Бороворн. Мой друг. Его все уважают. Ну так что насчет поцелуя? - Вот поженимся, тогда поцелую. Видя, что невеста ни в какую не соглашается, Адам сказал: - Я тебя просто проверял. Лит посмотрела ему в глаза. - Не надо меня проверять, - резко сказала она. – И жаловаться дяде на меня тоже не надо. Давай если тебя что-то не устраивает, ты говоришь мне, а не дяде. Адаму не нравился ни тон Лит, ни то, с каким выражением она это говорила. Джосгар отвернулся и сорвал сухую ветку кустарника, злясь на то, что не знает, как ответить. - Если не будешь мне перечить, - проворчал парень и хрустнул веткой. - Хорошо, не буду. Идем в кузницу. - Нет поцелуя – нет кузницы, - пожал плечами Адам. - Я сошью тебе кушак. - Ты некрасиво шьешь. - Тогда я иду домой, - обиделась Лит. - Ладно, ладно! Пошли. Он схватил ее за руку, но Лит высвободилась. Фыркнув, юноша пошел впереди. Они добрались до Прямой Улицы, затем свернули в переулок, пролезли в чужой огород, прокравшись под окнами хижины. Потом попали на незнакомую улицу и обошли по самому краю огромную лужу посреди дороги. Увидев идущих навстречу сельчан, спрятались в зарослях и перепачкались в грязи. Когда люди ушли, стали продираться сквозь кусты и вышли на затоптанный участок земли к покосившейся глиняной халупе, - дверь болталась на одной петле, хлопая от ветра. Снаружи был раскидан старый хлам: обрывки сгнивших тканей, ржавое железо, трухлявые доски, а внутри кузницы виднелся горн. - Это и есть кузница? – спросила девушка. - Выглядит как заброшенная. - А зачем она нужна, если нет железа. Все мечи перековали на лопаты. Лит вошла внутрь и увидела в углу старое оружие: несколько топоров и мечей без рукояти. Чем-то резко пахло. Девушка посмотрела под ноги, - пол был засыпан углем и торфом. - С тобой скучно, - протянул Адам. - Целоваться не хочешь, за руку себя взять не даешь. Только смотришь по сторонам, да задаешь глупые вопросы. - Скучно, говоришь? - девушка толкнула Адама в бок. - А ну, догони меня! Она побежала. - Нам не туда, - крикнул, погнавшись за ней, юноша. Но Лит нарочно побежала в другую сторону. Ей хотелось увидеть что-то новое. То, что скрывалось в той части Дор-Церы, куда она еще не ступала. И они догоняли друг друга, смеялись на удивление прохожим. Веселье встречалось здесь столь редко, что на лицах людей читалось недоумение. Пробежав мимо хижин и огородов, Лит и Адам попали в заброшенный двор, где мальчишки-подростки дрались на коротких затупленных мечах. Девушка остановилась, с интересом глядя на происходившее, и подошла ближе. Наконец, один подросток одолел другого и потряс в воздухе мечом в знак победы. - Это Ник, - сказал Адам. – Его семья у нас в подчинении. Лит узнала в победителе мальчишку, который когда-то наблюдал за ней у храма, и с которым они так ни разу и не пообщались. Светлые волосы юноши спускались до плеч. Испачканная рубаха развязалась на горловине. Он тяжело дышал, и рука, державшая меч, дрожала. - Вон того зовут Кевин, - продолжал Адам. – Сын старейшины, как и я. Проигравший молча поднял руку в знак приветствия. - А это Борн. Самый крепкий из них, темноволосый с жестким лицом, подкидывал вверх ягоды сушеной брусники и ловил их ртом. - Для сопливых девчонок – Бороворн, - поправил он. - Вообще-то, мы все в один год родились, - заметил Ник. - Прикуси язык, сын батрака, - ответил Борн. - Давайте дадим ей меч, – предложил Кевин. – Борн, что скажешь? - Делать мне нечего – с девчонками драться. - Он закинул в рот оставшиеся ягоды и повернулся, чтобы