Безмолвие тундры

Глава 5 Проснувшись рано утром, Валекто вышел из комнаты и увидел внизу Даруна. Разговаривать по утрам тифлинг не особо любил, но ему пришлось перекинуться с наместником парой слов ради приличия, после чего он отправился во двор, краем глаза заметив на кухне Диану – девушка накрывала на стол. Не зная, чем занять себя до завтрака, Валекто побродил вдоль амбаров и заглянул в конюшни. Потрепав по гриве черную лошадь, которая пришлась тифлингу по душе, снова вернулся во двор. Ворота конюшни выходили на внешнюю стену деревни, и Валекто здесь никто не мог увидеть. Разве что Лит из окон своей спальни. Тифлинг окинул взглядом ветхое деревянное строение – дом вождя, и даже немного затосковал по подземным городам, в которых обитал последнее время. Эти грубые примитивные постройки вызывали смертельную тоску после каменных особняков с мраморной облицовкой и витыми лестницами. Подняв голову, Валекто увидел поперечную перекладину под козырьком крыши. Тифлинг дотянулся и осторожно дернул ее на себя – вроде сидит крепко. Тогда он ухватился за нее обеими руками, поджал ноги и принялся подтягиваться, чувствуя, как по телу разливается приятное тепло – кровь побежала по жилам быстрее. Демоническая кровь. Он всегда ее чувствовал. - Доброе утро, - прервал уединение девичий голос. Валекто повернул голову, продолжая упражняться, и увидел Лит. Вид у нее был немного сонный. - И тебе, - ответил тифлинг. - Ты был прав. Дядя не тронул меня даже пальцем. - Я же говорил. Девушка заметила на Валекто вещи ее отца. Льняная рубашка с поясом, свободные штаны и сапоги из кожи хорошо сидели на натренированном теле. Под тонкой тканью, на плечах и спине рельефно бугрились мышцы. Лит подумала об отце. Возможно, он был высок, силен и красив. Никто никогда не рассказывал какими были ее родители. Подтянувшись еще несколько раз, тифлинг опустился на землю. Его дыхание участилось, на щеках появился румянец. - Ну, как тебе тут? Нравится? – спросила Лит. - Пойдет, - ответил гость. - А как у вас там, откуда ты родом? - Совсем не так, как здесь. Валекто прошагал мимо девушки к площадке, залитой солнцем. Глаза уже почти привыкли к дневному свету и больше не болели. - Ну расскажи! – попросила Лит. – Это ведь не военная тайна? - Да в общем-то нет, - пожал плечами тифлинг. – Большую часть своей жизни я прожил в подземельях. - То есть, в темноте? - Нет. Там светло благодаря магии, но не так ярко, как от солнца. - И там живут такие же как ты? - Хозяева подземелий – существа с серой кожей и серебристыми волосами. Дети луны, темные эльфы. Или дроу. - Как интересно… Валекто почувствовал раздражение. Он хотел побыть один, привести мысли в порядок, а девушка его отвлекала. - Ничего интересного. Каждую минуту ты должен быть начеку – всегда найдется тот, кто охотно перережет твое горло в подворотне. Ради мести, за деньги или просто потому, что кто-то упражнялся в убийствах, а ты вдруг оказался рядом. Ты должен спать, держа один глаз открытым - смерть в подземельях чаще всего приходит ночью, когда приглушается свет магических фонарей. А здесь я могу хотя бы спокойно выдохнуть. - У тебя там осталась семья? Дом? - Нет, я жил в казармах с другими солдатами. Семьи у меня тоже нет. Я был одинок лет с двенадцати. Лит казалось, что Валекто избегает с ней встречаться взглядом. - Я тоже чувствую себя такой одинокой, - пожаловалась девушка. – Знаешь, было много причин, почему я решила спрыгнуть в пропасть. Одиночество – одна из них. Тифлинг слушал без особого интереса, но и не перебивал. - Когда тебе не с кем поделиться, - продолжала Лит. - И когда у тебя нет друзей. Когда тебя перестает что-то радовать… - А как же Диана? - Она слишком хорошая. Иногда мне кажется, что моя сестра – не человек. Ничто не может сделать ее очень счастливой или очень несчастной. До нее невозможно достучаться. У Дианы как будто нет своих мыслей, она как будто… - Пуста? Это прозвучало грубо, однако, правдиво, и Лит кивнула. - Я люблю ее, но она не спасает меня от одиночества. Валекто повел бровью, ничего не ответив. Почему вообще кто-то кого-то должен спасать? Разве самоспасение – не сугубо личное дело каждого? Он хотел высказаться, но сейчас ему меньше всего хотелось вдаваться в сантименты. Он слишком циничен и черств для этого. Тем более, Дарун просил не разговаривать много с его племянницей. - Скажи, а кто-нибудь видел Тэра Дуватара? – спросила Лит, когда тифлинг уже подумал было, что беседа закончена, и хотел направиться в дом. - Не знаю. Я – точно нет. А что? - В ту ночь, когда я сбежала из дома, мне казалось, что он вел меня. Я шла за каким-то неведанным зовом. Но потом, очутившись далеко от Дор-Церы, вдруг просто перестала его слышать… Тифлинг потер переносицу. Похоже, у девчонки с головой не все в порядке. - Есть в мире избранные, способные видеть потусторонние силы, - ответил Валекто. – Им являются умершие герои, короли и колдуны. Но это не про тебя, можешь успокоиться. - Почему? – искренне удивилась Лит. Этот разговор начал надоедать тифлингу. В конце концов не ему же учить жизни дочь вождя. - Ну, подумай сама, - недовольно ответил он. – Ты пошла среди ночи с больной головой на какой-то зов, оказалась в тундре, где тебя запросто могли сожрать дикие