уйти. - Позовете, как наиграетесь в дурацкие игры. - Идиот, - сказал Ник, после того, как Бороворн ушел. Кевин встал с земли, - угловатый нескладный подросток. - А ты, видимо, Лит Тиррабаль? – спросил он девушку. – Я видел, ты часто сидишь на балконе. Ходят слухи, что ты за всеми наблюдаешь и докладываешь дяде. - Что за вздор! – возмутилась Лит. – Не было такого никогда. - Люди много чего говорят, не бери в голову, - успокоил ее Ник. - Можно я возьму? – спросила девушка, поднимая меч с земли. Он оказался самым настоящим. Довольно тяжелым. - Ты сказал, что все мечи перековали, - обратилась Лит к Адаму. - Об этих никто не знает, мы их спрятали. Девушка взмахнула мечом и вытянула руку, как одна из статуй в храме. В мешковатом платье и меховой накидке, с мечом в руках Лит выглядела так нелепо, что все покатились со смеху. - Вызываю тебя на поединок! – сказала она Адаму. Тот не очень-то обрадовался этой выходке и злобно сверкнул глазами. - С невестой драться не дело, - сказал Кевин. - А почему нет? Научи ее, - вставил Ник. – Будешь с собой в поход брать, чтоб от волков защищала. - Заткнитесь, - сказал Адам, забрал у Ника меч и встал напротив Лит. - Во-первых, ты стоишь неправильно. Надо расставить ноги пошире, чтобы противнику было труднее сбить тебя с ног. Лит сделала, как он показывал. - Во-вторых, меч надо держать перед собой обеими руками и бить сверху. Вот так! Мечи скрестились. Девушка чувствовала, что ее руки слишком коротки и слабы, а тело неповоротливо. Адам с легкостью отражал атаки, почти без усилий. Вскоре Лит израсходовала все силы и опустила меч. Юноша самодовольно улыбнулся. - И часто вы так тренируетесь? – спросила девушка, заметив краем глаза быстрое движение Ника у себя за спиной. Он подобрал что-то с земли и положил себе в карман. - Каждый день, - ответил Кевин. И Лит решила, что тоже будет тренироваться. С утра до вечера. Может, даже ночью. Тогда у нее будут сильные руки, а ростом, может быть, она станет выше. - А я так вообще всю зиму не выпускал меч из рук, - сказал Ник. - Лучше бы ты не выпускал из рук гарпун. Надеюсь, завтра у тебя будет не как в прошлый раз, - ответил Адам. - В прошлый раз я был на год младше, - парировал Ник. - Едете на рыбалку? – спросила Лит. – Завтра? - Угу, - промычал Кевин, забирая у нее меч. – Опять рано вставать. - Ну что, готов проиграть еще раз? - Адам перекинул оружие из руки в руку, глядя на Кевина. Они встали друг напротив друга. Лязгнуло железо. Зачавкала грязь. Ник подошел к Лит и встал рядом. - Почему ты все время поджидал меня возле храма? – спросила она. - Ничего я не поджидал. Просто стоял. - Но ты же смотрел на меня. - А что, на тебя нельзя смотреть? - Нуу… можно. Я просто к тому, что, может, ты хотел что-то сказать? - Если б хотел – подошел бы и сказал. Вы, девчонки, вечно себе надумываете. Лит пожала плечами. - Вон там как будто строение какое-то было. - Она указала пальцем на каменный фундамент с горой мусора внутри. - Я думал, ты знаешь. Дарун же вроде ученый. Лит покачала головой. - Ученый для себя самого. - Это школа. Я был очень маленьким, когда ее разломали. Раньше из Дор-Тайо привозили не только железо и дерево, но и книги. Но как только всё прекратилось из-за убийства вождя, школу сломали на доски, а книги сожгли. - Кто это сделал? - А ты как думаешь? - Мой дядя? Ник отвернулся. - И никто не был против? – удивилась Лит. - Нет. Кому здесь нужны ученые. - Я была в кузнице. Похоже, воины тоже никому не нужны. - Нужны охотники, рыболовы, пастухи. Те, кто