звери. Это, по-твоему, нормально? Избранные всегда знают, за кем идут и на что. А тебе просто нечем заняться, вот и дурью маешься. Брала бы лучше пример со своей сестры и делала работу по дому, а то живешь тут лучше всех, ничего не делаешь, вздыхаешь, возведя очи кверху, и решаешь покончить с собой из-за каких-то бредовых фантазий. Это глупо сверх меры! Валекто сам себе подивился, что смог выразиться так вежливо. Обычно по утрам надоедливые собеседники получали от него в ответ только град отборных ругательств. - Почему ты злишься? – спросила Лит, непонимающе хлопая глазами. - Злюсь? Да я взбешен!! - Я хотела спрыгнуть, потому что из-за меня погибли невинные! – выпалила девушка. – Ты не знаешь, что это за груз. Не знаешь каково это – каждый день жить с виной на сердце! Когда всё вокруг обвиняет тебя и кричит, «ты – убийца!» Наконец, Валекто взглянул на девушку – ей удалось-таки вывести его из себя. Ярко-голубые глаза сверкали от гнева. - Жизнь стоит отдать за великую цель, за свободу, а не за ту хрень, что ты несешь! - Не знаю, зачем я это всё тебе рассказала, - с обидой проговорила Лит, взмахнув руками. - Не стоит рассказывать первому встречному всё, что творится в твоей душе, - добавил тифлинг. –Это никому не интересно. У тебя еще остались вопросы или мы можем идти завтракать? Теперь-то Валекто был уверен, что бестолковый разговор закончился, но снова ошибся. - Почему, когда мы встретились, ты первым делом спросил, где Дор-Цера? – спросила девушка уже совсем другим голосом. – Я сразу поняла, что ты искал именно ее. Думаешь, я глупая? Это разозлило тифлинга еще больше. Он ненавидел оправдываться, а мысль о том, что нужно делать это перед девчонкой, привела его в ярость. Но иного пути не было - лучше ответить, а то молчание или гнев действительно вызовут подозрения. - Я знал, где нахожусь, - ответил Валекто с тихим бешенством, впиваясь глазами в Лит. – Понял по звездам, когда вышел из пещеры. И знал, что в этих краях всего два поселения. И что за помощью лучше идти в Дор-Церу, чем в Дор-Тайо. Но девушку этот ответ не удовлетворил. Ее глаза сузились. - Если ты хотел причинить жителям Дор-Церы какое-то зло, то знай, что север охраняет нас. А если ты хотел забрать что-то, то помни – мы умеем хранить секреты. Наши тайны останутся с нами, чужестранец. Валекто не ожидал такого поворота событий, но и глазом не моргнул. Возможно, девчонка хоть и не дружит с головой, но не так глупа, как кажется. - Знаешь, я был лейтенантом, и мне доверяли тайны королевства, но я не насколько благороден, чтобы сейчас стоять здесь и выслушивать, как на пустом месте, безо всякой причины, меня подозревают в подлостях, которых я не совершал, и обвиняют во лжи, которой я не говорил, словно я какой-то лавочник или проходимец! В это время Диана вышла во двор и позвала к столу, но аппетит у тифлинга уже пропал. *** Позавтракав, Дарун предложил гостю пройтись по поселку, и тот с радостью согласился. Когда они ушли, Лит попросила сестру снова переселиться к ней в комнату, ведь вечером накануне дядя ничего не сказал о том, что нужно снова сидеть в спальне одной взаперти. Диана согласилась, но как-то без особой радости. Во время переезда девушки болтали о госте, а затем убрали его комнату и привели вещи тифлинга в порядок - Лит выстирала одежду, а Диана почистила сапоги. Дарун и Валекто вернулись домой поздно, поужинали и разошлись по спальням. Глава 6 На следующее утро слуги сказали, что тифлинг куда-то ушел. Лит недоумевала, куда он мог пойти один без дяди. Девушка проверила конюшню и, не досчитавшись одной лошади, поднялась на балкон. Увидев там сестру, Лит подошла и встала рядом. Летний день выдался солнечным, но с севера дул холодный ветер. Внизу блестели крыши хижин, мокрые от росы. Ядовито-зеленые пятна травы виднелись во дворах, по обочинам Прямой Улицы, на пригорках. В деревне царило оживление: стучали молотками, вскапывали огороды, чинили заборы. За воротами на небольших возвышенностях, куда не добирались болота, сельчане вспахивали землю. Кое-где уже виднелись всходы гороха и репы. - Нигде не вижу Вэла, - сказала Лит, прикрывая рукой глаза от солнца. За пределами деревни, вдали, послышался шум – это пастухи гнали стадо. Вскоре из-за холмов показались серо-белые оленьи спины, и среди них мелькнул всадник на черной лошади. - Вон он, – указала Диана. - Ишь какой! – вспыхнула Лит. - Второй день в деревне, а ему уже оленей доверили. Еще и взял мою любимую лошадь! Тифлинг мчался в галопе наперерез стаду. - Похоже, у него неплохо получается для первого раза, - заметила Диана. - Больно ты в этом разбираешься, - съязвила Лит. - Я сразу поняла, что он не такой, как мы. - А какой? Чем он лучше? - Он умный. Сильный. Лит скорчила гримасу. - Я тоже смогла бы, если б дядя разрешил. - Ты правда так считаешь? – удивилась Диана. – Ты женщина. Мы не приспособлены для этого. Лит погрозила кулаком Валекто, опустилась на пол и обняла колени руками, положив на них голову. Диана погладила сестру по волосам. - Я знаю, ты мечтаешь делать всё, что делают мужчины, но это невозможно. И чем раньше ты поймешь, тем лучше. - Нунг тоже так сказал перед смертью, - шмыгнула носом Лит. – Он был хорошим человеком, и его убили. Ник и его