умеет выращивать урожай. А воины и ученые – нет, не нужны. - Нужен кто-то, кто объединит нас, чтобы не было ни богатых, ни бедных. Такой, как Тэр Дуватар. Тогда понадобятся и воины, и ученые, - сказала Лит. – У всех будет право учиться и воевать. Ник понял, что она вообще ничего не знает о Дор-Цере. - Ты даже не представляешь, о чем говоришь, - отозвался он. - Почему? - Ты знаешь, что после убийства Алгерда, всех вдов с детьми и стариками выселили из их домов? Они всего лишились и теперь ходят к Даруну клянчить еду. Места убитых старейшин и дома дружинников заняли самые наглые и бесчестные люди. Халгара никто никогда не любил, но, благодаря твоему дяде, теперь он – старейшина, а Адам – будущий вождь. Тем временем, Кевин снова проиграл поединок. - О чем это вы там шепчетесь? – спросил Адам, покрутив меч. – А ну, отойди от моей невесты. Вспышка гнева пробежала по лицу Ника. - Я рассказал ей о том, что Дор-Цера переживает не лучшие времена. О том, как сломали школу и использовали книги для растопки печей. - Да кому они нужны твои книги! – буркнул Кевин, подымаясь с земли. Его хорошо сегодня побили. На лице и руках виднелись ссадины, он едва держался на ногах. - Помолчи, тебя не спрашивают, - огрызнулся Адам и продолжил. – Зачем нужна школа, если из досок можно сделать что-то полезное. - Ну так давайте станем дикарями, - сказал Ник. – Встанем на четвереньки и будем жрать грязь как свиньи. - Дор-Тайо – выселки и все, кто там живет – ублюдки. Я их ненавижу, но они нас защищают. Зачем мне готовиться к битве, если мне не от кого защищаться? – возразил Адам. – Я лучше выращу урожай и буду пасти оленей. Дались тебе эти книги… - Начинается, - закатил глаза Кевин. – Борн правильно сделал, что ушел. - Отец сказал, что за эту зиму замерзли и умерли от голода двадцать человек! – продолжал Ник. – У вдов и сирот отобрали дома и поселили в хибары возле выгребных ям – это разве справедливо? Возможно, Даруну стоит знать об этом. Вам, как будущим вождям, тоже стоит знать об этом! - Что-то ты разбушевался, - зевнул Кевин, потирая ушибы. – Выпендриваешься перед Лит? - Да что может знать твой отец! – презрительно фыркнул Адам. – Что может знать тот, кто не сумел позаботиться о своей земле и близких? Тот, кто угодил в рабство! Твой отец не умирал возле хижины колдуньи, и вас не выселяли из дома. Он жил подачками и не умел ничего делать. - Он был школьным учителем, и это нас кормило! - Он потерял свободу по собственной глупости! Так чего ты ноешь, будто это вас переселили в выгребную яму? Заткнись и иди батрачить. Нашелся тут защитник вдов и сирот! В глазах Ника что-то блеснуло. Лит показалось, что слезы. Парень ничего не ответил и ушел. - Собери мечи, - сказал Адам Кевину. – Я не хочу больше драться. Этот придурок меня выбесил. - Ты говорил, что мечи не нужны. Зачем тогда дерешься на них? – спросила Лит. - Это всего лишь игра, - ответил Адам. – Просто способ доказать всем вокруг, что я – лучше. Да, Кевин? Кевин собрал мечи в мешок и похромал прочь. Лит пристально смотрела на своего жениха. Вспыльчивость, желание командовать, нетерпение к мнению окружающих, - Адам все больше и больше походил на своего отца. Глава 15 - Что… что такое? – пробормотала Диана, проснувшись от шороха и топанья босых ног. На столе горел огарок свечи. - Тсс! – Лит прижала палец к губам. - Ты куда собралась? Лит что-то натягивала на ноги. - Да это же штаны дяди Даруна! – всплеснула руками Диана. - Никому ничего не говори. Я еду на