отец были хорошими – их тоже убили. Где справедливость, Диана? Где и когда мы получаем возмездие за добрые и плохие поступки? После смерти? - Может быть, - коротко ответила та. - Почему ты ни о чем не думаешь, кроме домашних забот? – недоумевала Лит. - А о чем еще должна думать женщина? - удивилась Диана. Из окна на втором этаже высунулась недовольная физиономия Даруна. - Диана, я всюду тебя ищу! Иди сюда. Девушка еле заметно вздрогнула и как-то стыдливо схватилась за платье. - Чем вы там постоянно занимаетесь? – спросила Лит. - Ничем, - ответила Диана, стараясь не встречаться взглядом с сестрой. – Там много пыли, и дядя много работает. Нужно постоянно убираться. - Да уж, книги пишет, я знаю… Но ты что-то нездорово выглядишь. Ты не заболела? - Нет. Извини, мне нужно идти. Лит проводила Диану взглядом и снова принялась наблюдать за тифлингом. *** Вечером все собрались на летней кухне: Дарун с племянницами и несколько слуг. Только Валекто еще не вернулся. Девушки замешивали тесто для лепешек, а наместник доставал воду из колодца. Он наполнил стоявшую рядом бочку, затем чайник, и, подвесив его над очагом, стал разводить костер. Лит поглядывала на ворота, а когда те, наконец, отворились, увидела тифлинга – он тащил обеими руками целое ведро рыбы. - Какой хороший улов! – обрадовалась Диана. Лит отвела взгляд и принялась усердно разминать тесто, делая вид, что не замечает гостя. Тифлинг поставил ведро на стол и поправил топор, висевший на поясе. Наместник одобрительно кивнул, глядя на жирные рыбины. - Кто польет мне воды? – спросил Валекто у девушек. Видя, что Лит продолжает возиться с тестом, будто ничего не слышит, Диана взяла ковш и зачерпнула воду из бочки. - Как твоя нога? – спросила девушка, плеснув на руки тифлинга немного воды. - Спасибо, гораздо лучше, - ответил тот и обратился к Даруну. – Твоя старшая племянница – отличная хозяйка: держит дом в чистоте, хорошо готовит. К тому же, заботлива – она поила меня травяными отварами. Диана скромно улыбнулась и подала Валекто полотенце. Лит насупилась. Отчего-то ей не понравилось, что тифлинг похвалил сестру. - Но ты тоже молодец, - сказал он, посмотрев на Лит. – Выстирала мне одежду. Но вряд ли я ее буду здесь носить – военная форма мало подходит для деревенской жизни. - Вижу, одежда моего брата тебе как раз, - отметил Дарун. - Он тоже был высоким. Наместник взял ведро и вывалил рыбу на стол. Девушки, закончив с лепешками, принялись ее потрошить. Все молчали, и Валекто, не зная чем себя занять, взялся расхаживать по двору, - оглядывал дом, хозяйственные пристройки. Дойдя до частокола, он остановился и уставился на стену. - Что тебя там так заинтересовало? – спросил наместник, подкидывая хворост в огонь. Чайник потихоньку засвистел, и Дарун зажмурился от удовольствия, глядя на пламя костра. - Здесь кольца тоньше, чем на всей остальной стене, - указал Валекто на железные обручи, обхватывающие бревна. - Да самые обычные, - пожал плечами наместник. - Не скажи. Здесь тоньше. - Тифлинг вытащил из-за пояса топор, подошел к стене и постучал по кольцу, будто что-то для себя подтверждая. - Даже Лит с Дианой смогут их сломать, если будут бить сильно. Дарун нехотя поднялся с места, подошел к Валекто и положил руку ему на плечо. - Друг, я понимаю, ты был на войне и тебе угрожала опасность. Но здесь ты можешь расслабиться, - на нас никто не нападет. Толщина этих колец не имеет никакого значения, поверь мне. Ничего не ответив, тифлинг продолжал смотреть на стену. Тогда наместник вернулся к очагу, снял закипевший чайник с огня и ушел в дом, позвав слуг за собой. - Может, так надо было? – предположила Диана. - Здесь всё неправильно, - ответил Валекто, поворачиваясь к девушке. - Почему дом вождя не в центре поселения, а рядом со стеной? Почему в деревне только одни ворота? В этом нет логики. Всё построено как попало. - Тебе нечего бояться, - попыталась успокоить гостя Диана. – Твоей жизни ничто не угрожает. Валекто подошел к столу, где сидели девушки, и сказал: - Когда ты понюхал войну, то на всё смотришь иначе. - Но здесь нет войн, - снова возразила Диана. - Так не бывает, - мотнул головой тифлинг. - Война приходит всегда. Когда меньше всего ее ждешь. Разве смерть родителей Лит тому не доказательство? Свободно жить может только тот, кто всегда готов к войне. Девушки молча переглянулись. - Кстати, это вам. Валекто положил на стол сверток соли и ушел в дом. - Он спускался в шахты! Какой смельчак! – воскликнула Диана, с восхищением глядя тифлингу вслед, но Лит только кисло улыбнулась. Глава 7 Всего за пару недель Валекто расположил к себе жителей деревни. Тем, как умел говорить, как держал себя. Он быстро научился ловить рыбу гарпуном, хотя знал и более действенные методы. В верховой езде тифлинг не знал равных, но особенное уважение он заслужил, когда смог управляться с оленьим стадом. Но при этом, не желая сеять подозрения, Валекто не привнес в жизнь Дор-Церы ничего из мира, в котором вырос, а жил по ее устоям. Чем бы не занимался тифлинг, он никогда не терял бдительности, - наблюдал и прислушивался ко всему. Ему удалось незаметно исследовать практически всю деревню, каждый ее уголок, включая даже собачий лаз, но о мече Дуватара – ни слова, ни намека. «Его хорошо запрятали», - думал Валекто. – «Непроходимые горы, безжизненная ледяная пустошь, варвары-головорезы… И, наконец, сами жители Дор-Церы, которые или в самом деле ничего не знают, или только делают вид». Порой тифлинг бродил в задумчивости у Вечного Дерева, чувствуя колебания магии у самой земли, но они были едва уловимы. Сумев распознать их благодаря крови демона, Валекто ничего не смог больше узнать, потому что не был магом, а докапываться до сути было слишком рискованно. Поэтому он приходил к дубу не слишком часто, чтобы не привлекать к себе внимание. В результате наблюдений выяснилось и то, что на первый взгляд казалось несущественным - например, что наместник не всегда запирает кабинет, если выходит ненадолго. Диана тоже оставляла двери открытыми во время уборки. Валекто терпеливо ждал своего часа, и вскоре ему повезло. Дарун в очередной раз спустился вниз, не заперев кабинет. Тогда тифлинг осторожно пересек коридор и заглянул внутрь: большое окно с открытыми ставнями, широкий стол, за ним – шкаф с книгами и дверь в спальню, задернутая старой бархатной занавеской. Только нагромождение бумаг на столе могло представлять из себя хоть какой-то интерес. Валекто вытащил из стопки несколько свитков, и, спрятав за пазухой, вернулся к себе. Бумаги, в большинстве своем, оказались хозяйственными записками: отчетами об урожаях, различными вычислениями, переписью населения. Прочитав свитки от начала до конца и не найдя в них ничего важного, тифлинг снова стал выжидать момента, когда наместник отлучится, чтобы взять новые. *** Жуя клюкву, Лит вышла на балкон, и во дворе увидела Валекто – он отмывал охотничьи ножи от крови. После того как работа была закончена, тифлинг сел на ящики, достал трубку, набил травой из кисета и закурил, напевая что-то под нос. Лит присела, спрятавшись за досками. Она не хотела, чтобы кто-то ее увидел, потому что чувствовала, что наблюдает за чем-то очень личным. Ей нравился хрипловатый голос Валекто и мелодичная песня, хоть слова и были на незнакомом языке. Возможно, в ней пелось о полях и долинах с цветами, о горах с заснеженными вершинами; или о тех неведомых краях, по которым ходил тифлинг. Допев последний куплет, Валекто замолчал, поднес к губам трубку и глубоко затянулся, откинув голову назад. Лит отодвинулась от края балкона и некоторое время не видела тифлинга, а когда снова посмотрела вниз, то он уже тушил трубку и был на ногах. Сняв рубашку, Валекто начал отжиматься. Спина воина была ослепительно белой, а на шее виднелась татуировка. Его нельзя было назвать мускулистым, скорее, худым и жилистым, но Лит с восхищением смотрела на слаженные движения красивого тела и смогла оторвать взгляд только когда тифлинг снова оделся. Немного позже девушка спустилась на летнюю кухню, чтобы разогреть обед. Валекто все еще был во дворе – теперь он точил ножи. Лит молча подошла к колодцу, спустила ведро вниз и услышала приближающиеся шаги. - Послушай, я был резок, но надеюсь ты не в обиде. Во мне течет кровь демона, и я бываю груб. - Я уже поняла, что разговоры о самоубийстве тебя раздражают, - сказала Лит и покрутила ворот колодца. Заскрипела ржавая цепь. – Но я не сумасшедшая, у меня были причины! Ты просто не понимаешь. - Меня часто обвиняют в неспособности понять других, - ответил тифлинг, перехватывая ручку ворота. Лит убрала пальцы, позволив Валекто поднять из глубины ведро с водой. - Тогда не будем об этом, - сказала девушка. - Отлично. Поговорим о другом. Какое сегодня число? Вы вообще ведете календарь? - Жрецы сказали, что сейчас июнь. А про число спроси у дяди. И про календарь тоже. Я не знаю, что это такое. Разговор внезапно прервался, когда из сарая вышла Диана, неся в руках корзину с овощами. *** Следующий вечер Валекто провел за чтением новых свитков, но ничего нужного так и не нашел. Слабо дымилась трубка – он выкурил больше, чем нужно, но всё никак не мог подавить нарастающее раздражение. Он чувствовал себя в тупике, ситуацию усугубляло желание принять касну. Оно становилось нестерпимым, особенно когда тифлинг оставался один. Надвигалась ломка – в пальцах уже появилась дрожь. Валекто нащупал кисет в ящике стола. Привычным движением он высыпал на обрывок пергамента несколько кристаллов, затем раздавил в порошок кончиком ножа. Облизнув сухие губы, наклонился к столу и втянул порошок через нос. Он собирался лечь в постель, как вдруг в комнату постучали. Валекто смахнул остатки порошка на пол и закашлялся. Бросив свитки под кровать, открыл дверь. На пороге стояла Лит. Тифлинг впустил ее. Девушка сморщилась от резкого запаха жженой травы и посмотрела на Валекто. Его волосы были всклокочены, воспаленные глаза слезились. - Тебе плохо? – спросила она. – И у тебя нос чем-то испачкан. Он потер ноздри, чувствуя тошноту и сильную слабость. - Ерунда. Я в порядке. Лит неловко молчала. Зрачки тифлинга снова были огромными, как в день первой встречи. - Узнал какое сегодня число? – спросила девушка. - Нет, завтра узнаю. - Если хочешь, я сейчас схожу к дяде… - Не надо, - ответил Валекто. Его шатало. - Лит, ты что-то хотела? - Извини за то, что я тогда сказала. Я не имела в виду, что ты вор. - Что ж, какова земля – таковы и нравы. Люди севера должны быть