рыбалку! Диана соскочила с кровати и вцепилась в руку сестры. - Ты с ума сошла? - Там будет Адам. Мне можно. Потом объясню. Скажи дяде, что ничего не знаешь. - Нет, Лит, прошу, не оставляй меня одну! – взмолилась Диана. - Я хочу на свободу. В тундру! Лит нахлобучила меховую шапку и схватила с сундука рукавицы. Ей удалось бесшумно выйти во двор. Ключей у девушки не было, но она благополучно перелезла через ворота. Дальше побежала по снегу мимо оленьего загона и соседских домов. Луна и звезды еще виднелись на небосводе, но уже светало. Лит бежала по Прямой улице, опасаясь, что не успеет, но вскоре услышала впереди голоса и обрадовалась. Пока она кралась от хижины к хижине, сердце то замирало, то билось сильней. У главных ворот замелькали факелы, заскрипели отодвигаемые засовы. Лит увидела упряжки с ездовыми собаками. Одна лайка повернула морду в ее сторону и стала принюхиваться. Девушка притаилась, перестав дышать. Собака гавкнула несколько раз и отвернулась. Рыбаки, - а их было человек двенадцать, - собирали сани, переносили мешки и сети. Лит заметила Кевина с Ником, а в высоком широкоплечем мужчине узнала Халгара. Рядом с ним промелькнуло лицо Адама. - Тэр Дуватар, прошу тебя, пусть он подойдет поближе! Пожалуйста, чуточку ближе… - шептала она, следя за перемещениями парня. Наконец, он оказался к ней ближе всех. Девушка выскочила, схватила его за руку, пока никто не видел, и увлекла в тень хижин. - Фу, напугала! Ты что тут делаешь? - Пожалуйста, возьми меня с собой! Но вид у юноши оказался неожиданно свирепый. - Ты – глупая! А ну, живо домой, пока тебя не увидели. Ты опозоришься! - Мне все равно. Я хочу этого. Всего один раз! Никто меня не увидит, я спрячусь в твоих санях. Клянусь Дуватаром, я больше никогда тебя об этом не попрошу. - Вали домой! – вскипел Адам и топнул на неё ногой. - Или я потащу тебя туда за волосы на виду у всех! Лит поняла, что просит напрасно. На ее глаза навернулись слезы. - Я тебя ненавижу! – выпалила девушка вслед уходящему Адаму. Потихоньку забрезжил рассвет, люди начали выдвигаться в путь. Лит вздохнула и побрела домой. - А со мной поедешь? Девушка оглянулась и увидела Ника. – Я еду один и спрячу тебя, - сказал парень. – Только не высовывайся. Он схватил девушку за руку и потащил за собой. Нарты юноши стояли последними, и на них никто не смотрел. – Забирайся внутрь. - О, спасибо! – Лит широко улыбнулась. Ник набросил на девушку оленьи шкуры. Она разместилась среди тюков, ведер и сетей так, что сама походила на поклажу, - выдавали только глаза, блестевшие из-под покрывала. Когда все повозки с собаками оказались за воротами, Халгар скомандовал «В путь!», и сани понеслись по снегу. Старейшина шел первым, все остальные упряжки выстроились друг за другом. Лит услышала, как позади со скрипом затворили ворота. Мужчины затянули песню об удачной рыбалке, о хорошей погоде, и чтобы Тэр Дуватар хранил рыбаков в пути. Ник шел последним. Он покрикивал на собак, когда те огрызались друг на друга, и все время поглядывал внутрь повозки. Лит попыталась высунуться, но парень предостерегающе посмотрел на нее. Девушка недовольно шмыгнула носом и снова спряталась. Она видела над собой только небо со стаями диких гусей в вышине. Облака то набегали, то рассеивались; ярко светило солнце. Когда упряжка подпрыгивала на сугробах, Лит удавалось увидеть заснеженные верхушки гор. Повозки спугнули из-под снега куропаток. Тундра огласилась криками, когда птицы шумно взмыли вверх. Девушка не удержалась и снова высунула