недоверчивы, и я не виню тебя. В том числе и за то, что ты хотела мною воспользоваться. Тифлинг потер глаза. От этого они зачесались еще сильнее. - Я не доверяла тебе. Но сейчас мы могли бы… подружиться. Тогда я не знала, какой ты. «Ты и сейчас не знаешь», - подумал Валекто. - Ты говорил, что расследовал преступления… - продолжала Лит. - Сможешь помочь мне узнать кто убил моих родителей, и за что? Предложение было интересным. Возможно, в ходе расследования удастся что-нибудь выяснить и про меч Дуватара, но глаза тифлинга так жгло, а в носу так щипало, что он не мог произнести ни слова. - Давай я расскажу тебе что произошло… - начала Лит. - Потом расскажешь, - выдавил Валекто, чувствуя, что сейчас упадет. - Я поговорю завтра с твоим дядей. - Зачем? – испугалась девушка. - Надо же будет как-то объяснить наше отсутствие. - И что ты скажешь? Из последних сил тифлинг старался удержаться на ногах. Голова отяжелела, рога клонили ее вниз. - Что буду обучать тебя ездить на лошади. А теперь иди, мне надо поспать. Он выпроводил Лит, закрыл глаза и прислонился к стене, чувствуя, как ноги перестают слушаться. Опустившись на колени, нащупал засов, запер дверь и ползком добрался до кровати. В это же мгновение пришла эйфория. Глава 8 - Вздор. Зачем ей уроки верховой езды? – спросил Дарун. - Лит дочь вождя. А это – ее земли. Она должна знать, чем владеет. - Я уже говорил, что незачем разжигать ее любопытство, - перебил наместник. – Дай ей каплю, и она захочет выпить море. Дай сделать шаг, и она захочет полететь как ветер. Не думай, что знаешь ее лучше, чем я! Всегдашняя утренняя злоба одолевала Валекто, но он старался казаться спокойным. - Она не может вечно сидеть взаперти. - Вы оба думаете, что я лишаю ее свободы? Я лишь хочу, чтобы она не наделала глупостей! - Я присмотрю за ней. Это дикий край. Она должна уметь управляться с лошадью, чтобы защитить своих будущих детей в случае пожаров, нападения разбойников или какой другой беды. Даже для простых девушек это не будет лишним. Тифлинг мельком взглянул на стол наместника - свитки преспокойно лежали себе на прежнем месте, и Дарун, похоже, не спешил их разбирать. - И куда побежит женщина с детьми? Вокруг одни трясины да пустоши! - В Дор-Тайо. - Они убили ее родителей! Только глупец может искать у них защиты. - Уверен, даже варвары не тронут женщину с детьми. - Они убили ее мать, когда она разрешилась от бремени. - Откуда ты знаешь? Может, она умерла при родах. Ты был там? Видел? - Ты переходишь границы, чужак. Разговор окончен, - резко ответил Дарун. - А ведь он прав. В кабинет вошел Аластор. Валекто присмотрелся к незнакомцу. Лицо с настолько тонкой кожей, что видно кровеносные сосуды. Посиневшие губы как у мертвеца. Бесстрастный взгляд. Сколько лет прожил этот человек на свете, чтобы приобрести такой взгляд? Какой властью обладает? - Я не волшебник, не мудрец, не воин. Ничего из того, что ты сейчас перебираешь в голове, - проговорил вошедший. В улыбке проскользнуло что-то змеиное, неприятное. - Он всегда появляется неожиданно, - объяснил тифлингу Дарун. – И я не могу сказать, что рад этому. Впрочем, что это изменит? - Нечасто встретишь здесь чужестранца, - заметил маг. - Сам не ожидал, - сказал наместник. – Появился непонятно откуда. Но закон гостеприимства священен. Мы помогаем путникам, попавшим в беду. - И убиваете своих же собственных людей, вина которых не больше маковой росинки, - проговорил чародей. Лицо Даруна стало раздраженным, но он сдержал грубость, готовую сорваться с языка. - Я – Аластор, - представился незнакомец. - Просто Аластор и всё? - Для тебя этого достаточно. Но ты прав насчет Лит. Нужно выпустить птичку на свободу. Пришло время. Она стала женщиной, а ты и не заметил. - Что? Она мне не сказала. - А с чего ей делиться с тобою? Она боится тебя. - Я просто пытался ее сберечь! - Ты переусердствовал в этом стремлении. Лит, войди! Тебе не нужно больше прятаться. Ты уже не девочка, так веди себя как леди. - Разве обязательно теперь всем подряд говорить об этом? – спросила она, краснея, когда вошла в кабинет. - Этот молодой человек обучит тебя верховой езде, - сказал чародей. - Ступайте. Лит и Валекто ушли. - Мне не нравится жених, которого ты ей выбрал, - сказал Аластор. – Он слабый, глупый, гневливый. Какой из него вождь? Дарун фыркнул. - Можешь предложить кого-то лучше? - Я не должен этим заниматься, это твоя задача. А если уже решил, то чего медлишь? - Выдать ее в пятнадцать? Мы что, дикари? Аластор подавил улыбку. - Я думаю о ее благе! – воскликнул Дарун. - Ты лжешь. Тебе хочется власти вождя, но ты всего лишь наместник. Ты боишься, что новый вождь сделает тебя никем, и специально тянешь время в ожидании, что настанет твой звездный час. Но он не настанет. - Я выдам ее за Адама, когда придет срок. Не вмешивайся, - подавив гнев, ответил Дарун. - Очень на это рассчитываю, потому что не стоит с этим затягивать. Но я голоден. Идем же скорее за стол, и ты мне всё расскажешь о своем необычном госте. Глава 9 Когда они вошли в конюшню, Лит уже знала, какую лошадь выберет Валекто. - Это Арахна, - сказала девушка, когда тифлинг подошел к черной кобыле. – Самая красивая. И самая норовистая. - Нет, просто самая умная. Красивых лошадей, как