голову. Она увидела обширные проталины посреди снегов. На реках вскрывался лед, оголялись берега, и оттаявшие воды несли в бурлящих потоках серые глыбы. Лит посмотрела на другие упряжки, сосчитала собак, - в каждой по шесть-восемь крепких животных с массивными головами как у волков. Но не всех собак запрягли в сани; несколько очень крупных псов пятнистого окраса, с широкими мохнатыми лапами, бежали отдельно. - Это охотничьи, - пояснил Ник. – Злющие. Такой если вцепится, то не отпустит до самой смерти. С ними и на медведей ходят. - Вы будете охотиться на медведей? - Сегодня – нет. Хотела бы и Лит держать дома такую собаку, только вот дядя все равно не разрешит. - А на людей они нападают? – спросила девушка. - Нет. Но чужих не любят. О, вон уже бежит – кого-то поймал. Куропатку, наверное. Лит не захотела на это смотреть и спряталась в санях. Погода сменилась несколько раз. После яркого рассвета пошел колючий снег, но быстро закончился, и из-за туч снова выглянуло солнце. Сделали привал позавтракать. Лит, тем временем, лежала тихо. Несколько раз мимо саней проходили охотничьи собаки, подозрительно принюхиваясь к повозке Ника, и девушка замирала, стараясь даже не дышать. Когда после привала юноша снова забрался в сани, то вынул из рукава кусок вареного мяса и бросил Лит. Девушка не заставила себя упрашивать, потому что со вчерашнего дня ничего не ела. Выехали к широкой реке, которая уже почти освободилась ото льда и разлилась, образовав мелководные заводи с травой. Упряжки шли по снегу вдоль берега. Впереди залаяли собаки, и Ник натянул поводья. – Почему мы остановились? – обратился он к рыбакам. - Будем ставить сети, - послышалось в ответ. – Тут хороший подход к воде. - Приехали, - сказал Ник и присел, делая вид, будто достает что-то из саней. – Теперь слушай. Твоя задача – сидеть тихо. Когда никого не будет поблизости, я вернусь, и ты сможешь сбегать в кусты. Лит кивнула, спрятавшись в шкурах с головой. Ник отвязал собак и оттащил сани подальше от основной группы, - за карликовые деревья с распускающимися листьями. - Ну, я пошел. Рядом с Лит постоянно ходили, слышался лай собак. Пока вытаскивали сети и рыболовные снасти, прошла целая вечность. Девушка так долго пролежала неподвижно, что все тело затекло. Наконец, голоса постепенно стали отдаляться. Когда Ник вернулся и откинул шкуры, Лит выскочила из саней к зарослям. - Ну что, полегчало? – спросил он, когда девушка вернулась. Рыбаки стояли вдалеке по колено в воде, каждый занятый своим делом, собаки разбрелись по окрестностям, и Лит немного осмелела. - Могу я пойти вон туда? - Нет, тебя увидят. - А туда? - Тоже нет. Собаки учуют. - Туда нельзя, сюда нельзя. Тогда я покружусь на месте! Девушка раскинула руки. Её ноги увязали в грязи, лицо покраснело, но она была счастлива. - Я, если честно, вообще ничего не понял, - проговорил Ник. – Для чего тебе надо было с нами ехать? – Ты не знаешь, каково это – сидеть целыми днями дома! - Но если Дарун узнает… - Не узнает! – перебила Лит. - Что за тупой поступок. - Но ведь ты взял меня с собой. Так кто из нас тупее? Девушка перестала кружиться и взглянула на Ника. Он стоял, опершись на одну ногу, на поясе у него висел топор. Одет парень был просто – в старую куртку из оленьей замши и штаны, заправленные в сапоги. Одежда затерлась и местами порвалась, но было в крестьянской простоте юноши что-то благородное. - Знаешь, а ты не такая, как другие девчонки… - сказал Ник. – Им бы только в платья наряжаться. Всего боятся, вечно обижаются, да ревут без повода. Если бы у меня была жена такая как ты, я бы разрешал ей ездить со мной. Лит улыбнулась. - Я хотела сказать тебе спасибо за то, что взял меня с собой. Я знаю, ты рискуешь. - Ты уже сказала. Одного раза достаточно. Юноша вытащил из саней запасную сеть и закинул на плечо. - Ник, а где ты живешь? – спросила Лит. - От тебя далеко – на другом конце деревни, у самых ворот, - ответил он. – Присядь, а то увидят. Девушка опустилась к саням. - А то, что Адам сказал о твоей семье – правда? - Мой отец недавно получил свободу… - уклончиво ответил Ник. - Но разве не каждый свободен? Парень покачал головой и тоже опустился вниз, заслоняя собой Лит, когда один из рыбаков посмотрел в их сторону. - Когда Дарун стал наместником, и школу сломали, и мой отец потерял работу, как ты уже знаешь. Халгар пообещал нам помочь, но сделал это так, что в итоге мы стали должны ему и до сих пор на него работаем. Отец отдал выкуп за себя и меня, мы получили обратно землю и дом. Остались мать с сестрой, за них нужно отдать по полцены за каждую. Но мы справимся. - Если б я была вождем, то сделала бы все в деревне общим. Чтобы все были равны и свободны. - Значит, ты была бы хорошим вождем. Лит посмотрела вдаль. - Дядя говорил мне, что чем ближе к воротам, тем хуже люди, - сказала девушка. - Если понятия «плохой» и «хороший» измеряются богатством, то твой дядя прав. У ворот живут самые бедные люди. Парень развернулся и побежал к рыбакам. - Ник, постой. Я не хотела тебя обидеть… *** Лит бродила вдоль зарослей кустарника по берегу реки. Она хорошо видела рыбаков, оставаясь при этом незамеченной. Девушка подняла голову и подставила лицо солнцу, жадно вдыхая носившиеся в воздухе запахи весны и пробуждающейся земли. Она так и простояла, пока не заметила, что Ник снова вернулся и теперь смотрит на нее. - Я же просил не ходить, когда меня нет рядом. - Прости, не удержалась… Рядом с юношей лежали сети, полные хариуса. - Надо загрузить в сани. – Парень с гордостью кивнул на улов. – Поможешь? Лит закатала рукава, глядя на трепыхавшуюся рыбу. - Когда будем возвращаться, я высажу тебя перед воротами, чтобы никто не увидел. Пойдешь влево вдоль частокола и увидишь груду камней. Под ними собачий лаз, потайное отверстие, - пояснил он. – Увидишь заброшенные хаты и выгребные ямы. Дальше слушай внимательно, потому что только одна дорога ведет к Вечному Дереву. Поднимешься на пригорок и увидишь всю деревню как на ладони. Спускайся по левую сторону, там в ряд стоят три хаты. После того, как спустишься с холма, иди прямо и налево. Там живет Бим. Ну, тот старик, который варит брагу. А там уже Вечное Дерево, дальше разберешься. Поняла? - Угу. И они стали вместе высвобождать из сетей запутавшихся рыб, от которых пахло болотом и водорослями. - Прости за мои слова, - сказала девушка. - Я не имела в виду, что у ворот живут плохие люди. То есть, я хотела сказать, что теперь вижу, что это не так. - Я понял. Забудь. Лит с трудом удерживала рыбу, - та постоянно выскальзывала. Девушка посмотрела на Ника, на его заветревшиеся руки, изрезанные сетями; на длинные узловатые пальцы, ловко выпутывающие рыб. - Как у тебя хорошо получается, - сказала она и засмеялась, когда очередная рыба обрызгала ей лицо. Ник поднял с земли вырвавшегося хариуса, выпутал и положил в ведро. Вытащив из сетей последних рыб, парень вытер руки о снег и неожиданно спросил: - Адам тебя обижает? Лит пожала плечами, вспомнив, как Нунг говорил, что нельзя обсуждать