и красивых женщин - много. А вот умных… Валекто провел рукой по пышной гриве и вывел Арахну из стойла. - Как тебе удается управлять ею? – спросила Лит. – Она обычно никому не позволяет себя трогать, кроме дяди, да и то не всегда. - Лошади чувствуют неуверенность. Если ты с самого начала покажешь ей, кто главный, то тебе не придется ею управлять – она сама будет пытаться угодить тебе. А вот дураков и трусов эти животные не любят. Сняв со стены седло, тифлинг закинул его на спину Арахны, а Лит подошла к Кади – то была кобыла серой масти, поспокойнее. - Это Аластор был у тебя утром? – спросил Валекто, затягивая ремни подпруги. - Да. - Девушка сняла со стены другое седло. - Как ты узнал? - Слышал разговоры из твоей комнаты, когда проходил мимо. - Я сказала ему о катании на лошадях. Надеюсь, он не заподозрит, что мы собрались в хижину колдуньи. - Мы туда поедем не сегодня. Сперва ты должна научиться держаться в седле. И пусть для начала уйдет этот чародей, или кто он там. - Он никогда не задерживается надолго. Поговори с ним вечером о своей дороге назад, а то исчезнет как всегда, даже не попрощавшись, и тебе придется долго ждать, когда он снова придет. - Хорошо. Ну, всё готово. – Тифлинг похлопал шею Арахны. Когда Лит закончила седлать Кади, они с Валекто вывели лошадей за ворота и пошли по Прямой улице. Тифлинг плохо спал, но благодаря наркотику, чувствовал себя бодро. - Тебе не кажется странным, что посреди тундры растет дуб? – спросил он, проходя мимо Вечного Дерева. - Он был здесь всегда. Почему это странно? - С того, что в округе больше нет ни одного дерева. В ответ Лит только пожала плечами. Сразу за дубом вырисовалось прямоугольное каменное здание храма. - Заходил уже туда? – спросила девушка. - Пару раз. Только из любопытства, - небрежно ответил Валекто, вспомнив, как часами разглядывал статуи, потолки и стены. - Не веришь в существование Дуватара? - Нет. - А во что веришь? - Ни во что. - Это как? - Все когда-то проходят путь от слепой веры к неверию и пустоте. Однажды ты поймешь. - Но когда-то верил? - Я верил в существование того, кто создал мир и всё живое в нем. - И что же? - Я не нашел его. Вероятно, он покинул это безнадежное место, которым правят грабеж, насилие и убийство. Я бы покинул. - А кто-то еще пытался его найти? - Есть одни. Зовут себя босоногими пилигримами. Они ничем не владеют, и ими ничто не владеет. Они творят добро и не требуют ничего взамен. Если их обижают, они никогда не мстят в ответ. - Странные. - И я так думаю. - Давай зайдем в храм на обратном пути, если ты не против, - предложила девушка. Тифлинг кивнул, и они пошли дальше, но у ворот пришлось остановиться, потому что как раз в это время выгоняли на выпас стадо оленей. Дорогу развезло, образовалась толчея. Копыта мешали грязь, остервенело лаяли собаки. Было здесь много и тех, кто вышел поглазеть на нового жителя Дор-Церы. Лит заметила, что ее спутник обращает на себя внимание женщин, и в этих взглядах было не только любопытство. Но Валекто не заинтересовался ни одной из них, он смотрел вперед, ожидая, когда олени освободят путь через ворота. - Наше отсутствие не должно бросаться в глаза, - объяснил тифлинг. – Мы должны все время находиться в поле зрения пастухов. Через пару недель, когда важенки с оленятами соединятся с основным стадом, и пастухи уведут их к морю, мы сможем начать поиски. - Но часть стада всегда остается в деревне, - возразила Лит. - Зато здесь не будет тех, кто следит за тобой намеренно. Вроде тех двоих, что позади нас, - сказал Валекто, не оборачиваясь. Лит бросила взгляд назад. - Это мой жених, Адам. И Борн, друг его. - Знаю, мне сказали. - И что ты думаешь по этому поводу? - По какому? - Насчет моей женитьбы, - немного смешалась девушка. - Я? А что я должен думать? – удивился тифлинг. – Абсолютно ничего. Ты сама-то что думаешь? - Ничего. – Она вовремя поняла, что разговор на эту тему неуместен, и отвернулась. Длинная вереница оленей, наконец, вышла на волю. Валекто с Лит не спеша двинулись за стадом по истоптанной копытами земле. С обеих сторон дороги, где гнали животных, сельчане нарезали дерн для крыш и окучивали на полях всходы овощей. Лит вспомнила, как в детстве любила возиться в небольшом огороде ее дома, где за растениями ухаживал Нунг. Она всегда с интересом разглядывала мелкие зеленые листья, едва поднявшиеся над землей. После смерти старика, огород забросили, и он превратился в место свалки для разного хлама. Когда стадо выгнали за ворота, тифлинг с девушкой двинулись в путь, ведя лошадей под уздцы. Тощие после зимы, с облезлой шкурой, олени медленно передвигали ногами. Над животными кружились тучи мошкары. - Здесь много комаров, - заметил Валекто. – Почему они не трогают людей? - В нас течет кровь Дуватара. Она священна. - Видимо, кровь демонов для них тоже священна, - усмехнулся тифлинг, поднеся руку к ушам Арахны, усеянных комарами, и те разлетелись как от огня. Олени мотали головами, стряхивая мошкару, и часто останавливались, чтобы пощипать ягель. Но пастухи гнали их дальше, к другим пастбищам, где растения сочнее и гуще. Место для обучения Валекто выбрал так, чтобы их с Лит никто не смог услышать, но и не слишком далеко, чтобы оставаться на виду у пастухов. - Кажется, что здесь невозможно заблудиться, - задумчиво произнесла девушка, глядя на восток, где холмистая тундра уходила к туманным подножиям гор. – Всё видно, как на ладони. Но пастухи рассказывали, что люди умудрялись теряться в самых простых местах, потому что всё кажется одинаковым. Это гарантированная смерть. Никогда не ходи в тундру один. - Нечасто пятнадцатилетние девочки мне указывают, что делать. Но спасибо, приму к сведению, - ответил Валекто. – А теперь за дело. Будем учиться. Смотри, заходишь к лошади всегда с левой стороны, чтобы она тебя видела. Не трогай круп. Там она ничего не видит. Испугается и лягнет. Поняла? - Да. - Стремена у вас все ржавые, вот-вот развалятся… - проворчал тифлинг. – Ставь ногу. Лит послушалась. - Теперь, чтобы сесть в седло, оттолкнись от земли как следует и… Да не так сильно! Девушка чуть не свалилась с другой стороны и вцепилась в гриву лошади. Валекто схватил Лит за ногу и усадил обратно. Лошадь недовольно закусила удила, задергала головой. - Ну, Кади, чего ты… - девушка поднесла руку к шее животного. - Не гладь лошадь, когда она тебя не слушается. Этим ты ее поощряешь в следующий раз сделать что-нибудь еще хуже. Теперь выпрямись. Расслабься. И хватит дергать гриву. Давай, возьми удила перед собой. Вот так. Стремя правильно держишь, молодец. А сейчас толкни лошадь в бока этой частью, - Валекто провел рукой по ноге Лит от колена до щиколотки. Девушка сделала, как ей сказали, но вместо того, чтобы двинуться с места, лошадь недовольно затрясла головой и зафыркала. Лит толкнула еще и еще раз. Кобыла взбрыкнула. - Откинься назад! Держи равновесие! Ну что это… Не удержавшись в седле, девушка грохнулась на землю. Крепко схватив поводья, тифлинг прикрикнул на Кади, и та присмирела. Лит молча встала из лужи, запачкавшись в грязи. - Ушиблась? Она помотала головой и посмотрела на пастухов. - Мне кажется, они смеются. - Ну и что? - Мне стыдно. - Вернемся домой? - Еще чего! - Тогда попробуй еще раз… Отжав плащ от воды, Лит снова поставила ногу в стремя. - Хорошо села! – похвалил Валекто. Девушка сжала бока лошади так сильно, что покачнулась в седле. Кади пошла. Мотала головой, фыркала, но все-таки шла. - Сиди ровно, - сказал тифлинг. Лит выпрямилась, откинув плащ. Под мокрой рубашкой округлилась грудь, а волосы, завязанные в узел высоко на затылке, открывали шею и плечи. Валекто скользнул взглядом по стройному телу, заметил, как напряглись ягодицы под облегающими кожаными штанами и представил, как девушка выглядела бы обнаженной, но тут же отогнал эту мысль. Лит заметила на себе этот взгляд, и ей понравилось, как тифлинг на нее смотрит. - Ноги расслабь, - сказал Валекто. - Видишь, лошадь уже идет. Толкай только когда остановится. Или если надо, чтобы она пошла быстрее. Нет! Сейчас не надо. Тифлинг забрался в седло и поравнялся с Лит. - Захочешь остановиться, потяни поводья на себя, - сказал он. – Когда едешь, смотри вперед прямо, между ушей лошади. Некоторое время они ехали молча, пока девушка привыкала к седлу. Затем завязался разговор об убийстве ее родителей, но Лит знала совсем немного. Валекто понимал, что для расследования такого серьезного дела этих сведений недостаточно. Тем более прошло пятнадцать лет. Но девушке не обязательно знать об этом, ведь он согласился помочь исключительно ради собственных целей. Тем временем, Лит делала в верховой езде первые успехи. И как подметил ее спутник, во-первых, она не боялась, во-вторых – вполне осмысленно смотрела по сторонам и правильно выбирала дорогу. Совсем не так, как новички – смотрят вниз, судорожно вцепившись в гриву лошади, и едут не пойми куда. Скорей всего, это получалось неосознанно, раздумывал тифлинг, и даже предположил, что из Лит получился бы неплохой наездник, не родись она в этой дикарской деревеньке. Валекто был более чем уверен, что ей никогда не пригодятся навыки верховой езды после того, как он уедет из поселения, и ему даже стало немного жаль спутницу. - Вэл, расскажи о себе, - неожиданно попросила Лит. - Что именно ты хочешь узнать? - Ну, к примеру, где ты родился? - В Гертвиле. — Это под землей? - Нет, это город на поверхности. Правда, очень далеко отсюда. — Значит, там у тебя была семья? Я помню, ты говорил, что одинок с двенадцати лет… - Ну, если публичный дом можно назвать семьей. Я вырос среди куртизанок. — Это ещё кто? - Женщины, продающие себя мужчинам за деньги. Лит выпучила глаза. Кади почувствовала, что поводья ослабли, и остановилась пощипать травку, но девушка снова толкнула ее в бока. - А что, так бывает? - Бывает, - ответил тифлинг. Он взглянул на юное свежее лицо и румянец, заливший щеки. На губы, которые еще никто не целовал. Чувствуя, что невинность девушки снова начинает его притягивать, отвернулся. - Такие есть везде. Даже в Дор-Цере. - Но как ты узнал? Ты… был с ними? Валекто фыркнул. - Ваши женщины столь же уродливы, сколь глупы. Я бы не переспал ни с одной из них, даже если бы мне за это заплатили. - Неужели все уродливые? – спросила девушка. - Мне кажется, Диана красива. - На фоне всех остальных – она ничего, - ответил тифлинг, немного подумав. Лит хотела было спросить, что Вэл думает о ней самой, но промолчала, чувствуя, что этим вопросом пересечет какую-то