родственников – ни настоящих, ни покойных, ни будущих. - Он… немного повернутый, - ответила девушка. Ей ужасно хотелось всё рассказать про Адама и его отца, про дядю. Кому-то, кто поймет. Какому-нибудь хорошему человеку, другу. Возможно, Ник станет ее другом? И Лит с надеждой взглянула парню в глаза. - Жаль было смотреть на тебя вчера, - проговорил юноша. – Еще и Борн, этот кретин. Так и хотелось их с Адамом стукнуть лбами как баранов. - Вот бы и мне научиться драться, - произнесла девушка. – Чтобы защищать себя. - Защищать – обязанность мужчин. У женщины должен быть мужчина, который ее защищает. - На щеках Ника загорелся румянец, губы влажно блестели. - Если хочешь, - проговорил он дрогнувшим голосом. – Я буду таким мужчиной. Его руки потянулись к пальцам Лит, но та их отдернула. - Ты чего? – Она строго посмотрела на Ника. Надежда в глазах девушки погасла. Лит хотела не этого… Тем временем, юноша достал из кармана окровавленный платок. - Я забрал его, чтобы остальные не увидели и не стали над тобой смеяться. Лит вспыхнула и выхватила кусок ткани у него из рук. - Ты уже можешь выйти замуж. Подумай над этим. Я серьезно. - Ты все испортил, - разочарованно протянула девушка. - Что испортил? – удивился Ник. – Почему мы не можем просто дружить? - Наверное, потому что так не бывает. Ведь мужчины и женщины созданы разными не для дружбы. Ну ладно, я пошел обратно, а то рыбаки ворчать начнут. Он подмигнул и ушел, сжимая в руке мокрую сеть. *** - Чего это собаки там разлаялись? – спросил невысокий пожилой рыбак. – Ты видишь? Другой, щурясь от солнца, внимательно смотрел вдаль. - Из-за кустов не видно, - проворчал он. - Адам, сбегай проверь, - сказал Халгар. - Лучше я посмотрю, - отозвался Ник и ринулся к саням. Старейшина подозрительно покосился на юношу. - Стоять! – крикнул он. Глаза Ника округлились от ужаса, но он не остановился. Адам бегал быстрее и вскоре обогнал Ника. Халгар тоже отправился за ними. *** Лит сидела в санях Ника, укрывшись шкурами с головой. Вокруг повозки заливались лаем оскалившиеся псы. Девушка отмахивалась краем шкуры, но собак это злило только сильнее. Когда она увидела, что к ней бегут люди, то поняла – все пропало. Надо было слушаться Ника и сидеть в санях, а не разгуливать по берегу, собирая красивые камешки. Когда собаки ее заметили, было уже поздно. К тому же, она принялась бежать, а это их только раздразнило. Девушка задрожала при мысли о том, что сейчас будет. - Это же Лит! – взвизгнул Адам. - Чьи это сани? Мгновением позже прибежал Ник. Лит не подумала о том, что, спрятавшись от собак в санях Ника, выдаст юношу. Она взглянула на него – на лице парня не было ни тени упрека, только грусть в ясных глазах – горькая и полнейшая. Из-за кустов вскоре появился Халгар Джосгар. Глаза старейшины метали молнии. - Это твои сани, - сказал он, указывая на Ника. – Я еще подумал, зачем ты их отволок так далеко от остальных. Адам набросился на парня. Ударил в челюсть, сбил с ног. - Кто тебе разрешил брать ее с собой? – ревел Халгар. На крик прибежали остальные рыбаки. Они таращились на Лит, будто видели ее впервые. Адам и Ник колошматили друг друга руками и ногами, валяясь в грязи. Халгар схватил сына за шиворот и оттащил от Ника. «Что за дурацкие правила, кто их придумал!» - с отчаянием думала девушка, наблюдая за происходящим. - Отец, я проучу его! – вопил Адам, вырываясь из руки, сдавившей его ворот. - Пусть со всем этим разбирается Дарун, - ответил старейшина. – Собирайте снасти, мы возвращаемся.