невидимую черту. - Чтобы распознать куртизанку, - продолжал Валекто. - Не обязательно предлагать ей деньги. У них на лице отпечаток порока. Ее можно узнать по взгляду, по тому, как она ходит, как разговаривает. Я редко ошибаюсь. - Бесстыдницы, - проговорила Лит. - Некоторые становятся такими от безысходности. Моя мать была одной из них. От неожиданности девушка покачнулась в седле. - Ты серьезно? - Да, они тоже бывают чьими-то матерями, - сухо ответил тифлинг. – Бордель с зелеными крышами на Улице Серебряных Колокольчиков… Когда мне было двенадцать, мать тяжело заболела и умерла. В тот же день меня выгнали из притона. Кому нужен нахлебник с рогами и хвостом? Пришлось жить на улице, я стал беспризорником, а потом и вовсе угодил в рабство. - В рабство? К кому? - Один господин поймал меня и продал в подземелья добывать уголь. Валекто замолчал. - А что насчет твоего отца? – осторожно спросила девушка. - Тифлинги часто встречаются в Гертвиле, но другие расы их не любят. Не знаю, о чем думала мать, когда совокуплялась с кем-то из дьявольского отродья. Вероятно, о том, что ее ребенок будет изгоем – в последнюю очередь. Так или иначе, мне уже никогда не узнать, это произошло по ее воле, или же я – результат акта насилия. Может, она отдалась ему за деньги. А может, и по любви. - Лицо тифлинга стало грустным. - Я представляла себе демонов ужасными чудищами с рогами и копытами. Как их можно полюбить? Валекто в задумчивости потрогал свои рога и посмотрел на Лит. - Есть и такие. Они разные. Некоторые из них нравятся женщинам… - И сколько ты жил в подземельях? - Три с половиной года. Потом в шахтах случился обвал, и я сбежал. Думаю, меня сочли погибшим, я не был никому особо нужен, и меня не стали искать. Я бежал глубже в пещеры, пока не нашел жителей подземелья. Сброд. Преступники всех мастей, беглые заключенные, безумцы. Какое-то время я был на побегушках, чистил их сортиры. Но довольно быстро я научился убивать и стал таким же, как они. А потом я решил уйти еще глубже в подземелья, в самую бездну, где обитают демоны. Рассчитывал, быть может, найти отца… - То есть, в ад? - Да. - Но разве туда попадают не после смерти? - Ад, в отличие от рая, всегда реален. Он многолик. Там, куда я попал, повсюду царит красноватый сумрак. И мгла. Она состоит из мельчайших капелек крови. Ты дышишь ею. Поначалу задыхаешься, тебе раздирает горло, но потом это становится нормальным. Это становится великолепным. Стоит ли говорить, что отца я так и не нашел, но зато стал солдатом дьявольской армии. Они приняли меня за своего. Удивительно, какие чудеса может сделать с карьерой толика демонической крови. В городах люди чурались меня, хотя я наполовину человек. А демоны приняли. Они активно якшаются с дроу. О них я тебе уже говорил, - пояснил Валекто. – Однажды демоны послали меня к ним, и я стал лейтенантом отряда наемных убийц. Кондотьером. Но с одним заданием я не справился… Лит с интересом смотрела на собеседника. Сейчас, когда Валекто не пытался сдержать свои эмоции, они ярко отражались на его лице. Во время предыдущих разговоров тифлинг был язвителен и груб, но оказывается, мог быть и другим. - А почему ты не справился? – спросила девушка. - Я не вижу в темноте так же хорошо, как темные эльфы, и враги заметили меня раньше… - Валекто счел разумным не распространяться о своем пристрастии к касне. – Дальше ты знаешь. - А ты решил, что будешь делать, когда уйдешь отсюда? - Уже второй раз все думают, что я погиб. Не буду лишать их этой иллюзии. - Но ты сказал, демоны с радостью приняли тебя. - Понимаешь, это не обычные родственные связи в твоем понимании. Демоны… Они так же сильно ненавидят поражение, как любят самих себя. Проигравшим нет места среди них. И моя демоническая кровь меня уже не спасет. - Нет совсем никого, кто ждет тебя? - Нет. - И ты никого не любил? - Влюбляются только дураки, - усмехнулся тифлинг. - Куда же ты пойдешь? - В Норлиндор. Начну новую жизнь. Там не смотрят на твое происхождение и на твою расу. На то, какого цвета твоя кожа, есть ли у тебя рога. Там важно лишь то, что ты из себя представляешь. - А какой он этот Норлиндор? - Бастион цивилизации. Столица севера. Устроен он так же, как и твоя деревня: дом вождя, храм, хижины. Только все гораздо красивее и больше. – Он улыбнулся такой яркой улыбкой, как вспышка молнии. Льдистые глаза засверкали. Валекто вдруг показался Лит очень красивым, она смотрела на него, не отрывая взгляда. – Дор-Цера тоже является частью королевства, правда, очень отдаленной. Самая северная часть Фтира. - Фтир? Что это? - Северные земли большого континента, по эту и по ту сторону гор. - А я думала, мы сами по себе… - По сути, так и есть. Никто не посягает на эти земли. Они никому не нужны, поэтому в Норлиндоре о них не беспокоятся. С мелкими стычками успешно справляется и Дор-Тайо. - Наверно, Норлиндор – это большой город? - Гертвиль огромен, но Норлиндор поистине велик. Более ста тысяч жителей. - Ого. - Город, которым правят закон и порядок. - А есть там волшебники, которые умеют возвращать к жизни мертвых? – спросила Лит. - Не знаю. Я там не был. - Тогда откуда ты все это знаешь? - Со слов тех, кто там побывал. - Вэл? - Да? - У меня ноги болят, я больше не могу.